Леночкино счастье

Лет 12 назад ко мне в институт по чьей-то наводке пришел солидный мужчина- Николай Александрович, доктор технических наук, с таким вопросом. У него есть дочка Лена, в тот год она оканчивала Санкт-Петербургский университет. Он пришел узнать, нельзя ли пристроить девочку после окончания ВУЗа  работать у нас лаборантом. Он сообщил, что девочка старательная, ей нравится биология, но у нее есть несколько особенностей: она не очень контактная, замкнутая и ей приходится иногда посещать доктора, чтобы подкорректировать ее  настроение и эмоции. И дальше что-то в этом духе. Я тогда на это не обратила особого внимания, поскольку нам до зарезу нужен был лаборант, ибо в ту пору в академические институты никто не шел, зарплата была копеечная.  Мы договорились с папой, что как только Лена защитит диплом, пусть приходит, мы с ней поговорим.

Через пару месяцев папа с дочкой опять явились ко мне, я посмотрела, вроде девица спокойная, хотя  и не особенно разговорчивая. Она написала заявление, ее зачислили в штат лаборатории. И стала я ее обучать премудростям лаборантской работы. Начали с библиотеки, она могла принести необходимую книгу, если ей была выдана карточка с автором, названием и каталожным номером. Дальше дошла очередь до работы с коллекционным материалом.  Несколько месяцев я потратила, чтобы научить ее делать микроскопические препараты, но на предметных стеклах постоянно были изуродованные беспозвоночные животные либо без голов, либо без хвостов, а то и вовсе ничего не было. На третий месяц я поняла, то мы взяли «кота в мешке» - девушку с серьезными психическими отклонениями. Дальше я махнула на нее рукой, она какое-то время смотрела в окно,  читала посторонние книжки, а потом я попросила ее покинуть нашу лабораторию. Но в институте ее живенько подхватила дама из соседней лаборатории. Там Леночка провела аж 2 года. Однако из лаборатории ее все же попросили уйти, мотивация была та же: профессиональная  непригодность. 

Некоторое время спустя  я обнаружила девочку со шваброй в руках в нашем кабинете, где она размазывала грязь по углам. Я ее попросила вымыть полы нормальным образом, а не катать грязь из угла в угол. Бесполезно, также она убирала и длинный институтский коридор. За этим занятием прошло еще года 3 ее трудовой деятельности. Перед моим увольнением из института в 2006 произошло следующее. В нашей лаборатории работала девушка Танечка, которая сидела на компьютере, печатала статьи сотрудников лаборатории и редактировала научные сборники. Она была правой рукой заведующего лабораторией Богдана Ивановича Смиренко и сидела вместе с ним в кабинете. Таня была очень удобным работником, но Богдан Иванович «забывал» ей платить дополнительные деньги за такой каторжный труд. У Тани на руках была больная мама, и денег в семье катастрофически не хватало. Девушка решила пойти работать в какую-то фирму, где платили нормальную зарплату. Так вот, в один из дней я к своему большому удивлению обнаружила что за Танечкиным компьютером сидит Леночка. Оказывается, ее взяли на место предшественницы в надежде, что она со временем заменит Таню. В ту пору она одним пальцем нажимала на клавиши и училась печатать.  На том я и удалилась из родной конторы.

Приехав четыре года спустя в Питер, я встретилась со своей институтской  подругой, которая поведала мне продолжение этой удивительной истории. Оказывается, Леночка не продвинулась дальше того, с чего она начала работу на компьютере, но зато преуспела в другом. Она наблюдала несколько месяцев за заведующим лабораторией и выяснила , что в течение дня он любит несколько раз красиво покушать, попить чайку, и ему нравится, когда сотрудницы за ним доглядывают и накрывают скатерть-самобранку. Вероятно, Лена рассказала об этом открытии своим родителям, и они стали каждое утро снабжать ее салатиками, бутербродами и всякими вкусностями для нового начальника. Вероятно, они внушили Леночке, что нужно 2-3 раза день готовить чаи—кофеи  для Богдана Иваныча. Эту нехитрую науку она быстро усвоила и положила свою жизнь на этом поприще. 

Некоторое время спустя Б.И. Смиренко, видя, как трогательно о нем заботиться девушка и ее родители, оставил свою четвертую жену с ребенком и перебрался примаком в семью Леночки. Как щирый украинец он действовал по принципу:  где  сало толще, а перина гуще, там и хата богата!  Леночке сейчас 33 года, а Б.И. Смиренко – 69. Теперь каждое утро Лена и Богдан Иванович спешат вместе на работу. Леночка несет тяжелую сумку с судками и кастрюльками, где находится пища для обожаемого мужчины. В этой ситуации все счастливы: Богдан Иванович нашел «тихую гавань» перед наступлением старости, Леночка – «при деле», а ее родители радуются, что через столько лет их дочурке наконец-то удалось сделать «блестящую карьеру»! Вот уж воистину: пути Господние неисповедимы!


Рецензии