Мы ещё встретимся, русский 1

Утро нового дня
То, что больше всего бесит, утром в понедельник, так это монотонное пиканье будильника. Ладно, ещё если это вторник и другие рабочие дни недели, но в понедельник, это выводит из себя. Ты жмёшь на большую кнопку на будильнике, чтобы убрать этот звук, но не отключаешь его, а продолжаешь валяться в постели. Ты снова быстро засыпаешь и через пять минут, снова слышишь пиканье. Кажется, что пять минут, прошли, как одна. Ты уже полностью отключаешь будильник. На этот раз нужно вставать, иначе опоздаешь на работу. Остаётся надеяться на чашку бодрящего кофе.

Я открыл с большим нехотением глаза и стал потихоньку подниматься. Протерев свои сонные глаза, я отключил будильник. Встав на ноги, я первым делом пошёл на кухню сварить себе кофе. Только зайдя туда, к моим ногам подбежал мой любимый пёс – Ваген. Посмотрев на меня своими глазами, он побежал к своей миске и сел рядом с ней, я улыбнулся и понял, что не зря отдал так много денег дрессировщику. Я достал корм Вагена с верхней полки и насыпал ему в миску. А сам включил кофеварку, но когда я только отошёл от неё, то услышал маленький хлопок. Сразу обратив своё внимание на кофеварку, я увидел, как от неё отходил не большой чёрный дымок. Моё настроение быстро упало, когда я понял, что она сломалась. Времени было мало и делать самому растворимый кофе, грозило бы опозданием на работу. На работе я и попью кофе. Мне показалось, что этот день будет не очень хорошим. Оставалось надеяться, что водопровод в порядке. Я пошёл умываться в ванну. В зеркале я видел настоящего бандита, а не агента ФБР. Побрившись и почистив зубы, я направился к гардеробу одеваться.

В комнате было темно из-за закрытых жалюзи. Я их открыл и посмотрел в окно. Из моей квартиры, в моём небоскрёбе был очень хорошо виден Нью-Йорк. Вечером он просто красив, а утром в движении. Каждый спешит на работу, кроме тех богатеньких людей, за которых  делают всю работу другие. Я не из тех и не из других. Я еду на работу на такси, и не смотрю постоянно на часы, не тороплю водителя. Я ни за кого не делаю работу и за меня, её никто не делает. Есть дело, а это значит, что есть работа. Каждое дело имеет свои сложности и опасности. Смерть и другие серьёзные отклонения от здоровья, означают конец игры. Но у нас в ФБР игра на победу.

Посмотрев ещё несколько секунд в окно, я пошёл одеваться. Я быстро, как в былые времена в армии, надел штаны, рубашку. Натянул на ноги новые носки, на рубашку надел кобуру, схватил пиджак и побежал на улицу. Там я надел пиджак и прихорошился, после чего быстро поймал такси. В такси, я как всегда смотрел в окно. Делая это постоянно, мне не надоедало, ведь я погружался в глубокие мысли. Поэтому вид из окна был на втором плане. Я думал о смысле жизни, каково моё предназначенье, но чаще всего думал о предстоящем дне.

Приехав в штаб ФБР, я пошёл в свой кабинет. Там заварил себе чашку кофе и разлёгся на мягком кресле. В моём кабинете был стол, заваленный документами и шкаф рядом с которым была доска с фото преступников. На самом деле она была для вида, стоило её отодвинуть в сторону шкафа, в котором была щель специально для неё, и перед нами открывался небольшой склад оружия.

В дверь раздался стук, видимо это был Джоуи, мой лучший друг в этом отделе. Я сказал, что можно войти, и как я говорил, вошёл Джоуи.
- Я принёс тебе кофе,- сказал он, входя в мой кабинет.
- Спасибо, не откажусь от ещё одной,- сказал я, беря чашку в руки.
- Прикинь, в газете пишут, что криминал в нашем городе упал, благодаря нашему Криминальному Следственному Отделу.
- Видимо, не напрасны наши труды.
- Ага!

