Рйена

Иногда мне кажется, что зима не такое уж и плохое время года: уличный холод, покой и тревожный ветер, воющий под окнами, совершенно не тянули выйти погулять. Это было хорошим поводом остаться дома в тёплой уютной постели и почитать книгу. Или же провести время в тёплом кругу друзей или близких, болтая и шутя, совершенно не обращая внимания на лютый холод за окном.
Сейчас же я ненавидел зиму больше всего. Она навеивала мне тоску и одиночество. Я сидел вот уже который день дома и не знал, как побороть эту ноющую боль в душе. Зимние каникулы в институте избавили меня от нужды каждый день с утра куда-то ехать и где-то проводить время. Можно, позвонить друзьям из группы, собраться где-нибудь, но я точно знал, что времяпровождение с ними лишь приглушит боль, отвлечёт от неё, но не вылечит. Можно позвонить родителям – они уехали в Москву на заработки и пробудут там ещё месяц, а то и все два, их голоса согреют душу, а вот слова, что я услышу от них, лишь вгонят меня в тоску. Мы с родителями никогда не были близки.
Интернет являлся единственным выходом в этой ситуации. В «аське» у меня было несколько контактов, с кем я частенько беседовал в минуты отдыха или скуки. Кто-то увлекался фильмами и всегда мог живо описать те киноленты, которые недавно посмотрел. Живой рассказ всегда был мне интереснее, чем сухая литературная критика. По описанию и оценки этого человека я мог решить, стоит смотреть тот или иной фильм. Если описание мне нравилось, то я просматривал рекомендуемый фильм и уже сам рассказывал своё мнение. Иногда моё мнение расходилось с мнением этого человека, тогда мы начинали описывать все плюсы и минусы картины. Мы не спорили, просто пытались объяснить свою точку зрения.
Другой контакт слушал туже музыку, что и я. Он мог оценить все те дифирамбы и детальные мои описания композиций, которые меня поразили до глубины души. Для кого-то такая музыка лишь шум, но только не для меня. Я ценю её, словно это гениальные классические произведения. Я погружаюсь в музыку и чувствую ритм ударников в сопровождении высоких и низких гитар. Проникаюсь вокалом, его интонациями и эмоциями. Для меня музыка не была просто каким-то шумом в ушах. Если бы эти песни были бы картинами, то я любовался ими часами, детально и пристально разглядывая каждый мазок, каждый штрих и получал бы от этого удовольствие.
Было ещё несколько контактов, но с ними я общался мало, лишь когда было настроение. Просто с одним можно было разговаривать только на глубоко философские темы, от обсуждения которых нет никакого толка, лишь лишняя головная боль и усталость от напряжённого размышления ни о чём. Другой контакт напротив, трепался обо всём и без какого-либо смысла. Писать этому человеку означало перевернуть на себя ведро с живой килькой, которая тут же начнёт трепыхаться и биться вокруг тебя. Он писал много, отправляя в каждом сообщении лишь несколько слов. И если я отлучался минут на пять во время общения с ним, то возвращаясь, обнаруживал очень длинную историю его сообщений.
Сейчас в «аське» никого не было. В два часа ночи все спали, кроме меня. Я уже который день подряд мучился бессонницей. От тишины и пустоты вокруг я начинал потихоньку сходить с ума. Меня одолевали мысли, от которых я не мог спрятаться или убежать. Когда я ложился в постель и пытался уснуть, эти вредители становились ярче сильнее и настырнее, отбивая всякий сон. И я не знал, как убежать от всего этого – от мыслей, от одиночества.
Я совершенно не видел смысла идти в «дикий» интернет – в общественных чатах на тебя не обратят внимания, там таких как ты миллионы, а значит утолить чувство одиночества никак не выйдет. Надеяться, что кто-то из «аськи» вдруг появиться в сети, тоже не стоит. Некоторое время я так и сидел, тупо глядя в неизменную плоскость монитора, которая, как мне казалось, тоже скучала по событиям, действиям.
 Решение пришло само собой – нужно было просто написать случайному контакту. Я открыл поиск контактов в «аське», отметил галочкой пункт «только пользователи в сети», пол указал женский. Как мне казалось, с противоположным полом беседа может быть более тёплой, нежели с каким-нибудь не спящим мужчиной или парнем. Я установил курсор в поле «ник», закрыл глаза и ткнул пару раз пальцем в клавиатуру. Открыв глаза, я обнаружил, что набрал две буквы «р» и «й».
Мне всегда казалось, что людей в интернете бесконечное множество, что какие сочетание букв не вписывай в графу «ник», всё равно найдётся сотня другая обладателей именно такого ника. Но в этот раз было всё иначе – нашёлся только один контакт. Девушку звали Рйена. Я не стал добавлять её в список контактов, просто написал:
Я: Привет.
Рйена: Привет, таки не спиться, да?
Эта её фраза прозвучала очень странно. Я не знал как отреагировать – толи девушка была сердита из-за того что я ей написал, толи просто шутила. Да ещё эта частица «таки», словно я должен был спать, но не спал. Или всё это мне просто кажется, потому, что я не высыпался последние дни?
Я: Таки да, не спиться. А ты почему не спишь в столь поздний час?
Рйена: Ждала, когда ты таки напишешь мне.
Я вновь был в ступоре. Манера общения этой девушки мне не была ясна. Может, она просто издевается, может, играет и развлекается. Ведь совершенно неизвестно, кто там, на той стороне монитора. Но в её фразе опять эта нелепая частица «таки». Словно всё это должно быть, но я слишком долго тянул.
Я: Ты недовольна, что я тебе пишу?
Рйена: И да, и нет.
Я: Тогда, может, объяснишь всё? Я спать не собираюсь – можешь всё в деталях рассказывать, почему недовольна, чем недовольна.
Рйена: Это не тема для обсуждения в интернете.
Я: Давай тогда встретимся и выясним всё вживую?
Я это сказал просто, чтобы поддержать разговор – жил я в небольшом провинциальном городке, так что шанс, что девушка живёт в этом же городе просто нулевой. Но её ответ поверг меня в шок
Рйена: Хорошо. Завтра тебя устроит?
Не знаю почему, но от мысли, что я могу встретиться с ней, меня всего заполнило трепетное волнение. Даже не понимая, что я делаю, я отрыл информацию контакта с именем «Рйена». Информации никакой не было. Может, девушка это в шутку предложила?
