Современные конфликты угроза безопасности Российск

Чуть больше года прошло после военных событий  России и Грузии. В этих военных событиях и проявилась защитная и оборонная стойкость и сила Российской Федерации в нынешнем двадцать первом веке. Также была великолепно продемонстрирована и информационная война со стороны запада. По сообщениям, которой сначала Россия являлась агрессором, и только после расследований, опровержений и споров, выяснилось, что агрессором явилась Грузия. Но не в этом суть. Суть в том, что низкая безопасность и боеспособность Российской Федерации подтвердилась на практике.
Ещё в 2005 году в российской оборонное безопасности прекращено производство боеприпасов - войскам приходится тратить остатки неприкосновенных запасов. По существу, армия осталась и без артиллерийских снарядов, и без высокоточных дальнобойных крылатых ракет в обычном снаряжении. Армия без боеприпасов - уже не армия. Вот и получается: в государственном оборонном заказе отсутствуют вооружения, которые в первую очередь определяют боеспособность армии не только в современных условиях, но и в будущих военных конфликтах.
  Министр обороны Российской Федерации рассказал о приоритетах программ вооружения государственного оборонного заказа в 2009 году. Так какое же оружие достанется российской армии.
 В  мире сегодня появилось оружие, которое наверняка изменит тактику боевых действий. Например, сверхвысокочастотное (СВЧ), инфразвуковое и лазерное. И в боевых порядках потенциального противника может появиться группа СВЧ-поражения систем управления оружием и войсками: радиолокационных станций, средств радиосвязи и радиоэлектронной борьбы, приборов инфракрасного излучения и вообще радиоэлектронной аппаратуры. Личный состав может быть поражен инфразвуковым оружием. Группа лазерных средств, создавая зону сплошного облучения, обеспечит поражение оптико-электронных средств танков и БМП.
Использование такого оружия против наших войск должно быть локализовано надежным прикрытием. Кроме того, подобным оружием необходимо оснастить российскую армию.
Но упоминание в государственном оборонном заказе это оружие даже не упоминалось.
В современных военных конфликтах руководство войсками становится неэффективным без использования систем управления, в основе которых автоматизированные командные пункты в сочетании с системами космической разведки, радионавигации, разветвленной системой связи. Такие системы управления войсками и оружием позволяют достичь превосходства над противником благодаря упреждению его в выработке решений и в действиях. Автоматизированная система управления (АСУ) обеспечивает взаимодействие разнородных сил, определяет наилучшие варианты ведения боевых операций и последовательность нанесения ударов. Министр обороны сообщил о форсировании работ по созданию модернизированной автоматизированной системы боевого управления ракетными войсками стратегического назначения. Но в российской армии до сих пор отсутствует автоматизированный командный пункт оперативно-стратегического уровня, обеспечивающий управление войсками и силами разновидовой группировки войск. В США же продолжается ввод в строй новой глобальной АСУ вооруженных сил GCCS (Global Command and Control System). Она позволяет автоматизировать процессы предупреждения о нападении, контролировать приведение армии в боевую готовность, планировать и руководить боевыми действиями, предоставлять командованию оперативно-тактическую информацию, организовывать тыловое обеспечение.
Перейдем к обычным вооружениям. В 2009 году запланирована закупка 50 самолетов - многоцелевых истребителей МиГ-29 и Су-30МК, истребителя для завоевания превосходства в воздухе Су-27СМ и перехватчика МиГ-31. Все эти машины приняты на вооружение в прошлом веке.
Государственный оборонный заказ 2009 года предусматривает закупку нескольких сотен танков Т-90, боевых машин пехоты БМП-3 и боевых машин десанта БМД-4, бронетранспортеров БТР-80, БТР-90. Современные зарубежные средства разведки в сочетании с высокоточными авиационными и артиллерийскими противотанковыми боеприпасами не позволят Т-90 выполнить боевую задачу еще до выхода на передний край.
Другими словами, при значительном превосходстве зарубежных средств разведки и поражения над защищенностью танков Т-90, при отсутствии войсковой ПВО, способной бороться с носителями авиационных боеприпасов, ставится под сомнение использование Т-90 при ведении серьезных боевых действий. В танковой бригаде Т-90 в боевых условиях в результате авиационных ударов может быть выведено из строя 70% машин. Оставшиеся 30% можно уничтожить противотанковыми средствами сухопутных войск НАТО.
Существенный недостаток Т-90 - отсутствие бортовой информационно-управляющей системы (БИУС). Таковая уже установлена на зарубежных бронемашинах и добавляет четвертое свойство танков - командную управляемость. БИУС сопрягается с автоматизированной системой управления тактического звена, и командир танка получает на экране дисплея картину о расположении войск, своих и противника, что позволяет принять меры по отражению угрозы. Из-за слишком высокой цены установка БИУС на Т-90 признана нецелесообразной. Это крайне цинично по отношению к выживаемости экипажа - танки в боевых условиях будут подобны слепым котятам. При создании танка "Меркава" израильтяне основным требованием ставили максимально возможную выживаемость экипажа. А у нас же все наоборот: БИУС дороже жизни танкистов.
БМП-3, БМД-4, БТР-80, БТР-90 - это консервные банки, которые не защищают людей даже от стрелкового оружия. Попытка повышения защищенности БМП-3 за счет динамической защиты (ДЗ) и активной защиты (АЗ) - бесполезное занятие. ДЗ позволяет бороться с гранатометными выстрелами, имеющими один кумулятивный заряд с бронепробиваемостью не более 500 мм. То есть современные ПТУР и гранатометные выстрелы с тандемными боевыми частями будут надежно преодолевать ДЗ и поражать БМП-3. Напомним, что АЗ "Арена" неэффективна против крупнокалиберных пулеметов, снарядов малокалиберной артиллерии, самоприцеливающихся кассетных элементов с БЧ на принципе ударного ядра, против бронебойных подкалиберных снарядов. Установка ДЗ и АЗ на БМП-3 была бы эффективной в 60-70-х годах прошлого века. На эти годы ориентирована и боеспособность нашей сегодняшней армии.
Прошло более полугода с момента завершения операции по принуждению Грузии к миру. Но выводы по поводу отсутствия современных средств разведки и связи у нашей армии не сделаны. Широко рекламируемый тезис о том, что недостатки армии были "выявлены" по итогам конфликта, неубедительны. Они были известны еще десять лет назад: из-за несовершенства средств разведки эффективность вооружения не превышает в бою 60%, сохраняется невозможность оперативного использования разведданных, ограничены возможности общевойсковой разведки в определении так называемых "стрельбовых" координат, остается сложной ситуация с оснащением войск средствами автоматизированного управления и связи, особенно в тактическом звене.
Путь модернизации обернулся расточительным ремонтом старой техники. Он приостановлен президентом. Но налицо отсутствие обоснованного прогнозного плана развития образцов военной техники в государственных программах вооружения. Существующая система создания вооружений не обеспечивает ни их качество, ни высокие темпы переоснащения войск. Несмотря на существование множества федеральных целевых программ по развитию оборонно-промышленного комплекса, его возможности остаются на низком уровне. Политика объединения предприятий оборонно-промышленного комплекса в холдинги оказалась малопродуктивной. Если 15-20 разоренных предприятий со старым оборудованием и без высококвалифицированных специалистов объединить в одно, получится большое ни на что не способное предприятие с большими проблемами. Основная угроза безопасности России заключается в ее технологическом отставании при создании массового количества новейших видов высокоточного ударного и оборонительного оружия.