Живые души. часть 2

Он.

Я не помнил  как появилась на свет. Просто однажды открыл глаза и начал дышать. Я не знал ни своего имени, ни то, кто я. Я был не похож ни на кого из тех кого я видел.
Больше всего я был похож на человека. Мужчину. Только за спиной у меня были крылья как у птицы.  Мне было страшно показываться людям, я просто наблюдал. Следил за жизнью людей,  я был очень осторожен, пока не понял, что меня просто не видят.  Точнее не видят моих крыльев. Я  долго ходил по улицам, внимательно всматриваясь в лица людей, я хотел хоть что-то понять, что-то вспомнить..  но никого не узнавал. Мне было холодно и одиноко. Тем временем с неба посыпались белые холодные перышки. Я окончательно озяб, потянуло в сон. Я как раз дошел до парка, нашел лавочку, свернулся на ней,  обнимая себя руками. Чувство одиночества было так невыносимо, еще хуже холода. Я подумал о том, что лучше умереть, чем быть вот так одному и провалился в темноту.
Она.
-Да где я найду модель? Думаешь, красивые мужики на улицах валяются?! Я же не виновата, что заказчик хочет нереального! И вообще, с каких пор юристы занимаются подбором моделей?! Кто-нибудь еще помнит, что я юрист!  -Она быстро перебирала ножками, запыхавшись  крича в телефон.  Подскальзнулась и шлепнулась рядом с лавкой. На лавочке лежал человек, а уже темнело. Наташа быстро поднялась и хотела уже обойти подальше, но взгляд упал на лицо спящего. Она прикрыла телефон рукой и громким шепотом сказала, -Кажется, все же валяются.
Наташа захлопнула телефон и подошла поближе к лавочке. Лицо юноши было необычно красивым. Ему бы по подиуму ходить, а не спать тут в тоненькой одежде под снегом. Тем более одежда его больше походила на пижаму, светлые льняные брюки и рубашка. Может, сбежал откуда-то, из психушки на пример. Но разве может человек с таким красивым лицом быть сумасшедшим. Наташа аккуратно тронула его за плечо. Густые черные ресницы дрогнули и распахнулись. Наташа замерла,  смотря в бирюзовые яркие глаза, похожие на летнее теплое небо. А молодой человек широко улыбнулся,  показывая белоснежные ровные зубы. В голове у девушки стукнулась одинокая мысль, то с такими зубами он явно не бездомный или сбежавший психопат, пытайся он перегрызть решетку от спинки кровати, то таких зубов бы не было. Остальные мысли растворились в солнечном свете исходившем от идеального лица.
-Привет! – Сказал он нежным обволакивающим голосом.
-П-привет, - Наташа совсем растерялась. Судорожно вспоминая, кто из голливудских звезд мог потеряться в их городе. – А что ты тут делаешь? Ты заблудился?
-Не знаю. Кажется,  заблудился. Ты знаешь меня? – В бирюзовых глазах промелькнула надежда.
-Нет. Я Наташа, а ты?
-Я не знаю. Не помню. –Он опустил голову, чуть покусывая губу. –Я не помню кто я.
В голове у Наташи промелькнули воспоминания о мошенниках, втирающихся в доверие, пользуясь внешностью. Но он, то в доверие не втирался, она первая подошла к нему.  Значит, его можно не бояться, да и как можно бояться такого красавца, даже если он прямо сейчас ее задушит, то не такая уж плохая смерть.
Она просто протянула ему руку, а он протянул свою. Через пятнадцать минут они уже сидели в маленькой гостиной Наташиной квартиры с чашками какао. Наташа заботливо укутала гостя в теплый плед. И сейчас тонула в благодарном взгляде.
-А ты, правда, не помнишь, как тебя зовут?
Гость склонил голову к плечу и запустил пальцы в густые волосы. Он насупил брови,  старательно вспоминая.
-Нет, не помню. – его голос был таким печальным, - Совсем ничего не помню.
-Но как тогда тебя называть? – Наташа смотрела на его руки, кажется, обручальное кольцо он никогда не носил, по крайней мере, кожа на этом пальчике была такой невинной.
-А как тебе нравится? – Он растерянно улыбнулся.
Наташа задумалась. Какое имя могло подойти такому красавцу, ну не богом же его называть, хотя Аполлон или ангел подошло бы, но не называть же так его. Девушка невольно усмехнулась. Сидит тут и придумывает имя красавчику, как кличку котенку.  Но если он так прекрасен, и так вовремя свалился на ту лавочку, то почему бы не Богдан?
-Тебе нравится Богдан?
-А ласково это будет Боша? – Он нахмурил брови, проговаривая это имя. Натали рассмеялась, ну Боша конечно ему не подходит.
-Почему бы не сократить до Дани?
Он улыбнулся.
-Даня вроде бы нормально.
Вот так он получил свое имя. Закрыл глаза и уснул. Наташа тихо встала и ушла в спальню. Ей на удивление легко спалось, будто в доме и не было подобранного на улице мужчины.