Я: Вполне. Где встретимся?
Рйена: Там, где предначертано судьбой. Просто в полдень собирайся и выходи гулять. Просто ходи по городу, ни о чём не думай и мы встретимся. А сейчас иди спать – сон не заставит себя ждать.
Я ничего не понял из вышесказанного, но уточнить что-либо не было возможности – девушка вышла из сети. Минуту я посидел, подождал, не вернется ли она, после чего выключил компьютер и пошёл спать. Только сейчас я ощутил, что в теле накопилась усталость, а глаза слипались.
Ложась в постель, я думал о девушке. Она была какой-то странной, даже слишком странной. Её фразы не связывались друг с другом, не имели смысла. Словно я читал лишь отрывки из её речи, поэтому не мог ничего понять. Чем-то Рйена зацепила меня – мои чувства внутри зашевелились, словно змеи, почуявшие одновременно опасность и близость добычи. Странно всё это. «Но я всё равно пойду завтра погулять – пора бы уже» - эта мысли была последней, о чём я успел подумать, перед тем как уснуть.

Это утро должно было начаться совсем по-другому – после бессонной ночи и недолгого сна, я должен был проснуться весь разбитый с тяжёлой головой, но этого не произошло. Я проснулся свежим, отдохнувшим. Какое-то время я просто лежал и нежился, не желая расставаться со сном. Моё тело ничем меня не беспокоило, а в голове не метались дикие мысли, желая свести меня с ума.
Спустя какое-то время я встал, сделал зарядку, наслаждаясь прекрасным утром, после чего отправился в ванную принять прохладный душ. Уже после всех водных процедур я вдруг вспомнил, что вчера произошло – разговор с девушкой с загадочным и странным ником Рйена. Я совсем забыл про встречу с ней. Взволновавшись, я торопливо кинулся на кухню, чтобы узнать время. Было без десяти минут двенадцать. Я должен был выйти на прогулку ровно в полдень.
«Нет, ну что за бред? – думал я, глядя, как торопливо бежит секундная стрелка. – Неужели разговор с девушкой меня настолько задел, что я готов верить в нашу встречу?». Моё сознание не верило, а вот подсознанию хотелось встречи, оно просто жаждало этого, словно меня тянуло к Рйене. Со здоровым скептицизмом я пошёл одеваться для прогулки, даже не позавтракав.
Уже идя вдоль дома и засовывая наушники мп3 плеера под шапку, я всё мысленно убеждал себя, что вышел вовсе не потому, что хочу встретиться с девушкой, а потому, что стоит прогуляться, да и в магазин один сходить – посмотреть, не привезли ли один музыкальный диск, который я так давно хочу приобрести. Музыку с него я скачал из интернета ещё с месяц назад и успел наслушаться вдоволь, но я любил коллекционировать музыкальные диски, музыка на которых мне нравилась. Их наличие в моей коллекции грело мне душу.
Самый крупный магазин музыкальных дисков располагался в новеньком торговом центре, на другом конце города. Я решил пройтись пешком – это всего сорок минут. В этом преимущество небольшого города. И когда я так решил, то поймал себя на мысли, что поступаю так, по словам девушки, когда она сказал мне именно гулять, а не толкаться по транспорту.
Я медленно шёл вдоль серых заснеженных улиц, вдоль проезжей части, по которой вяло, словно сонно ползли автомобили. В наушниках играла Финская группа «Stone», работающая в моём любимом жанре трэш-металл. Эта группа существовала в конце восьмидесятых – начале девяностых годов и записала всего несколько альбомов. Она не была выдающейся в своём жанре и не сыскала славы, так что в наши дни её мало кто вспомнит.
Раз за разом я прослушивал их лучшую, по моему мнению, песню: «No Commands». В начале песни гитары наигрывали небыстрый ритм, затем их сменяла тревожная партия барабанов, переходящая в неторопливый фоновый ритм для гитар и куплета. Вокал был немного напряжённым, местами с хрипотцой. Солист то быстро проговаривал слова, то наоборот тянул гласные буквы и разбивал слова на слоги. В нескольких местах вокалист игнорировал знаки препинания и сопутствующие им интонации произношения.
В первом куплете пелось о человеке, вдруг обнаружившем голоса в своей голове, которые звали его. Он спросил себя: «Это всё иллюзия?». С ним, с героем песни, что-то происходило – руки двигались бег его собственной воли. Внутри героя, помимо его самого, был кто-то ещё, но он не знал кто. Человек понимал, что всё это происходит на самом деле, а не видится ему. Тот, кто был внутри, контролировал тело всё время, пытая и причиняя боль этим.
Куплет плавно переходил в спокойную партию двух гитар высокой тональности. Через некоторое время они ускорялись, и начинался припев, в котором пелось о том, что герой больше не желает выполнять чужые команды того, кто сидел у него внутри. За припевом начинался очень эмоциональный проигрыш, словно подготавливающий слушателя к чему-то радикальному и решительному.
Вновь вступала «высокая» с быстрой, словно истеричной партией. Её сменяла вторая такая же гитара с другой мелодией, но всё той же скоростью и истерикой. Гитары ещё раз друг друга сменяли – играла то первая, то вторая. Это было похоже на отчаянную истерику мыслей, загнанно мечущихся в голове.
Второй куплет был жёстче и агрессивнее. Вокалист почти срывался на крик, а его хрип перешёл в рычание. В куплете пелось о том, что силы зла поглощают героя. Он спрашивает себя: «Смогу ли я  ещё быть прежним?». Герой собирается выгнать из своей головы всё. Он говорит: «Пытки зла и адский огонь больше не будут мной управлять». Человек был до сих пор напуган – он не знал, вернется ли к нему прежняя душа. «Вернись!» - кричит он.
Перед повтором припева играл спокойный, почти медленный проигрыш, а проигрыш после припева давал каким-то странным образом понять, что всё у героя будет хорошо, что он избавиться от зла внутри себя. Вся песня заканчивается уже знакомой решительной партией бас-гитар.
Я и не заметил, как дошёл до нужного мне торгового центра. За весь путь я ощутил что-то странное, словно за мной кто-то следил. Я его не видел, но знал, что он несколько раз появлялся за моей спиной на расстоянии одного жилого дома, вдоль которого я проходил. Он стоял на углу этого дома и смотрел мне в спину. Один раз я почувствовал его в толпе рядом с собой, когда переходил дорогу. Увидеть его я не смог, словно его не существовало вовсе.
