Пища для размышлений

            (Третий рассказ из цикла «Славный народ русины»)



  Эта страница посвящается Настоятелю храма Успения Пресвятой Богородицы и Живоначальной Троицы в Троице-Лыково благочинному протоиерею
СТЕФАНУ  ПРИСТАЯ —
прекрасному человеку и новой эры священнослужителю, который всегда держится правила: «Делай людям больше, чем они ожидают, и делай это с радостью».


   Одна из моих читательниц, прочтя рассказ о священнослужителе Стефане Пристая, написала такой отзыв: «Совсем немного слов, - а как от них тепло и на душе ясно! Спасибо!»
Я отвечаю:
- Спасибо Вам, мой друг, за отзыв! Рад, что Вы так услышали эти слова!
 Отец Стефан, действительно, необычный человек и необычный священнослужитель…
- Знаете, я часто думаю о том, что в наш век – век высокой технологии и высоких скоростей комунникации, мы – люди, так далеки друг от друга, мы перестали слышать простые, нужные слова!
   Мы, живущие здесь, поблизости от Батюшки, хорошо это понимаем.
   У нас счастливая судьба -  слушать его слова, видеть его часто и получать его благословение.
   Вот поэтому мне и хотелось бы запечатлеть эти моменты общения с ним, чтобы поделиться с людьми, находящимися от него на далёком расстоянии.
   И пусть у них тоже на душе будет ясно!



ЧТО ГОВОРЯТ ОБ  ОТЦЕ СТЕФАНЕ ЕГО СОТРУДНИКИ.


   Каждый человек, живя на земле, ищет какой-то идеал, какой-то пример для подражания.

   Таким примером для проявления Богослужения, примером для подражания проявления любви к ближнему, по которому он духовно совершенствуется, служит наш Батюшка.

   Я думаю, что каждый, кто его знает, обретает в нём не только пастыря, не только духовника, но и истинного – хорошего, прекрасного друга, любящего отца и, в каких-то моментах – хорошего советника. - Это слова-поздравления Отца протоиерея Георгия Крылова, произнесённые им на праздновании дня Рождения Батюшки.
=||=

   Священнослужитель Отец Стефан – прост в обращении, приветлив и доступен для разговора с людьми и для обсуждения их простых и сложных проблем.
   Одним словом, Батюшка – наставник, советник, духовник.
   Двери его кабинета (по лесенке надо подняться на второй этаж) – всегда открыты для людей. Их просто нет – дверей…
   Пройдёшь по коридору – не споткнись: ступенька! – маленький порожек… и ты – перед открытой аркой – вход в кабинет.
- Батюшка, можно мне спросить Вас о чём-то?
- Входи.
   И ты – входишь! Ты – дома…
   Перед тобой – отец, приветливый и объективно-строгий.
   
   Вот так вчера мы и попали на экспромт-беседу с Батюшкой.
   К Батюшке в его кабинет без дверей нас привёл Георгий – молодой человек, с которым мы познакомились на экскурсии. Он здесь – свой человек, а мы – любознательные гости. Для нас здесь всё ново, необычно, интересно.
- Осторожно, ступенька, порожек! – Предупреждает нас Георгий.
   Мы преодолели препятствие и вошли в кабинет без дверей.
   Нам указали на свободные стулья.
   Мы тихо прошли и сели, стараясь не помешать оживлённому разговору.
- Батюшка, а как Вы решили стать священником? – Спрашивает молодой человек.
- Как я решил стать священником?.. – Задумчиво повторяет Батюшка.
И после небольшой паузы продолжает.
- У меня был духовник… Он теперь святой и канонизирован. Я к нему пришёл и прошу его:
«Благослови меня, Батюшка, поступить».
А он, прежде всего, спросил меня:
«А правильно ли ты дорогу выбрал? Не будешь ли ты потом жалеть, когда пойдёшь этой дорогой?»
   Я  ему отвечаю:
- Я эту дорогу выбираю не ради того, чтобы жить хорошо, а ради того, чтобы ИСТИНУ знать. Я учусь жить. Хочу научиться жить в ИСТИНЕ.
Он мне тогда сказал: «Ну, Бог тебе в помощь!»


