Тарзанка

              Садовод-любитель, житель Москвы Олег Юрьевич подходил к своей даче. Ещё в 50-е годы прошлого века, когда власть решила наделить людей небольшими участками земли под сады, отец Олега Юрьевича взял восемь соток. И вот теперь, выйдя на пенсию и похоронив своих родителей и жену, Олег Юрьевич всё тёплое время года проживал здесь, наслаждаясь физическим трудом и свежим воздухом.
          Правда, воздух не всегда был свежий. Вот и сейчас встречный ветерок принёс к нему запах табачного дыма. «Сидят!» - подумал он. Причём в его мыслях не было неудовольствия или сердитости. Нет, он просто отметил про себя этот факт.
          Дело в том, что участок Олега Юрьевича был крайним и примыкал к так называемой зелёной зоне: узкой полоске необработанной земли, оставшейся от бывшего здесь когда-то лесного массива. Напротив калитки, ведущей на участок, рос огромный дуб. Пожилой садовод помнил, что ещё в те далёкие времена, когда он был молод и впервые приехал сюда копать землю, дуб был уже большим и раскидистым. С тех пор прошло более полувека, так что сейчас, наверное, дубу было сто с лишним лет. Глядя порою на его крону из окна своей мансарды, одинокий человек погружался в совершенно другой, сказочный, мир с поющими птицами и прыгающими по ветвям этого исполина белками. Крона дуба была похожа на таинственный микрокосмос со своей незнакомой жизнью.
          И хотя рядом в лесу было много и дубов, и разных других деревьев, но именно этот прекрасный гигант притягивал под свою густую листву проживающую в округе молодёжь. Конечно, можно понять, почему. Под дубом была большая ровная площадка, сделанная ещё отцом Олега Юрьевича и тщательно им в прошлом охраняемая. Отец очень любил косить, и  лужок с взлелеянной травой давал ему возможность почувствовать себя косарём. Но вот он умер, и ухоженное красивое место сделалось добычей детей московских садоводов.
           Прежде всего появился мяч. Игра шла жаркая и захватывающая. Кипели страсти, слышались оглушительные ликующие крики молодых здоровяков, топот их ног, удары. Уничтожалась растительность. Досталось и дубу. Для удобства игры спилили нижние ветви. Олег Юрьевич протестовал, но натыкался на стеклянные глаза и полное нежелание понять его. Никому не было дела до того, что рядом за тонкой стеной летнего дома проживает и страдает от постоянного шума немолодой человек. Во время игр, а они длились часами, он уходил в дальний угол дома, где звуки были потише, и ожидал конца экзекуции. В такие часы для самоуспокоения он вспоминал пословицу: «Змея сама съест свой хвост!» - и твёрдо верил в её правдивость. Надо было только подождать. И садовод  ждал, наблюдая за событиями.
          А события разворачивались следующим образом. Постоянный притягательный шум вызвал интерес у ребят, проживавших в расположенном неподалёку унылом посёлке. Они тоже захотели принять участие в играх и начали приходить под дуб. Поселковые ребята отличались от московских тем, что они любили громко, вызывающе материться, да и выпить были не прочь, особенно в сумерках. Эти их качества действовали отпугивающе на недостаточно смелых москвичей. Постепенно поселковые вытеснили московских. Но интерес к мячу у них быстро угас. Им больше нравилось просто сидеть под ветвями дуба на краю канавы, ограничивающей зелёную зону, играть в карты, покуривать и иногда выпивать. Наступили тишина и спокойствие.
         Похоже было, что пословица про змею оправдалась, хотя, может быть, и не вполне желательным образом. Олег Юрьевич мирился с запахом курева и винного перегара и относился к поселковым гостям скорее, как к своим защитникам, чем врагам, тем более, что мата уже не было слышно, да и со временем под дубом вместо водочных бутылок оставалось всё больше пластиковых из-под воды, а в компаниях появились девушки. Чувствовалось, что, идя сюда, молодые люди старались приодеться. Под дубом на канаве возник своеобразный клуб знакомств, в котором иногда даже завязывались серьёзные отношения, и на следующий год здесь в дневные часы появлялись мамы с детскими колясками.