Входя в трёхэтажное здание, я выключил плеер, убрал наушники в карман и подумал, что во мне, как и в герое песни завёлся кто-то ещё. Этот кто-то появился во мне ночью, после разговора с Рйеной. Он был просто помешан на ней и мечтал только о ней, желал её увидеть там, где на самом деле её не было, и быть не могло. «А не схожу ли я с ума окончательно?» - мысленно спросил я себя, когда входил в отдел с музыкальными дисками и кассетами.
Спрашивать у продавцов интересующие меня альбомы я не хотел – мне хотелось самолично перебрать диски, находясь при этом в приятном неведении, тем самым оттягивая момент радости находки или разочарования от отсутствия желанных мною дисков. Я стоял и не торопясь рассматривал альбомы. Как и всегда, большая их часть принадлежала популярным сейчас группам, в чьей музыке этой самой музыки и не было. Жанр тяжёлого металла начинался как протест, а сейчас он стал коммерческим, как и всё вокруг.
- Не это ищете? – спросил меня нежный и тёплый женский голос.
Я обернулся без каких-либо мыслей и, наверное, побелел от увиденного – передо мной стояла Рйена. Я абсолютно точно знал, что это именно она. Девушке было лет восемнадцать, и она являлась созданием внеземной красоты. Её длинные волнистые волосы «струились» из-под тёплой шапки. Тоненькие губки, покрытые алой помадой и блеском, были самим совершенством и так и тянули к себе. Прямой, слегка курносый носик соблазнял и дразнил меня.
«Это Ангел?» - спросил я себя, рассматривая смазливые, аккуратные черты лица Рйены. Единственное, что было необычным во внешности девушки – её большие серые глаза. Их цвет был словно седой.
- Это? – почти шепотом переспросила Рйена, заискивающе заглядывая мне в глаза и протягивая запечатанную коробочку диска.
Я опустил взгляд на обложку альбома, успев до этого посмотреть на ручки девушки – они были прекрасными, утончёнными, женственными и нежными. На пальчиках не было ни ногтей, ни лака. Я видел это всего секунду, но мне показалось, что я рассматривал их целую вечность.
В руках Рйена держала диск группы «Stone» вышедший в восемьдесят восьмом году прошлого века. Это был первый альбом группы, и он имел одноимённое название. Именно на нём была записана та самая лучшая песня группы. Я потратил много сил и времени, чтобы найти альбом в интернете, а уж приобрести его я и не мечтал. Откуда он у девушки? Я нервно бегал взглядом между диском и Рйеной. В этот момент я не знал, чему больше удивляться больше – встречи или диску.
В полном молчании я нерешительно взял коробочку в руки. И в этот момент я понял, что меня в нём смущало всё это время – на обложке красовалась размашистая роспись вокалиста группы. Она находилась внутри пластиковой коробки, которая была запечатана слюдой, словно новая. Как она там оказалась? Я смотрел на автограф с открытым ртом от удивления.
- Нравиться? – с надеждой спросила Рйена. – Диск новый – его распечатали лишь для того, чтобы сделать этот автограф на память, после чего я позаботилась о том, чтобы его вновь запечатали. Я тебе его дарю, ты ведь собираешь новые, нераспечатанные диски, верно?
Это было действительно так – я их покупал и складывал в коробку. Все материалы с самих дисков и брошюрок я скачивал из Интернета. Обладание и рассматривание дисков было для меня чисто эстетическим удовольствием. Временами, когда на меня накатывала тоска, я доставал коробку с ними и смотрел на обложки, мысленно вспоминая самые яркие треки с альбома. Вместе с этим вспоминалось и прошлое, связанное с этой музыкой.
- Верно, - сказал я почти шёпотом, боясь, что всё это мне просто сниться.
«Почему девушка дарит именно этот альбом?» – мысленно спросил я себя. Группу «Stone» я услышал недавно и скоро забуду её, продолжая слушать лишь одну их песню. Можно было подарить диск великих групп этого жанра – «Sodom» или «Kreator». Этих немецких «титанов» трэша я просто обожал. Подарок же точно угадан по времени – сейчас песня «No Commands» находиться на пике популярности. Днями и часами я в основном слушаю только её, лишь иногда отдыхая от композиции, прослушивая что-то другое. Подари Рйена этот диск на месяц раньше или позже, и он для меня не имел бы такой ценности, как сейчас.
 Как такое возможно, что два почти случайных человека оказались в одном месте в одно время, и у одного из них есть подарок для второго, имеющий наивысшую ценность именно в это время? Я никогда не поверю, что всё это случайно!
- Я подумала, - заговорила Рйена, возвращая меня в реальный мир из мира размышлений в глубинах разума, - что диск с автографом станет для тебя самым ценным экспонатом в твоей коллекции. Таких дисков всего было-то меньше сотни, а до наших дней они и вовсе не дожили – даже в Интернете не купишь, все они затерялись у былых любителей группы, которые сейчас и не помнят её. Это был ещё один повод вновь запаковать диск – так он лучше сохранился, выглядит как новый, правда? – с лёгкой улыбкой девушка игриво подмигнула мне.
- Этого всего просто не может быть, - выпалил я. - Это просто слишком яркий и жестокий сон, который играет на моих чувствах.

Мы с Рйеной провели весь день, я даже и не заметил, как прошло время. Сейчас я стоял один посреди улицы в мягком ночном освещении фонарей. Девушка плавно удалялась от меня, уходя далеко вдаль. Я ещё какое-то время смотрел на уже  плохо различимый силуэт вдалеке, после чего взглянул на часы: стрелки замерли на отметке без десяти двенадцать. «Пора идти домой» - подумал я, вздохнул и отправился к дому.
Пока я шёл, я постоянно думал о Рйене. Она была стройной и обворожительной – мне нравилось это. Мы с ней просто гуляли и болтали ни о чём: о людях вокруг нас, их привычках и увлечениях, о мелочах жизни и просто забавных безделушках. Я старался шутить, и это у меня хорошо получалось. Рйена мило улыбалась, а её глазки начинали поблёскивать. Никогда бы не подумал, что такое общение поглотит меня полностью и без остатка.
