Азов. Город тысячелетий

                карт:  галера «Принципиум» 1696г.               
  «А  и  по край было  моря синева,
 что на устье  Дону-то,  тихова, 
 на    крутом  красном бережку,
 на желтых  рассыпных песках, 
 а  стоит  крепкий  Азов-град
 со стеною белокаменной, земляными   роскатами,
 и со башнями  караульными…»
  (из  старинной русской  былины)               

Среди  бескрайних  степных  просторов, на  берегу синего  моря  с  давних  времен  стоял  город  Азов.  История его насчитывает несколько тысяч лет. Одним  из первых русских  властителей  был  князь  Владимир «Красно-Солнышко», который позже отдал  во  владение Азов в составе Тьмутараканского  княжества своему  сыну  князю Мстиславу.[1]
 
С  тех пор город пережил  много потрясений  и войн, но «сердцем  Азова» оставалась русская община, которая  в XYI веке  насчитывала  пятую часть свободных  азовцев.[2]

 "Азов  состоит  из  трех цитаделей, каждая  из которых похожа  на   старый  Дворец в  Стамбуле.  Между  ними  имеется  связь через  небольшие  ворота. Цитадели  называются Таш-Кале, в  котором живет янычарский  ага и  имеется  мечеть, построенная  султаном Баязидом Вторым, Орта-Кале, где  живет  азовский  бей  и Топрак-кале,»  - так  описывает  город   хотинский  летописец.

Бедный  район  Топрак-Кале за  городскими  стенами на востоке города, огороженный   невысоким земляным валом был  цитаделью русской  общины. Его описывал в своих  записках турецкий путешественник  Эвлия  Челеби: «Здесь можно увидеть на  площади  протяженностью
в один  час пути обнесенные плетнем  сады и огороды. Внутри Топрак-кале находятся тысяча сто пятьдесят довольно просторных домов  с нижними и верхними  этажами, сделанные  из камыша с глиной  и бревен, а при них  имеются  крытые  дворы». Согласно  сообщениям  Челеби, главным  занятием   русских  казаков в  Азове  было  коневодство и рыболовство.

В его описании угадываются  черты,  характерные для многовекового казачьего общинного уклада и поныне сохранившиеся на Нижнем и Верхнем  Дону. «Материалы турецких  летописей  создают впечатление некоей упорядоченности, давно устоявшейся в жизни азовчан.
Известия о свободных  «русах  Азова» появлялись задолго до  мирного захвата города турками,»- отмечал донской историк  В. Н. Королев.
   
Приморский  город считался  «рыбным двором султана». Эвлия  Челеби  упоминает так  «много рыбы, что ею питались  лошади  и скот, а в  пригороде, рядом с пристанью, на  берегу располагался ряд помещений для рыбачьих  лодок  и там же семьдесят рыбных садков».[3]

Одним  из атаманов азовских казаков был Сенька  Ложник, другого  звали так же славянским  именем Куземка. По сведениям донского историка Евграфия Савельева азовские  казаки   вели   свою  родословную от царских  скифов Сары  Аз-ман.[4] 
Помимо  атамана, управлял азовскими «русами» особый староста, «шубаш», он следил за соблюдением рыночных цен,  отвечал  за порядок в общине, производил  отчетность перед турецкой администрацией: разбирал и судил,  избавляя  от  неправедного суда кадиев.
С   глубокой   древности  Азов   был   важным   географическим  и политическим     центром Кавказа  и  Украины,  его  называли  ключом  к  «старому  полю»,  он был  «портом  пяти  морей», связанным   со всеми сторонами света.
Скандинавские  саги  сохранили древнейшее  название  Азова, что  позволяло вести  родословную  азовских  казаков от  древних  скифских  народов, обитавших на  землях  Танаиса  и Приазовья.  Так  в ирландской   «Саге об Инглингах», повествующей  о  родословной  европейских  королей,  говорится  о Великой Свитьод: «Здесь  была страна  азов - Азаланд,  а  главным городом – Азгард, Следуя  предсказанию, ее вождь  повел большую  часть азов  на  север».  В другой  исландской Саге: «Страна, восточнее Танаиса,  называется  Асаланд,  Асахейм, а главная крепость страны называется Ансгард, т.е. крепость  асов ».[5]
В  русском  языке древнескандинавскому  слову Ансгард, готскому  Ансхейм соответствует значение  Царь-город, Царь град, Цареград. Как  мы  знаем  из  истории, Царь-градом  именовались Троя,  Рим,  Константинополь, Москва и др.
      
В  I веке  до  нашей  эры   произошла  вынужденная  эмиграция большей  части  населения из Азова и Приазовья. Причиной было ослабление Боспорского скифского  царствав, стремительное усиление  Римской  империя  и  Понтийского  царства.  В 166 году до н. э. некоторые  властители  Боспора, вместе  со  своими меотскими  и готскими  народами   уплыли  в  далекую Скандинавию.
 «История  Севера  начинается  с  Дона" отмечает в VII веке историк Аноним  Равенский. Долго  память о Родине мужественные люди  из Приазовья  свято хранили в своих сердцах, а в  песнях-сагах остались  предания о солнечной южной  Родине, о  возвращении в  родные места после смерти.  В 276 году  н. э. варварский  Азов  был  разрушен  римскими  легионерами.
 
    В ХI  веке   Азов  некоторое  время находился  под  властью  Византий. Это  произошло когда русский  князь Олег Черниговский  по  договору передал  свое  тьмутараканское княжество  императору Алексею  Комнину.[6]   Императоры  Византии   пытались возобновить  Боспорское  Царство и  греческие  колонии по берегам  Азовского  моря  и в низовьях  Дона. Внуки этого  князя  через  200 лет  совершили набег  с  целью   вернуть   донские  земли,  который  окончился  победой  половцев-готов, как описано в  бессмертном  «Слове  о  полку  Игореве».

В результате четвертого  крестового  похода  итальянцы  получили право выхода  на рынки Приазовья и захватили  власть в  Азове, бывшим  до  этого времени  «знатным  греческим (византийским) городом».


А  ХШ - XY века -  это  время  великого  торгового  расцвета  Азова  благодаря  открытию Великого  Шелкового Пути.  В  «Руководстве для  заморской  торговли» Франческо  Пеголотти   описывается  Тана как  богатейший  торговый  город, превосходивший  Керчь.[7]  Тогда  и  здесь  составлялись капиталы   богатейших  фамилии  Западной  Европы.   В  городе  было  множество  христианских  церквей и  монастырей  католических, доминиканских, восточных греческих -  каждый    квартал  в  Тане  имел  свою  церковь.
В XY веке, уже когда большая  торговля сворачивалась и  шла  к  исходу по  причине  турецких  воин,  итальянский купец  Иосафат  Барбаро в своих  воспоминаниях пишет, что «специи и шелк шли  в Астрахань, а через  Астрахань - в Тану».    
Золотую торговлю в Азове остановил Тимурчин  в 1395 году, а в 1475 году он  был  захвачен  Османской империей.

