Критические заметки о марксизме-18

 Для журнала «Альтернативы» (Интернет). Статья Бориса Славина стоит того, чтобы ее прочитать. И чтобы ответить на нее. У меня есть ряд возражений.

Цитируем: «Действительность буржуазного общества за столетия своего существования так и не сумела снять ключевое противоречие между трудом и капиталом: максимум, что ей удалось, – это  смягчить и модифицировать его в развитых странах мира». «Не сумела снять». Это и понятно, потому что здесь работа не на столетия и даже не на тысячелетия, а до конца веков. Почему такую сложную задачу надо «решить окончательно и бесповоротно» сегодня или в ближайшее время, тем более, что она иллюзорная? Потому что ее поставил сам Карл Маркс? Но ведь он не Бог, уважаемый Борис Славин, чтобы так бесцеремонно распоряжаться историческим временем! Зачем же человека, пусть ученого, ставить на место Всевышнего? 

Маркс сказал, что надо снять отчуждение капитала от труда. Однако отчуждение в процессе развития – естественное и необходимое явление. Противоречие – снятие противоречия, отчуждение – снятие отчуждения. Это жизнь. Вы хотите «снять» жизнь? Здесь важно, чтобы отчуждение не стало абсолютным, не привело к развалу целого. Все же буржуазии «удалось смягчить и модифицировать его в развитых странах мира». Вот это заявление автора статьи как раз и говорит о том, что отчуждение несмертельно. Капитализм живет, развивается, усовершенствуется. И в России острые противоречия начального этапа медленно, но верно, сглаживаются. Надо же понимать, что мы начали… даже не с нуля, а с некоторой минусовой отметки!

Марксов социализм. Почему он утопичен? Потому что он капитализм не ревизует, а с помощью революции и диктатуры пролетариата «отрывает ему голову». Он уничтожает его «под ноль», и стремится создать не просто что-то новое, но что-то абсолютно новое. Как если бы некто вместо мужчины и женщины  (чтобы избавиться от бездомных детей)  стремился произвести бесполое существо. Главный классик марксизма хочет «кастрировать» общество, упразднив буржуазию и частную собственность. Чтобы не было бедных и богатых, но чтобы все стали равными. (К сожалению, равными в бедности.) А где же здесь диалектика, в которой одна противоположность не уничтожает другую, но обе они снимаются неким третьим качеством? Где же здесь здравый смысл, который говорит нам, что реальный человек (природно-исторический) состоит из двух начал – приватного и общественного?

«Социализм в научном понимании, конечно, начинается с взятия власти рабочим классом и кончается ликвидацией всех и всяческих классов», – утверждает Борис Славин. Но рабочий класс сам управлять сложным общественным организмом не может – его будет представлять единая марксистская партия. Следовательно, все духовные свободы, все права инакомыслящих тут же улетучатся. Марксизм – страшная тоталитарная идеология, утверждающая единомыслие в обществе под предлогом передачи власти трудящимся. Непокорных перебьют, пересажают, выгонят за рубеж. А философов посадят на баржу и отвезут во Францию (если не в Северную Корею). Марксизм – диктатура пролетариата – ГУЛАГ – звенья одной цепи. Либерального социализма по природе вещей быть не может. А почему надо ликвидировать все классы? Во-первых, это невозможно, а во-вторых, социально однообразное общество – это не человеческое общество, а, скорее, стадо овец (под присмотром пастуха, конечно). Все одинаково думают, и никто ни к чему не стремится. Каждый боится, как бы не вырваться в чем-нибудь вперед, как бы не отстать. Когда представишь себе, что этот абсурд придумал великий человек, то все начинаешь понимать наоборот: рабство – это свобода, война – это мир.

А кто такие трудящиеся, что им непременно надо передать власть?  Это все наемные работники? А предприниматель – организатор производства – уже не трудящийся? Тунеядец, эксплуататор? Взгляд тупого и ленивого обывателя, проклинающего предпринимателя, организовавшего труд сотен и тысяч рабочих, перекочевал в кабинет ученого и лег в основу теории, имя которой марксизм. И не просто тупого и ленивого, но обозленного на весь свет за то, что ему приходится рано вставать и идти, не похмелившись, на работу. Буржуазия – ведущий класс в экономике. И без этого класса, активного, вездесущего, ни сегодняшняя экономика, ни завтрашняя не обойдется. Обнаружилась тенденция расслоения, отчуждения? Но для того есть политическая власть, чтобы препятствия снимать. Но снимать без «окончательного решения».

