Перельман и Абрамович. Памфлет
-Ей, -похлопал давосский гость личного пилота по плечу,-тормозни у той "Пятёрочки".
Охранники с недоумением уставились на хозяина. А тот, бесцеремонно расталкивая своих оловянных солдатиков, подбежал к бредущему за молоком. Тот как раз остановился у театральной афиши, рассчитывая подобие гипотезы Пуанкаре. Куда лучше потратить деньги? На кусочек сыра или на театральный билетик? Но вспомнив про маму, выбрал "Пятёрочку". Тут-то его и догнал давосский челнок.
-Слышал, слышал,-характерно улыбаясь, проговорил он, -про твои шарики и бублики. И что Бога нет. Это правда?
-У каждого свой,-медленно произнёс идущий за молоком и хлебом.
-И про смешной для меня миллион, который ты решил оставить внучке Пуанкаре. Действительно?
-Пусть решают те, кто распоряжается фондом. Мне он не нужен. Богат не тот, у кого много...
-Слышал, слышал. А если миллиард? Вот так, с ходу. Бери-сейчас чек подпишу.
Но идущий за хлебом уже был в дверях "Пятёрочки" и прикидывал проблему не менее важную, чем поток Риччи. Сколько сыра купить на этот раз?
Два сверстника. Два парня,рождённые в СССР. Повзрослевшие на сломе эпохи. Один пошёл дальше. В то общество, где не нужны деньги. Где от каждого по способностям и каждому по потребностям. И он счастлив в этом светлом будущем. Со своими минимальными потребностями и безграничными способностями. Равными Создателю.
А другой остался по ту сторону разлома. На той половине, где другие правят бал. Кто из них богаче? Тот, кому хватает...
Свидетельство о публикации №210060900367
На два квадратных метра не уместить стадо коней и сотню рабов и рабынь... курган разве что создать? А толку-то от того кургана, когда Харон только монетку-то и попросит?
Экклезиаст чай покруче современных олигархов был, если оценивать в масштабе окружавшей его трёхмерной среды... и поумнел, судя по книге, и честно написал про своё "житие мое"(его то есть, Экклезиастово)... Как эту книгу от греческих философов не удалили из Библии во время первых Церковных Соборов - ума не приложу. Промашка вышла у цензоров.
Любовь Воронкова в книге "След огненной жизни" (легенда о персидском царе Кире), рассказала советским пионерам одну интересную историю про сжигание на костре побеждённого лидийского царя Креза.
Про то, как оценивали жизнь и момент перехода древние греки.
Просто вспомнилось после прочтения памфлета "Перельман и Абрамовича"... лезет в голову всякое ;)
Чеслав Долбе 09.09.2026 11:17 Заявить о нарушении
Они менее виноваты.
Миру-мир, с отношением к собственности по примеру Льва Толстого.
Евгений Садков 09.09.2026 12:07 Заявить о нарушении
Смысл легенды там был в другом - Крез на костре вспомнил про одного греческого философа. С которым у Креза был диалог - а как, мол, философ оценивает жизнь человеческу? Крез хотел, чтобы ему воспеты были дифирамбы - ан нет, грек ему совершенно другое рассказал, неожиданное для Креза.
Ну, лучше Любови Воронковой я не расскажу :)
А Кир, услышав рассказ Креза, захотел с ним ещё поговорить. А костёр-то разгорается, не потушить! И вдруг пошёл легендарный, эпический ливень, и погас костёр. И остался Крез жив, и стал советником персидского владыки Кира. Красивая сказка! :)
Чеслав Долбе 09.09.2026 12:14 Заявить о нарушении
Миру-мир, крезам-эпштейного набора.
Евгений Садков 09.09.2026 16:04 Заявить о нарушении