Тут в кабинет зашёл мой шеф, ему не нравилось, когда я его так называл. Его имя было Микки Дилер, на моём родном языке, это звучало бы очень смешно. Микки был мне не только начальником, но и хорошим другом. Когда прежний начальник год назад таинственным образом утонул, на следующий день пришёл Микки с подходящим прошлым для должности начальника. Мы с ним сразу подружились, что не часто бывает между начальником и подчиненным. Микки не очень походил на начальника внешне, он был немного полным, всегда носил джинсы, белую футболку и старый поношенный пиджак.

Когда Микки с нами поздоровался и начал рассказывать, какая работа мне сегодня предстоит, Джоуи тихо ушёл. А работа была самой обычной: какая-то группа террористов захватила склад на «Линкольн авеню». Полиция уже на месте, а группа захвата в пути. Нам тоже пора выезжать и я назначаюсь главным по операции. Гражданских, почти нет, лишь пятеро рабочих в роли заложников. Главное не опоздать, эти бандиты не будут ждать меня одного.

Я вышел на улицу и почувствовал запах осени. Это одно из тех прекрасных чувств, заставляющих тебя задуматься о своей жизни, которая так хороша. И ты начинаешь мыслить философски, думаешь, на кой я родился, какое моё предназначение? Правильный ли путь я выбрал? Стоит ли продолжать бой или уйти с поля боя поверженным и растоптанным духовно. Я не долго, так думая, хотел уже идти на стоянку, но тут услышал, как кто – то сигналил. Я подумал, что это не мне и пошёл, а сигнал стал ещё чаще, и когда обернулся, всё прекратилось. Я посмотрел вокруг и увидел служебную машину ФБР. Я подбежал к ней и сел в салон. 

Я посмотрел на сидящего за рулём, и увидел Камилу Стетфорд. Первая красавица нашего отдела. Мне с ней не часто приходилось работать, и сейчас я очень рад, что у нас с ней будет общее дело. Да, она восхитительна, её чёрные волосы, выразительные глаза   довольно пышная грудь, тоненькие ножки, которые так сильно бьют и из-за которых у меня синяк на ляжке. Она вся, с головы до ног прекрасна. Всем она нравится только за красоту, но мне не только за это. Мне так приятно с ней говорить, иногда она меня так хорошо понимает. Я так и вижу, как мы с ней сблизимся.
- Удивлён меня видеть, - спросила Камила, давя на педаль газа.
- Ты даже не представляешь, как сильно… удивлён.
- Да ты что?
- Мы же не часто с тобой видимся.
- Да… Дождь,- резко сказала она.
- Что дождь?
- Слышишь, как капельки бьют по крыше?
- Да, слышу.
- Мне так это нравится.
- А мне больше нравится смотреть, как летят эти капельки и разбиваются об землю.
- Сейчас увидишь, дождь усиливается!
Всю остальную часть пути мы молчали. Я хотел сказать ей в такой уединённой обстановке, что она мне нравится, но это было бы странно. Сейчас возможно будет много крови, а я тут такое скажу. Возможно она, как - то неправильно поймёт. И тогда уже никогда не поймёт.

Когда мы приехали на место, полиция выслушивала крики преступников, а группа захвата готовила план. Я спросил у Камилы, есть ли плащ, на что она ответила, что он на заднем сиденье вместе с шляпой. Я взял его и вышел на улицу, дождь был ещё не такой сильный. Я надел плащ, не затягивая пояс. Надев шляпу, я посмотрел на дом и его окна. На одной части, окна были замурованы, а на смежном с ним здании были очень большие окна. Здание с большими окнами – это был завод, а что было рядом с ним? С виду похоже на заброшенное здание. Это здание было сделано из тёмно – красного кирпича, а на стене было граффити в виде комикса. Хоть здание и казалось заброшенным, но это было не так, ведь на дверях были роллеры.  Дождь стал усиливаться, и тогда группа захвата пошла на штурм, зайдя в одну из побочных дверей, закрытую роллером, который они взломали. Я крикнул полиции, чтобы те отвлекли, как-нибудь террористов. Полиция стала, что – то говорить им, но я пропускал, всё мимо ушей.