Город  Азов имел  древний  герб: на  желтом  фоне из  облак  рука  в латах с саблею, две серебряные  рыбы на  голубом фоне, под ними  луна.[8] 


                Казаки

   "Ой, да  широкою  была   эта  шлях-дорожечка,
   Всего  семь пядей,
   А длинною она, эта  шлях-дорожечка,
   Конца   краю  нет…»
            (из  старинной  казачьей песни)

    «Ковыль-это  плач  степи  об  убитых казаках»
    


 К   кому  же  пришли  святые  апостолы?  Великая Скифия  состояла  из множества народов -  готских, тюркских  и русских. У  каждого из них  были  цари (азы, господа), свои язык, законы, судебники.
В  I  веке нашей эры,  с приходом в  Северное  Причерноморье  апостола  Андрея  Первозванного  со учениками апостолами  Симоном  Канонитом,  Елисеем, Филиппом в нашем  краю началось принятие  христианской  веры.   По  всему   Приазовью   ими были  основаны  епископские  кафедры, а  иначе  престолы.

Сугубо  почитаем  был   Святой   Престол  «Покрова Пресвятой  Богородицы», Великой  Защитницы  и Покровительницы  казачьих  семей, вдов, сирот, больных  и увечных. Ей посвящена  первая    церковь  в  Монастырском  урочище.


Святой  Иоаннов престол, а с ним и церковь  основаны апостолом  Андреем  Первозванным в честь своего  учителя  -   великого  делателя  молитвы и покаяния, крестившего  Господа   Иисуса  Христа  в  Иордане  и названного Его Предтечей,  Иоанна. Так же  Керченский  пролив  назывался  «устьем Святого  Иоанна», а в  Керчи  до  сих  пор  стоит   церковь,  сохранившаяся  до   нашего времени  с 8 века.  А тихая  бухта  возле  Таганрога называлась Андреевской. 

Другой был престол,  Николая Чудотворца,  епископа города Миры Ликийских, почитаемого варварскими  народами,как  описано  в  его  житии.
 
«Повести  об  Азовском  казачьем  сидении»  упоминает  об  этих  святынях.

В скандинавских  сагах  есть упоминание  об  ученике  апостола  Андрея  Первозванного,   апостоле  Скифии, блаженнем Филиппе. 

Византийский  император  Константин (Копроним) за  службу, ему  сармато-хазар  в  борьбе  против сарацин (750 г.) наградил  их, именовав  казаками.[9]
По описаниям  знаменитого  путешественника  Эвлия  Челеби: « Казачий  народ – это  стойкий и сердитый народ». Не стесняясь и не боясь  быть  обвиненными в трусости, он пишет,  что турки  из-за  страха перед  казаками "не знали  ни сна, ни отдыха". 
 Казачество  произвело  на турка  Челеби  большое впечатление и он  отметил  его необычайную  притягательную  силу.


Какова  же  была  Казакия, эта  загадочная  страна? Начала  ее  были  заложены   апостолами, жизнь  проходила  в  славных  подвигах. Истоки  Казакии    связаны  с историей  викингов и  рыцарства и корнями  уходят  в  Скифию.


«Ветер  степей   шумит  в ветвях  древа  средневекового  рыцарства» - пишет  Франко   Кардини,  знаменитый  исследователь .
Несомненно, что  это обьединение   нескольких  царств: Готия,  Алания, Черкессия,  Бургундия,  Армения, Албания, Венгрия, Грузия. Сложные  политические  взаимоотношения с   великими соседями: Византией, Русью, Персией (Турцией) и другими странами  обусловили обособленность Казакии,  ее  статус, как  независимой  военной демократической республики, ее  особый  характер и место на  арене мировых  событий. В XIY веке на востоке Казакия  граничила  с христианским царством  Святого Иоанна-пресвитера. 
История Святой  Казакии  давно  написана, важно  только  вчитаться   внимательно, с молитвой  в  летописи  этих  стран и понять  ее  как  единое  духовное целое, освященное  христианским  духом,  как  чудо  Божие  и  Его  Святое  Благословение ученикам.
 
Память  о  великих азах-христианах сохранила  имена  Их Величеств: скифского царя  Аскольда-Николая, крестившего Киевскую  Русь в 866 году, святой Марии Аланской, святой Брунсгильды,  князей   Аршакуни и  многих других, оставивших  святой след  в  истории.

Множество  народов исповедовали  христианство  потому,что  над  ними властвовали  азы. Тур Хейердал  нашел  вещественные  доказательства того, что  не  все  азы ушли  на  Север в 1 веке н. э., а оставшиеся в  Азербайджане и на  Кавказе   и приняли  христианство.


 Царские  скифы были потомками жителей  древнего города  Этруссия,   находящегося  на  месте  Азова в 7 в до н. э.,   который  хотели  возродить генуэзцы  и  венецианцы в XII веке. И  вероятно, что  они  были родственны  этрусскам,  и этим  можно  обьяснить  их  набожность.
По отзывам  современников на   Западе  в  древности  не было  народа, более  подверженного ритуалам,чем  этрусски: вся  их  жизнь  проходила  в  вере.  Все  время  пребывать  в состоянии тревоги, связанной с божественными  силами, управляющими жизнью  человека  -  несомненно, одна  из   характернейших  свойств     этой  поразительной  нации.  Этрурия   страстно  интересовалась осязаемым  проявлением священного и   покланялась  своим  змееногим  богам.    Вот  что  писал  Лолуренс в   книге «Этрусские  местности» после  посещения  кладбища: «Эти  изображения обладают  некиим чарующим  свойством, эти  леопарды с  высунутыми длинными языками, морские  коньки, эти   загнанные  олени, пораженные  в  шею  и  в  бок - они  захватывают  ваше  воображение» [10]
Цари  этруссков  назывались  лукумонами, а  царство - «Лукумонье», поэтому и  Приазовье носило  имя  Лукоморье.

"Русское население составляло  важнейший, существеннейший элемент в  Приазовье и в  Подонье,"- отмечал  в первом  томе "Истории русской церкви"  митрополит  Макарий  Булгаков,- "а цари Кавказа  первыми  приняли  христианство от  святых  апостолов."