Проснулась она от странного запаха. Кажется, что-то горело. Она спрыгнула с кровати и побежала на кухню.
 На кухне стоял Богдан и растерянно смотрел на дымящуюся сковороду. Увидев Наташу, он густо покраснел.
-Прости, я и испортил завтрак. – Он досадливо показал на сковороду, будто и так было не видно источника дыма.
Наташа открыла окно, а сковороду переместила в раковину. Потом достала из холодильника йогурт.
-Значит,  сначала будет легкий завтрак.
Потом посмотрела на Богдана,  не понимая, что в нем изменилось. А изменилось в нем то,  что он был без рубашки и его мускулистый торс был великолепен. Будто ожившая статуя, с мраморной кожей, а на губах мальчишеская озорная улыбка, в то же время извиняющаяся. Конечно, за этим не сразу можно было заметить, что он стоял в джинсах. Так, а откуда у него джинсы? Вчера их не было!  Перехватив взгляд девушки,  он упустил уголки губ.
-Извини, я занял у тебя немного денег.
Наташа присмотрелась внимательнее, на нем были дорогие фирменные  джинсы. У нее в доме не было столько наличности, да с учетом того, что на столе стояли продукты, притом тоже не самые дешевые.
-И где ты у меня нашел столько денег? – Вообще, даже если он что-то продал из ее дома, почему-то было не жалко.
-В кошельке. Я взял пятнадцать рублей. – Он засунул руку в карман,  вытащил толстую пачку пятитысячных купюр и положил ее на стол. – Вот, возвращаю.
Наташа похлопала ресницами.
-Но это не пятнадцать рублей! Где ты взял столько?
-Я взял пятнадцать, купил лотерейный билет.
-И сразу выиграл столько? – Девушка подняла брови.
-Нет, не сразу. С первого выигрыша я купил еще несколько билетов, ну и дальше пока не получилась нужная сумма. – Он озорно улыбнулся.
-Как можно так выиграть? – Наташа растерялась, даже продай он всю ее мебель вместе с обоями, не получилось бы столько.
-Пришлось обойти несколько будочек с этими билетами. Да и крупные суммы выдают не сразу, пришлось брать с небольшими.
-И все время выигрывал?
-Наверное, мне везет. – Он пожал плечами.
Наташа ему не поверила, но, почему-то не хотелось обижать его подозрениями. Потом он вытащил из другого кармана такую же толстую пачку билетов.
-Пойдем смотреть, что мы выиграли.
Наташа поднялась  и медленно пошла за ним в гостиную к телевизору. Через полчаса Девушка не могла ничего делать, кроме как хлопать ресницами и открывать – закрывать рот, вертя головой в поисках скрытой камеры в ее же квартире. Потому что все 50 билетов в пачке Богдана оказались выигрышными. Теперь подобранный на улице парень превратил пятнадцать рублей в три квартиры, четыре машины и такую кучу денег, которую даже считать было страшно.
Даня растерянно смотрел на Наташу.
- Тебе не нравится? Я не должен был этого делать?
-Нет. Все просто… все просто замечательно. Я не могу в это поверить! Как у тебя это получилось?
-Не знаю. Но разве не здорово, что у вас вот так раздают деньги?
-Всю жизнь считала, что они как раз их на этом забирают. – Наташа попыталась вспомнить, когда кто-либо из ее знакомых выигрывал больше 50 рублей, купив за 50 рублей билет. И не смогла никого вспомнить, кроме вот этого миллионера на ее диване.
Тут резко зазвонил телефон. Наташа от неожиданности подпрыгнула. На экране горел номер начальника.
-Ты помнишь, что через три часа съемки! Ты нашла модель?
-Нашла! – Рявкнула Наташа и нажала на сброс. Тяжело вздохнув повернулась к Дане.
-Я понимаю, что тебе теперь не надо работать, но можешь помочь мне с моей работой?
-Конечно! Все что скажешь! –Богдан встал прижав руку к груди. –Я сделаю, все, что ты хочешь!
-Нам через три часа надо быть на съемках рекламы. Думаю, ты  идеально подойдешь.
-Ну раз через три часа, то мы успеем по магазинам. – Богдан насупил брови.-  Мне не нравится твоя одежда.
-Это чем это тебе моя одежда не нравится! – Наташа вспыхнула.
-Ну пожалуйста, Наташенька! – Он встал на колени перед ней и прижал ее руку к своему лицу. Она не могла сопротивляться. Все это казалось сном, нереально красивый парень стоял перед ней на коленях и просил ее пополнить ее же гардероб.
-Только ради тебя. – Наташа наигранно тяжело вздохнула. Богдан вскочил и подхватил Наталью на руки. Совсем легко, как пушинку. Наташа вскрикнула и вцепилась в крепкие широкие плечи. А он только счастливо улыбался.