Так, находясь в размышлениях, незаметно для самого себя, я вернулся домой, разделся, поужинал, посетил ванную комнату и лёг в мягкую постель. Я всё продолжал размышлять обо всём том, что я пережил за день. А ведь мы с Рйеной просто попрощались – я сказал ей: «пока», девушка с шармом улыбнулась мне и шепнула в ответ: «пока». Это прозвучало так легко и непринуждённо, словно мы знал друг друга целую жизнь, словно наши встречи были обыденным делом. Так прощаются люди, которые видятся каждый день и для них расставание лишь формальность.
Да и зачем всё время быть вместе? В таком случае человек надоедает тебе, перестаёт быть чем-то необычным и радостным, превращаясь в серую повседневность. И не важно, кто это – друг, коллега по работе или девушка, которую ты подсознательно любишь, но не хочешь себе в этом признаться. Я считал неправильным и неестественным любить человека, с которым пробыл всего день, так трепетно, горячо и пылко, как кто-то внутри меня любил Рйнену.
Да и термин: «любовь» мне не был по душе – в нём было слишком много пафоса и нежизненной возвышенности. Мне же просто нравилась эта девушка – её изящная и утончённая внешность, её личность, манеры поведения и речи. Она была странной, словно с другой планеты или из другого мира. Несмотря на юный возраст, Рйена была сдержанной и рассудительной. Мыслила она очень чётко и логично, что вообще не особо свойственно женщинам. Но в тоже время она являлась воплощением какой-то неуловимой небесной нежности и ранимой чувственности.
С этим и без того сложным, даже противоречивым образом девушки совсем не вязалась её любовь к той музыке, которую любил я. Она взахлёб могла описывать ту или иную композицию, используя столько красивых и красочных эпитетов, сколько вообще можно придумать.
Речь девушки вообще была чем-то невероятным. Рйена говорила простым, на первый взгляд языком, но если представить её речь в виде текста, то можно ужаснуться, в хорошем смысле этого слова, её структуре. Тут тебе и обороты и дополнения и прочие лингвистические структуры, в которых я мало разбирался. Любой классик позавидовал бы такой речи, которая сочетала бы в себе сложность и глубину построения с вполне простецкой разговорной формой. Слушать Рйену было одним удовольствием! При этом она достаточно часто использовала в своей речи сложные и сугубо профильные термины, от чего речь ещё больше насыщалась. А уж словарный запас девушки просто поражал воображение!
Я не могу верить, что всё это на самом деле. Нельзя быть такой красивой, нельзя быть такой умной и эрудированной, простой и сложной, логичной и чувственной. Девушки как Рйена просто не может существовать! Наверное, у меня что-то с рассудком – от обострившегося одиночества, от стресса мозг вполне мог выдумать Рйену. Это как человек, умирающий в пустыне от жажды видит несуществующий оазис, так и я, сходящий с ума от одиночества, вижу спасительный образ, мираж, галлюцинацию.
Тем более, я как-то странно себя ощущал и вёл когда был рядом с девушкой. Я поступал противоестественно для себя, я даже мыслил не так, как обычно. Не было в моей голове ни анализа происходящего, ни сопоставлял ничего и не делал выводов – я выполнял чьи-то чужые указания, словно был лишь безвольной марионеткой, а лучше сказать, что я просто действовал и жил, ни о чём не думая. Это было так непривычно, ведь я люблю, чтобы мысль опережала слова и дела, а не наоборот. Всё это было странным, так что я решил завтра же отвлечься от всего и развеяться.
Мой очень хороший друг Кирстан пришёл ко мне на утро. Его действительно так звал, хоть в Интернете все и думали, что это псевдоним. Ему было столько же лет сколько и мне, одевался он всегда просто – джинсы с майкой, да кроссовки. Цвета одежды он выбирал не яркие, чтобы не бросались в глаза. Внешность была самой простой и обычной, под описание которой подойдут миллионы других людей.
Мы познакомились в Интернете более пяти лет назад, с тех пор и дружили. Контакт мы установили быстро из-за схожих интересов, мнений и вкусов. Этот человек до вчерашнего дня был единственным из Интернета, с кем я был знаком лично. Сейчас же мы в основном общались вживую, ведь такое общение на порядок лучше общения по сети. Так что время от времени мы встречались, отправлялись в какой-нибудь бар или кафе, или же сидели у кого-то дома.
Сейчас мы сидели на кухне. Кирстан был взволнованным и заспанным, ведь я позвонил ему в семь утра. Парень потирал глаза и зевал, при этом время от времени отхлёбывая налитый мною чай. Он пил бы сейчас кофе, найдись оно в доме.
- Ну что, Мишгнан, давай, рассказывай, что там у тебя стряслось, - небрежно кинул Кирснан.
Его манеры поведения и речи были простыми и даже немного грубоватыми, что сильно контрастировало с мягкими и изысканными манерами Рйены, но это его обращение «Мишган» носило чисто ироничный характер – парень всегда меня так называл. Я уже и забыл, с чего это началось.
- Кир, не пойми меня неправильно. Последние два дня со мной что-то происходит, я думаю, что схожу с ума. В один миг я стал другим человеком, вроде привычки, вкусы и мечты всё те же, а вот процесс мышления стал совсем другим. Теперь я импульсивен и эмоционален, хоть сейчас это и не заметно. Ты ведь знаешь, что мим главным принципом всегда был девиз: «Мысль всегда должна опережать слово и дело». А сейчас мои поступки необдуманны, словно я вовсе не принимаю никаких решений. Словно во мне появился кто-то ещё, кто заменил собой меня. Я не узнаю себя, словно я теперь чужой для самого себя, понимаешь?
- Ну, - протянул Кирстан, - то, что поступки стали необдуманны, было заметно ещё по твоему раннему звонку, - ухмыльнулся он, после чего посерьёзнел и опять заговорил. – Мишган, я тебе сколько раз в «аське» говорил: «Не сиди дома один»? Чтобы ты в одиночестве не делал, чем бы ни занимался, одиночество всё равно будет одиночеством. – Он задумался и сделал паузу, после которой добавил. – Я, конечно, не психолог, но, на мой взгляд, ты не болен. На лицо сильная взвинченность и нервный срыв. Ты наркотики не принимал, клей не нюхал?
