Листок

Я родился ранним весенним утром, вместе с моими братьями, словно потягиваясь ото сна, распуская сочно-зеленые листочки на большой ветке.
Яркое солнышко ласково тянуло к нам свои первые лучи, радуясь нашему появлению.
Мир встречал нас звонкой капелью и радостными, отовсюду доносящимися переливами птичьих голосов.

— Как прекрасно! — раздавались рядом со мной тоненькие голоса.

— Как прекрасно жить, похоже, мы правильно сделали, что родились сегодня!

И как бы в доказательство, желая подтвердить это, легкий ветерок, пробираясь сквозь ветви большого клена, добродушно окутывал нас своим дыханием.

— Ой... Нам так щекотно!
 
— Нам нравится ветер! — смешливо попискивали юные листочки, вальсируя на ветру и прижимаясь к друг другу.

Внизу, сменив теплые пальто на куртки и легкие плащи, проходили люди. Солнце скользило по их таким разным лицам; молодым и старым, задумчивым и беззаботным, грустным и веселым...

Мне нравилось смотреть, как живая река фигур, лиц текла прямо подо мной по широкому тротуару. Люди были такими одинаковыми и в тоже самое время разными, как и мои братья-листья. Одни спешили, другие беззаботно прогуливались, были и такие, кто часами стояли под раскидистыми ветками клена, с букетами цветов, всматриваясь в нетерпеливом ожидании куда-то вдаль.

Однажды, когда уходящее солнце раскрасило все вокруг золотистым и алым, я, наслаждаясь, слушал, как шелестят рядом мои братья, рассказывая друг другу, какой прекрасный был день. Мой взгляд, скользя по разлитым вечерним краскам, словно что-то ища, остановился на одинокой фигуре в дали и уже не мог никуда от нее оторваться.

Неспешно, но все же довольно быстро, фигура приближалась. Это была девушка. Она казалось сотканной из воздуха, неземная и нереальная. Ее темные волосы, спускаясь на плечи, в свете угасающего солнца переливались нежным шёлком. Подойдя ближе, она замедлила шаг, ее взгляд поднялся вверх, и она посмотрела прямо на меня.

— У нее серые  глаза, — подумал я.

Ах, как я был несправедлив, считая, что самый некрасивый цвет — серый. Цвет ее серых глаз был прекраснее голубого неба и ярче самого солнца. Прекрасней этого серого не было ничего. Я хотел бы смотреть в эти глаза вечно, но ее взгляд скользнул в сторону и остановился на какой-то точке вдали. Смотря на нее, она медленно шла, и на лице ее появилась легкая улыбка. Улыбка была полна печали, и казалось, что она никогда больше не покинет ее немного бледного лица.
 
Она остановилась на секунду, а затем все той же стремительной походкой прошла мимо старого клена и скрылась в тишине вечера.

Следующие утро, вновь разбудив нежными лучами, уже не казалось мне таким радостным и прекрасным. Казалось, почувствовав это, даже птицы пели свои песни тише.

День казался бесконечным, смех и болтовня моих братьев сейчас были такими чужими. Я ждал, ждал и просил солнце: "Скорее уходи". Я ждал, когда мир вновь сменит свои яркие краски на благородные вечерние тона, которые растворяться в ее серых глазах.
Прошла целая вечность, пока вдалеке я вновь не увидел ее тонкую и легкую фигуру. И все повторилось вновь. Взгляд ее глаз, скользнув по мне, обратился в сторону, и простояв так секунду, она вновь ушла.

Так проходили дни. Время состояло из вечности ожидания и мгновения ее взгляда. И я думал, что так будет всегда. Но очень скоро дни стали короче, а ночи холоднее. Птицы уже не пели нам по утрам, а ветер, перестав быть нежным, пытался сорвать нас с ветвей и унести с собой.

Веселый шелест моих братьев сменился на скрежещущий шепот, каждый день они становились все более жёлтыми и сухими. Срываясь со своих веток, они падали вниз, исполняя свой последний танец.

Эта ночь была особенно холодной. Проснувшись, я увидел, что на голых ветвях дерева уже никого не осталось.

— Я должен увидеть ее в последний раз, — сказал я ветру, и он затих.

— Я должен увидеть ее в последний раз, — сказал я солнцу, и оно, на секунду выглянув из-за хмурых туч, напоило меня своим прощальным теплом.

Я увидел ее до того, как она появилась вдалеке. Я почувствовал, и тогда ветер донес мне запах ее волос. Так не пах ни один самый прекрасный цветок на свете.
Я с трудом удерживался на голой ветке, когда по совсем пустой дороге шла она.
И вдруг ветер, подняв, понес меня навстречу к ней. Мгновенье стало вечностью, стирая все, что я помнил. Вокруг не было ничего, я словно сам был этим ветром, несущимся на встречу с ней. Медленно закружившись, я упал ей под ноги. И это был самый прекрасный момент в моей жизни.

Сделав несколько шагов, она остановилась у дерева, на котором когда-то я рос маленьким зеленым листком. Она взглянула в сторону высокого дома, который стоял невдалеке. В одном из окон горел свет. Ее взгляд встретился со взглядом мужчины, смотрящего на нее с другой стороны оконного стекла. Улыбнувшись краешком губ ему в ответ, она опустила свой взгляд. Ее по-прежнему бледное лицо казалось все таким же грустным. Лишь серые глаза, смотревшие на одинокий пожелтевший лист под ногами, были наполнены счастьем. Постояв еще немного, она прошла мимо старого клена и скрылась в тишине вечера.