465. Поминки в последний раз

Поминки в последний раз.
   На годовщину смерти бабушки Нюси, к международному женскому дню 8-го Марта 1959 года, вдруг, к нам из Старого хутора, который находился в городе Гудермес, приехали старшие бабушки Нюси, брат и сестра близнецы, дедушка Гурей и бабушка Маня. Им в тот год должно было исполниться 28 мая по 92 года каждому. Вполне понятно, что в таком возрасте приглашать на поминки стариков никто из родственников не собирался.
   Однако выглядели наши старики вполне здоровыми. Передвигались самостоятельно без сопровождения посторонних и без палочки. Привезли с собой гостинцев столько много, что мои родители едва втащили в коммунальную квартиру узелки и сумки с гостинцами из города Гудермес от наших многочисленных родственников, которые по своей занятости в работе на железной дороге никак не могли приехать к нам на поминки.
- Боже мой! Как только вы дотащили такую тяжесть? - говорила моя мама, втаскивая в квартиру гостинцы.
- Мы это все и не таскали. - смеясь, сказала бабушка Маня. - До вагона поезда наша молодежь тащила. С поезда вынести на платформу на вашей станции помогли попутчики и проводники. В автобус тоже нас посадили…
- Вы бы нам хотя бы телеграмму прислали. - сказал мой отец, старикам.  - Каким поездом будете ехать. Я бы вас с вокзала встретил на своем трофейном мотоцикле с коляской. Привез бы быстро с комфортом, как полагается.
- Ишь, чего придумал! На коляске нас возить. - возмущенно, сказала бабушка Маня. - Мы ни настолько старые, чтобы нас в коляске возили. Мы с братом самостоятельно можем передвигаться по земле, без чей-то помощи. 
- Откуда нам было знать, на каком поезде мы будем к вам ехать. - добавил дедушка Гурей. - Вы наверно забыли, что между станциями Гудермес и Избербаш всего одна линия. Другими путями мы ехать не можем. К тому же вы забыли, что Выприцкие и Линевы обслуживают железную дорогу с того времени, как ее проложили в царское время. Нас там каждый проводник знает, и машинисты всех поездов знают. Мы даже билеты не покупали. 
   Старики долго рассказывали про свою поездку из станции Гудермес до станции Избербаш. Затем разговор плавно перешел на проблемы рода терских казаков. Дедушка Гурей и бабушка Маня Выприцкие, сетовали на то, что Линевы совсем забыли о холмиках бывшего своего хутора на левом берегу речки Белка. Ведь там пролита многовековая кровь из рода терских казаков с фамилией Линевы. Хотя бы цветы посадили на холмиках.
   На приготовление к будущим поминкам бабушки Нюси ушел весь день 7-го марта. Так как у нас ночевать не было места, то наши старики пошли через двор ночевать к родственникам Морозовым, к дяде Лени, одному из младших братьев-близнецов моей мамы. Там у них целые хоромы. Трехкомнатная квартира на пять человек. В то время, как наша семья в пять человек ютилась в одной комнате в коммунальной трехкомнатной квартире. Другие две комнаты занимали аварцы Абдуллазизовы, у которых семья была тоже из пяти человек. Вот только два младших сына у них родились раньше наших близнецов Сергея и Юрки, поэтому Абдуллазизовым отдали большую площадь коммунальной квартиры. Нам обещали расширить площадь в другой отдельно взятой квартире. Но! Как говорится «обещанного три года ждут». После рождения Сергея и Юрки прошло три года. Однако местные власти не шевелятся расширять нам площадь. Родители думают менять место жительства.    
   На следующее утро 8-го марта коммунальная квартира превратилась в коммунальный вокзал. Гостей в коммунальной квартире было на много больше, чем квадратных метров. Длинные столы и лавки вдоль столов вместо стульев и табуреток стояли повсюду. Где только можно было приткнутся. Даже в комнатах наших соседей по коммунальной квартире стояли наши столы с угощениями. Не смотря на тесноту и большие различия в культурах наций, мы хорошо относились друг другу. Жили и дружили, как одна интернациональная семья.
   Однако к религиозным различиям в культуре наших народов мы относились с уважением. В комнатах наших соседей не было свинины и запахов алкоголя, так как мусульмане не употребляют свинину и алкоголь. Стараясь не выталкивать своих соседей из их собственных комнат, наши родственники решили первую половину дня отметить праздником международного женского дня 8-го Марта, как было в день смерти бабушки Нюси.