Кавказские  азы  твердо  исповедовало  христианство, не  подддаваясь  языческому и позже   исламскому  давлению.  К пятому  веку христианство  было  официальной  государственной   религией  в   Готии,  Албании и  Армении. Первыми епископами Скифии были великий аскет  и богослов Теофил,  равноапостольный   Ульфиил,   просветитель  готов.
По  подписям  Вселенских  Соборов можно    установить  имена  архиереев Приазовья Их  Святейшества:
Домн, епископ  Боспорский (325 г); 
Геронтий,  епископ  Томи   и Таны (381 г);
Тимофей,  епископ  Скифии Томитанской; 
Евдоксии, епископ Боспорский, 
Феотим, митрополит Томи и Таны  и прочей  Скифии. [11]


Возникшая  на  заре  христианства  страна стала  оплотом  и защитой  святости  для  других, не  воинственных, мирных народов. Святой  Иероним в 404 году описывает: «рыжее  и   белокурое войско  гетов  возит  с  собой  палатки  церквей,  воины  аланы,  прежде  наводившие  ужас  на  весь  мир, богословствуют; отложив  колчаны луков, гунны изучают псалтирь».[12]

Грузинская  летопись «Картлис -Цховреба»   рассказывает: «Первоначально   кистины,   глигвы, дзурдзуки говорили  по  грузински и были  христианами. И лезгины  были христианами   и  сохранили  язык  грузинский до нашествия  Тимурчина, который   покорив  их лестью  и уговорами , совратил   в  магометанство».

Так  началась проповедь мусульманства (возможно,это  был  ответ  на  крестовые  походы).
К концу  первого  тысячелетия   от  Казакии  отпала  Черкессия, ставшая  мусульманской; большой  урон  был  нанесен  во  время  татаро-монгольского  нашествия:  в XIY веке во   время  битвы   с татарами,  христиане-аланы  понесли  большие  потери  и лучшие  воины  были  уничтожены.
   

       "Господи! Сегодня  к  Твоему  подножию
       Прошепчу  молитвы  тихие  слова:
       Сатана  давно  бы смог  нас  уничтожить,
       Если б не  Святая  сила  Покрова.
       Перед  иконой  темной  на  коленях  стоя,
       Я  в  ночной  звенящей голубой тиши,
       Древнего Казачества  помяну  героев,
       За  покой  их  гордой  помолюсь души!" 

Путешественник  Эвлия  Челебий  в  своих воспоминаниях   о  плавании  по  Дону  и посещении  казачих  станиц писал  о великом множестве  растущих там  степных тюльпанов.

Интересно, что  время  пребывания Святого  Иоанна  в  Турции  (1718-1730)  в истории называют  эпохой  тюльпанов, из-за  обострившегося интереса   турков  к  этому цветку.


Много  позже,  во  время  Гражданской войны  голландский  белый  офицер Лефебр  выкопал в  донских   степях   тюльпан,  который станет  основоположником  нового  сорта  тюльпанов нежных  и  выносливых : лилейных-королевских.



                Детство  Иоанна   Русского (Азовского).
               
       "Молитвою  всем  подаеши  исцеление,
       и все  потребная к житию и благочестию,
       в нем же  утверди  всех, воспевающих  память  твою.»
         (из  акафиста  святому Иоанну Русскому)

Святой  Иоанн Русский родился  около 1690 года в белом  граде-крепости  Азове.  Детство и юность мальчика  пришлись на  военную пору:  Азовские  походы Петра Первого, стрелецкие  бунты, восстание  атамана   Булавина,   набеги   крымских  татар.

Благочестивые  родители дали младенцу  имя  Иоанн, что  означает «Благодать Божия», по имени  святого покровителя Азова, Предтечи и Крестителя  Господня  Иоанна.
Младенец  был   окрещен  в старинной  Предтечевой   церкви  греческими  монахами.
 
Первые  детские впечатления в  мусульманском  городе  связаны с янычарами «воинами ислама» в тюбетейках  с разноцветными  перьями, протяжными криками  муллы, доносящимися  из  мечети, крутящимися фанатиками-дервишами в юбках, огромным шумным  базаром, где торговали живым  товаром - невольниками-христианами, пленными  русскими. Их через Азов  и Крым везли  на  продажу в  Стамбул. Христиане-азовцы  не оставались равнодушными  к их  человеческим  страданиям  и как могли, оказывали им  помощь. Не все полоняники заканчивали свою жизнь в иноземном рабстве. Многим  удалось бежать. Московское  государство   по мере возможности, организовывало выкуп русских пленников, для чего собирался специальный налог — полоняничные деньги.  Пленников  выкупали как русские послы, направленные к крымскому хану, так и частные лица — русские купцы.[13]

Вместе  с родителями, отрок  Иоанн  молился перед великой  святыней - Чудотворной  иконой Крестителя  Господня  Иоанна  Предтечи, что  «по  преданию писана   на кедровой  доске в 1527 году. Иоанн Предтеча  изображен, идущим  в мир  на проповедь покаяния.  Верблюжья одежда  его  охвачена  поясом.  В левой  руке  у него трость с  витком, где  написаны  словяно-греческие  письмена».

Когда  мальчику  было  пять  лет,  у стен  крепости  раздался  барабанный  бой  и жители  Азова увидели русскую  армию: дивизии   Головина,  Гордона соединялись с силами донских казаков, семь  полков  московских стрельцов, четыре  полка тамбовских  солдат, Бутырский полк, украинские  казаки  с  Мазепой  -  эта  армия   пришла, чтобы завоевать мусульманскую крепость.

Началась  новая  эра в жизни казачества. Тогда, при взятии Азова, вольные казаки смогли  дать  всем остальным воинам открытый  урок мужества: «Взятие казаками каланчи в глазах царя произвело в армии радость неописанную, во всех  полках служили  молебен  с пушечной  пальбою». [14]  Царь был недоволен своими стрелецкими полками,  опасался мощи донцов, большинство из которых  поддерживало  старообрядцев и было профессиональными воинами.
 
На  поле  битвы  в ходе раскопок на  месте   разрушенной  войной  греческой Предтечевой   церкви  царем  Петром  были  обретены  две  иконы: чудотворная  икона Иоанна  Предтечи  и Знамения Божьей  Матери, написанной  на  ракушке.  Икона   Божьей  Матери   «Азовская - Знамение мира» была писана по  прориси 1688 года  диакона Феодора  (Шакловитого) На ней  изображена  Матерь  Божия с Господом  Исусом  Христом на  фоне  двухглавого  орла в окружении  Святых  Антония, Феодосия и Алипия Печерских, Святого Моисея Угрина, Прохора, Марка. Наверху, в окружении ангельских сил, Бог Саваоф и Святой  Дух в виде  голубя.

