3гл-

 Когда же она проснулась, было тихо и темно. Только негромкий храп раздавался с противоположного угла. Она снова стала размышлять о жизни. «Счастливая Валя! – думала она, -  а может она права, когда говори, что мы все гости на этой земле и эта жизнь временная. И что есть вечная жизнь и настоящий Рай,  для верующих и добрых. Может она права, что есть ад, для злых и грешных людей. Тогда год назад на скамейке в скверике и Женя рассказывала ей, что все, живя здесь, создают свой дом «там». Будто бы есть книга жизни, где записаны все наши дела. Тогда, Надежда только смеялась над её сказками и возражала ей: «Если бы был Бог, то Он не допустил бы войн и смерть детей. Женя на это сказала, что все-все предупреждены Богом, что за вину отцов будут страдать дети, но люди сами наказывают себя, не читая Библию…
   Всё это теперь так ясно вспомнилось, будто этот разговор с Женей на скамейке скверике у Эрмитажа произошёл сейчас, а не год назад. И ещё Надежда подумала: «Может, и я страдаю за вину отца? Он ведь, тоже был активным большевиком и разорял церкви. Но за это он сам пострадал, перед войной, его, же самого расстреляли». Надежда захотела повернуться на бок, но невыносимая боль остановила её. Она простонала и почти вслух сказала: «Как больно, лучше бы умереть!» И она забылась во мраке. Видимо, она простонала громко, когда очнулась, храпа уже не было слышно.  Повернула голову и посмотрела на окно.  Рассветало, в палате спали, а ей не спалось. Мысли, чёрные мысли лезли в голову и на время, даже она забыла о боли. Она думала о смерти. «Что такое смерть? Ведь, не бледная  же старуха с косой. Этими сказками пугают ребятишек. Придёт она, смерть незаметно… А туда, в Рай, не войдёт ничего нечистого, - вспомнила она слова Вали.  Где я буду после смерти? – спрашивала она мысленно себя. Нет, не хочу верить, что после смерти ничего не будет. Может и правда есть вечная жизнь? Надо в следующий раз попросить Библию, когда придут Валя или Женя. Они знают о «той вечной жизни, и ещё они говорили мне, что я тоже буду знать из Библии много. Может Бог и вправду сжалится надо мной, если я в Него поверю…»