Сцена расставания

Вот так всё и было. Ей богу.

Мы стояли друг напротив друга и дьявол мелькал в её глазах вместе с бликами света. Всё это говорило о том, что ей доставляет удовольствие эта ситуация. Она смакует каждое слово, каждый слог: «Я больше не люблю тебя».

Черт. Это ведь даже не «я бросаю тебя» или «мы разбегаемся». Даже «я сплю с твоим папой» не так жестоко прозвучало бы. Это скорее из области шокирования. А то, что говорила она, означало безразличие. Что может быть страшнее равнодушия любимого человека? Внезапное равнодушие.

Тварь. Да внутри она скачет и танцует от счастья. Она была довольна тем, что попала в цель и теперь уже победно умилилась глядя, как переливаются на свету кусочки моих мясо-костей, раздавленных её каблуком. Она знала, что так мне будет больно. Она постукивала своей туфелькой и водила своей изящной шпилькой в стороны, чтобы насладиться хрустом.

Вся наша любовь была построена на этом. Мы оба стремились к тому, чтобы размазать друг друга. И правил не было, совсем никаких. Доведение до самоубийства стало бы высшим пилотажем.

Я вспомнил нашу первую встречу. Мой друг рассказывал в кафе историю о том, как он в запарке на работе выронил папку с документами, и какая-то девушка, не сбавляя шаг, прошлась по бумагам. Черт возьми, свинством будет, даже если просто так пройтись по бумагам. Что уж говорить об отпечатке её туфли на векселе стоимостью 500 тысяч рублей?

- Только последняя сука могла так сделать! – воскликнул я. И эта последняя сука оказалась за ширмой у соседнего столика. Она, конечно, не упустила возможности высказать всё, что думает о таких козлах, как я, дешевых бумажках и жалких офисных червях, разевающих свои поганые рты во время работы. Это было очень не справедливо. Мой друг – не офисный червь. Он занимается поставками немецких машин в наш любимый город.

С тех пор мы постоянно ругались.

«Как жаль», - сказал я.

«Что жаль?» - спросила она.

Не помню точно, в какой момент, но как-то я решил носить со мной эту записку. Ну так… на всякий случай.

«Что ты меня опередила», - с этими словами я вытащил конверт.

Приятный поворотный момент, эпизод первый: ухмылка ушла с её лица. Она достаточно проницательна и поняла, что внутри. Поняла и не могла поверить, что это возможно.

Приятный поворотный момент, эпизод второй: она уже огорчена и не знает, что делать.

Не знаю, улыбался ли я в тот момент.  Я пытался быть серьезным, но внутри меня просто распирало от удовольствия.

Её гордыня обязывает уколоть меня в ответ, а человек внутри хочет спросить «но как?».

Выбор она так и не сделает. И ничего не скажет.

Я молча развернулся и ушел.

Она не позвонит. Но подстроит ситуацию, при которой мы якобы случайно встретимся. Или я подстрою. Это точно еще не конец.

Как бы там в будущем ни сложилось, мне следует быть на чеку, потому что она будет во всеоружии, она подготовит мне сюрприз. Сладкую конфетку, от вкуса которой можно сойти с ума и сдохнуть в эпилептическом припадке. Потому что это я сегодня её раздавил.

Потому что она теперь… в ярости.