Как Кузякин с глобальным потеплением боролся

Рассказ опубликован в журнале "Экология и жизнь", №5, 2010 г.

Согласитесь, господа историки и футурологи, ведь есть же на свете такие люди, которым ну никак не живется спокойно. Всё их касается, до всего им есть дело… Мало того – встречаются такие экземпляры… прошу прощения – личности, которые считают, что именно они в ответе за всё происходящее на родной планете. Господина А. Экзюпери они в детстве начитались, что ли? Или подвигами товарища П. Корчагина в своё время вдохновились? Не знаю. Знаю только, что без таких людей у нас всё пошло бы не так… В лучшую сторону или в худшую, сказать не берусь, но точно было бы не так, как сейчас.

Вот и Кузякин…

Ну, казалось бы – сантехник по профессии,  хороший семьянин, отец троих детей… Чего ещё надо? Живи и радуйся! Так нет же!.. Болеет душой человек за всё  происходящее, причём не пассивно, так сказать, болеет, а лезет в самую гущу событий… Даже, если гуща эта большинству из нас кажется и не гущей вовсе, а всего лишь диетическим бульончиком.

– Ну, тебе-то какое дело?.. – спросит, бывало, Кузякина его супруга – женщина практичная и рассудительная.

Ничего не ответит сантехник. Только посмотрит так укоризненно, что у несчастной сразу же отпадает охота спорить.

Вы уже, наверное, догадались, господа экологи, что я хочу поведать вам историю о том, как Кузякин решил внести личный вклад в благородное дело борьбы с обещанным глобальным потеплением. А дело было так…

Прослышал как-то Кузякин, что проблема изменения климата на планете стала волновать не только учёных, как это бывало и раньше, но и политиков. Причём не просто политиков, а лидеров ведущих мировых держав. В выпусках новостей только и говорили, что о саммите, проходившем в каком-то европейском городишке. Дикторы центрального телевидения все как один клялись-божились, что президенты и премьеры решили всерьёз ударить саммитом по глобальному потеплению и снеготаянию. Особенно Кузякину понравилась фраза «снижение выбросов парниковых газов»… Было в ней, что фантастически-завораживающее, вызывающее смутные образы из нетленного творения знаменитого режиссёра Б. по мотивам малоизвестного произведения братьев С.

Кузякин поначалу обрадовался столь серьёзному отношению сильных мира сего к насущной проблеме человечества, однако через некоторое время радость его поугасла. В чём же дело? А вот в чём… Слушая ежедневные репортажи о саммите, Кузякин обратил внимание на странное обстоятельство: здание, в котором мировые лидеры решали глобальную проблему, окружила толпа недовольных граждан, имеющих постоянную регистрацию в городах и весях старушки Европы. Кузякин, как человек активный и где-то даже – образованный, знал, что всевозможные «Большие восьмёрки» неизменно сопровождаются митингами недовольных глобалистов, не говоря уж о «Больших двадцатках»… Не нравится, видите ли, этим чудакам, что мир объединяется. Не верят они ни своим, ни чужим лидерам. Боятся чего-то… Ну, что же тут скажешь? Бывает! Дело, как говорится, житейское.

А вот в случае с экологическим саммитом – совсем другая история. Диаметрально, извините, противоположная. Выяснилось, что народ-то как раз тем недоволен, что президенты с премьерами слишком мало усилий прикладывают. Что не могут они никак меж собой договориться и общее зло, так сказать, на корню заморить. Мало, мол, они нынче политической воли проявляют, сомневаются почём зря. Никак не могут решиться большой документ подписать. А планета тем временем продолжает нагреваться. Парниковые газы, будь они неладны, дышать не дают. Полярные льды тают. Того гляди – на Земле Франца Иосифа ананасы взойдут…

Вот тут-то и призадумался Кузякин. «Народец в Европе – преимущественно образованный, зря бузить не станет, – думал он. – Видать, и взаправду мало толку от этого саммита. Не время сейчас разговоры-то разговаривать, да упущенные выгоды прогнозировать! Пора и за дело браться! От каждого, как говорится, по способностям!..»

И до того, господа журналисты и блоггеры, эта идея запала в душу эмоционального сантехника, что решил он действовать немедленно на своём, так сказать, участке фронта.

Недолго думая, достал он с антресолей пожелтевший лист ватмана и оставшуюся от ремонта банку красной краски… Вошедшая в комнату супруга, застала Кузякина на полу в непривычной коленно-локтевой позиции. Высунув от усердия язык, сантехник старательно выписывал на бумаге финальный восклицательный знак…

«Депутаты! Остановите глобальное потепление!» – сияла свежей краской, пугающая откровенной адресностью, но успокаивающая своей лаконичностью, надпись. Быстро оценив ситуацию и сообразив, что убедить мужа отказаться от опасной затеи ей уже не удастся, несчастная женщина всхлипнула и тихо удалилась на кухню…

Что же произошло дальше? Да-да… Спустя час, а точнее – в семнадцать тридцать по московскому времени, четырнадцатого декабря 2009 года сантехник Кузякин гордо развернул свой плакат на улице Охотный ряд, прямо напротив мрачного здания с двумя гербами на фасаде…

По причине завершения рабочего дня из здания выходило множество людей. Они бросали печальные взгляды на Кузякина, качали головами и торопливо скрывались за сияющими дверцами автомобилей.

Первый час пикета прошёл спокойно. К удивлению сантехника, никто из многочисленных прохожих не решил примкнуть к его стихийному митингу. Но он не расстраивался. «Они просто не поняли, насколько это важно, – думал он. – Не беда! Сегодня – только я, а завтра…». Он не успел до конца сформулировать мысль, потому что сзади кто-то легонько стукнул его по плечу. Кузякин обернулся. Два милиционера со скучающим видом рассматривали плакат.

– Младший лейтенант Филиппенко, – со вздохом представился один из них.

– Сантехник Кузякин, – гордо вскинул голову одинокий борец, приготовившись дать интеллектуальный отпор представителям силовых структур. В его голове вертелась дежурная фраза, придуманная им по дороге к месту пикета: «А вам, значит, наплевать на проблему глобального потепления?! Ещё не поздно одуматься!».

Но скучающие сотрудники правоохранительных органов, похоже, не были настроены на дискуссию. Младший лейтенант лишь ухмыльнулся и, почему-то, грустно сказал:

– Поехали?

Кузякин посмотрел ему прямо в глаза и гордо произнёс очень уместную, на его взгляд, фразу:

– За мной придут другие!

Милиционер молча пожал плечами…


После проверки документов, изъятия агитационных материалов и оформления штрафа милиционеры отвезли удивлённого Кузякина в ближайшую поликлинику. Сердобольная медсестра укоризненно качала головой, смазывая Кузякину обмороженные уши и нос какой-то вонючей мазью.

– Ну, разве ж так можно, молодой человек! – сокрушалась старушка. – Привези они вас на полчаса позже, вы бы вообще ушей лишились. Мороз-то, какой нынче! Двадцать семь градусов!  Говорят, сто лет уж такого не было. А вы – в кепочке. Так ведь и мозги отморозить не долго…

– Сто лет?.. – морщась от боли, переспросил Кузякин.

– Вот-вот… Синоптики говорят – погода рекорды бьёт по морозам. Чего дальше-то будет? И не поймёшь!..

– Да уж, не поймёшь, – согласился Кузякин.