Летопись

Смотрите все, дамы и господа! Я - новый Сальвадор Дали осенней Москвы. Я так же влюблена и так же богохульски нелюбима. Однако не теряю себя и со все более нарастающим чувством собственной эксцентричности твержу - я новое знамение эпохи кисло-сладкого материального декаданса.
Что-то терпкое стоит в почти октябрьском воздухе и дождь за дождем в голове проносится: "Хочу перемен!" Несколько дождей назад мне подумалось, что не плохо бы раз и навсегда решить великую вселенскую делему о неразделенном одиночестве. Когда глядя на свое Эго в собственном зеркале хочется хадать всего один вопрос: "Неужели эпохальность не стерла с твоего лица красок ребячества, а душа не перестала плевать в потолок в надежде на чудо?" Все мы ждем. Чего? Манны небесной в размере оклада с дальнейним прожиганием ее на всевозможные придатки социума. А чувствуешь себя по мере истекания манны из рук, как знаменитая жепа на костыле, которую наброском создал Дали - этот психиатрический гений молочной эпохи "после войны".
С каждой минутой волосок за волоском гибнет мечта о светлом будущем. Что-то все больше это будущее смахивает на анальные эскопады обычной непримечательной жизни водоросли. Есть ли жизнь после работы? Есть, только проходит она мимо нас и дивно отдает привкусом рутинного миндаля помноженного на изжаренный арахис действительности. Долой розовые очки! Да здравствует психоделическое "может быть..." Раскумаренная строка жизненных побед сменяется нищетой интеллекта и переходит в делит. А потом? Феникс вырвался из плена старой плоти и взмыл над прошлыми пещерными исследованиями на тему "если никак, то как?"
Кто-то испугался, что у меня наверно началась депрессия... Заявляю - бред! Я рисую свое зеленое солнце, которое просто греет, но не жжет. Мое солнце в очках и ему фиолетово смотреть на все, кроме простоты и непредвзятости любви. Любви большой и очень наивной. Просто оно теплое и хочет греть всех, кто как я, маленький винтик, который захотел стать частью механизма под названием "ЖИЗНЬ".