Неизбежные потери

Когда мой друг рассказывает об очередном сумасбродстве своей бабушки и своем улетучивающемся терпении, я лишь понимающе улыбаюсь. Сама такая. Была. Ибо нет больше у меня бабушек, ни одной.

С бабушками мне действительно повезло. Если дедушка был один и умер, когда я училась во втором классе, то бабушки довольно долго закрывали эту брешь. Их у меня было три. И не потому, что один из дедушек создал вторую семью, а потому что старшая сестра бабушки помогала воспитывать детей, после того, как распалась ее собственная семья, а мой дедушка умер в возрасте 35-ти лет. Бабушки были разные. Одна городская – образованная, гордая, любительница порядка, чистоты и (собственного) покоя. И две деревенских – с двумя классами образования, вечно хлопочущие по хозяйству и страстные игроки в карты.

Первая, бабушка Паня, была папиной мамой. Выбранной сыном женой осталась недовольна. Волею судьбы мы жили в квартирах по соседству. В детстве, помню, часто ходили к ней  и дедушке в гости. Уверена, она нас любила, но как-то по-своему. У меня был диатез. Дома мама вместе со мной из солидарности сидела на хлебе и воде, а бабушка, украдкой, угощала шоколадными конфетами, намекая на то, какая моя мама плохая. Конфликт между свекровью и невесткой был налицо. Однажды к нам в гости приехала бабушка Катя. И вот ни с того, ни с сего я начинаю ей грубить. Мама в шоке – ее дочь как будто подменили. Кричу: «Эта бабушка плохая!» А бабушка маме говорит: «Не надо ее ругать. Сама потом разберется». Действительно, вскоре я разобралась. Приехавшая бабушка оказалась хорошей, а другая, значит, меня обманула, настроив против нее. Наверно, тогда и определилось мое отношение к бабушке Пане.

Почти каждое лето родители нас отправляли к маминым бабушкам - Нюре и Кате. Это была своеобразная трудотерапия на свежем воздухе. Конкретно в мои обязанности входил выпас коз вместе с бабушкой Нюрой. Мне было 6 лет. 2\3 дня проводя с бабушкой Нюрой, вскоре я полюбила ее больше всех. Она рассказывала разные истории, мы играли вместе в карты, а еще ее очень любили козы. Бабушка Нюра научила меня с ними общаться – очень умные животные, надо сказать. В перерывах между выпасами бабушка Катя носилась со мной по бабкам, со всякими травами и припарками – так лечили диатез. Спала я на одной кровати с бабушкой Нюрой – ко всему прочему она научила меня молиться, единственную из всех внуков.

Когда бабушке Нюре стало совсем тяжко ходить, ее заменила бабушка Катя. Мы так же играли в карты, разговаривали, иногда я ей читала вслух. Стыдно признаться, но, хоть я ее и сильно любила, все равно не так как свою двоюродную бабушку.

Чем старше я становилась, тем больше увеличивалась пропасть образования. Они это понимали. Недостаток ли знаний или природная скромность сделали их мудрыми. Помню, рассказываю я что-нибудь бабушке Кате. Она на это говорит: «Ну что ж». Никогда не перебивали, не давали непрошеных советов, ничего не требовали. Каждый раз всей душей радовались нашему приезду, когда мы разговаривали или играли с ними. Перед помолвкой двоюродной сестры я их обоих помыла в бане. С какой благодарностью и восхищением бабушка Нюра рассказывала об этом маме – мол, городская девчонка не побрезговала помыть двух древних старух.

Не могу спокойно вспоминать, когда последний раз видела бабушку Нюру. Мне было 16 лет. Они наверняка понимали, что следующая наша встреча произойдет нескоро. Бабушка Нюра, видимо, чувствовала, что мы виделись в последний раз – едва ли не бежала за увозившим нас мотоциклом. Увы, это действительно было так. Я уже не увидела ее в 86 лет на двух костылях пропалывающую в жару грядки.

Через четыре года я застала бабушку Катю уже ослепшей и не обслуживающей себя старушкой. Биотуалет был малостью по сравнению с той помощью, в которой она нуждалась. Бабушка уже почти не ходила, но вслепую вязала носки и гольфы, распуская уже вышедшие из обращения вещи. И, конечно, ей было скучно одной. Но ведь молодости не до этого – слишком много других дел. Мама советовалась с нею до самого конца. За две недели до своей смерти, после второго инсульта, она пожелала «перо для легкости» моему еще тогда мужу и заказала переживать по поводу, отрицаемой всеми родственниками, личной жизни брата. Надо сказать, ее слова оказались справедливы на все сто. Теперь сестры лежат вместе. Обе с улыбкой на устах.

Между тем на даче бабушки Пани мы бывали гораздо реже. Там строго воспрещалось хождение по грядкам и сбор урожая прямо в рот. На даче, как и в квартире, царил образцовый порядок, который в качестве примера демонстрировался соседям. Фрукты и ягоды в изобилии сбывались на рынке, после чего иногда нам перепадало мороженое. Бабушка Паня всегда была достаточно активной. Пока был жив дед, довольно часто организовывались семейные ужины. Готовила она просто отменно. Ежевечерне жарились семечки, которые мы лузгали с упоением в компании деда. Но, увы, с его смертью все хорошее закончилось. У бабушки тут же закончились силы и энтузиазм, а дачу она сдала в папины руки. Частично поссорилась с соседями, гулять стала ходить одна и изредка перезванивалась с неходящими подругами. Через какое-то время пропало и желание для себя самой готовить. Так она стала чаще ходить к нам. Странное дело, чем ближе живет человек, тем реже ты с ним хочешь видеться. Может быть, дело в том, что наступает момент, когда кончаются новости или сбивает ощущение, что он вот же, совсем рядом, и так постоянно видимся, чего еще? Не успели устать от общения, а она тут как тут – не приходите, не звоните. Пробовали мы с братом с нею жить – беспокоим.

Спустя годы страсть лечиться у бабушки Пани вылилась в эксперименты с лекарствами и БАДами. А следствием этого стала, как потом выяснилось, зависимость от фенозепама. С мамиными бабушками такой проблемы не было. Они лечились исключительно травами и собственными руками приготовленными мазями. Поэтому ее депрессия, галлюцинации и желание поскорее встретиться с дедушкой привели нас в замешательство. А мешкать было, как оказалось, нельзя. Как не следили мы за нею, убежала и бросилась под электричку…

Латинское «помни о смерти», как мне кажется, касается не столько жизненного пути, а сколько тех людей, которые рядом. В детстве думаешь, что все, кто тебя окружают, будут рядом с тобой всегда. И это нормально. Чувство стабильности необходимо для нормального развития ребенка. В юности ты уже понимаешь бренность существования, но все равно гонишь от себя эти мысли. С возрастом, испытывая потери, оцениваешь прошедшие события и жалеешь о своих совершенных или несовершенных поступках. Находишь то, чего раньше и не искал. И хочется все повернуть назад. Исправить то, чего уже не исправишь. Вдруг начинаешь понимать то, чего когда-то не понимал. Или кого-то. И прощать других. Права народная поговорка - «о мертвых хорошо или никак». Чем больше проходит времени, тем сильнее стираются плохие воспоминания, и остается только хорошее, чистое, светлое. Светлая память о них.