- Не, - скривился я, - это не из-за наркотиков. Перед тем, как всё это началось, я познакомился с одной девушкой в Интернете.
Мне пришлось долго и тщательно, со всеми деталями, рассказывать о Рйене. Кирстан слушал внимательно, лишь иногда меняя позу или отхлёбывая уже остывший чай. И в конце моего рассказа настал такой кульминационный момент, когда нужно было пойти и выяснить, реальна ли история или же плод моего усталого сознания.
Я отправился в прихожую, искать подаренный Рйеной диск в карманах одежды. Если честно, я совсем не помнил, куда его дел. Вернувшись вчера вечером домой, я его в руки не брал и в глаза не видел, значит, он либо в пуховике, либо одном из задних карманов в джинсов. Но, долго и тщательно облазив всю одежду, в которой я был вчера, и даже осмотрев квартиру (что было сделано уже чисто для проформы), я ничего не нашёл. Диска нигде не было.
Тогда мы с Кирстаном пошли в спальню, где стоял компьютер, чтобы почитать историю переписки с Рйеной.  Пока моих родителей не было, я компьютер не выключал на ночь, так что нам не пришлось ждать, пока он включится. В «аське» несколько контактов пара контактов была в сети, а вот Рйены не было, чего и следовало ожидать. Тогда я включил отображение контактов вне сети, но и тут контакт девушки не обнаружился.
Я вспомнил, что есть такая функция, как удаление себя из чужого контакт-листа. Если Рйена «удалилась» таким способом, то у меня на компьютере всё равно должен был остаться текстовый файл с логом нашей переписки. Я быстро нашёл папку, где хранилась история переписок с разными контактами. Файлов было не много – после удаления контакта я всегда удалял и историю переписки с ним, дабы не захламлять компьютер. Я любил чистоту и порядок, даже в таком пустяке. Тому, что файла с названием: «Рйена» в папке не было, я уже не удивился.
- Можно ещё попытаться найти девушку через поиск, - предложил Кирстан, чтобы хоть как-то поддержать и подбодрить меня.
В поиске ничего не нашлось, как бы мне этого не хотелось. Я закрыл «аську», нажал кнопку выключения компьютера, после чего вздохнул и посмотрел на парня. Он сидел рядом на кровати и растерянно смотрел на меня. И в эту минуту немой паузы раздался пронзительный и внезапный звонок в дверь. Меня слово холодной водой окатило от этого звонка. Я вскочил со стула и побежал открывать дверь. Никто не должен был прийти – ни родители, ни знакомые или друзья, а значит это она – Рйена.
Шестое чувство меня не обмануло – на пороге стояла она. Мой пульс участился, я вновь ощутил сладкий холодок во всём теле, который трепетно начал томиться и изнывать. Рйена молча вошла, пока я в ступоре смотрел на неё. Девушка выглядела печальной, даже расстроенной. Кирстан нерешительно вышел в коридор, окинул девушку пристальным взглядом, после чего задумчиво спросил:
- Это она?
Я лишь безмолвно кивнул, продолжая смотреть на девушку. Она стояла рядом со мной в узком коридоре, в жёлтом свете лампочки в старом и некрасивом абажуре под потолком.
- Это всё ошибка, - вздохнула Рйена, посмотрев на меня. – Могу я попросить Кирстана оставить нас наедине? – она перевела взгляд на парня.
Будь я собой, я бы обязательно задался бы вопросом, откуда девушке известно имя моего друга – я про него не говорил, но сейчас во мне жил кто-то, кому было совершенно наплевать на вопросы, ответ на которые нельзя найти одним лишь методом дедукции. Поэтому я не заострил внимания на этом моменте, как бы комично это не выглядело, если учитывать, что я всё же мысленно отметил это недоразумение. Сколько ещё парадоксов и загадок хранит «новый я» в себе?
- Мишган, раз ты здоров, то я лучше домой отправлюсь, а ты мне позвонишь, как разберёшься со всем, лады?
- Да, конечно, - кивнул я.
Кирстан быстро оделся и вышел из квартиры. Мы с Рйеной так и продолжали стоять у стен коридора – я опирался об одну, а девушка об другую. Спустя пару безмолвных минут Рйена вздохнула, достала из сумочки диск группы «Stone». Она протянула его мне, когда я его взял, она всё так же молча разделась и прошла в комнату. Я, с тревожным клёкотом в душе, последовал за ней.
- О какой ошибке ты говорила? – решительно спросил я, желая поскорее расставить всё на свои места.
- Она у тебя в руках, - Рйена кивнула на диск у меня в руке. – Мы больше не должны были встречаться. Ранним утром я взломала твой компьютер, что было совсем не сложно, ведь защиты у тебя никакой нет, и удалила все данные о нашей переписке. Свой ник в «аське» я тоже сменила. Именно поэтому ты не смог найти подтверждения моего существования. А ведь тебе просто стоило выключить компьютер, и тогда бы я не смогла получить к нему доступ.
- Но почему ты пришла тогда? – растерялся и опешил я.
- Диск, - вновь вздохнула девушка, - я нашла его у себя в сумочке. Тебе некуда было его положить, и ты отдал его мне, пока мы гуляли, а потом забыл забрать его, а я забыла отдать. Диск должен был быть памятью обо мне, так что мне пришлось придти и отдать его.
- Не понимаю! – воскликнул я.
Меня переполняло расстройство и обида, меня трясло от этого. Я думал, что у нас будет всё хорошо, что мы и дальше будем встречаться, что мы подружимся. И тут девушка, которую я подсознательно люблю, заявляет, что мы больше не должны были встречаться! Я подошёл к Рйене в упор, уставился ей прямо в глаза, начав сверлить взором.
- Почему? – повышенным голосом спросил я. – Я тебе не нравлюсь?
- Нет, - Рйена опустила свой печальный взгляд, - ты мне нравишься, даже очень, - её голос был спокоен, - ты нравишься мне больше, чем все остальные. Именно в этом и проблема. Может, я полюбила тебя? Я не знаю, но это начало конца.
Я проигнорировал слова девушки, кроме словосочетания: «я люблю тебя». В тот же миг я страстно обнял Рйену и поцеловал. Едва мои губы коснулись губ девушки, как мой рассудок помутился. Всё вокруг померкло и размазалось, словно кто-то пролил воду на свежую краску. Мои мысли заполнил густой туман, мешая думать и отдавать отчёт происходящему вокруг. Я словно бы уснул, и в невнятной мути сюрреализма мне снился страстный и чувственный поцелуй Рйены.