Они быстро оделись . Наташа не привыкшая к безотчетной трате денег тянулась в демократичные магазины, но Богдан настойчиво вел ее в самые дорогие. Себе он вещи покупал быстро, почти не глядя,  в первом же магазине набрал все, что необходимое. Зато вот на женские магазины он потратил гораздо больше времени, упорно всовывая в руки девушки вешалки.
За прилавком стояли две продавщицы,  похотливо  глядя на молодого самца, который кропотливо перебирал  все стойки с женской одеждой.
-Как думаешь, он кто? –Пропела блондинка.
-Наверное, гей, вкус у него отменный! – Вторила ей брюнетка.
 К ним подошел охранник, которого явно тоже заинтересовала странная пара покупателей.
-Как думаете, денег то у них хватит? Вещей уже на пару сотен набрали.
-Ну, судя по его одежде да. На одни ботинки стоят больше моей зарплаты за пару месяцев. Хотя она замухрышка еще та. И одета в какую-то дерюжку. Что же такой красавчик с ней теряет? –Брюнетка накрасила и без того хищный рот.
-Да брось ты, нельзя так о людях. – Пожала плечами блондинка.
-Да какой она людь, мышь какая-то. Может она его домашнее животное, или очень-очень дальняя родственница с глубинки.
Наташа стоя в примерочной слышала этот разговор. И ей было невыносимо обидно, действительно, как она смотрелась рядом с Богданом. Она пристально посмотрела в зеркало на свои тонкие губы и ненакрашенное лицо, стянутые в хвостик волосы. Она стянула с себя кофту на которой был ценник в двадцать пять тысяч, надела свой потрепанный жизнью свитер. И опустив глаза,  вышла из примерочной.
-Даня, пошли отсюда.
-Почему? – Он оторвал взгляд от вешалки с кашемировым свитером. – Смотри, этот цвет подчеркнет твои глаза!
-Мышиный цвет не подчеркнешь. – Прошептала продавщица на ухо коллеге.
Даня сжал губы выдвинув подбородок.
-Понятно. – прошипел он. Подхватывая одежду,  он подошел к прилавку с кассой.
Продавщица сально улыбалась ему, пока считывала бирки.
-Триста двадцать три тысячи. Расплатитесь карточкой? – Пропела она,  улыбаясь во весь накрашенный рот.
-Нет, наличными. – Так же широко улыбаясь, ответил Даня. Наташа вспомнила, что он оставил деньги на столе,  и готова была провалиться на месте. Но он выудил из заднего кармана еще более толстую пачку купюр. В глазах брюнетки уже натикали проценты с такой крупной продажи. Богдан чуть наклонился вперед, брюнетка тоже склонила голову к нему, ликуя. –Девушка, у вас такие удивительно кривые ноги.
Брюнетка распахнула глаза от неожиданности и беззвучно открыла рот.
-Хоть я и был геем, пока не встретил свою любовь в этой прекраснейшей девушке, - он кивком показал на Наташу. – Но мое чувство гармонии не оставило меня, и я не могу позволить себе, чтоб моя богиня носила одежду проданную столь кривоногой продавщицей.
Богдан повернулся к блондинке и отдал деньги ей, а это значило, что и весь процент с продаж уходил ей. Охранник, маскировавший смех кашлем, уж за этим бы проследил. Даня быстро нацарапал на бумажке адрес для доставки и, подав руку Наталье,  гордо вышел из магазина. Как только они отошли, дружно рассмеялись .
-Ты ее лицо видела! – Даня смотрел хулиганистым взглядом.
А Наташа, даже смеясь понимала, что та продавщица не единственная, кто видит, что она ему не пара.  Перед ней стоял высокий широкоплечий мужчина, с волевым подбородком и блестящими волосами, с волосами в которых играло под лучами зимнего солнца золото. Сейчас он был одет стильно и дорого, и никто не поверит, что вчера она подобрала его в парке на улице. Может она упав тогда ударилась головой, и сейчас лежит без сознания в больнице, а может и того хуже.
Богдан посмотрел на часы. И когда он успел купить себе часы?
-У нас еще есть полтора часа. Я думаю, что тебе пора немного обновить прическу. – Он взял ее за руку и потянул к стеклянным дверям салона. Девушка за ресепшенем  расплылась в улыбке, кажется и не замечая Наташу, хмуро поглядывающую на селиконовую красотку.
-Что желаете? – Улыбка стала еще шире.
Богдан открыл папку с прайсом услуг и начал быстро показывать пальцем на строчки. Наташа глубоко задумалась, о странных познаниях в женской одежде и процедурах своего найденыша. 
Даня повернулся к Наташе.
-Дай мне паспорт!
Наташа рассеянно отдала ему документ, Даня схватил красную книжечку и исчез за дверью солона. Только тогда Наташа подумала, что же она наделала. Но было уже поздно. Настойчивые наманикюренные руки мягко подтолкнули ее к парикмахерскому креслу.
