Песнь травы

       Вспыхнув метеоритом, горела душа, пепел рассыпался на миллионы золотоносных песчинок  и... летел. Маленькое микроскопическое зернышко, выхваченное ветром из пламени, покоилось на его крыльях. Обросло в полете кожурочкой, тонюсенькой и, приобретя вес, упало вниз. Вниз?! И прожгло землю. Землю?! Прожгло там, где люд земной прорастает вверх ногами... поднебомнаоборот. И взошло.

                Сон?! Помню, как я родилась. Травинкой… слабой травинкой… Проросли ножки( хотя с этим словом связано ощущение чего-то другого: длинные гладкие стволики, небольшое стройное… деревце, я  словно вижу их сквозь вуаль Времени  на том, наверно,  "другом", берегу  Вселенной); а сейчас это маленькие кривенькие розовые корешочки, ножки- корешочки. Появились и ручки, тоненькие, зеленые остролистики. Теперь у меня много ручек. А вот и головка. Золотое маленькое солнышко. Вокруг него затопорщились белые кудряшки. Когда прилетает ветер, он перебирает своими мягкими лапами мои волосы. Голова моя начинает кружиться… ох, как голова кружится! У меня  и имя есть. Ромашка! Так называют меня проносящиеся мимо  огромные подвижные существа.  Ромашка… Приятное слово. Ничего не скажешь. Оно напоминает мне маленькое жужащее существо, в солнечный день прилетающее ко мне. Оно садится прямо на мою желтую макушечку и мохнато ползает, вонзая пронырливый хоботок в мои отрастающие волосы. Щекотно. Но именно в этот миг я  ощущаю, что я была кем-то другим в том, туманном горячечном мареве, и у меня было… имя… да…да… имя! Им называл  меня...  любимый!

                Любимый… Новое слово, которое как-то вдруг вспыхнуло в моей зелени. Что оно для меня значило? Что-то очень сильное. На секунду дрогнуло и остановилось течение сока от ножек-корешочков к моей головке-венчику. На миг поникли ручки-листочки. Я почувствовала  знойное дыхание. Мощное. Буйное. Неукротимое.  Это было так похоже на слово – любимый. Ааххх, опять закружилась голова.

                Она кружилась ещё и от навязчивой мысли, что  природа  своими кабальными циклами дает понять, что мне нужно вырваться из этой цепи  бесконечности. Нужно сделать  ш а г   в сторону. ШАГ! В сторону. Пригрело солнце. И я погрузилась в сон, покачиваясь под тихим  колыбельным ветром.

                ...Засыпаю и становлюсь  слепым эмбрионом природы? Гаснут последние мысли… Неужели  и я - зеленеющий эмбрион  вселенной, как и всё вызревающее тысячелетиями в её околоплодных водах, должна пройти назначенные мне все фазы по кругу всех растущих поднебомнаоборот?  Мы что все спим? Великий Закон!? И вдруг на грани перехода в сон я вспоминаю.  Девушка! Меня звали – девушка…
                Позже пришли ещё слова на вспышку пурпура. Щелк! Рядом взорвался мааак… (кажется, так зовут эту траву, неподалеку от меня). Какой резкий запах! Какой обжигающий цвет! Запах… знакомый… запах… горький  запах... Откуда-то прошелестели слова, наверно, рожденные ветром : девочка, миилаая, любиимаая, соолнышко, рооослииинооочкааа… Странно…неужели я уже была когда-то ромашкой? Откуда-то, как пряное  дыхание времени, принеслись сМЫслы. Ты – душа. Ещё нагая. И в этот миг я ощутила блаженство.
                Блаженство жизни. Мне захотелось танцевать, смеяться, плакать и… целоваться… я потянулась к маку… И в этот миг вспомнила  глаза моего любимого… Любимый! Словно росчерк молнии. Серые, с голубыми тонкими лучиками  танцующих огоньков.
                Как я счастлива, что я травинка, а не камень! Который  безлико сонится  рядом со мной. У него  тяжелые, вязкие каменные вздохи. Он спит вечным прошлым. Из которого нет возврата. Для "сейчас".  Если... не сделать... Шаг! Он  каменеет длинным почтинепробудным сном… Царство ему каменное!

                ШАГ... Травинка, ШАГ!  Да, да, мне нужно другое царство.  Там, где живет  любимый. Там, где шелестят... волны.  Волны... Во мне зазвучала песня. Меня накрыли звуки... грозные, ревущие... Вооодаааа?! И зазвучала  песнь, странная…  для травинки:
пусть страх-пустьболь-пустьслёзы-пустьострые грани-пустьнепокой-и-тревоги -  пусть-укусы в... самое сердце  – оденьте меня в боль!!! Скореее!  Наденьте на меня  одежды боли. Серые, белые, черные, синие, красные… Хооочуууу боооооооооль…
 
                Ты чего так мотаешшшшься... дай гупппки... - прошелестел мак.

                Но она уже ничего не слышала. Она рванулась настречу тонко визжащему звуку... ооооо...как больноооо....  Это была её последняя  мысль травы. Она качнулась навстречу острому. Сон прервался. Какое-то тонкое, длинное мелькнуло в воздухе, блеснув на солнце серебристым оскалом: вжжжжитттть, вжиттттть, вжиииить… и  жуткая боль подкосила  и взяла в плен  травинку…
                Шаг! Она смогла - этот шаг в сторону…
                Шаг в живую жизнь.

                ...Слава Богу...аааххх.... я чувствую... бооольнооо...