Самое новое платье короля

САМОЕ НОВОЕ ПЛАТЬЕ КОРОЛЯ
(киносценарий)

Действующие лица:

Небритый
Молодой
Хмельной
Ухмыляющийся
Представительный
Хозяйка кафе
Полицейский
прочие (короли, министры, портные, народ, армия, тайная полиция и двое влюбленных).

Около одиннадцати часов утра. Город. На пересечении двух улиц – небольшое кафе. Стойка, несколько столов, за ними – посетители. Их внимание приковано к включённому телевизору. Стены кафе стеклянные, на улице редкие прохожие. За стойкой выполняет какую-то работу хозяйка заведения. Завтракает представительного вида пожилой господин, прочие пьют пиво. По телевизору транслируется сессия каких-то депутатов. Все сохраняют полное собственного достоинства спокойствие. Так проходит несколько минут.
Голос. Да (выцеживает), власть нынче не обманешь.
Пожилой и небритый человек, сидящий прямо перед телевизором.
А вот, верите ли мне, господа, в одном государстве, да вот в таком, к примеру (переключает телевизор на другой канал) король был очень падок до нарядов новых. И подрядились к нему двое пройдох платье шить. Денег, конечно, запросили и вот что ещё сказали: «Платье нами сшитое увидит не каждый, а только умный, всем же прочим вообще ничего не видать».
Чей-то голос из зала. Алиби.
Небритый. Именно! Ну, а первым министром там был дурачок, его следить за ними послали. Всё ходил, ходил, в щель подсматривал. Те-то вроде ткут. Так он ничего и не понял.
(Параллельно с речью Небритого: Первый министр крадётся, подсматривает. «Ткачи» ткут.)
Небритый. Ну, а они, не будь дураками, ночью тёмной сбежали из дворца, прихватив с собой полный мешок золота. Такое вот раньше происходило.
(Параллельно с рачью Небритого:
«Ткачи» ночью бегут по городской площади.)
Голос из зала (многозначительно) Да…
Молодой человек (Всех резко обрывает.) Было! Да не так! (немного выждав, с гордым видом) Не тёмной ночью, а ясным днём. И не шарлатаны, а по заданию центра. Во вражье логово. Двое, трое, не будем уточнять сколько, проникла группа преданных делу товарищей. Обманули там всех, используя инструкции своей организации.
(Параллельно с речью Молодого:
Площадь. Бесконечные цепи городовых. Здание, весьма напоминающее Зимний дворец, но в тюремных решётках. Городовые и внутри него.)
Молодой человек. Напечатали прокламации и через своих людей в город отослали, а там…
(Параллельно с речью молодого человека:
«Ткач» с пистолетом в руке около замочкой скважины. Ткацкий печатный станок.)
Молодой человек. К утру уже всё было готово. Как царь на площадь вышел, шкура его овечья – на клочки. И все тогда увидели сущность царизма. И народ с красным флагом и – на гнездо тирании – ломать. Ломать!
(Параллельно с речью Молодого человека):
Вынос на руках куклы царя. Толпа стоящих понурив головы рабочих. Восход солнца. «Ткач» переодетый рабочим что-то кричит, швыряет в воздух листовки. Все моментально «прозревают» и бросаются, по дороге отнимают у царской охраны оружие. Толпы народа бегущие на дворец: сначала рабочие, за ними матросы, солдаты, крестьяне. Над всем этим клубы пыли.)
Хмельной. Неправда всё это…
Молодой человек. Что?
Хмельной. Да всё…
Молодой человек. Как так?
Хмельной. Да так. Если и были они, то жуликами, если не хуже.
Молодой человек. Ты что несёшь?
Небритый. Нажрался?
Хмельной (хлебнув пива). Вот что я вам скажу, сердцем всё это чувствую.
(Параллельно с речью Хмельного:
1. В пустой зале двое склоняются в поклоне перед королём. За окном дворца ночь.
2. Они склоняются вновь, но уже днём и дворцовая зала заполнена придворными. На них обычная одежда горожан. Король отдаёт приказание министру.
3. Тот в недоумение разводит руками.
4. Король приказывает, кричит, свирепствует