Наташа закрыла глаза и думала, чем же она будет расплачиваться, если Богдан не придет. Да и какой же он Богдан, что она вообще о нем знала, и вот сейчас она в кресле дорогущего салона, а у нее ни копейки с собой. Да и, о черт, ключи от квартиры тоже у незнакомца. Как же он ее окрутил.

Наташа открыла глаза, только когда стилист тронула ее за плечо. Нехотя открыла глаза, в конце концов, можно позвонить подруге и попросить у нее привезти денег. А потом с зарплаты, может двух как-нибудь отдаст. Она посмотрела на себя в зеркало и поняла, что даже трех зарплат за такую красоту будет не жалко. Из зеркала на нее смотрела очаровательная девушка. Визажист очень точно подобрал макияж, казалось, что его и нет совсем, но лицо было будто с рекламного плаката. Волосы после масок блестели, ей чуть высветлили пряди и натуральные блондинистые волосы стали удивительно красивыми. Еще никогда Наташа не чувствовала себя такой красивой.
-Сколько я должна? – Произнесла она на выдохе. Аккуратно касаясь кончиками пальцев щеки. На пальчиках блистал французский маникюр.
-О,  ваш муж уже все оплатил, и даже оставил приличные чаевые – Улыбнулась девушка и чуть покраснела. – Скажите, где такого нашли? Он так о вас заботится!
- В парке, на лавочке нашла. Но боюсь,  этот был последний. – Наташа рассматривала себя в зеркало, надеясь, что это не телевизор. 
-Он оставил вам пакет, попросил вас переодеться. – Стилист  подала несколько фирменных черных пакетов  и кивнула в сторону раздевалки.
Наташа зашла в раздевалку и открыла самый маленький. Краска густо залила лицо. В нем было нижнее белье. Наташа пожала плечами и разделась. Комплект из красного кружева был точно подобран по размеру, даже сама она на глаз бы так точно выбрать. В других пакетах оказалось шерстяное серое платье без рукавов и белая водолазка. В двух самых больших бежевое пальто и высокие сапожки. Наташа осмотрела себя в зеркало, выглядела она настоящей бизнес-леди. Она никогда не могла  представить себя вот такой. Оказалось, что ей очень идет. Когда она вышла из раздевалки, на кресле уже нетерпеливо ерзал Даня, а вокруг него суетились  девушки салона, поминутно предлагая ему все возможные напитки. Богдан увидел Наталью, он торопливо подскочил с места и прижался щекой к руке девушки.
-Ты так красива! Тебе нравится одежда, что я выбрал? Я подумал, что если мы пойдем на работу, то это больше всего подойдет. – В его глазах было беспокойство. Наташа растерялась, девушки утопили ее в завистливых взглядах. Наташа вертела головой, пока взгляд не упал на зеркало. Даже в таком виде она не дотягивала до такого красавца. Смешно было даже пытаться. Ну ничего, скоро этот сон кончится.
- Спасибо, у тебя хороший вкус. – Даня улыбнулся своей хулиганской улыбкой и подал ей сумочку, которая идеально подходила к новым сапожкам. Наташа автоматически ее раскрыла и ахнула. В сумочке лежала новенькая косметичка с дорогущей косметикой, новенький телефон, новенький кошелек и даже пара тонких носовых платочков. Паспорт тоже лежал в сумочке.
Они вышли из салона, Даня моментально поймал такси.
- А зачем тебе был нужен мой паспорт? – Шепнула она ему.
- Я подумал, что нам будет легче с кредитными карточками, чем с наличными. – Богдан посмотрел ей в глаза. – Я не прав?
-Наверное, ты прав. – Наташа пожала плечами. Просыпаться совсем не хотелось.
Наташа прошла первая в офис. Секретарша Марина состроила предупредительно-остерегающую мордочку и кивнула на кабинет шефа.
-Ну, с богом. – Буркнула Наташа и, толкнув Даню к креслу приемной, направилась в кабинет шефа.
 Шеф в кабинете был не один. На краю стола сидела зам шефа, длинноногая дочка главного акционера Ольга Валерьевна. Она сразу заметила новую одежду и аксессуары Натальи. Ее рот застыл в беззвучном О, а глаза налились чем-то совсем не добрым. Кажется, она готова была закипеть, понимая, что сапожки на Наташе стоили дороже, чем все, что сейчас было на ней самой. Но Наташа была в полном неведении, что стоит в одежде из последней коллекции, и не блаженно не ведала, какую бурю подняла в начальнице. Шефиня хищно соскользнула со стола и обола девушку вокруг.
-Наташенька, надеюсь, вы помните, что через пятнадцать минут съемка, а у нас нет модели? – Кажется,  ее совсем не интересовала, каким образом поиск модели повесили на юриста.
-У нас есть модель.
-И где же он?
-Ждет в приемной.