   Кроме наших гостей со всего Северного Кавказа, за праздничным столом сидели все, кто пожелал присоединиться за праздничный стол к женскому празднику. У терских казаков, а также у многих народов Северного Кавказа не принято приглашать в гости на праздник или на траурную дату. Родственники об таких днях знают сами и приходят в назначенный день. Все остальные, даже просто проходящие, могут присоединиться к столу.
   В коммунальной квартире разместились только взрослые. Все дети до восемнадцати лет и кормящие грудью мамаши разместились за столами во дворе нашего многонационального дома. К этому же столу на улице примкнули столы детей наших соседей по дому. В первой половине дня получился общий многонациональный праздник всего Нового городка. Так как подавляющее большинство домов Нового городка имели один общий двор. В то время в квартирах не было удобств, так что все удобства находились по самой середине нашего общего двора. Фактически в те годы весь наш Новый городок был единой семьей. Мы все учились, работали и жили в одном небольшом пространстве Нового городка построенного специально для механического завода.   
   В этот праздничный день было по-летнему жаркое утро. Буйная зелень с запахом от огромных папах белых акаций, перемешанная со сладость соцветий тутовника и длинные стволы пирамидальных тополей. Все поднимало праздничное настроение у всех собравшихся за столами. Но больше всего наслаждались дети на улице. Такие праздники за столом в стороне от взрослых бываю не так часто, как нам тогда хотелось. Мы наслаждались весенним праздником, даже не задумываясь над тем, что сегодня к вечеру будут поминки бабушки Нюси.   
   Во второй половине дня, сознательные соседи Абдуллазизовы, полным составом своей семьи из пяти человек, ушли из коммунальной квартиры в неизвестном нам направлении. Наши родственники приступили к поминкам бабушки Нюси по старым обрядам терских казаков. Хорошим словом помянули покойную. Мужчины за стаканом самогона помолчали в память по умершей. Женщины поплакали в память о нашей бабушке. Маленькие дети, которые не могли понять причины слез взрослых, совершенно не стесняясь, ревели в полный голос.
   Рано утром, наследующий день после поминок, мы провожали стариков всей семьей. Груженые гостинцами в другую сторону старики сетовали о том, что в последнее время родственные корни древнего рода терских казаков стали терять свою родовую связь. Даже на поминки к бабушке Нюси прибыли далеко не все родственники. Когда-то жили все компактно в одном месте, а теперь расползлись наши родовые корни по всему Кавказу.
- Вы, пожалуйста, не забудьте, что кроме Выприцких и Линевых рядом живут другие родственники. - сказала мама, когда мы прибыли автобусом на станцию Избербаш. - По ложке черной икры и по балыку осетрины должно каждому хватить. Два мешка сушеной тарани и бычков на пиво мужикам на всю вашу улицу хватит. 
- Ты, Мария, не беспокойся. - сказала бабушка Маня. - Наши родственники и соседи не будут обделены. Ты, Мария, главное, за своими маленькими детками поглядывай. За малыми тебе надо глаз да глаз иметь повсюду. 
- Тетя Маня, вы не волнуйтесь. - стала моя мама, успокаивать бабушку Маню. - Дети у меня на первом плане.
- Вот так они всегда, женщины.  - укоризненно, сказал мой отец, дедушки Гурею. - Только о детках пекутся.
- Зато вам кабелям только постель нужна. - со злость, сказала моему отцу, бабушка Маня. - Кроме охоты, рыбалки, стакана водки и постели больше ни о чем не думаете. Надо больше внимание уделять своим детям…
- Тетя Маня, хватит вам цепляться за Сергея. - заступилась мама за отца. - Он у нас трудолюбивый. Все деньги домой приносит. Даже рыбалка и охота, это прибыль в семью. В прошлом году убил в горах кабана-секача, так мы на вырученные деньги всей семье обновку купили.  Сергей купил мне новую ножную швейную машинку.
- Ладно, Мария, хватит тебе выгораживать своего мужика. - махнув на маму рукой, сказала бабушка Маня. - Давай лучше отойдем от мужиков и о своем бабьем посудачим. Мы в последний раз давно не разговаривали…
   Моя мама и бабушка Маня перешли в другую сторону небольшого железнодорожного зала ожидания. Сергей с Юркой, я, наш отец и дедушка Гурей остались на месте рядом с котомками, сумками и мешками набитыми гостинцами, предназначенными многочисленным родственникам из города Гудермес. Сергей и Юрка, которым в мае этого года исполнится по четыре года каждому, постоянно норовили залезть куда-то в гостинцы, чтобы стащить себе кое-то лакомство. Можно было подумать, что их в чем-то обделяют. Каждый день самый лакомый кусочек только им. Меня давно забыли родители. С рождения близнецов я стал самостоятельным человеком. Сам приготавливаю себе покушать на стол из того, что мама приготавливает. Даже сам стал учить уроки.
