Завод

Ты меня спрашивал, что я сегодня делал? Что ж, попробую вспомнить.
Кажется, в 7мь часов утра сел в городе на какой-то автобус, народу было там много, но я влез. Минут 20ть ехал в нём по неизвестной дороге, точнее – может и известной, но мне она показалась незнакомой. Да и на улице вроде было темно, и я кроме встречных машин , которые слепили светом своих фар мне глаза, ничего больше не видел. Но от этого легче не становилось, наоборот, хотелось спать. Думал вообще с автобуса сойти на ближайшей остановке, да вернуться домой. Но что-то внутреннее в душе мне подсказывало, что надо ехать в этом  же автобусе дальше. Да и автобус, то ли был этот служебный, то ли что, но остановок он негде не делал. Так мы до куда-то минут через 20ть доехали. Открылись двери, и народ стал выходить. Я думал, правда, остаться, но когда водитель мне сообщил, что это конечная, я тоже вышел.
Перед моими глазами раскинулся огромный завод, названия его не знаю. Но пропуск на его территорию у меня в сумке почему-то лежал. «Раз пропуск есть, значит надо туда пройти», - подумал я и пошёл. К моему удивлению, охранники мне ничего не сказали, несмотря на мой вид. Или я может был в это время трезвый, вроде алкоголем не баловался утром. Но почему голова теперь болит, и я всё это вспоминаю довольно смутно, боясь что-то упустить.
Да - на завод и я прошёл благополучно. Дошёл как-то до  своего цеха, который быстро нашёл там, среди множества цехов, отыскал там свою раздевалку, переоделся. Стал работать. Полдня смена проходила без особых приключений. Даже на обед в столовую сходил. Вернулся в цех, начал снова работать. Всё было хорошо, пока во время работы не понадобилось заливать формалин. Возможно, мы бы с этим справились без происшествий, да слесарь предыдущей смены, который всё сделал хорошо, немного свою работу не доделал, оставив не до конца закрученными некоторые из болтов на линии слива этого формалина, в результате, когда мы стали его заливать, то начались подтёки. С начало всё было  несколько часов безобидно, но когда он хлынул струёй по всему цеху, то это было для нас всех больше, чем Вторая Мировая Война. Процесс рабочий естественно мы остановили, стали просить помощи своего «друга» - противогаз. Это такая шапочка с необычной кислородной маской и защитными стёклами для глаз. Противогаз согласился нам помочь, но при условии, что наши лица будут в нём потеть. Пришлось согласиться. Поскольку те, кто имеют дело с формалином,  получают такую порцию газов в лицо и глаза, что человек травится наверное ими гораздо быстрее, чем травились узники концлагерей в газовых камерах, немецком плену во время войны 1941-1945 годы.
Но нам некогда было об этом думать. Я и другие сотрудники быстро одели свои противогазы и стали убирать разлившийся формалин. Убирали весь вечер, потом ещё линию парить пришлось, чтобы тот формалин, который   остался, ушёл в рабочую ёмкость для производства мало понятного мне продукта, даже название его выговорить не могу. Поскольку, пока мы убирали разлившийся формалин, оставшийся формалин в промежуточной ёмкости замёрз.
К 7ми часам вечера вроде всё сделали. Я пошёл помыться под душем, нет, не радиоактивным, а обычным. Потом переоделся в обычную одежду, вышел через проходную с территории завода, сел в стоящий неподалёку автобус. Дальше ничего не помню. Вроде по дороге домой о чём-то говорил с начальником смены, смутно подводя итоги текущего дня. Но от автобуса до дома дошёл точно сам. Сейчас сижу и рассказываю тебе это. Пива и прочего алкоголя на столе моём нет, да вообще его не было, и, кажется, вовсе этого не пил на этой неделе точно, просто я видимо сильно устал. Ведь моя работа не сахар!