Шеф протер лысину платочком и нажал на кнопку телефона соединяющего с приемной. Дверь почти тут же распахнулась и в кабинет гордо вошел Даня, широко улыбаясь.  Он оставил верхнюю одежду в приемной и сейчас его торс был выгодно подчеркнут тонким голубым свитером, узкие бедра и бедра обхватывали джинсы, а волосы были чуть взъерошены. С ростом выше метр девяносто, фигурой атлета, а лицом кинозвезды он производил ошеломляющий эффект.  Наташа испытала триумф от немой сцены начальства.
А Даня склонил голову к Наташе и озадаченно  шепнул, - Что-то не так? 
-Да все просто замечательно! – Толстенький шеф подпрыгнул на кресле и захлопал в ладоши. – В студию! В студию! Там уже ждет заказчик!

Наташа сидела в уголке на  стульчике и смотрела, как Богдана купают в восхищении. Фотограф-гей закатывал глаза и щелкал языком, девочка-визажист растерянно заламывала руки, потому, что  Дане совсем не нужна была ни пудра, ни лак для волос. Две костюмерши поочередно охали, что у них нет размеров на такие плечи. Представители заказчика, две сорокалетние сухие женщины розовели, как школьницы. Шефиня сидя на высоком стуле старалась как можно чаще перекидывать ногу на ногу, чтоб привлечь к себе внимание.
Богдан послушно менял костюмы, позы и разные улыбки, иногда, посматривая на Наташу. Шефиня перехватывала эти взгляды и начинала активнее махать ногами. Но Натали даже не замечала, что Даня на нее смотрит. Она полностью углубилась в невеселые мысли   о собственной несущественности в этом съемочном процессе. От раздумий ее отвлек голос начальницы.
-Наташенька, думаю, что вам пора домой. Ваш рабочий день кончился.
-Но, Богдан…  - Шефиня прервала ее.
- Нас ждет маленький фуршет по поводу удачных съемок. Вам на нем быть не обязательно. – Наташу бесцеремонно вытолкали из студии.
Натали села в такси, предварительно проверив кошелек. Так было столько денег, что хватит на год, даже если ее сейчас же уволят. Только это совсем не радовало. Она сейчас мучительно осознавала , что теряет Даню. Действительно теряет, ведь так легко потерять то, что нашел случайно в парке.
Наташа вошла в квартиру, где о нем напоминал плед на диване и чашка с недопитым какао. Она погладила пальчиками место, которого касались его губы.

Наташа села на плед и подтянула ноги к подбородку. В носу щипало, наверное, это так хотели пролиться неоправданные слезы. Которых не должно быть. На которые она не имела права, как не имела права на мужчину, который был в ее жизни только сутки.
В дверь настойчиво позвонили. Сердце в груди Наташи пропустило удар от радости. Она подбежала к двери, но там были курьеры. Потому, что один курьер не смог дотащить такое количество пакетов и коробок, которые успел накупить Даня, пока Наташу разукрашивали в салоне.
-Девушка, распишитесь,  пожалуйста. – Курьер протянул ей планшет. – Вы очень необычная. Никогда не видел, чтоб девушка принимала одежду с таким скорбным лицом.
Наташа не ответила, просто царапнула по бумаге и закрыла дверь, даже, пнула ближайший  пакет. В пакете недовольно брякнуло что-то.
Наташа дошла до дивана, упала на него и расплакалась. Было больно даже представить, что сейчас делает Богдан в объятиях шефини. И как он на нее смотрит, с ее то ногами в чулках, резинки которых не увидел сегодня разве только слепой.
Тут в коридоре зазвенели ключи. Богдан тихо вошел в квартиру. Наташа подняла заплаканное лицо. Даня подошел к ней и встал на колени рядом с диваном.
-А что ты плачешь? Это потому что светильник в пакете разбили? Да не переживай, я завтра еще такой же куплю. – он прижал ее ладошку к своей щеке.
-Ты пришел?! – Наташа прошептала  эти слова , не веря сама себе.
Богдан нахмурился, потом растерянно оглянулся.
-Я не должен был приходить? Ты больше не хочешь, чтоб я жил у тебя? – Он встал с колен.
-нет! Нет! Нет! Что ты! Я просто… я просто думала, что ты останешься с Ольгой Валерьевной.
Богдан сел в кресло и рассмеялся.
-Ну, что я тебе такого плохого сделал! За что ты мне такой кары желаешь?! –Богдан наклонил голову и продолжен доверительным шепотом. - Ей надо больше кушать! Она меня чуть не съела! Честное слово. Я знаю, что так о женщинах говорить нельзя, но она так сильно оголодала, что начала меня облизывать. Фу! Было противно. Пришлось потом шею снегом оттирать.
Их одинаково передернуло от брезгливости, и они вместе рассмеялись.
- А что ты? – Наташа, вытерла последние слезинки.
- А я не выдержав схватки с людоедом, сбежал при первой возможности. Пожалуйста, не оставляй меня  больше с такими, я их боюсь.
-Не оставлю.
-Обещаешь?
-Обещаю.
В дверь позвонили.
-О, а это наш ужин! – Богдан пошел в коридор и через минуту вернулся с пакетиками из ресторана. –Утром я понял, что отвратительно готовлю!