Должен ли труд властвовать над капиталом, как полагают марксисты? Но властвовать над капиталом – означает отвечать за производство (сохранность, организация, развитие), за движение финансовых средств, за выплату налогов, зарплаты. Сами рабочие к этому не готовы, – они нанимают управленцев. Наемники ставят во главе производства наемников (партия политических самозванцев в социалистическом обществе уже стоит над всеми).  А где же хозяин, который позаботится о том, чтобы предприятие работало рентабельно? А хозяином является тот самый абстрактный народ, который развалил советскую экономику в городе и в деревне. Которого поощряли, награждали,  сажали, расстреливали, а он так и не исправился к 1985 году. Над капиталом никто не должен властвовать, кроме закона, принятого парламентом, закона, который определяет рамки его (капитала) полномочий, который четко прописывает его права и права работника.

Свобода. «Свобода – это власть человека над окружающей его природной и социальной средой, над реальными обстоятельствами жизни. Свобода без власти – звук пустой», - написано у Бориса Славина. Пот такой формулировкой подписались бы Гитлер, Муссолини, Сталин, Франко, Полпот, Пиночет. На самом деле свобода  - это свобода от власти, от давления извне; здесь совесть, сознание, опыт, закон – главные контролеры. Это возможность выбора – власти, места работы, места проживания, брачной пары, это политические свободы, свобода совести, слова. Советская конституция гарантировала народу права и свободы, но повелела их использовать  «в интересах социализма, в интересах трудящихся». Такие свободы прописывает нам и Борис Славин в своем социалистическом обществе. Но это означает, что никаких свобод мы иметь не будем. Это означает, что вся доброта автора – сплошная липа, а нас снова ждут ГУЛАГ и психушки. Дело в том, что самим трудящимся, как их понимают марксисты, никакие свободы не нужны, кроме самых простых: передвижения, женитьбы, поездки в город, похода в магазин, в баню и пр. Трудящимся не  нужны свободы научные, творческие, политические, слова и т.д. И еще: на свободу нужны деньги (на организацию свободной газеты, свободного театра), а деньги при социализме есть только у государства.

Я не могу согласиться и с тем, что свобода в капиталистическом обществе доступна лишь для немногих. Выборы здесь для всех, а это главное. Афроамериканцы, которых еще недавно не пускали в «приличные» места, привели Обаму к власти. Богатые и небогатые былые голосовали за него. И никакой тебе манипуляции. Средства массовой информации (особенно телевидение) никого не щадят. Вспомним судьбу президентов Никсона, Клинтона. В странах Скандинавии и Западной Европы свободой успешно пользуются как грамотные, так и малограмотные граждане. А пассивные, недовольные есть везде. Там, где узаконена частная собственность и у власти стоят цивилизованные политики, - свобода непотопляема. А без частной собственности даже при власти цивилизованных людей свободы в обществе быть не может.

Буржуазный индивидуализм и марксистский коллективизм. Трудно оспорить тезис, что человек – общественное существо. Однако трудно оспорить и другой тезис, что человек -  это индивидуальное существо. Нет одного без множества, но нет и множества без одного. Логика и история демонстрируют нам это. «Свобода личности», «права и свободы человека и гражданина» - не пустые слова, они реализованы в современных продвинутых государствах. Всякий физический труд эффективнее в коллективе: вместе легче нести бревно, вместе легче тянуть баржу, копать котлован под фундамент дома. А для творческой работы (наука, музыка, живопись, писательский труд, труд организатора производства), эффективнее индивидуальные усилия. Для людей безынициативных предпочтительнее коллективный труд, в колхозе, например. Инициативные предпочитают иметь свое личное дело, они создают предприятие в городе или ферму в деревне. Нет никакого специфического блага в коллективизме, который навязывают миру марксисты. Коллективзим несет гражданам и большую опасность, когда во главе коллектива становятся демагоги и авантюристы. Фашизм, нацизм, большевизм. Поэтому Фридрих Хайек и озаглавил свою книгу о социализме «Дорога к рабству».

«На мой взгляд, марксистское понимание социализма никакого отношения к сталинскому пониманию не имеет», – прочитал я. Так ли это? А кто создал теорию о революционной диктатуре пролетариата? Здесь надо читать Марксову «Критику Готской программы», и все встанет на свое место. А революционную диктатуру в «белых перчатках» не осуществляют. И в ленинской книжке «Государство и революция» мы найдем один «революционный треск». Весь марксизм пронизывает идея насилия. Более решительного, чем то, какое использовали парижские коммунары. «Есть такая партия!». И партия взялась за дело. А ее возглавлял тот самый «симпатичный грузин», которого Ленин очень берег. НЭП был некоторым отступлением (передышкой, двумя шагами назад), а Сталин отступать не привык; к тому же в Европе намечалась новая война. Я считаю, что начало всем нашим бедам надо искать не в Сталине,  и даже не в Ленине и не в вырождении бюрократии, а в марксизме. Сама теория требует насилия, насилия, насилия, крови, крови, крови. Марксизм относит идеи к надстройке, к вторичному явлению общественной жизни. Но виноваты не идеи вообще (первичные), а именно идеи Маркса и его учеников. Очень им хотелось погнать историю галопом, чтобы решить все социальные вопросы раз и навсегда. 6 июня 2010 г.