Нечеловеческая музыка

Горький любил ходить в гости к Лениным.
Бывало, возьмет с собой соседа, пианиста Баренбойма, и - к Владимиру Ильичу, прям так, по-свойски.
Баренбойм сразу за рояль, и ну играть, да громко!
Ильич в слезы - жуть как музыку не любил, а слушать надо. Имидж!
Баренбойм играет, Ленин рыдает, а Горький на кухне чай морковный с Надюшей пьет да посмеивается. Самый, говорит, человечный человек! И Надюше подмигивает.
А из гостиной доносятся всхлипы Ильича:
- Какая нечеловеческая музыка!
Страдал он от музыки. Не человечески.

***

Пришли однажды Горький с Баренбоймом к Ленину, а там - фотокорреспонденты.
Ленин обрадовался, Баренбойма за рояль усадил, а сам - в кресло, в позу меломана. И пианисту знак дает - типа, давай свою нечеловеческую, чего уж!
Ну, Баренбойм дал.
Фотокорреспонденты защелкали - такого Ленина еще мир не видал! А Горький в усы ехидничает:
- Ну, самый человечный человек!

***

Как-то вечером Баренбойм играл Ленину "Лунную сонату", на сон грядущий. Тот заплакал, как обычно:
- Как я люблю "Аппасионату"! Нечеловеческая музыка!
А Баренбойм играет и не спорит. Для Ильича вся музыка - "Аппассионата". И нечеловеческая.