-Я бы могла приготовить. – Наташа растерянно смотрела на коробочки с едой.
Богдан недовольно покачал головой
-Ты сегодня  слишком устала. Позволь мне о тебе позаботится.
Наташа после ужина засыпала счастливой, зная, что в соседней комнате спит самый замечательный мужчина.


Наташа сидела в офисе и пыталась сосредоточиться на документах, когда в кабинет вошла шефиня. У нее было озадаченное лицо.
-Наталья Григорьевна, а… а ваш знакомый… как с ним связаться? – Наташа увидела впервые в жизни, что шефиня покраснела.
Наташа пожала плечами.
 -Я не знаю его номера. – И не соврала, Богдан купил новый телефон ей, а себе еще нет. Шефиня развернулась на каблуках и вышла. Бормоча под нос «куда же он исчез, десятый этаж»
Наташа подождала и набрала свой домашний номер. Даня взял трубку.
-Привет Наташенька.
-откуда ты знаешь, что это я?
-Сердце подсказало. – В его голосе слышалась улыбка.
-Слушай, а как ты вчера сбежал-то?
На том конце провода Богдан рассмеялся.
-Пришлось спасться от пожара страстей и я выпрыгнул из окна.
-Ну, ты даешь.
-За не имением выхода иного… - Богдан снова рассмеялся.
Наташа поспешно положила трубку, увидев, что снова идет начальница.
-Наталья Григорьевна, а он вчера вернулся домой? Вы знаете его адрес?
Наташа снова пожала плечами, не шокировать же начальницу говоря, что он живет с ней.
Время подходило к обеду, в животе заурчало. Сотовый телефон в  сумке усиленно завибрировал и заиграл «лунную сонату». Наташа сначала, даже, проигнорировала его, но потом вспомнила, что телефон-то у нее новый, ответила на звонок.
-Мадам, с вещами на выход, карета подана. – Пропел Даня в трубку.
-Какая карета? – переспросила Наташа.
-Обычная такая карета, с четырьмя колесами. Выходи скорее, я кушать хочу! – Даня положил трубку.
Наташа вышла из офиса и обомлела, перед входом стоял шикарный черный bmw. Даня тут же выпорхнул из-за руля и распахнул дверцу для пассажирки.
-Откуда у тебя машина?!
-Так мы же вчера выиграли! Ты не помнишь?
-Но как тебе ее отдали так быстро, я думала, что это должны были по телевизору показать.
Богдан рассмеялся.
-Они побоялись за свою репутацию, вручать в прямом эфире автомобиль  парню с плакатов. – Богдан махнул рукой сторону огромного рекламного щита и широко улыбнулся. На щите красовалась точно такая же улыбка.
Наташа сжала голову руками, вот теперь он еще и по всему городу развешен. Наташа повернулась в сторону офиса. Окна были залеплены любопытными мордочками коллег. Кто бы мог предположить, что все будет вот так. 
В это время шефиня рвала и метала.
-Да кто она вообще такая, да, что он в ней нашел! Да серая мышка, да она его наверное, наркотиками напоила и куклу вудду сделала! Уволю гадину!
В окнах студии стоял фотограф и стилистка.
-А интересно, что он в ней нашел? – пробормотала девушка. – Вроде не красавица… по крайней мере была. Вон как ее разодел.
-Глупая ты, Оксанка. Она всегда красавица была, даже я это видел. – Покачал головой фотограф.
-Но не на столько же, чтоб такого мужика захомутать. Смотрит на нее как преданный песик.
-А что тогда на столько? Кукол он наберет на рубь полведра. А настоящую красавицу, не только внешне не купишь и на смазливость не возьмешь.
-Да, купить он себе гарем может. Вон даже от гонорара отказался, сказал, что его Наташенька попросила. Да к такому и бесплатно бабы косяком пойдут, уж больно хорош.
-Что хорош, то правда. – Фотограф мечтательно улыбнулся. – Да и она, знаешь ли.. не рассмотрели мы ее. А он рассмотрел, вот и вцепился так, что живым не отдаст.

Богдан с Наташей подъехали к ресторану. На коленях девушки лежал букет цветов, лучики солнца разбивались в радугу в светлых волосах Дани. Только Наташе было совсем не  весело. Она подумала, как снова будут шушукаться, о том, что не пара она такому мужчине. Это действительно напрягало.
Богдан распахнул дверцу автомобиля и подал девушке руку.  Прохожие старательно делали вид, что они совершенно случайно сворачиваю головы в сторону парня с баннеров. Метрдотель в ресторане озарился такой улыбкой, будто к нему пожаловала его родная матушка. На столике материализовалась бутылка самого лучшего вина «в подарок почетным гостям», а все посетители ресторана начали активно шушукаться.
Наташа угрюмо осматривалась, чувствуя себя не в своей тарелке. А Богдан довольно улыбался.