Всё прояснилось так же молниеносно, как и помутнело. Вся неописуемая серая муть красок вокруг исчезла, а на её место пришла непроглядная тьма. Вдобавок к этому мёртвая тишина нежно заткнула мне уши. Я больше никого не обнимал, больше никого не целовал. Теперь я просто стоял где-то, где не было ни жарко, ни холодно. Постепенно тьма рассеивалась, а сквозь тишину начали пробиваться звуки. Всё это походило на шок, от которого я постепенно отходил.
Через несколько минут всё окончательно стало ясным – я стоял в домашней одежде посреди зимней улицы, где-то в глубине города. Здесь было тихо – людей совсем не было, а приглушённый рёв автомобилей с трудом доносился откуда-то издалека. Меня словно телепортировали сюда из моей квартиры, но этот факт меня не смутил и не потревожил, словно это было в порядке вещей.
В домашних тапочках на ногах я пошёл вперед к какому-то совсем уж маленькому дворику, зажатому с трёх сторон домами. Я не ощущал холода, хоть пар и шёл из моего рта. Впрочем, я вообще ничего не ощущал, словно всё это мне снилось или виделось, но я ещё никогда не видел столь ярких и реалистичных снов и больше чем уверен, что никто таких не видел.
Дворик был когда-то огорожен деревянным заборчиком с каменными столбиками. Сейчас же от ограды остались лишь полуразрушенные одинокие кирпичные столбики с давно облетевшей штукатуркой. В центре дворика располагался небольшой фонтанчик, который так же был разрушенным и обветшалым временем и людьми.
- Когда-то здесь было хорошо, - внезапно сказала Рйена, незаметно подойдя ко мне со спины.
- Наверное, - вздохнул я, пожимая плечами, - меня ещё на свете не было, когда это место цвело. Сейчас все эти руины нагоняют на меня тоску и унылость.
- Не беда, - как-то необычно ласково произнесла девушка.
И после этих её слов всё вокруг начало меняться – снег стал уменьшаться в размерах и исчезать, словно испаряясь, при этом обнажая замусоренную землю. На ветках деревьев на замену сосулькам выросли почки, которые тут же лопались и распускались. Облезлая штукатурка старых домов становилась всё новее и ярче, вновь обретая свой давно утерянный ярко-оранжевый цвет. Из земли повсюду вылезала сочная зелёная трава, а ласковый ветер тревожил покой пышных берёз, которые возмущались ему бархатным шелестом листьев.
Я смотрел на всё это с изумлением. Больше всего происходящее вокруг напоминало фильм, который прокручивали задом наперёд, вот только движение вещей вокруг было куда сложнее, чем просто возвращение в прошлое. Например, снег «живёт» примерно пол года, что куда меньше срока существования ограды вокруг дворика, фонтанчика и домов. При этом исчез он примерно за то же время, за сколько вышеописанные объекты «вернулись» в прошлое лет на двадцать назад.
Уже в завершении всего этого неописуемого действия, мусор исчез с улиц, в домах пораскрывались окна, из которых тут же стали доноситься всевозможные звуки от бубнящего радио до шлепетания сковородки на раскалённой плитке. По уже летним улицам стали прогуливаться люди в старинных одеждах, редко проезжали отечественные автомобили примерно восьмидесятых годов прошлого века. А в небольшом дворике передо мной, в прохладе, веющей от фонтанчика, резвились и играли дети ,появившиеся из ниоткуда.
- Невероятно, - только и сказал я. – Я даже и представить себе не мог, насколько здесь может быть хорошо.
- Да, - вздохнула Рйена, - это было замечательное место. Жаль, я не могу показать тебе всего, то я видела сама – существовали места ещё лучше этого, которых давным-давно уже нет.
- Видела? – с изумлением переспросил я, выхватив слово из речи девушки.
С точно таким же глупой растерянностью я мог переспросить почти любое другое слово. Будь то «жаль», «существовали» или «лучше». Просто у меня совершенно ничего из этого не укладывалось в голове.
- Давай я тебе всё расскажу – время уже пришло, - девушка вдруг стала грустной и печальной.
Мы зашли во дворик и сели на одну из двух лавочек, которые обе сейчас пустовали. Всё это время люди нас не замечали, а когда мы с Рйеной сели, они, люди, так и вовсе исчезли, словно их никогда и не было! Больше не играло в окнах радио, не шлепетала сковородка, не смеялись дети своим звонким смехом, а редкие автомобили больше не рычали на дороге – их тоже уже не было. Стало совсем тихо, лишь шелест листвы щебетание птиц нарушали всеобщий покой.
- Я даже не знаю, с чего начать, - грустно произнесла девушка, опустив взгляд.
После мимолётной паузы Рйена вздохнула, встала с лавочки и начала медленно расхаживать взад вперёд, при этом заложив руки за спину. Девушка собиралась с мыслями, словно складывая воедино все детали сложного механизма, так чтобы и я смог понять его. Я чувствовал, что вот-вот узнаю ответы на все вопросы, которые начинали одолевать меня, поэтому я с нетерпением ждал, когда Рйена начнёт свой рассказ.
- Лет триста или даже четыреста назад, - спокойным, слегка тихим голосом девушка начала свой рассказ, - я уже точно не помню. Даты – единственное, что я не могу запомнить, - пояснила она. – В общем, в те далёкие времена в Англии существовала одна небольшая секта. Мне неизвестно, ни кому они поклонялись, ни какие идеи проповедовали. В те времена люди поговаривали, что эта секста, чьё название я не хотела бы называть, обладает знанием колдовства. Как оказалось, в руки сектантов попали древние рукописи и фолианты. В них были записи не то человека, не то какого-то разумного существа, жившего или до сих пор живущего на земле или, возможно, за её пределами. Теперь уже никто никогда не узнает, откуда взялись те бумаги и кому они на самом деле принадлежали. Но вот что известно мне – в записках описывались всевозможные обряды, последовательности действий и слов, которые должны были наделять людей магическими силами, - Рйена перевела дыхание и замолчала.
Она продолжала медленно ходить передо мной по узкой асфальтированной дорожке вдоль фонтанчика с одной стороны и лавочки с другой. Время томительно и медленно ползло, а Рйена никак не продолжала свою историю.