После  победы 1696 года царь Петр, построил  Соборную  церковь Акафиста Похвалы  Пресвятой  Богородицы,  церковь  Петра  и Павла, Покровскую  церковь  и  пригласил   греческого епископа  Порфирия  Небозу.[15]

При находившейся в восточном   городе Топрак-Кале  греческой  церкви,  где  находилась   чудотворная   икона   Святаго  Крестителя   Господня  Иоанна Предтечи, в июле 1696 года был основан  монастырь Иоанна Предтечи. Из-за границы  был приглашен архиерей,  но фактически начальником   дел   церковных  был  Иоанно-Предтеченский  игумен Иоасаф, самостоятельный и деятельный батюшка.[16]
      
В   честь славной  победы  был  вылит  огромный 115 пудовый  колокол. Надпись  на нем гласила: «Лета 7205, то  есть 1697 года  ноября в первый день  во славу  Всемогущего в Троице  славимого Богу, повелением Благочестивейшего Великого  Государя и Великого Князя Петра  Алексеевича  вылит  колокол  сей"
 
В условиях  непрочного  мира и  постоянных  диверсий со  стороны  турок и татар, Приазовье  фактически  находилось  на  чрезвычайном  военном  положении. В  Азове после  битвы было оставлено 8300 человек русских  солдат  и стрельцов, которым  было приказано  восстанавливать  крепостные  сооружения. Для  охраны  окрестностей держали  конных  казаков, но  поскольку  многие  из  них  бывали  с  почтою и  по  другим делам, этого  количества  было  явно  недостаточно. Опасная  служба на  краю  завоеванной  земли в разрушенной крепости в холоде (по  сути  в  открытом  поле, в  голоде и немилости  царя привели  к массовому  бегству, а затем  к знаменитому стрелецкому  бунту.


   
                Юность.

    "Не  слыхать  вам , казакам, звону  колокольного,
     Да  не  видать  вам, казакам, Дону  Тихого,
     Забывать  вам  казакам, веру  христианскую,
     Ой, да  привыкать  вам  к  бою-подвигу,
     Ой, к  бою-подвигу супротив  царя, супротив бояр,
     Ой, да  мы  царю  не  сдадим  вольной  вольницы,
     Ой да, за  Булавина  положим  буйны  головы."
          (из старинной казачьей песни)

Судьба  стрельцов вызвала острое  сочувствие  в  среде казаков,  а стрельцы  просили казаков, что бы  они  их не покинули.

В 1699 году за  проповеди, осуждающие жестокость  власти против  стрельцов монах   Предтеченского монастыря азовский старец  Дий  вместе  с группой  стрельцов был   доставлен  в Москву и  казнен.
Первые   проповедники старообрядчества  появились  на  Дону в 1675 г, когда  казаки   узнали, что  поселившиеся на Крымской  стороне чернецы-монахи   из  России, не  молятся за  царя. Основательно и долго разбирались  казаки  прежде,  чем  принять их  правду.


В  XY- XYI  веках воссияла  Святая  Русь, восприявшая  святое  православие  из  Константинополя, который  в  1453 году  был  завоеван  турками.   Улучив  момент, католики  смогли  получить сокровища восточной  церкви, часть  переделать   их на сухую  латынь,  а  оригиналы  на  древнегреческом  языке уничтожить. Тот же  акт  произошел  позднее  на  Руси  в  XYII  веке, а  несогласные  с  нововведениями  вынуждены  были эмигрировать.

      
Что  это  были  за  люди?  Из  Оленецкого  монастыря старец  Авила   поселился в горной пещере над  речкой Белой  Калитвой, в Сизых  горах. Лечил  людей молитвами, травами, проповедовал, пророчествовал.  Память о нем до сих  пор  жива.  Авва  Иов   построил  на  реке  Чир  церковь  Покрова  Божией  Матери, а при ней  монастырь. Черный  поп  Савелий, убитый вскоре по  доносу, жил выше впадения  реки  Хопра в  Дон, а поп  Пафнутий обосновался на  Цимле.

В 1687 году за  верность гонимым  игумену Досифею, черным иереям Пафнутию,  Евтихию,  Феодосию атаманы Самоила Лаврентьев, Павел Чекунов,  Кирей Чурносов были  казнены в  Москве. Когда в 1703 году  пришла на Дон миссия  Кологринова, «что бы по рекам  Хопер, Бузулук и другим  выявить новооснованные городки раскольников», казаки  встали на их  защиту.

 К  моменту  появления  на  свет  младенца  Иоанна   страна  была освящена   молитвами  и  постом  преподобных  отцов, пришедших  с  Севера, из Никоновской  Руси.
 
В  1707 году  князь  Долгорукий « со сыском и отрядом  в 200 человек пришли»,  и этим  спровоцировали  вооруженное восстание казаков  Кондрата Булавина.
 
Есть сведения, что в  Азове был  раскрыт  заговор сторонников  восставших. Известно, что незадолго до похода булавинцев  в  Азов некоторые  из  горожан, человек  двадцать, приезжали  в  Черкеск и обещали  Булавину, «что  они де Азов  здадут».[17]  Участников  его  арестовали.  Возможно, что среди  азовских  старообрядцев были  и родственники Святого Ивана Русского. 5 июля 1708 года булавинцы из за сильного пушечного огня стрельцов  взяли только  восточную  часть   Азова.(Алексеевский  город).


 Легендарный  вождь казачества атаман  Пятиизбянной   станицы Кондрат Булавин  был предан и убит,  атаман  Есауловской  Игнат  Некраса увел казаков за  границу.

Оставшиеся на  родной  земле не  ходили в  церкви Азовской  епархии, открытые  новой  властью  для  населения. На Дону свирепствовал  голод -  турки в Азове  перекрыли  каланчи  для лова  рыбы.
Еще  в 1700 году, по  указу  царя в  Приазовье  была  заведена казенная  десятинная  пашня. Народ, приехавший по  приказу  царя надо  было  кормить и  царь Петр  приказал сеять  хлеб  под  Азовом -  так в пашенные  крестьяне  попал  молодой  Иван.  Землю  распахивали у  стен  крепости.  Условий, необходимых для успешного  земледелия не было.
В 1705 году  кубанскими  татарами  был  совершен  очередной  набег, на  пашне  под  Азовом  было  взято  в  плен 47 крестьян, и один  был  убит. Рабочих  рук  не хватало, затягивались  сроки  посевных  работ, много хлеба  оставалось  не обмолоченным, жалование  платить было  нечем.[18]

В 1710 году по   итогам   переписи, проведенной  Петром Первым  в  Азове, проживало:

57% полки  Мейера  и  Штока, 
6%  драгуны воронежские  и  стрельцы,
 
3%  казачья  служба,
20%  ремесленники,
10%  купцы  и  посадские,
2%  пахотные  крестьяне,

2%  пленные  шведы  из  Воронежа.

