Война. 2. Опасайтесь этих!

     Была третья пара, я объясняла у доски лекцию.

     Измученный третий курс - будущие юристы - поголовно ломились после окончания техникума работать в прокуратуру. "Она не резиновая", пыталась урезонить тридцать пар непонимающих глаз. Мысленно сдалась: жизнь сама все расставит по местам.

     «Зачем мы учимся с инвалидами в одном здании?», возмущенно  спросила меня одна студентка. Вернее, почти выкрикнула:

     - Почему мы должны учиться вместе с этими?

     - Кто это - "эти"?

     - Ну, инвалиды, - выдавила она.

     Ее смущало, что у некоторых ребят с ограниченными возможностями были сложности в плане психического развития.

     Процесс социализации  - внедрения в общество - лиц с физическими недостатками, психическими сложностями чреват непониманием общества, поэтому такая социализация у нас нигде практически и не проводится. То же относится к лицам, вышедшим из тюрем, выпускникам интернатов и детских домов. Наше общество - лицемерное собрание равнодушных – однако, что игнорируем, то нас и больно бьет. Не случайно в стране высокий уровень социальных проблем, правового нигилизма и разгула преступности.

     Конечно, я объяснила девочке не все; предложила пригласить на занятие мальчика из реабилитационного лицея, с которым разделяем здание; этот студент заикался и плохо ходил, и являл пример отчаянного борца за право учиться с "нормальными" детьми.

     В другой раз меня застал врасплох вопрос бритоголового отпрыска, который вертелся за партой, привлекая внимание:

     - Вы толерантный человек? - с нажимом спросил он.

     Задумалась. Могла бы стать более толерантной.

     Сейчас же больше всего на свете я хотела перекусить в преподавательской, перемыв за обедом косточки неприятной части педагогического коллектива - мающимся дурью молодым и пожилым теткам, считающим студентов постоянно курящим на крылечке техникума сбродом.

     - Я не во всем толерантна, - почти с вызовом выпалила я; скорей бы закончился этот опрос.

     Юноша не унимался; его девушка с садистским любопытством смотрела на меня.

     - А вы были на Русском марше?*

     - Нет, а стоило?

     - Весьма. Я - был.

     Не могла понять, что из этого следует.

     - Как Вы к евреям относитесь?

     Внутренне насторожилась: клинический случай.

     - А почему не спрашиваете о таджиках, узбеках, татаро-монголах, айзербайджанцах или патагонцах? - попробовала отшутиться.

     - Думаю, Вы понимаете, о чем речь,- вкрадчиво произнес тот. Девушка едко рассмеялась.

     - Нет, мне непонятно.

     - Вы с Алькой Бильман ходили недавно в театр?

Девушка из параллельной группы. Очаровательная кокетка, в очках, слегка картавит.

     - Вы же не станете утверждать, что Россия не для русских... (далее последовала длинная обиженная на большие и малые народности тирада, посвященная необходимости "свято оберегать от всяческих иноземных посягательств границы нашей Родины"). Вот мы ходили... я ходил на Русский марш. И у меня там... (пауза) друга убили. Камнем в голову попали. Тот, кто кидал, еврей был.

     Мысленно опередила его антисемитские измышления.

     - И теперь все евреи - сво...?

     Решила раскрыть душу:

     - У меня тоже убили подругу. Она работала летом официанткой в кафе. Мы жили в студгородке, часто курили вместе и бренчали на гитарах. У меня книжка о Битлах стоит дома на полке в память о Женьке...

     - А ее - тоже "эти"? Ну... жи… евреи?!

     -Да нет. Как раз русские, хорошие. – Меня трясет. - Ее скинхеды убили, предварительно надругавшись. Меня трясло потом, как и Вас сейчас около полугода. Не могла даже рядом с тем парком пройти, где Женьку нашли. Так плохо было, Битлов и по сей день играю как сквозь слезы. За что? Жил человек...

     На самом деле половина и этой тирады проигралась мысленно в моей голове. Я сказала только:

     - Это были мы, русские. И, что важнее,  п р а в ы е. А человека больше нет...

     Девушка уже не улыбалась, но еще сканировала меня.

     Мне хотелось заорать, что это чушь - все нацистские теории; что есть обычные, живые люди, которые ни в чем не виноваты; что новые уроды, решающие извечный вопрос "Тварь ли я дрожащая?" - приходят в этот мир, что-то их ломает - чужое ли счастье, свое ли горе или неудача - и они внезапно решают, что они относятся к "право имеющим".

     Вслух сказала:

     - Опасны обобщения. Блондин дал в глаз - значит, блондины потенциальные враги. Бывший парень был студентом-инженером, значит изменить ему надо с работягой-слесарем Петрухой, методом контраста.

     - А Вы "Майн Кампф" на досуге почитайте? - посоветовал будущий юрист.

     - Окей. - Устало согласилась я - если возникнет острый душевный кризис.

     Неделя сумасшедшая - окончание семестра, аттестация хвостатников - наша беседа сгладилась в моей памяти. Как-то Игорек добавился в друзья в социальной сети и даже закинул пару песенок миролюбивого содержания на мою стенку в блоге.

     - Может, поумнеет и подобреет? - понадеялась я.

     Хорошо взять голову современного тинэйджера и почистить ее от информационной пыли и идеологического хлама.

     Заодно хотелось пропылесосить собственную душу от этой грязи.

     * Русский марш - движение, происходящее 4 ноября в один из "искусственных" праздников - День народного единения.


Рецензии
Этих теперь много....

Для кого то мы тоже "эти"....

Андрей Бухаров   25.02.2014 17:58     Заявить о нарушении
да, это точно. Тема вечная, похоже!

Мария Машук Наклейщикова   08.04.2016 21:04   Заявить о нарушении
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.