Я достал сигареты и стал курить, думая в нашу ли пользу дождь. Мне всегда нравились дожди, особенно если ты дома. Но не любил, когда был пикник. А если просто прогулка, то слабенький дождь очень хорош. Такой запах, а когда пройдёт, чувствуешь освежающий озон. Я выпустил дым изо рта и стал прислушиваться, уже должны быть слышны выстрелы. Через двадцать секунд, я услышал выстрелы, как и думал. Ко мне подошла Камила и дала патроны.
- Пора
- Ещё рано,- возразил я, сделав один вдох и выкинув сигарету.

Тут же взорвался дом, точнее его половина. Нас с Камилой немного отвело назад и прижало к машине. Я прикрыл лицо рукой и ничего не почувствовал, кроме тепла, но меня должно бы было обжечь. Видимо дождь был на нашей стороне и прикрыл нас. Первая половина дома еле держалась, а вторую охватил пожар. Мы договорились с Камилой, что она пойдёт в побочную дверь и поможет раненым, а я пойду в дверь, выводящую на завод, и разберусь с террористами. Я попросил полицию вызвать скорую и пожарных, а сам побежал к главному входу. Зарядив пистолет, я выбил дверь ногой и зашел в здание, предварительно за дверью осмотрев комнату. Там никого не было, кроме заложников, которых я освободил. Пожар ещё не охватил эту часть, но я уже чувствовал дым. Поднявшись наверх, я побежал в комнату, откуда шёл дым и были слышны выстрелы.

Я зашёл туда и увидел раненого в коридоре капитана группы. Я побежал к нему через пылающие стены и обгоревший пол, но когда он меня увидел, он закричал мне хриплым голосом: «Стой! Уходи, скоро тут всё полностью взорвётся. На заводе есть баллоны с пропаном. И если огонь доберётся до них, то будет большой…» и, не успев договорить, он получил пулю в лоб. Я хотел побежать обратно, ведь газ действительно был рядом с железной лестницей, по которой я поднимался. Но преступник не должен оказаться безнаказанным, он не погибнет так просто, он сгниёт за решёткой!

Я решил не бежать в комнату, а привлечь его внимание собой. Я стал стрелять в комнату и выпустил пол обоймы. Таким образом, я надеялся, что он разозлится и захочет убить меня, побежав за мной. Так и случилось, он побежал ко мне и когда он вышел я был не далеко от двери. Он стал палить по мне, выбежав из коридора, я захлопнул дверь, мне повезло, что по мне не попало. Я чуть-чуть спустился с лестницы и стал ждать пока он подойдёт, я уже слышал, как он ругался. Я ждал до последнего, и только когда он меня увидел и стал направлять пистолет, одной рукой я взял его за руку, в которой был пистолет, а другой схватил за шиворот. После этих действий, я кинул его на лестницу, по которой он сначала скатился, а потом побежал.

Не добежав до конца, он резко повернулся, я понял, что он сейчас будет стрелять. И поэтому, достав пистолет и сделав ещё шаг, я оттолкнулся  от ступеньки и прыгнул на него. Пока я был в прыжке, он успел выстрелить два раза, да и то мимо. Я не думал, что, выстрелив по мне мимо, будет очень плохо. Одна из пуль попала в баллон, который стоял рядом с лестницей. И когда я упал с этим террористом на пол, я услышал сильный взрыв. Подвес, на котором стояли баллоны, упал одним концом вниз. Я встал, отбросил свой пистолет и побежал к выходу, когда мой противник ещё лежал из-за падения на спину. Будучи в десяти метрах от выхода я услышал  треск и увидел, как наверху начали падать балки. Я знал, что добегу, но тут в моё плечо попала пуля, и я замедлил  бег. Я уже не смог бы добежать до выхода, потому что сверху стала падать балка, и я отпрыгнул назад. Я видел, как мой противник отползал в сторону, он тоже пытался выжить. Он посмотрел на меня и крикнул: «Я тебе за всех и за всё отомщу!». После этих слов, на стену, рядом с которой он лежал, упал большой осколок потолка. И вся крыша началась рушиться в моём направлении. Я понял, что я единственный выживший в здании, Камила, наверное, уже вышла на улицу. Тут меня накрыло листом, на который что-то упало. Из–за этого, я и потерял сознание.