Так  мы  находим  следы  русской  казачьей  общины Азова, которая  теперь  составляла   десятую  часть  населения города. Эти  следы  теряются  в  исторических
петровских стройках. Налицо  расслоение  русских казаков на  богатых  купцов и  беднейших пахотных  крестьян.

                Служба
               
 «Да  не   горы с горами  сходилися,
 Да не лесы со песочками соклонялися,
 Да и кланялся Кузютушка своему  батюшке
 Да и кланялся  он родимой  матушке
 Да купите вы мне Кузютушке коня доброва 
 Коня  доброва, неученого…»
       (из  старинной  казачьей песни)

В 1710 году, когда Иоанну исполнилось 20 лет, он был призван в армию на службу солдатом в Азовский казачий полк, где ему предстояло прослужить около семи лет.

Азовский   казачий полк сначала разместился  в  деревянной  крепости,  по-немецки названной  Транжементом,  в четырех  верстах ниже  Черкасска,  у  Монастырского  Церковного урочища. Царь  Петр  лично  набросал  план крепости,  куда был переведен  гарнизон  из   Азова.  Месторасположение  ее около  столицы Войска  Донского, Черкасска давало  прямую  возможность  «присматривать» за  непокорными  казаками.   Помимо  русских  солдат в  строительстве  ретранжемента принимали  участие сосланные стрельцы.   «Кроме  Транжемента, около  Черкасска с 1707г  существовали крепости  Ново-Павловская, Бахмутская, Битюк, Хоперск.   Однако, эти укрепления оборонялись собраниями станичных атаманов.»[20]
 
Конный Казачий  Николаевский  Полк волоха Васильева выполнял самые различные службы:  почтовую,  таможенную,   хозяйственную.
Предстояла  новая жизнь в казарме, среди  драгун. Новобранец  Иван, как  и  многие  молодые  солдаты  вступил  на  новый  этап своей  жизни  и возникающее  тоски   подавлял  горячей молитвой и  Господь  не оставлял  своего избранника.
Новобранцы  занимались изучением  уставов, оружия, военной  техники, приемов  действий  в бою. Приходилось смиряться и перед  строгим  окриком  командира, и перед неумолимой  требовательностью  военного  уклада жизни.
Казаки  составляли четвертый  разряд русской конницы,  легкую  конницу,  вооруженную  саблей и  пикой. 
Рядовому Ивану платили жалование 10 копеек  в день, а прочее в виде  сукон   габсбургских,  да  хлеба.

Военный  мундир  -  длинный  суконный  кафтан с  разрезами  на спине и на  боках, рукава  этой  простой  одежды  заканчивались широкими  обшлагами. Эту  характерную одежду,  «с широкими обшлагами», можно увидеть  на  иконе Святого Иоанна  в  храме в  Прокопионе.

Под  кафтан  надевался  камзол, похожий  на  него  по крою, но более узкий и короткий; наряд  дополняли  рубашка, галстук, широкие  штаны  до  колен, чулки, башмаки, (а у конников сапоги с твердыми  голенищами и раструбами, называемые по  моде ботфорты). На  голове у солдата был картуз  -  колпак   из фетра с отворотами. [21]

Служба  проходила  по «Строевому  Положению  генерала  Головина» и «Уставу регулярной  конной кавалерии», конница  создавалась по типу  драгунской, большое значение придавалось  обучению приемам  штыковой  атаки и рукопашной  схватки. [22]

С раннего  детства  Ваня  приучен  был к лошадям,  по казачьему  обычаю его в 3 года первый  раз  посадили  на коня, обошли  с ним  вокруг  церкви. В  7 лет  мальчики-донцы уже  самостоятельно  ездили  по  поручению старших мужчин-казаков. В это  время крестными ему  давалось   первое  оружие. [19] Иван  был потомственным  коневодом, как и многие  русские  азовцы.

Служба казачьего полка  началась не  сразу: весной 1712 года, во  время  разлива  Дона случилось то, чего Петр никак не мог предусмотреть – крепость  около  Черкасска была затоплена буйными  вешними  донскими водами.

Это была  земля, в древности  называемая  островом Алопекией, (а затем Оксайским) потому,  что весной представляла  собой ряд  островков  посреди  огромного  разлива  устья.

Вот  как происходил   разлив  Дона  в  глазах  очевидца :
«Стоят  деревни и станицы, Дон  течет  среди  них.  Смотря на затопленные деревья, дома,  церкви,  думаешь, что они  оторваны  водами  от своих мест и плывут, куда их несут  волны.
Ничуть не бывало. Станица  преспокойно живет на  своем  месте, ловит рыбу, плавает   на   каюках,  Венеция…»


Крепость была  чужда  казачеству, в ней служили враги и  пушкари, отбившие  Азов  от Булавина, холодная, сырая,  она  стояла  на древних  могилах предков. 9 апреля 1712  года  в транжементе случился  пожар, а  затем  его  вообще затопило Доном  и размыло.  Восстала  не только  природа, был заявлен протест турецкой стороны о слишком  близком  расположении транжемента к  границе.


Святотатство  длилось  недолго, и  на следующий  год монастырский  транжемент  был  срочно перенесен на левый  берег Дона (почти напротив Черкасска) и назван  вторым  транжементом.  Третьим  будет  крепость Святой  Анны, а  ее  восприемником  - крепость  Святого Димитрия   Ростовского.  По  территории речки  Темерник  (ширины  250 метров)  проходила  граница  с Турцией, там находился  Темерницкий пограничный  форпост, госпиталь, торговля, татарское  поселение.


Низменные  места, разлив  Дона и оттого болота и камыши  были  причиной того, что  сильные  горячки  истребляли не  только казаков, но и мирных  жителей Черкасска и гарнизон Транжемента. Основным методом лечения была  молитва  Святому  Иоанну  Предтече, почитаемому  казаками  как целителя и защитителя  от лихорадки перед его чудотворной иконой, много  раз доказавшей свою силу  (так, во  время  перевозки  в  Воронежский  край на  нее с большой  высоты  упал  колокол и она  осталась цела, а колокол  разбился).

