Минутный оазис жизни

Он внимательно   читал книгу на небольшой веранде своего домика расположенного почти в центре скромного городка, в котором проживало   не более   двух тысяч человек. Легкий ветер поднимал в воздух немногочисленную   листву и пыль с дорог, проносясь по тихим,   бесцветным   улочкам. В городе царили безмятежность.
 
Страница за страницей, глава за главой, неспешно тянулась Его жизнь в ожидании чего-то, что могло бы полностью изменить жизнь, при этом не имея и малейшей   возможности повлиять на приближение этого события. Сосед, убиравший дворик своего дома, приветливо помахал рукой, затем   поинтересовался о том ходе дел и, услышав то же самое, что слышал уже много дней подряд, вернулся обратно к своему нехитрому занятию, не придав пустому диалогу никакого значения. Отсутствие каких-либо дел гложило всех.
 
Так продолжалось еще некоторое время до тех пор, пока Его слух не распознал среди гнетущей   тишины приближающуюся какофонию звуков. Мелодичные   скрипки перебивали звонкий треск труб, а те в свою очередь норовили заглушить веселое уханье барабанов. Еще более сотни звуков голосили так звонко, что порой даже не удавалось и распознать инструмента, который рождает и ввивает новую мелодию в этот клубок созвучий и музыкальных   переливов. Он поднял глаза от книги и стал   выжидающе наблюдать за дальним поворотом улицы откуда доносились сбивчивые мелодии и трели.
 
И вот из-за угла появились первые виновники этого торжества. Высокие и смеющиеся, одетые в старые одежды перелатанные разноцветными заплатками, пляшущие и играющие одновременно. Они приближались, раскрашивая все вокруг разноцветными красками, которые исторгались из труб, виолончель, гитар, бубнов, барабанов и еще множества других инструментов, заливая серые стены множеством разнообразнейших цветов, преображая привычные виды до неузнаваемости. Множество танцовщиц и танцоров кружились вокруг всего шествия, создавая своим хаотичным мельтешением завораживающие глаз комбинации и движения, восхищая, веселя, а порой и смущая постороннего зрителя, который с наслаждением наблюдал за творящейся вакханалией.
 
Повсюду бегали виночерпы и разливали каждому желающему вино, от которого разом кружило голову и бросало в пучину веселья. Вино никогда не заканчивалось в бездонных кувшинах, заливая улицу и разукрашивая ее в малиновые   и бардовые   цвета, оставляя пряный аромат, который пьянил ничуть не меньше. Оглушающе хохотали силачи, поигрывающие мускулами и подбрасывающие пудовые гири в воздух и с неимоверной легкостью подхватывая их при приземлении. Разномастные факиры пили подносимое вино, после чего выпускали столбы пламени, которые освещали все вокруг неестественным оранжевым цветом или жонглировали горящими шариками настолько ловко и быстро, что даже не возможно было понять, когда руки касались самого шарика, чтобы отправить его в дальнейший полет.
 
Акробаты подбрасывали друг друга над всем этим представлением и во время полета формировали сложнейшие фигуры, очаровывая любого зеваку своим мастерством. Часть из них была на высоких ходулях и руки их держали разноцветные транспаранты и плакаты с изображениями диковинных зверей, невиданных мест или простыми картинами, заполненными яркими сюжетами.
 
Мальчик из этой толпы взбежал на мою веранду и приблизившись начал танцевать и разбрасывать небольшие шарики, которые разбивались и заливали все вокруг всеми цветами радуги. Своим танцем   мальчик приглашал   его присоединиться к праздному шествию, насладиться весельем и свободой. которые пьянят и зовут в бесконечный пляс. Глаза ребенка источали радость и ликование, но это было лишь на первый взгляд... Глубоко внутри он боялся того, что никто из этого поселка не пойдет с ними и вновь придется путешествовать до следующего поселка где будут такие же люди, улицы и дома и что снова никто не пойдет с ними. А еще внутри него горела злость. Злость того, чей мир поработили, а жителей   обрекли вечные скитания и медленное вымирание. Таков был закон мирного договора заключенного после четырех дней вторжения на планету сил Конфедерации. Мирный народ сразу же был порабощен и был бы уничтожен, если бы не принял для себя самоубийственные условия мирного договора - все коренное население планеты становилось кочевым, что не давало продолжать род в виду своих   особенностей.
 
Воспоминания мгновенно проскочили в его голове: и расстрелы безоружных, и горящие города, и штурм дворца, завершившийся за 4 минуты. Бессмысленно, пусто, глупо - как и все, что делал его народ на протяжении многих веков. Все как всегда.
 
Когда он опомнился, мальчишка уже убежал за свернувшим за угол   разноцветным   шествием клоунов, жонглеров, акробатов и прочих   обреченных на гибель в бесконечных скитаниях по их бывшей родине. Краски, которые остались после них уже начинали выцветать и пропадать на ярком солнце, забирая с собой все признаки неописуемо красивого и шумного балагана. Все опять погружалось в серость и тишину. Поправив задетую мальчиком винтовку, он вновь погрузился в свою книгу в ожидании приказа, который наверняка   изменил бы всю их жизнь...