- Вас, что не покормили дома?! - разозлился отец, растаскивая в разные стороны дерущихся Сергея и Юрку за какой-то гостинец, который они стащили из сумки и не поделили между собой. - Вот, пожуйте тарань и бычков.
   Отец вытащил из мешка по одной сухой рыбешки тарани и бычков, дал близнецам, они тут же перестали драться и принялись сосать прямо через шкуру и чешую сушеную рыбу. Обо мне обратно забыли. Вообще-то мне не очень хочется этой сушеной рыбы. Почти всю рыбу мы пацаны всем двором ловили и сушили. Когда вчера пацаны узнали, что я собираю гостинцы пацанам в город Гудермес, то каждый пацан с нашего двора принес по вязанки сушеной рыбы на гостинцы пацанам из города Гудермес. Некоторые мои друзья даже балык из осетрины стащили у себя дома и тайком принесли к нам в квартиру. Так отец хотя бы для приличия дал мне одну сушеную рыбку. Все равно братья-близнецы своими слабыми зубами не могут чистить сушеную рыбу.   
- Мелюзга! Давайте я вам почищу сушеную рыбу. - сказал я своим братьям, выдергивая у них из рук рыбешку.
   Братья жадными глазами вечно голодных детей смотрели, как я чищу сушеную рыбу и с шумом заглатывали свою слюну, если что-то из почищенной рыбы проскакивало мне в рот. В отличие от моих родителей, которые в последние четыре года меня почти не замечали, я большую часть своего свободного времени уделял своим братьям-близнецам. Когда они самостоятельно научились передвигаться, кушать, одеваться и ходить в туалет, то мы стали просто единым целым. Я имею в виду своих братьев-близнецов, моих друзей и конечно двух собак, нашего Джульбарса и самую настоящую дикую собаку Динго, которую соседи из нашего дома привезли из командировки в Австралию. Мы были настолько дружны, что после школьных уроков нас видели всегда вместе.
- Сергей, вы скоро уедите из Избербаша в другой конец Кавказа. - сказал дедушка Гурей отцу на прощанье.
- Мы никуда не собираемся уезжать из Нового городка?! - удивленно, воскликнул отец. - С чего это вы взяли…
- Не перебивай, когда старшие говорят! - прикрикнул дедушка Гурей на отца, как на сопливого пацана. - Раз говорю, что уедете, так знаю, что говорю. Лучше внимательно послушай меня, что я тебе скажу. Не за тебя пекусь, а за твою семью, так как они кровь моя рода терских казаков. Когда вы помотаетесь далеко от этих мест, то жизнь заставит вас на одни сутки остановиться жить в доме рядом с кладбищем. Там очень плохие люди живут и место там сильно гиблое. На следующее утро перебирайтесь жить подальше от того места. Понятно?!
- Понятно. - растерянно, отметил мой отец, дедушки Гурею, направляясь с котомками к подходящему поезду.
   У нас было столько много разных поклаж с гостинцами, что дежурному проводнику поезда пришлось держать красный флажок до тех пор, пока мы наших стариков расселили в свободном купе вагона совершенно бесплатно. Мой отец пытался оплатить проезд стариков до станции Гудермес, но дедушка Гурей запретил покупать им билеты на поезд, а проводница вагона вообще отказалась брать в руки деньги от моего отца. Сказала моему отцу, что он пусть лучше купит на эти деньги много конфет для своих прекрасных детей-близнецов. 
   Оказалось, что наших стариков действительно хорошо знают проводники всего поезда. Так как наши старики почти каждый день приходят на платформу станции Гудермес. Совершенно бесплатно от всей души угощают разными гостинцами проводников и машинистов поездов в знак солидарности за то, что подавляющее большинство наших родственников работают на железной дороге по всему Северному Кавказу и постоянно через проводников и машинистов поездов поддерживают нашу родственную связь. Получается, что на всем Северном Кавказе сплошная родственная связь всех, кто хоть как-то относится в своей работе к железной дороге.    