      
В начале 18 века в Черкасске в центре, на  майдане  стояла войсковая  церковь  во имя  Воскресения Христова со старинным  образом Иоанна  Богослова. Рядом  полным  ходом  шло строительство нового каменного девятиглавого Собора московскими мастерами, а также ремонт  оборонительного укрепления городка. В 1689  году была  построена церковь  Архангела  Михаила, а 1692 году  церковь во имя Святых Апостолов  Петра  и Павла, с пределом святого мученика  Иоанна-воина.


Рядом, на  Монастырском  Урочище, откуда казаки  уходили  в походы, стояла часовня Часовня  Покрова  Пресвятой  Богородицы  с копией чудотворной азовской  иконы  Иоанна  Предтечи, по преданию написанной  самим  апостолом  Лукой.   В 1730 году  переведена в  государственную Аннинскую  крепость, а затем  в крепость Димитрия Ростовского и стала  первой  церковью Ростова  на Дону. [25]


   
Немногие сохранившееся документальные  свидетельства  рассказывают   о  событиях, происходящих  в крепости.    К 1717 году резко  усилились  татарских набеги  Бахты –Гирея,  «салтана  с кубанскою  ордою», ставшие  по  существу  настоящей  войной. Оставшихся  в Азове  жителей  грабили и уводили  в  плен.  До нас  дошли  сведения  о совместных  боях  Николаевского полка.  походе донских казаков  Василия  Фролова при реке  Иловле   2 сентября  1717  года, где было  отбито  у  татар  1000 пленных  русских.
Канцелярия  конной  службы  Николаева полка  Васильева казак  Зиновий  Иванов, что в 1717 году по указу Великого  Государя, он, Зиновий был с ротмистром Яковом Ленцким да с казаками 50  человек был в походе в закубанской  орде [26]

Там же упоминаются   сослуживцы  солдата  Иоанна: «1717 года  июля 10 дня посланный из  нового  транжемента в Азов для ведомости  конной службы  Николаева  полка Васильева казак  Максим толмач в транжемент  явился перед полковником и комендантом  Алферием  Павловичем  Пилем.» [26]   
Святой  Иоанн  Русский  в  составе  полка принимал  участие  в жестоких  кровопролитных  боях с крымским   Бахти-гирееми  и стал  героем-освободителем  для многих  русских людей. Эти  документы  являются  подтверждением  рассказа  отца  Иоанна, настоятеля   храма Иоанна  Русского в  Греции: « После  многих сражений, в  которых  он  проявил мужество и отвагу, русский  солдат  попал  в  плен.»[27]


                Плен

  "Сторонушка ль ты моя, вот моя сторонушка
  Сторона ль моя чужая, ой, вот  чужая,
  Да не сам я  на  тебя вот, моя сторонушка,
  Не  сам я зашел заехал, ой вот заехал,               
  Занесла-то меня, да добра  молодца,
  Занесла меня неволя, ой,  вот   неволя,
  Да  неволен я был, да я добрый
  Не волен я был, кручинен, ой, был  кручинен."
     (из старинной казачьей песни)

               
В январе 1718 года солдат Николаевского Конного  казачьего  полка  волоха   Васильева  Иоанн  был  взят в плен  около  Азова  татарскими  воинами.
Вот  как  описан  этот  момент  в истории   крепости:  «Неприятель Бахти-Гирей  салтан, с  кубанскою  ордою  в  десять  тысяч  человек  пришед  войною  и  перешед   через   Дон  промеж   Черкасск  и  Транжемента и зашед  позади Черкасска  в  Рыковской  станице  в ту  станицу  бил войною.И от его, салтанова  войска  отбегали   кубанские   татары   человек  сорок  и  подбегали  к   транжементу,  к   самым  рогаткам  и  за  помощью  Божией  ничего не  учинили, только  взяли команды  моей Николаева  полка Васильева  казака и черкесских  базовых  калмык  в  полон». [28]


Военнопленных   христиан   переправили  через  Кубань   в турецкий   Константинополь, который  теперь  носил  название  Стамбул.  Турки  старались обратить пленников  в мусульманство: одних уговорами и соблазнами, других, более стойких, избивали и мучили,  особенно  молодых, пригодных для  службы    воинов, чтобы затем  принять  в ряды  янычар.   Ради облегчения своей рабской участи многие из них отреклись от веры Христовой и стали мусульманами.
«Страдая  морально  и физически, военнопленные были  приравнены  к бессловесной  скотине, которая продается  на  рынке  на всеобщем  обозрении. Измученные холодом, истомленные  голодом  и жаждой, худые  и бледные  на лице, почернелые, шли  они, незнакомыми   краями среди других  народов, голые  и босые и ногами  кололись о тернии и со слезами говорили  между  собой «я из того места, а я из того села», со  слезами рассказывали про свою  Родину, возводя  очи в Всевышнему, который  знает  все тайны.» [29]
Единственным  их утешением было  спрашивать  друг  друга  кто  откуда, слышать  родную  речь  и делиться  воспоминаниями.
    
Трудно описать моральные  страдания, которые  переносили  пленники во  время  продажи  на  невольничьих рынках. Султанские флоты  выгружали многие  тысячи людей и народонаселения  целых  городов здесь были  распроданы.  «Широкий, неправильный  двор, кругом стен лавочки, ложи, закрытые  решетки, в коих  заперты  люди. Посреди  огромный  навес и под ним  сидят  купцы и дети, проданные родителями  из стран Африки, которые  представлялись семьею маленьких зверей, вывезенных  напоказ из  африканской  степи. Это  последняя степень морального и физического уничижения Царя  Создания.» - это  описание   невольничьего рынка в Стамбуле.

Здесь Святой  Иоанн был  продан аге (полковнику) янычар для  работы   конюхом.   
На его вопрос, почему он  не хочет  принять ислам,  святой юноша отвечал  старому аге,  командиру  янычар:  «Ничтоже мя разлучит от любви Христовой: ни обольстительные обещания временных  благ, ни биения, ни  раны, ни другие  какие  жестокие мучения. Я русский, верный слуга земного царя моего, хотя и пленен  тобой, но Небесному  Царю  истинного служения и правой веры родителей  моих  никогда не отрекусь, если же  будешь  принуждать меня к  вероотступничеству, я отдам тебе голову мою, но не веру мою, христианином я родился, христианином и умру.»

Через много лет, Бог, видящий твердость веры молодого  пленника, смягчил сердце хозяина, пожилого  янычарского  аги.  Смелые слова и твердая вера исповедника, его бесстрашие и праведная жизнь, а  так же  великие  чудеса, которыми  Господь украсил  Святого, смирили жестокое сердце господина.

