Город

Город...
Старый, промерзший до костей, отсыревший город. Город, на теле которого расположились сотни улиц и улочек, деревьев, скамеек, домов. Город, в котором даже под землей есть жизнь. Тысячи, миллионы людей каждый день и ночь попирают Город подошвами своих ботинок, а Город стар. Он все время кашляет выхлопными газами, его разум затуманен пеленой смога, он подслеповато щурится окнами старых заброшенных домов. У Города много братьев и сестер, но никто не навещает его - они так же стары и немощны. Лишь изредка быстрокрылый ветер приносит весточку издалека. Тогда Город радуется, улыбаясь широкой улыбкой-радугой, согревая сердца многих людей. Город помнит многое, он многое пережил, он многое может поведать, ведь ему, как и любому другому старику не хватает общения, но никто не хочет слушать, а если слушатели все же находятся, то Городу сложно объясниться, так как он плохо владеет современным языком - в его время говорили иначе, в его время Город уважали. Есть те, кто понимает речь старика. На самом-то деле ее не так и сложно понять, достаточно вслушаться в его шум, пройтись по старинным змейкам улиц, увидеть Хмельницкого, что булавой своей указывает на Москву, словно глася: "Там! Там сестра его, сестра старика, что приютил вас!", вдохнуть свежесть осеннего воздуха на берегах Днепра, завибрировать в унисон с колоколами Софиевского собора, устремить взор вдаль с высот Владимирской горы. Город радуется, словно малое дитя, когда его понимают, когда принимают его легенды. Он переворачивается на другой бок в своем нагретом ложе, засыпает с безмятежной улыбкой на сухих старческих губах, и на теле его распускается несметное количество цветов, лаская взор живущих на теле старика Киева людей.