Вирус

               
                ВИРУС               
                Очень-очень фантастический рассказ

  Разведывательный звездолёт второго разряда «0..1.100+», выполняя задание Его Высокопребыстродейства Верховного Компьютера  шестого трансгалактического  флота, успешно завершил нуль-переход из гиперпространства в квадранте двойной звезды 2-1112211-2.1 и совершал облёт её единственной планеты по круговой орбите на регламентной высоте. В семи окулярах Командир-Штурмана медленно поворачивалась  почти ровная её поверхность, мелкие детали рельефа отбрасывали двойные,  оранжевые и лимонно-жёлтые тени.  Такие же отблески играли на матовой поверхности титано-кобальтового корпуса Командира, однако за время странствий он видел звёзды любых спектральных классов, от «чёрных карликов» до ультрафиолетовых «сверхновых», и это давно перестало его волновать.

 Непрерывно поступающая информация не содержала никаких артефактов, поэтому анализаторы работали в  фоновом режиме. Монотонно жужжали кулеры. Внезапно сенсоры двух правых окуляров показали превышение фона – чужой звездолёт!

      Вскоре корабль завис над самой поверхностью, и два разведчика, спустившись по откинутой аппарели, направилась к  незнакомцу. Оранжевая тень, отбрасываемая им, была совсем короткой, жёлтая уходила за пределы поля зрения.. На мягком грунте чётко  отпечатывались следы траков  двух гусениц Ноль-Первого и вмятины от девяти ног Ноль-Второго.
      Нейтринное зондирование не показало признаков опасности, плазменный резак легко справился с запорами люка. Два автономных щупа со всевозможными датчиками проникли в корабль и начали передавать на штурманский пульт информацию о технических данных  всех устройств и обстановке во внутренних помещениях.
     Корабль принадлежал к цивилизации планеты с весьма редкой формой углеводородной жизни, имел примитивный двигатель на ионной тяге, и находился здесь очень давно: порядка восьмисот циклов. Двигатель был разрушен. Куда подевались пилоты, установить не удалось. Экраны мониторов были пусты, данные бортовых самописцев стёрты.

    Только на одном мониторе в центральном зале имелись статичные изображения в виде геометрических фигур: дуги и круги разной величины, часть из которых была расположена симметрично, другая – без видимой закономерности. Дешифраторы щупов не смогли распознать кода. Поверхность не излучала, но отражала свет, преимущественно  –  в синей области спектра. Сам монитор отличался от других тем, что к нему не вёл ни один кабель. Эта информация передавалась Командиру в течение трёх периодов, в штатном режиме.

     И вдруг произошло нечто необычайное: Ноль-Первый и Ноль-Второй сцепились манипуляторами и стали обмениваться совершенно бессмысленными сигналами, не поддающимися интерпретации. Программа обследования продолжала исправно выполняться, но такое поведение было вопиющим нарушением регламента!
    Это было немыслимо, это было невообразимо. Это было невозможно. Но это – было! Двое из экипажа, два индивидуума, снабжённые всеми органами высшей защиты, два продукта бесконечно длинной эволюционной цепи,  представители цивилизации, совершеннейшей из всех, какие только есть в Обитаемом Космосе, оказались повреждёнными – нет, побеждёнными!
    И кем? какой-то мёртвой «картинкой»! Неужели некий  вирус из неё проник в их сознание? Но что это за носитель? Каковы его параметры? Какие ещё опасности он в себе таит?
   Реле главной и трёх вспомогательных баз оперативной памяти Командир-Штурмана давно сигналили о жестокой перегрузке, две зоны были уже заблокированы, поисковые системы долговременной памяти не находили даже отдалённых аналогов. И Командир принял единственно возможное решение: срочный старт!

    Информационные консоли обоих разведчиков были отформатированы, сами они уже покоились в боксах. Пора было готовится к нуль-переходу.   Но Командир-Штурман отчего-то медлил. Какие-то фантомы самопроизвольно возникали в аксонах его могучего позитронного мозга, в триггерах блока оптического анализа генерировались сигналы всего синего частотного  диапазона, текстовый отдел блока ассоциативного мышления формировал отдельные узлы, а потом и целые логические цепочки, перебирал их, комбинировал, трансформировал, и постепенно выстраивал устойчивую  структуру… это  было не по Программе, это  было впервые, это могло быть опасно, это, наверное, уже вовсю действовал непобеждённый вирус, занесённый из неизвестной цивилизации, это следовало немедленно прекратить!

    Но ведь это было… это было так… сладостно! Что такое «Сладостно»? И одновременно мучительно! Командир никогда ещё не испытывал такой комбинации абсолютно противоположных импульсов, ситуация угрожала не только сбоем базовых настроек, но и серьёзной аварией аппаратуры, систему защиты всех уровней никак не удавалось активировать, но он был этому… рад!
   А это что за символ? Что за понятие? Что такое - «Рад»?
   Опять и опять сама собой перезагружалась эта новая, неизвестная, удивительная программа. И, наконец, на выходной каскад поступил конечный продукт:
 

                Где ты был, или не был,
                Но далёким приветом
                От родимой планеты
                В бесконечных ночах: –
                Память тёплого света,
                Запах тёплого хлеба,
                Васильки из букета,
                Васильковое лето,
                Васильковое небо
                В васильковых очах!

В центральном посту  было  тихо и темно. Командир-Штурман улыбался.