 Через  несколько лет ага и его семья полюбили своего невольника, хозяин  стал  доверять праведному  и  уважать его, предложил ему жить, как свободному, в  помещении. «Покровитель мой — Господь  Иисус  Христос  и нет Его выше. Судил Он  мне  жить  в  рабстве  и  на чужбине», — сказал  солдат и отказался перейти в новое жилище.
Прилежно исполняя свои обязанности, молодой  солдат заботился о лошадях своего господина. Чувствуя благодать и  любовь  святого,  чудесные  каппадокийские   кони ждали его, когда он отсутствовал, и ржали  от радости, видя его.
Другие  нередко издевались над ним, видя его усердие. Избитый, в рубище, лишь подпоясанный  солдатским  ремнем, босой, молодой пленник  не сердился на них:  напротив, при случае помогал  им в работе и утешал в беде. Возможно, что  он вспоминал  чудесный  случай, когда в 1674 году один почаевский монах, находившийся в турецком плену и  горячо молившийся Пресвятой Богородице, в праздник Успения Божьей Матери был чудесным образом перенесен в обитель.
Ночью конюшня наполнялась благоуханными  ароматами молитвы. Блаженный Иоанн  молился часами, стоя на коленях, спал совсем мало на соломе под старым тулупом, своим единственным одеялом или  под  сеном, предназначенным  на  корм  животным. 

Святой  ходил тайком в пещерную церковь святого Великомученика и Победоносца, покровителя  воинов Георгия, расположенную на вершине скалы, напротив дома своего хозяина.

Через некоторое время даже турки, пораженные преданностью родной вере, которую проявил русский солдат, стали называть его "вели", что значит "святой".

Так за  12 лет  рабства  прошел Иоанн нелегкий путь от "киафа" до "Вели", усмирил зверства турок   незлобивостью, смирением и горячей  молитвой.


В  конце  жизни  Господь  сподобил  своего  избранника даром    апостольского  служения: ему  удалось   обратить  в христианскую   веру  многие  мусульманские  семьи.

 Возможно, что  он  был  знаком  с   трудами христианских  богословов  Иоанна  Дамаскина, Николая  Кузанского, Фомы  Аквинского.

Вот  что   пишет  о мусульманах  Святой  Иоанн Дамаскин: «Есть  еще  и доныне господствующий, служа  предтечей  антихриста, блуждающий  народ, тень  Измаилов. Он  происходит от  Измаила, рожденного Авраамом  от Агари,  поэтому  они  называются  агарянами.  Пророк  Мухаммед случайно  познакомился  с Ветхим  и Новым  Заветом, разным  способом  побеседовал  с  христианским  монахом  и  затем  составил собственную  ересь. Расположив  к  себе  народ  видом  благочестия, он  пустословит, что  ему  ниспослано  с неба  писание.»
 
   Как  опасно  было  проповедовать   христианство  среди  турок говорят  следующие  факты. В 1219-1220 годах пять христиан-францисканцев, не  побоялись подвергнуть  публичной  критике  ислам и  лжепророка  Мухаммеда в  Севилье, а затем в  Марокко.  Четверо  монахов в  Иерусалиме в 1391 году проповедовали христианство. Все  они  окончили  свою  жизнь  мученически.


Весной 1730 года, после  12 лет рабства  у  турок в городе  Урктюбе, святой  тяжко  заболел и почил о Господе.


Священник, который исповедовал и причащал Иоанна, через три с половиной года увидел сон: Иоанн сказал ему, что душа его спаслась, а тело пребывает нетленным. Жители Прокопиона — христиане, подняли захоронение русского пленного воина.
 И, о чудо, мощи оказались нетленными, таинственный благоуханный аромат исходил от них. Пораженные люди перенесли мощи в храм, который русский невольник посещал при жизни, когда представляла возможность.
Сейчас  мощи  святого  пребывают  на  греческом острове  Эвбея.(К  нему  ведет  прямая  дорога  из  Афин  по  мосту  через   пролив.)  В небольшом селении  Прокопион, что   раскинулось  в  живописной горной  долине находиться  храм мощами  Святого  Иоанна   Русского, а  так же  приют  его  имени, две  гостиницы для  паломников.
Остров   Эвбея  -  мир  зеленых  шумных  лесов, горных  рек, богатых деревень. Здесь  находиться  и  монастырь  святого  Преподобного Давида Эвбейского.
Его  настоятель,   греческий  игумен Иаков  Цаликас  был  великим  почитателем  и  молитвеннником  Святого  Иоанна  Русского.   Тысячи разных людей  стекаются  сюда  на  престольный  праздник  9 июня и  по ходу  торжественного  шествия,  с  балконов  осыпают   золотую  раку с  мощами   благоухающими  лепестками роз. 
Неисчеслимы  явимые  святым  чудеса.  Много  посмертных  явлений.  Святой  Иоанн Русский  обращается  к   русским  сородичам  и призывает:  «Молитесь  мне!»,  и в то же  время со  скорбью  говорит, что  «много  поклонников, но мало  чад  духовных» (в видении  афонскому  монаху).

Храмы  имени  Святого Иоанна  Русского есть  в Греции, на  острове  Эвбея, на  Кипре, на  Украине (Луганская  область), в Белоруссии, в Америке ( штат  Массачусетс).
В  Москве  есть два  храма  его  имени:  один  действующий, деревянный и другой, строящийся. 
Часть мощей  святого  Иоанна  Русского  почивает  на Святой Афонской  горе.

   Об иных пленниках

Вскоре после праведного Иоанна Русского в Стамбуле пострадал еще один православный русский — иеромонах Константин [12] (Неаполитанский). Он был священником в русском посольстве. Во время военных действий при императрице Елизавете Петровне он был на Афоне, посетил Святую землю. Затем с возобновлением мира он возвратился назад. Но здесь в силу стечения каких-то внутренних обстоятельств он решил отречься от православия и принять мусульманство. Он был принят даже султаном. Но недолго длилось его духовное затмение. "Долго, горько, чрезвычайно горько, плакал он о своем несчастии, подобно кающемуся Петру, взывая о помиловании. Наконец, презирая стыд и страх, он повязал ветхим платком свою главу и в раз-дранной ряске явился во дворец султана. Там, на том самом месте и при тех самых царедворцах султана, он бросил на пол турецкое платье, которым одели его в минуты его отступления, попирая, топтал оное и громогласно проклинал Магомета и его учение, проклинал и всех его последователей". За это он был немедленно предан казни, ему отрубили голову 26 декабря 1743г. [13]


