Нужные люди, кусочек начала...

Прорыв
В соавторстве с З. Елубдой 

Выражаю глубокую благодарность нашим матерям за дарованное нам счастливое детство. Отцам – за проявленную мужественность. Друзьям – за неизменное понимание. 

Октябрь. Утро. Холод. Родной город встречает его неприветливо. 
Осенняя слякоть, моросящий мелкий дождь. Станислав вспоминает, что два года назад было так же холодно и сыро. 

«Ну вот, ты и вернулся», – произносит он, прихрамывая на левую ногу, и направляется к остановке общественного транспорта. 

Автобусная экскурсия по городу 

Город предстает перед ним в серых, убогих тонах. Желтые, выцветшие здания, узкие, грязные улочки. 

Станислав испытывает смешанные чувства: «Убожество», – думает он, и внезапно осознает: «И всё же это моё родное убожество. Не променяю на Париж». Эта мысль напоминает ему строки из полузабытой песни. 

Он часто представлял, как вернется домой. 

<<Будет ясный теплый день. Он идет твердым шагом в парадном кителе мимо бойких старушек, сидящих на лавочке у подъезда. Здороваясь с ними, они провожают его взглядом, переговариваясь о том, что сын Зинки из тридцать пятой вернулся, вот радость матери...>> 

Но реальность оказывается иной: он идет не твердым шагом, не в парадном кителе, и ничего торжественного в его облике нет. 

Вот и его дом – панельная пятиэтажка, где он прожил без малого два десятилетия. 

Двор, летом утопающий в зелени тополей, дающих тень и прохладу, теперь встречает его опавшей листвой и мутными лужами на разбитом асфальте. Обшарпанная беседка. 

Двор пуст и уныл. 

Дверь в подъезде покрашена в другой цвет, одна створка выломана. В подъезде на первом этаже пахнет подвалом и газом – знакомые ароматы из прошлой жизни. 

«За два года ничего не изменилось», – думает Станислав. – «Всё чужое». 

Он медленно поднимается на свой четвертый этаж. Боль в ноге отдается покалыванием в левом виске. Останавливается на площадке, закуривает. Сердце колотится, и вот он готов позвонить, открыть дверь и наконец оказаться ДОМА! 

Станислав звонит в дверь, но никто не отвечает. Из писем матери он знает, что сестра с мужем переехали в другой город (там им предложили хорошую работу), отец, вероятно, в рейсе, а мать, вероятно, сегодня на дневную смену на заводе. 

– Куда податься? – думает он, набирая номер соседей. 

– Ктё тяма? – слышит он сиплый старушечий голос. 

– Баба Варя! – он едва узнает свой голос. – Это я, Стас, ваш сосед. Из армии вернулся! 

– Какой сосед! Не знаю ничего... Ходють тут всякие... 

«В общем, за два года старушка окончательно спятила», – думает Станислав. Она и раньше не отличалась особым здравомыслием. 

– Кого там принесло? – слышит он мужской голос за дверью. 

– Митяй! Это ты? Это я, Стас! Дембельнулся! Моих нет! Я тут приехал... 

Лязгает замок, дверь открывается. 

– Ну, здорово! – Стас чувствует, как его сдавливают сильные руки Митяя. – Как добрался, едрена матрёна. Мать вчера видела, говорит: не раньше зимы, а ты вот здесь! 

– Здесь... здесь... – сдавленно хрипит Станислав. – Пусти, кости трещат. 

– Ну как там? – интересуется Митяй. 

– Сходи, узнаешь... 

– Да, я этой дряни наелся, – хмыкает сосед. – Ты еще под стол пешком ходил... 

– Ладно, давай не стой на пороге, заходи... 

Станислав проходит в квартиру. 

– Как вы здесь? – спрашивает он, усаживаясь на древний диван в Митяевой «берлоге». 

– Да как... Я в охране. Сутки через трое, еще таксую. 

– Ты машину взял? – удивляется Стас. 

– Молодец! Какую? 

– Полгода назад семерку, у пацанов в рассрочку. Пригнали с Тольятти. Ничего так, зверь машина, сто сорок по трассе разгонял. 

– Как жена? Марина? 

– Да нормально, на работе, сын в третий пошел. Может по маленькой за приезд? 

Стас не отказывается. В маленькой кухонке на столе бутылка водки, колбаса, нарезанная ломтями, «Фанта». 

Стопки наполняются и пустеют. 

Проходит полчаса. 

Гость делится впечатлениями... 

© Copyright: Ник Востров,Захарий Елубда 2010 
Проект, малость затянулся, без малого 16 год пошёл как Захарий Меймунович всё не находит времени на это вот всё, а Ник В. всегда готов как пионер!:-)...