5. День. Площадь. Толпа горожан, бургомистр зачитывает приказ короля, рукой показывая 5%, и горожане, плача и рыдая, отдают бургомистру и окружившим его солдатам свои деньги и украшения.
6. Двое солдат ловят пытающегося убежать с площади, поймав,  выворачивают у него карманы.
7. Стол. Свечи. Груда золотых монет. Король делит её на три неравные части: большую себе, две другие «портным».
8. Отдёрнув штору, король смотрит в окно. Городская площадь заполнена народом. Король что-то говорит военному и выходит на дворцовый балкон, приветствуя народ. Кто-то из горожан заметил, на короле не новое, а старое платье. Ропот возмущения в толпе. Во дворец летят камни, но раздаётся звук трубы, и на площадь из дворцовых переулков хлынули солдаты. Дым от выстрелов, кто-то падает, общее смятение толпы.
Лицо говорящего. Расстрел толпы. Ухмыляющийся. Хмельной. Ухмыляющийся задумался.
Речь Хмельного порой сбивчива, но говорит он вдохновенно и пылко. Рассказ взволновал всех. Лишь один из присутствующих, слушая эту то ли сказку, то ли быль, ухмыляется. (Мысли Ухмыляющегося): «Вот загнул, да обыкновенная дворцовая интрига, каких сотни, если не тысячи. Ну, заставил король «Ваньку валять» – платье невидимое шить. Так ведь своих всех заранее предупредил. Ну, а в самый торжественный момент одним – по ордену, других – под нож гильотины, предварительно перед всеми дураками объявив. Да и в городе про это, наверное, никто ничего не узнал».
(Параллельно с мыслями Ухмыляющегося):
1, 2, 3– лицо Хмельного.
4. Министр утвердительно кивает.
5. Та же зала. Король примеряет «новое платье». Две группы придворных. «Правые» воздают королю похвалы, «левые» в полном недоумении. Король возмущается их позицией, кричит, отдаёт приказ. Появляются солдаты и выводят из зала «левую» группу придворных.
6. «Правым» придворным раздают награды, «левых» казнят.
7. Тихая городская улочка.
Хмельной продолжает свою речь. Ухмыляющийся ухмыляется вновь, но тут взревел господин до этого момента мирно поглощавший свою яичницу.
Представительный. Не может этого быть!
Голос из зала. Чего?
Представительный. Не может этого быть! Нет для вас ничего святого! Нету ни почтения, ни страха! Что для вас традиция – тьфу! Анекдоты! Это же поклёп на отечество! Всё, вся зараза оттуда. (Представительный уже не орёт, а хрипит) Оттуда они лезут над святынями нашими глумиться. Взгляды свои прививают. Образ жизни – тьфу – растление. Нашкодят тут, разжиреют на наших харчах… Но мы их… Поголовно, прямо на месте…
(Параллельно с речью Представительного:
Тёмная ночь. По Краской площади крадутся двое масонов прямо к Боровицким воротам, их открывает им маленький пархатенький жид. Вот они уже на территории Кремля. Вдруг свет прожекторов, автомобильных фар и полсотни крепких молодцов с автоматами ППШ в руках преграждает им путь. Их тут же на месте обыскивают. Находят антисоветскую литературу, наркотики, оружие. А дальше – длинная вереница людей садится в черные «воронки». Над всем этим то ли красный, то ли чёрный флаг)
Представительный. Ну а потом, кого в «масонию», кого актом милосердия на лесоповал. А вы: «Голый король, голый король». А если и голый, то что? Кто из вас, увидев отца любимого, о детях заботящегося, в голом виде, станет орать об этом? Хамы!
(Представительный направляется к выходу. Общее молчание обрывает молодой человек).
Молодой человек. Так он свой народ любил, болезный, всё народу, что без штанов остался!
Представительный. Он если и вышел голым, то затем, чтоб народ свой на предмет крепости веры испытать. А вы: «Он голый». Вот он и умер.
Представительный выходит, но демонстративно хлопнуть дверью ему не удаётся. В кафе впархивает парочка влюбленных, что-то весело щебеча друг другу, они берут прохладительные напитки и садятся поодаль от кампании. Разговор как-то сам собой прекращается. Лишь через некоторое время Ухмыляющийся взволнованно шепчет:
