Между вдохами

            Сизифов труд дыхания.. Я усердно распылял смрадные фемточастицы легких между красными стенами. За окном простиралась грязно-белая тьма, тщетно пытавшаяся укрыть старые кирпичные язвы и ревущие автоартерии города. Затоптанный мурашками, я ежился на промозглом балконе, безвольно посасывая белые фильтры.  Взгляд остервенелых глаз, давно жаждущих забытья, безразлично скользил от хромающих бездомных к сопровождающим лающих недоразумений.. и обратно к чьему-то торопливому мочеиспусканию в закутке у стены. Очертания теней размягчились, нежно пророча клонирование убежавшего прошлого. Было ли оно мгновения назад волнующей действительностью, если сейчас - лишь тусклая небылица, переваренный ужин?

            Не хотелось разменивать себя на мелочную будничность; не хотелось становиться вкладом под 7% годовых.. растущей, но безликой цифрой чьего-то счета; не хотелось оков чужих условностей, столь удобных и доступных, - поэтому я беспредельно сосредоточенно бездействовал, захлебываясь в бурных бурых потоках образов, беспардонно разрывающих плотину полусгнивших стереотипов. Будничное усердие бобров сомнения увенчалось неистовым торжеством алогичного, торжеством, предвещавшим новый мир.

             Забравшись на кресло, тщательно оглядел коробку, в которой позже усну. А проснувшись, подарю себе завтрашнее утро. Я тщетно полустараюсь представить его, перебирая познанное и запечатленное. Нет цели в этих "муках Тантала", усилия безрезультатны, неудача предрешена, но я предпочту их, нежели давно решенные безликие шаблоны. Потянуло на метафизические заблуждения..

             Результат жизни - смерть. Мой субъективный опыт никогда не подтвердит и не опровергнет это, поэтому я называю это религиозной догмой. Давно надуманы основополагающие критерии, усредненные ярлыки - мерила личности, с помощью которых люди договорились себя классифицировать. Одним из коих является отношение к чему-то, нарекаемому "богом".. или скорее внешняя форма этого отношения. Мне сложно понять стремление заточить в жесткие рамки традиций и понятий взаимоотношение с чем-то, не имеющим ни формы, ни материальности. И к чему столь яростно указывать на тесное взаимодействие сей примечательной "абстракции" с родом людским. Склонность к иерархиям, классовым неравенствам (столь необходимая и абсолютная в далекие времена зарождения нынешних конфессий) в атмосфере относительного невежества и, свойственных людям во все времена, любопытству, впечатлительности, стремлению объяснить - этот благосклонный коктейль предпосылок взращивает один из многочисленных механизмов объединения, обращения, управления.. Ведь любое низшее, среднее звено в жесткой вертикальной иерархии власти должно быть в благоговении пред верхушкой, которой формально доступны все таинства бытия.. Так идет обожествление тирана. Так для большинства поиски ответов замещаются аппаратом власти. Но ведь граница невероятного динамична и относительна. Современные плоды человеческой цивилизации имели бы божественную природу в глазах граждан древности, так и творения далеких потомков будут за пределами человеческих возможностей сегодняшнего дня. Omne ignotum pro magnifico. Покажите мне то, что создано наукой, чья парадигма превосходит нынешнюю, как нынешняя различна с мифами древней Месопотамии, и я назову это чудом, достойным демиурга. Так не будущим ли людям мы приписываем божественные начала тайн прошлого? Не склоняем ли смиренно головы пред мудростью, которую нам предстоит постичь? Ведь преемственность знаний, накопленных за тысячи лет постоянно расширяет возможности общества.. и пределы познания несоизмеримо больше любой отдельной жизни, и только время, которое мы пока считаем безграничным, сопоставимо с этими пределами.. Конечно, если пределы - не очередной атавизм условностей страха перед неизвестным, духовный шрам многовекового тоталитарного гнета.

              Лишь будущее объяснит настоящее, лишь смерть объяснит жизнь. Моя вера внутри меня. Не нужно искать ответов извне: я - это и будущее, и настоящее, я - это и жизнь, и смерть.. Я - зрение, я - осязание, я - слух, я - обоняние.. я - восприятие..

              Не нуждающаяся в приглашении безмолвная ночь, воцарившаяся между красных стен, застала меня в том же безмолвном отрешении, которое оставил мне холодный зимний вечер. Попавшийся на глаза земляничный чай казалось никогда и не был горячим.. Жажда была предана забвению, щедро приправленному 3мя подушками, и лишь прерывистое дыхание упорно шипело о жизни в изможденном спящем теле..