- Не понимаю, - не вытерпев, спросил я.
Вдруг я понял, что чувствую себя очень странно – мои сознание и разум словно «перетекали» из одного состояния в другое. Теперь я вновь мог размышлять и анализировать, так что вся эта нереальная загадочность, как вокруг меня, так и в словах девушки, не давала мне покоя. Постепенно возвращался «старый» я.
- Слушая дальше, - мило сказала Рйена. – Некоторые обряды, описанные в тех зловещих записях, невозможно было осуществить – для них требовались такие вещества, материалы и предметы, которых никогда не существовало и до сих пор не существует на земле. Другая часть заклинаний не принесла желаемого результата. В некоторых случаях они наоборот вызвали отрицательные эффекты, о которых ничего не говорилось. К тому времени, когда почти все заклинания из писаний были опробованы, секста уже перестала быть сектой – про неё прознали в обществе и объявили охоту. Кто-то же охотился на сами фолианты, желая заполучить магию мрака. Внутри самой секты произошёл раскол – её члены разругались между собой из-за проклятых рукописей. Так что секта была почти полностью уничтожена - кого-то убили в пылу ссор, кого-то поймали и казнили. Но нескольким сектантам удалось бежать вместе с древним артефактом, возможно попавшим к нам из параллельного мира. Им осталось опробовать последний обряд, который был самым сильным из всех. Он был описан хуже других, потому что автор записей к тому моменту, когда писал о нём, уже терял рассудок от прошлых своих опытов и экспериментов. Описание было обрывистым, а порой и вовсе несвязным. Сектанты смогли сварить зелье, рецепт которого был в записях, но автор предостерегал, что самим его лучше не пить. Возможно, именно из-за этого снадобья его, автора, разум потерял ясность. После рецепта зелья шли совсем уж несвязные и непонятные пометки, сделанные корявым и плохо читаемым подчерком. Из них мало что было понятно. Но кое-что сектанты всё же смогли вычленить из бредового текста – какое-то странное предположение на счёт восемнадцатилетней девственницы.
Рйена опять замолчала, переводя дух. Сразу же стало тихо, лишь шум падающей воды в фонтане и вялый шелест листвы тревожили слух. Я сидел, не шевелясь, полностью «утонув» в рассказе девушке. Все те вещи, что она описывала, красочно рисовались у меня перед глазами, словно само прошлое разворачивалось передо мной объёмной картиной.
- Откуда ты столько об этом знаешь? – спросил я, уже догадываясь, что ответит девушка, но я ошибся в своём предположении.
- Это я была той самой восемнадцатилетней девственницей. Меня схватили сектанты, приволокли в какое-то помещение, где привязали к столу, после чего опоили тем мерзостным зельем. Спасло меня лишь то, что в загадочных записях автор писал о какой-то необходимости выждать половину суток. Сектантам не удалось понять, когда или после чего нужно ждать. Они решили оставить меня привязанной к столу на ночь, на всякий случай. Почти всю ночь я кричала, но никто не слышал моих стонов, срывающихся на хрип. На утро ко мне никто не пришёл. Уже позже я узнала, что по какому-то невероятному стечению обстоятельств, тех сектантов ночью поймали и убили ни то воры, ни то охотники за мистическими фолиантами. Так вот, когда истекли двенадцать часов, я ощутила внутри себя нечто необъяснимое, пришедшее ко мне из другого, не человеческого мира. Это была некая сила, описать которую невозможно ни одним языком, существующем на Земле. Я ощутила, как магия проявилась во мне, словно капельки воды, выступившие на стенках кружки в которую налили что-то холодное. С помощью этих сил я смогла освободиться и бежать.
В очередную паузу в рассказе Рйены, я подумал, что никогда бы не поверил в такое, если бы не последние дни моей жизни, которые переполняли мистика, безумие, сумасшествие и немного романтики. Может быть поэтому, а может из-за некой силы внутри моего разума, слабеющей с каждой минутой всё больше и больше, но всё ещё указывающей мне как думать и поступать. В любом случае, я принял историю Рйены как должное, словно это был рассказ о том, как девушка сходила в кафе, где выпила с парнями по кружечке сока. Девушка села рядом со мной, заглянула мне в глаза, после чего повернулась к фонтану и упёрлась взглядом в небольшую экспрессивно бьющую водную струйку.
- Ну вот, - она, девушка, пожала плечами, - теперь ты знаешь, кто я. Я – колдунья, волшебница, «магичка» – называй, как хочешь. Тем не менее, моя жизнь не была лишена изъяна. Одна маленькая деталь, одно незначительное обстоятельство, омрачало моё существование. Перед тем, как сжечь артефакт, порожденный самим мраком, дабы больше никто не смог обрушить на себя его порчу, я с помощью своей новой магии смогла кое-что ещё расшифровать и понять. Оказалось, что я лишь сосуд для той силы и её проявление во мне лишь побочный, эффект, который мог быть, а мог и не быть. Получение же полного объёма сил, лишённых каких-либо ограничений проходит через лишение меня девственности. Это означало, что ощути я сладость плотской любви, как вся эта волшебная сила исчезнет и, усиленная в десятки  раз, перейдёт к тому, кто совратил меня. Чувство всемогущества и чувство собственной исключительности были для меня дороже любви. Так я и жила, опасаясь этого чувства и всего, что с ним могло быть связано, дабы не сорваться и не погубить себя. Чтобы хоть как-то отвлечься от того, чего мне никогда не вкусить, я решила сосредоточиться на изучении всего вокруг. Но мои способности ограничены и позволяют мне лишь «отнимать» у людей блага, в то время как безграничные способности могут создавать вещи извне, противореча всем законам физики. Таким образом, каждый новый день моей жизни стоит какому-нибудь случайному прохожему точно такой же день, который я отнимаю у него. Тем не менее, даже мой интеллект собран из ничтожно малых кусочков чужых мыслительных способностей. Человек вряд ли заметит, что прожил на день меньше, чем должен был или то, что поглупел на тысячную часть своего IQ. Я начала изучать физику, химию, историю, иностранные языки и многое другое. Знания давались мне слишком легко, так что я даже сделала себя немного глупее и растеряннее, отдав кусочек своего интеллекта какому-то прохожему.