            Вот и сейчас, ощутив запах табачного дыма, садовод не сомневался, что увидит  компанию играющих в карты ребят. Но что это?  Олег Юрьевич вздрогнул. Под дубом в вечерних сумерках виднелось что-то, похожее на фигуру повешенного человека. Уже в следующее мгновение Олег Юрьевич понял, что это была конструкция из брёвнышек и верёвок. Конструкция висела на тросе, перекинутом через громадный дубовый сук. «Тарзанка! - догадался, наконец, встревоженный садовод. – И как им удалось забраться на такую высоту?» Он сопоставил расстояние от земли до сука с высотой своего дома. Сук был выше на несколько метров. Следовательно, до него никак не меньше метров тринадцати. Так как внизу ствол дуба толстый и без сучьев, надо было хорошо потрудиться, чтобы на него залезть. «Наверное, притащили лестницу»,- подумал Олег Юрьевич.
           Под дубом действительно, как обычно, сидела компания. Садовод прошёл к своей калитке,  демонстрируя полное отсутствие интереса к появлению нового предмета. На самом же деле, в его душе возникла тревога. Он вспомнил то время, когда ему приходилось скрываться в дальнем углу дома от надоедливых криков бьющих по мячу ребят. Тарзанка обязательно привлечёт к себе детей со всей округи, а это означает: прощай тишина и отдых! Главное же, он почувствовал обеспокоенность судьбою дуба. Громадная ветвь, на которой висела тарзанка, могла обломиться. Это повреждение, а также постоянные вибрации приведут к тому, что дуб начнёт засыхать.
            «Кто бы это мог повесить тарзанку? – размышлял Олег Юрьевич. – Конечно, москвичи! Поселковые ребята вряд ли бы до этого додумались. Да и не стали бы проявлять инициативу, зная, что земля с дубом принадлежат садоводческому товариществу. Ну, что ж, может быть, всё ещё не так плохо. Может быть, трос оборвётся или тарзанка разломается», - надеялся он.
             Через некоторое время ребята закончили игру в карты и подошли к тарзанке. Сначала покатался каждый. Затем стали забираться по двое, проявляя смелость и ловкость. Попробовали даже залезть на тарзанку втроём, причём каждый следующий взбирающийся устраивался на плечах предыдущего. Ветвь дуба натужно прогибалась под тяжёлыми телами. В груди у Олега Юрьевича заныло. К счастью, эта забава продолжалась недолго, ребята вернулись к своим картам.
              На следующее утро Олег Юрьевич вышел за калитку, пока там никого ещё не было, и подошёл к тарзанке, чтобы хорошо её рассмотреть. Она состояла  из  двух брёвнышек, причём нижнее, длиною около метра, по форме похоже было на коромысло или на перевёрнутую птичку-галочку, которую учительница ставит в тетради первоклассника. Верхнее более короткое брёвнышко имело вид дуги. Обе детали были аккуратно выпилены из ствола незнакомого дерева с глянцевой вишнёво-коричневой корой, обработаны до гладкости и имели зазубрины для прикрепления к тросу.  Трос же производил впечатление основательной прочности – такой не разорвётся. Да, поработал какой-то умелец! Да и денег, похоже, не пожалел!
             Первой пользовательницей аттракциона оказалась маленькая девочка с розовым бантом, которую привела моложавая бабушка. Бабушка раскачивала внучку, всё время поддерживая её. Внучка повизгивала от удовольствия и боязни. Затем приходили другие дети и подростки. Многие ещё не знали о появлении новой забавы и случайно шли мимо, но увидев висящее лакомство, каждый спешил его отведать. Возникали очереди. Были даже драки за право внеочередного качания. Вечерами под дубом с удовольствием раскачивались взрослые молодые люди. Но утром первой обычно приходила сопровождаемая своей бабушкой девочка с розовым бантом.
