Молекула

МОЛЕКУЛА

       Жил на свете парень обычный - Молекула! Ну, это по-простому, по нашему. А по документам выданным - как «H2O» числился. Работал он целыми сутками, совсем без продыха – водяное колесо крутил, мучался! Да и как ему было не трудиться, когда у них сам Нуль градусов строгим начальником. Ну, который по Цельсию. Нуль крутой нрав имел, не забалуешь! Чуть что не так - всех в твердый лёд, в сосульку замораживал! А это хуже тюрьмы и рубашки смирительной, лежать совсем без движения всякого. А там и ломы за дело принимаются, на статью уголовную раскалывать. Так что лучше вращать колесико и нос свой никуда не высовывать.
       Но тут крик оголтелый доносится - «Ведьму жгут! Словно листья осенние!» Любопытство все ж толкнуло Молекулу на площадь круглую, хоть одним глазком взглянуть, как народ в культуре плавает. А там, при всем честном народе собранном, молодую, ведьму красивую в склянку посадили стеклянную! Фитиль сверху вставили и поджечь пытаются! Вот уже и горит бедолага прекрасная негасимым синим пламенем! А народ вокруг стоит, в удовольствии купается. Кто-то даже руки греет. Ну это завсегда так, издревле принято. Как увидел наш Молекула ведьму прекрасную, ноги подкосились в коленочках. Влюбился он с первого взгляда и по самую свою макушечку! «Как зовут то красавицу, писанную и за что же её жгут несчастную?» - вопрошает он трепетно. «Ну, по нашему – Этилочка, а по паспорту законному - «Н2С5ОН»! А палят её за то, что порчу лютую на людей наводить пытается! В животных диких превращает не глядючи!» - ответил некто красноносый, озабоченный.
       «Я ж могу помочь любви моей писаной, загасить пламя жестокое, освободить от мук адовых!» - думает поэтично так, наш влюбленный Молекула. Как любовь возвышает чистая и безгрешная! Засверкала росою выпавшей поэзия чистая! Нуля градусов все ж опасается. Но столкнувшись со взглядом отчаянным, на огонь гордым соколом кинулся! Тушить жаждет пламя сине-адово! Сквозь ряды обывателей к любви своей пробивается. И хватает ее в обьятия крепкие! Хорошо-то как им стало в обьятиях! Так тепло от друг-дружки становится. «Ох, сожгут! Запалят нас изверги! Рыцарь мой, небом посланный!» - сквозь слезу прорыдала Этилочка. «Да не бойся, моя ненаглядная! Я с тобой в теле силу почувствовал - преогромную, богатырскую!» И хотят спички серные, на всю голову горячие - жечь их заново. Но влюбленным все это пофигу, не горят они, лишь целуются!
       Тут и нуль бежит срочно вызванный, не один подлец, а с ватагою отмороженных! Все Нуля они ниже градусом. Все покрыты густым, толстым инеем. Но влюбленным лишь жарче становится. Не берут их морозы трескучие. Надоели они Молекулу! Наподдал им под зад коленкою, мало век никому не покажется. На пинках гнал до самого полюса! И случилось в стране потепление... Тут недолго и до глобального! Но и здесь богатырь наш вывернулся, ввел общественность в заблуждение. На «СО2» свалил малахольного. Мол, за что не возьмется газовый, непременно в трубу паром вылетит. Испугались все дружно Молекулу, в страхе-ужасе разбежалися. А влюбленные свадебку справили и нашли себе замок скромненький, пол-литровенький! И живут там себе припеваючи, у друг-дружки в горячих обьятиях!
       Видит как-то Молекула по вечеру – мужики что-то мимо расшастались. Дай-ка думает – презабавную шутку, розыгрыш забабахаю! Посмешу-ка супругу законную! Угощу поселян я водицею! «Ну, кому мужички то холодненькой?!» - Сам продукт их любви в жбан нацеживал! Знал, что горек он, как хреновина. Хохотали супруги до раннего солнышка, как сперва мужиков скосорылило, после пляс скомороший затеяли, лютой дракой в концовке потешили. Все искали к себе уважения! Пробудившись, лечиться приперлися. Мужички, как один покалеченные. «Что ж я вам здесь больница бесплатная?!» - пожурил Молекул всех жаждущих. Полечил все же малость проказников.
       С той поры ходоки только множились, со всего государствия ихнего. Словно мухи летели на свежее... Пить их горькую так приохотились, что все деньги сносили Молекулу. С горя ли, от  тоски ли, от радости - пьют теперь без разбора, без просыху. Но любовь там видать преогромная, сколь ни пьют её – все не кончается. Даже больше все время становится!
       Как-то раз появилися молодцы и зовут их с супругой на царствие! Деньги мол всё равно у супружников. Правьте нами по силе возможностей! Поломались они, покобенились, как приличия ихние требуют. Да и стали в том царствие царствовать. Процветание масс обеспечивать. Каждый день там теперь воскресение, тяжело так с утра поднимаются. Недовольных однако не водится! Если где и всплывет диссидентушка, так до первых двух сотен граммуличек.
       Вот какая любовь преогромная! Только в небе, пожалуй, поместится, без вреда для живущих поблизости!