Попутчица

На вид ей не было и тридцати: светлые, с рыжеватым оттенком, волосы, спереди – чёлка, а сзади – обыкновенный пучок под небольшой заколкой, открытые зеленоватые глаза и девчоночьи веснушки, которые совсем не портили её миловидного лица, а даже наоборот – были где-то привлекательны. Неброская, скорее по-дорожному и по сезону одежда её состояла из белой блузки, джинсовой безрукавки и таких же шорт. Душным августовским вечером, в самом конце лета, мы летели вместе по маршруту Симферополь – Москва.
Наши места оказались рядом, что представлялось удобным поводом для будущего знакомства. Но первые полчаса, пока авиалайнер ещё стоял на взлётной полосе, и пассажиры занимали свои места, мы с соседкой молча приглядывались друг к другу. С целью скоротать время полёта я разложил на откидном столике несколько журналов да пару книг-альбомов о Крыме. Ну, кто, хоть раз побывавший там, не возьмёт с собою что-нибудь на память об этом благодатном крае?!
– Можно посмотреть вашу книгу? – уже через минуту обратилась ко мне девушка.
– Ради Бога! – не ожидавший этого, только и ответил я.
А тем временем самолёт, ревя двигателями, оторвался на скорости от гостеприимной южной земли и, сделав крутой вираж над аэропортом, набрал высоту и взял курс на север. За стеклом иллюминатора промелькнуло багровое заходящее солнце, и вскоре стемнело. По салону покатили передвижные столики стюарды и стюардессы, предлагая прохладительные напитки. Возможность поухаживать за своей попутчицей и помогла мне нарушить наше молчание, становившееся томительным до неловкости. Но этого для разговора было, естественно, мало. Видя, как она с интересом листает книгу, я для начала задал ей самый простой вопрос, первым пришедший в голову, а дальше всё оказалось значительно проще и ничего не надо было придумывать – всё сложилось само собой.
– А в каком городе вы отдыхали?
– В Судаке – очень интересный город, одна генуэзская крепость чего стоит! – не замедлила с ответом моя соседка.
– Странно, я тоже оттуда, но что-то вас там не встречал – ни на море, ни на суше, – улыбнулся я.
– Да и не встретили бы, даже если бы и захотели. Я всё больше путешествовала “по горам, по долам”, а в Судаке лишь ночевала – комнату снимала по адресу , который мне дали друзья из Москвы. У них я, кстати, и переночую, а завтра к себе домой на Урал, в Екатеринбург. Сами видите – какая у меня дорога дальняя! Но она не в тягость – я давно уже привыкла к путешествиям и в Крыму была не один раз.
– Как вы легки на подъём! Но только что же никто их близких не разделяет ваше увлечение?
– А я сама по себе: друзей у меня много, а вот замуж никто не берёт, – теперь уже улыбнулась, но совсем невесело, незнакомая девушка, – в любви объяснялись, стихи посвящали, а женились на моих подругах. Но я не унываю – “надежда умирает последней”.
Вот так на удивление легко и свободно завязался между нами живой, непринуждённый и довольно откровенный разговор. Книги и журналы были забыты. А когда наступило время ужина, то заказав по маленькому шкалику коньяка, мы даже выпили за нашу случайную встречу – за знакомство, и после этого,  кажется, уже не замолкали ни на минуту. Только моя попутчица, которую звали Ириной, больше спрашивала и с неподдельным интересом слушала всё, что я рассказывал.
– Вот вы, москвич, скажите – как нынче живёт столица? Бедствуете ли вы за компанию со всей страной или у вас уже есть какой-то просвет?
– Могу сказать, что нищих и “новых русских” хватает. Просто в Москве можно заработать, если Бог талантом не обидел. Способов много – было бы желание. А заниматься политикой – делом грязным и неблагодарным – надоело.   
– Но в таком случае не одним же хлебом насущным вы живёте среди многочисленных “храмов искусства” и прочих увлечений и развлечений?
– А вы часом не в журналистике работаете? – ответил я вопросом на вопрос, – уж больно вы любознательны.
– Вы угадали, – с улыбкой отвечала Ира, – и не часом, а годом и не одним. Я – театральный критик, и помимо путешествий на юг наездами в ваш город не пропускаю ни одной стоящей премьеры.
И она охотно поделилась со мною последними новостями из мира театра, хотя и видела с моей стороны лишь праздное любопытство. Вот так за нашими разговорами незаметно прошёл час, другой. И со стороны можно было подумать, что после долгой разлуки встретились двое добрых друзей и, мило беседуя между собой, никак не могут наговориться. Удивительным было то, что до этого мы и понятия не имели друг о друге. Я не считал себя чересчур общительным и не очень доверял случайным дорожным знакомствам, но на этот раз, преодолев свой пресловутый комплекс, явно обрадовался возможности высказать моей милой попутчице всё накопившееся за последнее время на душе.
Наверное, и впрямь в природе существуют какие-то неведомые нам биотоки, притягивающие родственные души и близкие сердца. А как ещё можно объяснить ощущение взаимного доверия к собеседнику и то, что мы так быстро нашли общий язык и общие темы, обговорив, кажется, всё, вплоть до личной жизни, да и то, к сожалению, на неё времени полёта не хватило?! А хотелось лететь и дальше, хоть на Дальний Восток, в таком приятном соседстве. Но, как известно, всему приходит конец.
...Москва встретила нас холодным дождём, размытым светом огней за стёклами иллюминаторов и долгим нудным ожиданием в душном салоне из-за бессмысленной проверки документов на выходе из самолёта. Всё как-то сразу переменилось: из ровных рядов сидевших в полёте пассажиров образовалась толпа у выходных дверей. Смешавшись с нею, мы с Ириной оказались по разные её стороны. Мысли мои были заняты личным багажом и тем, как добраться от аэропорта Внуково до дома с минимальными финансовыми потерями. Отпуск был на исходе, деньги тоже, а аппетиты у современных извозчиков не меряны. Вместе с домом всё возвращалось на круги своя – проблема на проблеме, и тут уж не до души. 
Но выходя из самолёта, что-то внезапно заставило меня обернуться и встретиться взглядом с моей недавней попутчицей, о которой я почти уже забыл. Меня поразили её глаза , они не просто смотрели мне вслед – они кричали:
– Неужели это всё?! А вдруг могло быть продолжение у нашего с вами полёта?! Ведь я вам, кажется, поверила, а вы – такой же как и все! Зачем вы так?!..
Но подталкиваемый сзади нетерпеливыми пассажирами, я молча отвернулся и пошёл на выход. А потом была сутолока на скользком трапе самолёта. огромные лужи вокруг него и отчаянный бег под проливным дождём, в полутьме, со своими чемоданами, до здания аэропорта. Там я отдышался и пришёл в себя.
А затем, вглядываясь в чужие лица таких же мокрых и усталых пассажиров, я долго и напрасно искал среди них столь мне знакомое лицо с чёлкой рыжеватых волос, открытых зелёных глаз и девчоночьих веснушек моей незабвенной попутчицы. Видно, и в самом деле встретили её московские друзья. Но ведь и среди самых хороших друзей должен же быть один-единственный, с кем можно совершить не только двухчасовой полёт с юга на север, но и через всю оставшуюся жизнь, в отличие от других, временных попутчиков, вроде меня.

                1996 г.