             Так продолжалось несколько дней. Олег Юрьевич со страхом ожидал, что могучий дубовый сук не выдержит такого истязания и сломается.  И тут в его голове начал вдруг созревать план. А что, если тарзанку срезать? Конечно, это в какой-то степени преступление. Ведь тарзанка - чужая собственность. А Олег Юрьевич, в прошлом музейный работник, всегда был очень далёк от нарушения каких бы то ни было законов. Но сейчас надо было спасать друга – гигантский дуб, который много лет был рядом и не только защищал его сад и дом   от северных ветров, гроз и строительства каких-нибудь неприятных объектов, вроде небольшого футбольного поля, но и одаривал окружающий мир величественной красотой.
            Расстроенный  садовод решил съездить в Москву и привезти свой любимый кухонный нож, предварительно хорошо его наточив. Возвращался он с поезда на дачу ранним утром. Всю предыдущую ночь шёл дождь, и сейчас воздух был сырой и мглистый. Олег Юрьевич подошёл к тарзанке, огляделся. Вокруг ни души. Он вытащил нож. Поскольку положение, в котором находился садовод было странным и до тех пор не испытанным, то он с любопытством прислушивался к себе и анализировал свои ощущения. В какой-то миг он даже почувствовал себя Раскольниковым, намеревающимся зарубить топором старуху. Колебаний не было. Решительным движением руки он полоснул по тросу на уровне своих плеч. К большому облегчению, его опасения, что он не сможет перерезать прочную верёвку, сделанную не понятно из какого материала, не сбылись. Трос, намокнувший от дождя, очень легко поддался лезвию ножа. Нижняя часть тарзанки упала на землю. Подняв её, садовод быстро скрылся за калиткой.
            «Да, но пожалуй, этот народец может восстановить свою забаву!» - вдруг пришла ему на ум мысль. При этом под словом «народец» он подразумевал всех, кто имел отношение к  аттракциону. Олег Юрьевич взял табуретку и вернулся под дуб. Взобравшись на скамейку, он вытянулся во весь рост, поднял над собою руку с ножом и перерезал трос так высоко, как он смог дотянуться. Затем быстро убрав следы своих действий, он занялся обычными каждодневными делами, время от времени бросая взгляд за калитку и ожидая продолжения событий.
              Приходили группы ребят. Видя вместо полюбившейся игрушки обрывок троса, они пытались достать конец, совершая высокие прыжки. Притащили даже чурбан и вставали на него. Но ничего не получалось, и они уходили. Постепенно всё затихло. Олег Юрьевич ждал. Ему было интересно узнать, кто же повесил тарзанку.
             И вот в субботу он увидел под дубом двух дам, которые смотрели вверх и о чём-то судачили. В одной из этих дам садовод узнал бабушку девочки с розовым бантом. Через некоторое время к ним подошёл мужчина средних лет в ярко-салатовом спортивном костюме. Обменявшись впечатлениями, все трое двинулись вдоль забора Олега Юрьевича и вскоре обратились к группе рабочих на соседнем участке. Голоса были громкие, и Олег Юрьевич понял, что они интересовались, не знает ли кто-нибудь, куда подевалась тарзанка. Получив отрицательный ответ, салатовый мужчина громко высказался с истерическими и горькими нотами в голосе: « Ну, и люди! Ничего у нас нельзя сделать! Обязательно сопрут!!!»
              «Ха – ха – ха!» - смеялось всё внутри Олега Юрьевича. Но смеха этого никто не мог слышать,  лицо его оставалось спокойным и невозмутимым. Он равнодушно продолжал окапывать свои кусты.   Никто не обращал на него внимания.
              Ближе к зиме обрывок троса с дуба исчез. Деревянные детали тарзанки сгорели в печке.
             Весною же исполинское дерево опять развернуло свои свежие листья, чтобы продолжать восхищать окружающий мир чудесной красотой.
               
 
            


Рецензии
Точно переданы чувства маленького человека. Такое наблюдать можно в каждом доме и садовом товариществе ...

Анна Карпихина   05.11.2018 19:10     Заявить о нарушении
Благодарю за Ваше мнение!

Инна Гавриченкова   06.11.2018 19:14   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.