Можно назвать имя еще одного русского подвижника, которого звали Андреем. Предполагается, что он родился на Северном Кавказе, был захвачен в плен в юном возрасте и продан в рабство в Каир. Его добросовестные труды вызвали у хозяина желание навязать ему ислам. Не преуспев в этом начинании, он продал его другому, более ревностному, мусульманину. Другой хозяин еще с большей жестокостью стал отвращать неподатливого русского от веры отцов. После многих истязаний Андрея выкупил один армянин, и последние годы жизни он пребывал в православном монастыре. "Андрей Москов (русский) жил лет 12 в Георгиевском монастыре в качестве призреваемого, умер в 50-х гг. XIX в. и погребен на Старокаирском православном кладбище"




                Молитва  к  святому  Иоанну
    О, святый новоявленный угодниче Божий, Иоанне Русский! Подвигом добрым подвизаяся на земли, восприял   еси  на небесех  венец правды, еже уготовал есть Господь всем любящим Его. Темже  взирающе на святый твой образ, радуемся  о преславнем  скончании жительства твоего и  чтем святую память твою. Ты же, предстояй Престолу Божию, приими  моления наша, раб Божиих (имена), и  ко  Всемилостивому Богу  принеси, о еже простити  нам всякое прегрешение и помощи нам стати противу  козней  диавольских, да избавльшеся от скорбей, болезней, бед и напастей и всякаго  зла, благочестно и праведно поживем  в нынешнем веце и сподобимся предстательством  твоим, аще  и  недостойни  есмы,  видети  благая на земли живых, славяще Единаго  во  святых Своих  славимаго  Бога, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и во веки веков.
Память св. прав. Иоанна Русского  совершается 27 мая ст. ст. (9 июня нов.  ст.)


Используемая  литература:

1.Брокгауз и Ефрон. "Энциклопедический  словарь" том 1 ,Москва Научное  издательство   Большая российская энциклопедия 1993 год. Под общей  редакцией  В. В. Журавлева, В. М. Карена, Н. Д. Ковальченко, Д. С. Лихачева, лист «Азов»;

2. «Известия  Высших  учебных  заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные  науки» за 1999г №1  В. И. Королев «Славяне  турецкого  Азова»;
 
3. «Эвлия  Челеби. Книга  путешествий»  Институт  народов  Азии. Выпуск  3. Москва;

4. Е. Савельев Е. «Типы  донских  казаков и особенности их  говора.» 1908 г.;

5. Снорри Стурлусон  «Старшая  Эдда»;

6. Литаврин Г.Г.  «Русь и Византия в 12 веке»  Научное  издание  Санкт–Петербург:  Аллетейя, (Византийская  библиотека);

7. «Путешественник Марко  Поло» ;

8. Байер Г. З. Краткое описание всех случаев касающихся до Азова от создания сего города до возвращения онаго под Российскую державу. / Переведено с немецкаго языка чрез И. К. Тауберта, Академии Наук Адъюнкта. - В Санкт-Петербурге: При Императорской Академии наук, 1782г.;

9. Пудавов В. М. «История войска Донского  и старобытность  начал казачества» вып.1 Новочеркасск, 1890г.;

10."Этруссия" учебник ;

11."История  христианства  на Кавказе";

12.«Вестник  Древней  истории»  за 1949 г. № 4;

13. Скобелкин О.В. "Пути беглецов из татарского и турецкого плена в Россию о пленниках Азова" См.: РГАДА. Ф.210. Разряд. Оп.13. Столбцы Приказного стола. №29. Л 10-15, 43-50, 61-65, 115-119, 170-180, 190-208, 223-229, 326-331, 3.37-342, 348-358 стр.;

14. Лунин Б. В.  «Азовские  походы Петра  Первого /1695-1696/» Ростовское  областное книгоиздательство. Серия  «Исторические  памятникиРостовской  области» 1940 год;

15. Перепечаева Л. Б. «Очерки  истори Азова» Выпуск №3 Азовский  краеведческий  музей.;

16. Кирсанов Е. И.«Православные Тихий  Дон» «Держава» Москва 1997 год;

17. Пронштейн, А. П и  Н. А. Минненков «Кондратий Афанасьевич Булавин»  Книга  для       учащихся.Москва  «Просвещение» 1988 год;

18. Перепечаева Л. Б.  «Очерки  истори Азова» Выпуск №3, Азовский  краеведческий  музей;

19. Лишин А. А.  «Акты, относящиеся к  истории Войска  Донского» /собранные генерал-майором А. А. Лишиным – том 3 - г. Новочеркасск 1894 г.;

20. Перепечаева Л. Б.«Новозавоеванная  крепость Азов (1696-1700г) Азовский  краеведческий  музей;

21. Голыженков С, Б. Степанов  «Энциклопедия  военного костюма. Европейский  солдат  за  300 лет»;

22. Строков А. А.  «История   военного искусства»  4  том  «Полигон» 1994 год;

23. «Казачий  взгляд» , газета за  2005 год статья «О воспитании мальчиков-казаков»;

24. Романов  Е. П., З. П. Романова  «Город  Богучар»

25. Астапенко Е. М. «Старочеркасск - легенда  Дона» Ростов на Дону ООО «Мини Тайл» 2007г;

26. «Труды  Областного войска  Донского статистического комитета» выпуск № 2 за 1874 год,   Новочеркасск   -  «Акты  о  татарских набегах на землю  Войска  Донского»;

27. Малышев В.  «Белое  и  голубое. Очерки  о  современной  Греции»  2000год  Санкт- Петербург «Нева»;

28. «Рубикон» Сборник  научных  работ  молодых  ученых РГУ 2005год;

29. «Ипатьевская  летопись»


Что почитать:

Исторiя города Таганрога 1698-1898, составленная П.П. Филевскимъ.
Дозволено цензурою. Москва, 17 марта 1898 г.(здесь есть и про Азов по этой теме)
Москва. Типо-лит. К.О.Александрова, Арбатъ, бл. Арбатскихъ вор., д.Платонова.1898.
http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000089/st000.shtm



Рецензии
Добрый день ,Анна ! Замечательная подборка о истории г.Азова .
Много раз бывал в славном городе в командировке и со скорбью признаю варварски проведённую деиндустриализацию ,так развален оптико-механический завод (некогда был флагманом в своей подотрасли ) ,заводы КПО и КПА .
Не реализованная часть федерального проекта а-ля Лас-Вегас в Южном Федеральном округе ...
Много знакомых в городе ,которые вынуждены переехать в Питер или Москву - это трудовая миграция ...
С уважением!

Лаврентий Тциппельман   27.07.2015 11:59     Заявить о нарушении