самое в себя

     Долина  рухнула сама в себя, тяжело ухнув, в следующее мгновение воздух наполнился чудовищным каменным ревом. Землю под ногами свело судорогой.

     - Маааам, - негромко скулил мальчик  прижимаясь к бедрам женщины в длинной легкой юбке.

     Одной рукой он крепко вцепился в ее ногу, другой размазывал по щекам черные от пыли слезы. Безысходность и необратимость сделали их почти немыми: ком в горле, свинец в ногах. Бежать было некуда, даже если бы и остались силы. Их поселок был в горах, и со склонов было видно большую долину, которая уже не существовала. Вместо кристального воздуха над ней теперь стояло тяжелое облако пыли. Пахло гарью. И вся атмосфера содрогалась, будто рядом всхлипывало огромное животное. Движение, замеченное краем глаза, заставило женщину повернуть голову. Часть горы, выдающейся из гряды, откололась, и за общим невероятным грохотом рушащегося бытия, казалось, беззвучно, будто кусок горячего масла, сползла вниз и сгинула в хаосе. Дрожь земли усилилась, теперь не очень крупные камни заплясали в безумном ритуальном ритме. Кое-где появились трещины…

     В его наушниках уже совсем не было ничего слышно. Треск заполнил весь эфир.

     - База!!! База!!! Я вижу группу людей!!!! – орал он.

     Потом понял, что это все не имеет  смысла и сорвал с себя наушники, швырнул их на пол. Он искал тех, кого обступила, но не проглотила вода. Люди на крышах больших устоявших зданий махали рубашками, привлекая внимание пилота.

     С высоты полета вертолета было видно, как сошедшее с ума море сожрало пол города, как грязные волны врезаются в стены зданий, выбивая окна и ломая перегородки. Выше по улицам, машины и люди превратились в жуткую бурлящую массу. Все бежали. Друг другу по головам. Кто-то тащил чемоданы. Из окон сыпались бумаги. Повсюду звучали гудки машин, сигнализации, выстрелы и взрывы. Люди бежали от моря. 

     Он  проснулся от лая и визга собак. Вылез из спального мешка, посмотрел  на приборы. Приборы сходили с  ума. Он тряхнул головой, протер глаза. Магнитные бури? Никогда прежде не было такого. Натянув куртку, он выбежал  на улицу. Полярный день встретил его ледяным ветром в лицо. Это было обычным, в отличие от поведения собак, которые рвали цепи, поддавшись какому-то коллективному ужасу, задыхались от лая и хрипа. Он перевел взгляд на небо и застыл в недоумении. Небо пошло чернильными пятнами. Первое что пришло на ум, это то, что какая-то сила порвала атмосферу как тряпку. Но ведь это невозможно. Это невозможно… Вихри скручивались из ошметков тумана и ныряли в снег. Теперь стало ясно, что выли не только собаки -  выло все вокруг, высокий непрекращающийся звук давил на череп, лед под ногами пульсировал, небо хлопало отметками самого себя.

     - Черт побери… - произнес он.

     В ту же секунду лед под ногами, словно ждал команды на старт, вздыбился  и рассыпался осколками.

     …

     Ночь. Она сидела на старом стуле, обняв колени. По щекам текли слезы и кожа щипала от соли. Она кусала нижнюю губу, лишь бы не разреветься в голос, как маленькая. От обиды. И боли. От гордости. И от обманутых ожиданий. И от разбитой мечты. И как-то все в кучу… На мониторе была фотография. Парочка. Обнимаются. В глазах счастье. Внизу на панели мигал значок аськи. Уже давно мигал. А она все кусала губы и старалась заставить все мысли в ее голове умереть. А они не умирали. Они множились. И носились в ее голове безумной стаей серых точек. Она подумала, что это напоминает экран старого телевизора, когда кончается последняя полуночная передача. И даже шипит в ее мозгу щас также…

     Пфффф!!! Тихо! Взять себя в руки. Вдох. Выдох. Еще вдох.

     Она положила ладонь на мышку. Щелкнула на мигающем значке. «Малышка, не грусти, все будет хорошо». Глаза наполнились водой. Она написала ответ: «Ты опять…. Ты опять разрушил мою хрупкую вселенную».