   После того, как пассажирский поезд отъехал от станции с нашими неугомонными стариками, отец сразу с вокзала пошел на работу. Наш отец работал недалеко от железнодорожного вокзала единственным фотографом-портретистом на территории города Избербаш и Нового городка. Отец фотографировал на все возможные виды снимков того времени. Козырной работой моего отца были портреты. В то время был огромный дефицит на любую одежды. Люди хотели как-то устранить такой пробел. Устранением пробела в одежде занимался мой отец с портретами. С помощью различных приспособлений и лекал на фотографии заказчика отец рисовал любую на заказ одежду, в какой хотел увидеть себя заказчик. Больше всего заказывали кавказские национальные наряды или костюмы и платья, которые выдели наши солдаты во время освобождения Европы от фашистов.      
   Костюмы отец рисовал на фотобумаге сухой краской, как женская пудра, с общим названием «соус». Нарисованные портреты закреплял с пульвизатора специальным лаком и растертыми до пыли руками друг от друга кусками пемзы. Портреты получались так классно, что никто, из посторонних находясь дома в гостях у заказчика, даже не мог подумать, что костюмы на портретах нарисованные, а не настоящие.  Такая классная работа.
   Портреты стоили сильно дорого. Работа  кропотливая. Заказов много. Отец порой сутками возился над каждым портретом. Зато он гордился, что за месяц, бывает, зарабатывает больше, чем директор механического завода. В этом отец был прав. В то время самая большая зарплата у директора механического завода, если считать в старом исчислении до 1961 года, была, примерно, сто тридцать тысяч рублей. В то время как мой отец за один портрет в среднем брал пятьдесят - сто тысяч рублей. Все зависело от костюма, цвета и вида портрета. К тому же портреты были одиночными, парными и групповыми. Каждый на портрете хотел иметь свой костюм.   
   По законам того советского периода отца можно было считать врагом народа, так как он фактически имел собственный бизнес, который полностью содержал за свой счет. Отсюда можно сделать вывод, что мой отец был маленьким капиталистом в советском государстве. Но так как отец из своих вырученных денег, как зарплату чиновникам,  часть денег сдавал государству, то представители городской власти на все закрывали глаза. К тому же мой отец был инвалид  войны второй группы, то, как бывшему воину ему тоже были скидки…
   Проводив отца до места работы, мама с близнецами поехала на автобусе домой в Новый городок, который находился от города Избербаш на расстоянии трех километров в сторону пресных заливов. Я не поехал с мамой домой, так как сегодня занятий в школе не было, мы решили с пацанами пойти на наш стадион посмотреть, как проводится репетиция по футболу между футболистами Избербаша и Нового городка. Заодно решили набить морду нашему вратарю, за то, что в последней игре с городской командой, пропустил пять мячей в наши ворота. Можно конечно, нам и с городскими пацанами подраться, чтобы они не обзывали нашего тренера.   
   Стараясь не попадаться городским пацанам на глаза, могли меня побить за последнюю драку, я пробирался по зеленой полосе вдоль железной дороги к стадиону, который от зеленой полосы вдоль железной дороги был всего метром сто за северокавказской трассой, проходящей через город Избербаш. Там возле стадиона меня ждали друзья, которые никогда никого из пацанов Нового городка не давали в обиду городским пацанам.
   По дороге к стадиону, я постоянно размышлял над словами дедушки Гурея насчет нашего переезда на другой конец Северного Кавказа. Мне было известно, что отец и мама добиваются расширения нашей жилплощади. Но только не за пределами города Избербаш. От такой шикарной жизни, как в городе Избербаш, лично мне никуда ехать не хотелось. Всего полтора километра до берега моря от нашего дома. Рыбы в море на всех хватает. Рядом в Улубиевской балке разные дикорастущие фрукты, овощи и ягоды, ешь от пуза, сколько тебе хочется. Таких отличных друзей как в Новом городке нельзя отыскать на всем белом свете. Отец зарабатывает деньги больше директора механического завода. Близнецы наши растут с каждым днем, как тесто на дрожжах…
   Вот только слова дедушки Гурея никуда нельзя деть. Если дедушка Гурей сказал, что мы уедем на другой конец Северного Кавказа, то так наверно точно будет. Ведь почти все, что предсказывали бабушка Маня, дедушка Гурей и бабушка Нюся, обязательно когда-то сбывались. Даже день своей смерти бабушка Нюся знала заранее. Выходит, что скоро мы будем собираться в дальнюю дорогу. Ну, до летних каникул мы точно никуда не уедем. Мама не зря говорила бабушки Мани, что дети у нее на первом месте. Я тоже ребенок своей мамы. Учусь в школе. Мама не допустит, чтобы сорвались мои занятия в школе. Я и без того пропустил много дней во время травмы от мотоцикла, который чуть не сбил меня на смерть, когда я гонял волчок на дороге у нашего дома…