Рйена не на долго замолчала, готовясь переходить к новой части своего рассказа, после чего вновь продолжила:
- Ты же понимаешь, что запретный плод сладок? Я просто не могла не думать о любви! Порой у меня случались истерики, когда я совсем уж срывалась, поддаваясь чувствам, так что хотелось плюнуть на всё, устроить развратную оргию и умереть. С огромным трудом, порой на самом краю мне удавалось сдерживать себя. Чтобы хоть как-то бороться с этим, я начала время от времени знакомиться с мужчинами, но лишь чтобы поиграть с ними и утолить свою жажду иллюзией отношений. Я никогда не встречалась с ними более одного раза, ведь длительное общение могло вызвать у меня ссыльные чувства и даже привязанность к человеку, что увеличивало вероятность оступиться.
- Раз ты пришла ко мне второй раз, раз всё это рассказываешь, значит, решила покончить со всем этим? – предположил я. – Теперь я понимаю, о какой ошибки ты говорила.
- Да, - кивнула Рйена, - ты абсолютно прав.
- Но почему именно сейчас, а не десять лет назад или лет через двадцать?
- Мне надоело бегать от своей сущности, - голос девушки был спокоен и немного холоден.
Не смотря на это, я ощущал всем телом что-то странное, нематериальное - сильные потоки энергии вырывались из всего тела девушки и брызгали во все стороны, словно масло с раскалённой сковородки. Это было похоже на некое магическое, недоступное простому человеку выражение эмоций.
- Жизнь потеряла смысл, - тем временем продолжала Рйена. – Люди живут, чтобы добиться чего-то или кого-то  высокой зарплаты, человека, который нравиться, большой квартиры, размеренной или наоборот насыщенной жизни. На своём коротком отрезке жизни они двигаются куда-то, а моя жизнь не ограничена сроками, вот только и вектора существования тоже нет. Так что бесконечно бежать от самого себя, при этом не стремясь ни к чему – не самая удачная и умная идея для жизни. Всё это должно прекратиться.
- Тогда почему ты выбрала именно меня? – спросил я, глядя ей в глаза.
- Иногда мне видится прошлое, а иногда будущее. Именно  благодаря этим видениям я смогла узнать столь подробную историю секты. И именно так я узнала о тебе. Это было похоже на дремоту или сон, в котором я видела, что счастлива с тобой. Тогда я захотела просто встретиться один раз, но сделать эту встречу не такой, как все предыдущие мои встречи. Я решила выпустить часть знакомства и привыкания друг к другу, так чтобы всё выглядело, словно мы давние друзья и любовники. Для этого мне пришлось внести изменения в твой разум. Раньше я такого не делала, поэтому получилось у меня всё не самым лучшим образом – в глубине сознания ты осознавал, что поступаешь, словно не по своей воле, да и не так, как поступил бы сам. Ты чувствовал, что в тебе кто-то или что-то появилось и стало диктовать свои условия. Прости меня за это. Все свои воздействия на тебя я уже прекратила сегодня утром, когда удаляла всё, что было между нами, так что эффекты скоро сойдут на нет, и ты снова станешь собой.
- Так, - задумчиво протянул я.
В голове крутилось много вопросов, хотелось многое узнать – детали и тонкости жизни столь уникального человека, принципы работы этих нечеловеческих сил, но я сдержался и промолчал, позволяя Рйене досказать всё то, что она хотела рассказать мне.
- После того, как я удалила совершенно всё, что было между нами, я нашла тот диск у себя. Только он должен был напоминать тебе обо мне. В тот миг мой сердце застучалась чаще от волнения и испуга, потому что я поняла, что нам суждено встретиться ещё раз. Тем более, я же видела, насколько я счастлива с тобой. Кстати, сейчас всё вокруг нас не реально – мы в моём разуме. Это место – театр моих воспоминаний. Я ума не приложу, как тебе удалось попасть сюда, ведь это просто невозможно! Но в то же время, это лишь ещё один знак, показывающий что нам предстоит быть вместе.
Рйена встала, подошла к фонтанчику и забралась в него, промокнув при этом до нитки, только чтобы попить прохладной воды. Она двигалась плавно и невозмутимо, словно этот поступок был в порядки вещей.
- Ну что, теперь ты всё знаешь. Готов вернуться в реальный мир? – свежо и задорно спросила Рйена.
- Постой, - протянул я, неторопливо вставая с лавочки, - а что именно с тобой будет после этого?
- Я умру в течение двенадцати часов, пока из меня не выветрятся все остатки магии.
- В течение двенадцати часов, - заворожено повторил я. – А воскрешать людей ты умеешь?
- Воскрешать? – ухмыльнувшись, переспросила девушка. – Теоретически это для меня возможно, но для этого должен умереть кто-то другой, как бы передавая свой остаток жизни, сохраняя тем самым баланс.
- Так-так, - задумался я, - твои способности ограничены «балансом». Я же получу от тебя силы без ограничений. Значит, я смогу воскресить тебя, никого при этом не убив! – я был возбуждён внезапно пришедшей мыслью, поэтому говорил громко и с чувством.
- А ведь точно! – воскликнула Рйена. – Я столько лет прожила, и такая идея не пришла мне в голову. Забавно, верно?
- Приди она к тебе раньше, то мы бы не встретились. Вот теперь я готов возвращаться.
Девушка подошла ко мне совсем близко и шепнула на ухо:
- Я Томилась от этой жажды сотни лет, я выучила всю теорию и могу с помощью магии восстанавливать физические силы человека, так что это будет самое яркое и безумное, что когда-либо было в твоей жизни.
После этих слов Рйены, моё сознание помутилось, словно погружаясь в сон. Всё вокруг поплыло, начав размазываться. Это забвение продлилось всего несколько секунд, а когда мой разум вновь приобрёл ясность, я нашёл себя дома, сильно сжимающим тело девушки и целуя её в губы. Пока мы прибывали в воспоминаниях Рйены, реальный мир замер, застыл и не двигался.
Я продолжил страстно целовать девушку, прижимать её к себе, начиная стаскивать с неё одежду. Интересно, каково это – владеть магией?
27 августа – 13 октября. 2009 год.


Рецензии
Очень хороший рассказ на современную для многих тему. Читать интересно. Спасибо!

Наталья Шмидт-Дрозд   16.05.2010 22:49     Заявить о нарушении