За соседним столиком сидела молодая семья с пятилетней дочерью.
Жена повернулась к мужу  и прошептала. – Иди, возьми автограф!
--Милая, но это не вежливо!
-Вежливо, вежливо!
-Я не пойду. – отрезал муж.
Тогда женщина посмотрела на дочку, давая ей ручку с блокнотиком.
-Милая, сходи к тому столику и попроси дать автограф!
Девчушка озорно улыбнулась, схватила блокнотик и побежала к столику Богдана и Наташи.
-Тетенька!  Вы такая класивая! Дайте афтоглав! – Девчушка протянула Наташе ручку. Наташа растерянно чиркнула по бумаге. –Спасибо!
Девочка побежала показывать трофей маме.
Женщина растерянно взяла блокнот, и задумалась, будет ли вежливо подойти к столику еще раз. Потом повернулась к мужу.
-А она вообще кто?
-Ну судя  по внешности, актриса какая-нибудь. Мы давно не были в кино, ты только на рекламу мужиков пялишься.  – Мужчина перевел взгляд на свою тарелку, показывая, что весь занят едой.
-Ну да, наверное, правда актриса. – Женщина еще что-то помямлила, но совсем тихо. А потом начала одергивать дочку, которая складывала из салфетки кораблик, собираясь запустить его в тарелке супа.
Наташа сидела и проклинала свой слишком хороший слух. А потом начала рассматривать себя в зеркальной стене ресторана. И только теперь заметила, что волосы у них с Даней почти одного цвета.
 И ее приняли за актрису, было приятно. Все же лучший аксессуар – это мужчина. Наташа рассмеялась этой мысли, и Даня улыбнулся ей в ответ.
- Богдан, а ты хоть что-то вспомнил о себе?
-Да, вспомнил. Только очень смутно. Там было очень плохо, мне все время было больно и одиноко. Будто меня разорвали на части в темноте.  Я всеми силами вырывался, а потом уже был на улице этого города и встретил тебя. Теперь мне хорошо. –Богдан улыбнулся очень счастливо и накрыл ладонью руку Наташи. Погладил маленький шрамик на ее пальчике. –Дурацкая банка.
Наташа удивленно выдохнула. Она точно не говорила Богдану как получила этот шрам, порезавшись краем консервной банки, но всегда вспоминала этот момент со словами «дурацкая банка».
-Откуда?.. откуда ты знаешь?
Богдан пожал плечами.
-Не знаю. Просто, знаю. Вот этот от банки. – Его пальцы скользнули по ее руке вверх до следующего шрамика. – Вот это ты упала на роликах. Это странно, но я, кажется, все о тебе знаю.  Знаю, как ты влюбилась в первый раз в пятнадцать лет, как плакала в подушку, знаю, как делала за подругу учебные задания, знаю, как влюбляла в себя…. А еще знаю, что ты тайно любишь свои босоножки и хочешь лето, чтоб снова их надеть!  А еще дома тебя ждет маленький подарок.
-Даня, но.. откуда?
-Ты это уже спрашивала. – Богдан улыбнулся и посмотрел в ее волшебные глаза. Наташа недовольно поджала губы. Не любила она сюрпризы.
На улице шел снег. Богдан отдал ключи от машины Наталье.
-Твоя очередь. – И распахнул перед ней дверцу со стороны водителя.

 





Ночью Богдан разбудил Наташу прикосновением к плечу. Глаза его лихорадочно сверкали.
-Наташа, Наташенька, просыпайся милая.
Девушка села на кровати, встревожено смотря на Богдана. Он был очень нервным, казалось его руки тряслись.
-Что случилось?
-Беда! За мной пришли! – Богдан закрыл лицо руками.
-Но, кто? Откуда?
-Они пришли забрать меня от тебя, и вернуть в ту пустоту. Я не хочу! – Казалось, что в его глазах застыли слезы. Он прижал девушку к себе, уткнулся носом в ее волосы. –Я не отдам тебя никому! Никогда! Я всегда хочу быть рядом с тобой! Только с тобой!
Он шептал все это, целуя ее тонкую нежную кожу. Потом взял лицо девушки в ладони и нежно прикоснулся губами к ее губам. Казалось,  вся комната озарилась светом, электрический разряд пробежал по стенам и мебели вокруг. Одно прикосновение губ.
-Я люблю тебя! – прошептал он.
-Я тоже тебя люблю! – Прошептала она. И в их дыхании было столько тепла, нежности, единения, что невозможно найти слова, чтоб описать волшебные нити, связывавшие их. Маленькие, но прочные мостики протянулись от сердца к сердцу, превращая их в одно целое, неделимое, живое и счастливое. Он нежно покрывал поцелуями ее лицо, он будто пил эти поцелуи, и тут же растворялся в них. По щеке Наташи пробежала слезинка, горячая, блестящая слезинка, в которой были слова, которые она хотела произнести, но не могла подобрать, такая же соленая, как мысль о том, что их могут разлучить.
