Мишка или шампунь

— А не помыть ли мне голову? — спросил Мишка. — Я давно не мыл голову шампунем.
Часы за стеной пробили полночь.

Из ненаписанного романа



Более искреннего, простодушного и открытого человека, чем Миша, я не встречал. Думаю, что он такой один. Это простодушие вызывало у окружающих самую неожиданную реакцию — от любви до какой-то необъяснимой подозрительности: он, мол, и хитрый, и себе на уме, и еще черт знает что. Этот вечный ребенок казался им просто притворщиком.
— Только бездарный человек может не любить Мишку! — мне самому надоело повторять эту фразу.
Будучи уже взрослым, Миша не дотягивал до полутора метров в высоту, и посторонние часто принимали его за подростка, создавая ему проблемы:
— Мальчик, это не твой студенческий билет. У кого ты его взял? Скидка на самолет только для студентов.


— Галя, выходите за Мишку замуж. С ним же так удобно — его можно с собой в кармане носить. Он такой компактный.
Мишка приходил в гости часто без предупреждения, но всегда улыбающийся, всегда переполненный литературными новостями, всегда в радостной уверенности, что его визит — праздник для всех. Моя мама не хотела этих «праздников». Мишка же, наоборот, как бы в пику внешним обстоятельствам, после моего развода стал у нас частым гостем.
— Скажи, чтобы он к нам не приходил, — просила мама. — Он не сделал нам ничего плохого, мне он даже нравится, но я вижу его и вспоминаю того. Пусть не приходит. Не могу его видеть.
Мама говорила так после каждого Мишиного визита. У меня же не хватало мужества отказать ему от дома.
Он приходил почти каждый день. Абсолютно не чувствуя настроения мамы, он предлагал, например, сыграть с ней в карты. Надо было видеть эту парочку: мама, которая весила около девяноста килограммов, большая и воинственная, и миролюбивый Мишка. Они садились друг против друга с колодой карт, будто собирались играть не на жизнь, а на смерть. «Началась титаническая борьба», — комментировал в кулуарах папа. Моя мама, сама взрослый ребенок, изо всех сил старалась выиграть. Конечно, проигрывала, очень кипятилась из-за этого, старалась отыграться. Эти проигрыши ее всерьез огорчали.
— Пусть не ходит, — просила мама.
Но ее ждал очередной сюрприз. Приближался Мишкин день рождения,шестнадцать лет.
— Галя, — попросил он меня, — ты же к нам не ходишь, а я хотел бы свое шестнадцатилетие отпраздновать с тобой. Давай у тебя отпразднуем. Я приведу своих друзей в субботу.
Так. Как быть? Как сказать маме? Но суббота приближалась, и пришлось, запинаясь и заикаясь, на вопрос мамы «Когда же он, наконец, перестанет к нам ходить?» сделать необходимое объявление.
— Нет, нет и нет! — вскричала мама... и начала приготовление своего фирменного пирога. Мама очень вкусно готовила «Наполеон». Как я уже сказала, мама была взрослым ребенком, очень эмоциональным и очень добрым. После ее «нет» обычно следовало «да».
День рождения прошел довольно мило. Мама, папа, их друзья — пожилая семейная пара, Миша, его приятельница и я. Где-то в час ночи, когда пожилая пара давно ушла, старшее поколение спало, а я боролась со сном, Миша был все так же бодр.
— А не попить ли нам кофе? — предложил он. — Я давно не пил кофе...
В другой раз он захотел вымыть у нас голову, как бы невзначай сообщая, что его сестра помогает ему, когда он дома моет голову. Назавтра, поздно вечером, меня разбудил тревожный телефонный звонок.
— Я не могу найти свою майку. Я не у вас ее оставил?
— Не у нас. Вспомни все места, где ты ее снимал.
Я рассказала все это своей подружке Ольге Шнякиной:
— Что делать с мамой и Мишкой? Она кипит, а он-то в чем виноват?
— А давай напишем роман, — в то время мы читали Беляева. — Назовем его...
— «Шум и ярость»?
— «Шампунь и ярость».
Мы решили, что роман будет в двух частях.
Первая часть будет заканчиваться так:
« — А не попить ли нам кофе? — спросил Мишка. Часы за стеной пробили полночь».
А вторая часть — так:
« — А не помыть ли мне голову? — спросил Мишка. — Я давно не мыл голову шампунем. — Часы за стеной пробили полночь».

Не вижу смысла продолжать рассказ. он до сих пор мой лучший друг, если хотите - познакомлю)