Ухмыляющийся.  А вот, господа, о чём я подумал, может, это платье действительно увидели только умные?
Молодой человек. Как это?
Ухмыляющийся. Ну, вот как в жизни бывает: кто-то что-то сказал, умные поняли, а дураки – нет. Сделал король что-то, а современники не оценили, окрестили голым. Потом их дети догадались бы, но поздно. Тогдашние правители всё себе присвоили.
Молодой человек. Умно.
Небритый (выдавливая). Да уж, очень. А я вам ещё историю расскажу. Где произошла, правда, не знаю. Когда? Пожалуй, скорей во времена близкие к нашему. Царю одному, и уж не царю, а президенту или вице-президенту… указ подсунули. А он взял и, не разобравшись, что к чему, подписал его. Ну, а потом ни средств, ни денег… Так и прогорел. Затем отставка, суд (махая рукой) и так далее…
Ухмыляющийся. Ну а что потом? Указ выполнили?
Небритый. Ничего… Совсем ничего.
Хмельной (кричит Хозяйке кафе). Да переключи ты эту дрянь!
К этому моменту в разговоре участвуют лишь двое: Хмельной и Небритый, прочие смотрят телевизор. Небритый сидит рядом с телевизором, несколько его загораживая, но из-за плеча Небритого можно различить события, происходящие на экране.
1. Кабинет. За большим столом министры, чиновники и пр., во главе стола –
президент. Он берёт в руки какие-то бумаги, начинает их зачитывать.
2. Жестикуляция президента.
3. Снова кабинет, стол, все голосуют. Единогласно.
4. Диктор зачитывает какой-то текст, а за его спиной портрет президента в траурной рамке.
Хозяйка переключает телевизионные каналы. Второй, третий…
Все (хором). Нет, нет. Оставь!
На экране то ли конкурс красоты, то ли демонстрация купальных костюмов. В кафе шелест платьев и взволнованное дыхание мужчин. Это зрелище их поглотило полностью, для посетителей кафе не существует более ничего. Несколько секунд подобного созерцания.
Голос. Да. Голыми теперь всё более королевы ходят.
Вдруг Молодой человек (вскакивает со своего места, буквально крича). А что если и у нас… (испугавшись своей мысли, закрывает рукой рот и почти беззвучно, едва различимо для человеческого слуха) тоже голый…
На несколько минут все, словно окаменели. Нарушает молчание Ухмыляющийся.
Ухмыляющийся (нейтрально). А, может, про короля так, фигурально сказано?
Голоса. Кто? Ну да, стали бы говорить.
Хозяйка (уверенно). Вот поверьте мне. Во всём виновата королева. Всё дело здесь в мужчине, всё для того, чтоб любовника выгородить и на «тёплое» место потом пихнуть. А король остался не голый, а с «рогами».
Прежней тишины как не бывало. Кричат все, слышно лишь тех, у кого голос сильнее. Всё смешалось, превратилось в сплошной абсурд.
Голоса. А может быть совпадение, чудо?
Ну вот, опять Калиостро вспомнили!
При чем здесь Калиостро, может, Кашпировский!
А, кстати, где он сейчас?
 . . . . . . .
 
Вдруг все словно осеклись, в кафе входит Полицейский. Вопль последнего говорившего, не успевшего вовремя остановиться, тонет в беззвучной пустоте. Страж порядка проплывает над головами сидящих и, повернувшись к стойке спиной, смотрит на них сверху вниз. Вид у всех стал жалко-напуганный. Небритый встаёт, подходит к полицейскому, что-то шепчет ему на ухо и быстро выходит из кафе. Подобного поворота событий не ожидал никто. Наиболее крикливые уже сидят в ожидание приговора. Прочие же всем своим видом показывают, они здесь совсем не при чём. Но, к всеобщему удивлению, полицейский самым простодушным образом, улыбаясь, обращается ко всем.
Полицейский. Да полноте вам, господа, вы вспомните, чем всё там закончилось у известного сочинителя Ганса Андерсена:
«И король ещё более гордо продолжал своё шествие». Так он и добрался до дворца. Отсиделся, и народ к следующему дню одумался. А там – кого схватили, кого отпустили. Все там миром кончилось. Расходитесь по домам, господа.