Вещи они не собирали, взяли только деньги и документы. Держась за руки,  вышли из дома, даже ведя машину,  Богдан не выпустил тонких пальчиков любимой. Машина покинула черту города, остановились только на заправке. Богдан нарушал все правила дорожного движения, он выжимал все из машины, лишь бы его не разлучили с любимой. Такой нежной, прекрасной любимой. Глаза которой были похожи на летнее небо.
Они съехали с трассы и по заснеженной грунтовке ворвались в лес.
-Наташа, я тебя очень люблю. - Он подхватил девушку на руки, и взмыл в небо, впервые расправив свои пепельные крылья. Несколько махов и они уже высоко над деревьями. Он прижимал к себе теплое тело любимой, как ребенка, одновременно укачивая ее, стараясь заградить ее от ветра, от колких снежинок. Заградить и никогда никому не отдавать!
Но три огромных птицы догоняли, они были так стремительны, так быстры. Он надрывал мышцы, но не мог оторваться. Он летел, стараясь с каждым махом крыльев оттолкнуться от воздуха дальше, но настал момент, когда он понял, что ничего не поможет, что он разобьется сам, и не удержит любимую, если не спустится на землю.
Он начал медленно снижаться. Он готов был биться и умолять, лишь бы у него не забрали кусочек сердца… нет, не кусочек. Она – это все его сердце, все целиком. Весь смысл.
Они стояли на прогалине обнявшись, дышали друг другом, и не подняли лица, даже когда трое опустились рядом. Они стояли и смотрели.

Майя склонила голову к Майверту.
-Это же он?
-Да.
-Но почему он не хочет вернуться?
Майверт пожал плечами, они не решались подойти, разрушить этот монолит. Но Лучезар подошел ближе, положил руку на плечо Богдану.
Майя вскрикнула. Яркая вспышка, Лучезар упал от боли на колени. По его лицу текли слезы, кровавые слезы. Майя подалась вперед, но Майверт удержал ее.
-Война! Проклятая война! Какая ошибка! Какой грех! – Лучшезар сомкнул руки, по его лицу продолжали литься красные слезы.
Возлюбленные обнялись еще крепче, но перевели на него взгляды.
Лучезар покачиваясь встал, и вернулся к Майе и Майверту. Он тяжело дышал, и казалось, что вот-вот упадет, пока юноша не подставил ему плечо.
Наташа повернулась к ним, закрывая собой любимого, который старался закрыть ее руками и крыльями.
-Я не отдам его, вам! – крикнула она. –Что вам от нас нужно?! Убирайтесь!
Лучезар смотрел, будто, сквозь нее  и шептал «прости, прости, прости, какая ошибка, какая чудовищная ошибка».
Майя сделала шаг вперед и подняла вверх ладони.
-Но его ждет рай. Мы должны вернуть его в рай!
Лучезар поднял глаза.
-Да не было там для него рая. Для него это было хуже самого страшного ада. Они.. они… мы пришли не за ним. Мы пришли за ними! Они – это одно. Это одна душа, которую разорвала война на части, раскинула по разным  мирам. Для него не было рая. Для него рай там, где она. Тогда эти две несчастные души сплетаются в одну, в одну настоящую душу, тогда они живут. Как мы могли этого не заметить! А ведь мы могли потерять их двоих, они бы затухли, бессмертные души бы затухли разорванные на кусочки. Вот тогда была бы настоящая трагедия.
Майя шепотом спросила у Майверта.
-А у каждой души есть половинка?
-Не знаю, но у ангелов они точно есть.  Ты только посмотри на них…

Я не помнил  как появилась на свет. Просто однажды открыл глаза и начал дышать. Я не знал ни своего имени, ни то, кто я. Я был не похож ни на кого из тех кого я видел.
Больше всего я был похож на человека. Мужчину. Только за спиной у меня были крылья как у птицы.  Мне было страшно показываться людям, я просто наблюдал. Следил за жизнью людей,  я был очень осторожен, пока не понял, что меня просто не видят.  Точнее не видят моих крыльев. Я  долго ходил по улицам, внимательно всматриваясь в лица людей, я хотел хоть что-то понять, что-то вспомнить..  но никого не узнавал. Мне было холодно и одиноко. Тем временем с неба посыпались белые холодные перышки. Я окончательно озяб, потянуло в сон. Я как раз дошел до парка, нашел лавочку, свернулся на ней,  обнимая себя руками. Чувство одиночества было так невыносимо, еще хуже холода. Я подумал о том, что лучше умереть, чем быть вот так одному и провалился в темноту.
Теплая рука коснулась меня. От этого прикосновения, все внутри озарилось нежностью. Я открыл глаза. Передо мной стояла девушка, с идеальным лицом и бирюзовыми глазами. От нее шли сладкие волны. За ее спиной были нежные пушистые крылышки. Я смотрел на нее, и знал, что это мое самое любимое существо, это моя частичка, и во мне больше никогда не будет одиночества.