- Родственник у меня тоже священник. Он был вторым человеком, к которому я пошёл.
- Отец Василий, благословите меня поступить в Семинарию.
Он меня спрашивает:
- А ты хорошо обдумал все стороны жизни будущего священнослужителя?
Я ему говорю:
- Я не могу их обдумать, потому что я вообще не знаю жизни священнослужителя. Я просто хочу поступить в Семинарию. Хочу  научиться там тому, что помогло бы мне узнать ИСТИНУ и жить по её законам.
А он мне тогда говорит:
- Подожди меня часок. Я с тобой буду беседовать.
Я дождался его…
Он в санатории тогда лечился.
Когда он вернулся после процедур, сказал мне:
«Пойдём. Будем беседовать»
   И он мне стал открывать стороны жизни священника.
   Я, конечно, тогда удивился очень: потому что он мне рассказал о плохой стороне жизни священника, о самой плохой, как говорится, о самой противной.
Он мне говорил настолько искренне… настолько по-отечески… Обо всём плохом, что только может быть…
 Я смотрел на него и удивлялся.
   Мы проговорили часа два с половиной…
А когда он на минуточку замолчал, я сказал:
- Отец Василий, ведь священство не только живёт плохим.
В священстве есть и хорошие стороны жизни.
Я читал Историю Церкви и знаю, что священство жило и живёт и хорошими сторонами.
А он мне тогда говорит:
-  Ну, понимаешь, я тебе это стал говорить не потому, что я – противник чему-то, а потому, что когда ты соприкоснёшься с подобными вещами, чтобы это тебя не съело.
Я говорю:
- Ну, как оно меня может съесть, когда я вижу, что это – плохое?..
- А не все сразу понимают, что такое – плохое, а что такое – хорошее. И, чтобы под видом хорошего, ты не потерялся. А теперь ты знаешь, что такое – плохое
Я говорю:
- Знаю. Вы мне рассказали.
- А теперь слушай… О хорошем… - Продолжал Отец Василий.
И мы с ним о хорошем говорили…
Это он мне два с половиной часа говорил о плохом, а о хорошем …
   Я от него уехал в одиннадцать часов вечера.
   И вот я тогда узнал все стороны жизненных отношений священства: плохие и хорошие.
   И теперь я уже сам могу рассуждать, могу судить в некоторой степени, могу думать так, как это необходимо.
   Могу выводы делать.
   Потому что в жизни приходится мне видеть разное.
   Но самое главное, что тогда во мне поселил Отец Василий – никого не судить…
Никого!
Потому что плохое я буду видеть – я буду сердиться или стараться изменить этот образ… Я буду злиться… Но это же не моё…Это от кого-то исходит или кто-то кому-то помогает… В этом надо разбираться. А если я буду злиться, то это – плохо!
Надо, прежде всего, умом обсудить, молитвой исправить…
   А чем я могу помочь плохому человеку, если он плохо поступает?..
   Я ему могу сказать… могу попросить… могу силой заставить…
   Но это будет тогда моя справедливость!..
Поэтому, как Господь сказал:
«Если что есть дурное и нехорошее, то я буду рад, если ты уйдёшь с этой деревни и прах от ног своих … её пыль, по которой там прошёл, очисти! Потому что ты тогда будешь неприкосновенен к тому действу, что произошло. А вот, к тому, что от тебя должно исходить – доброта – конечно, ты тогда будешь её нести. Будешь сам рассуждать о добре и зле» и всё – через молитву.
Я с детства в церковь ходил…
   Даже дело не только в том, что я в церковь ходил, а в том, что на меня оказывали благотворное влияние окружающие. Например, оказал большое влияние Батюшка – Отец Николай Мучичка.
   Молодой был, у него было семеро детей. Он нас всех приглашал к себе домой – в футбол играли, он с нами играл, занимался, как родной отец угощал.
   Кто-то из них, из его детей, со мной в школе учился.
   Это было в 56 году… тогда еще только начиналось притеснение у нас… потому что после войны было свободно…и он проповеди очень хорошие говорил…слова…
   И всегда какие-то примеры приводил… а примеры из жизни – это самое всегда ценное.
   Особенно мне понравилось, что он сказал: у него семь специальностей.
   Я всегда стремился, чтобы приобрести какую-то специальность.
   Так у меня теперь, наверно, тридцать семь специальностей.
   У меня только дипломов четырнадцать штук. Разных… Я могу работать по этим специальностям.
   Так получилось в жизни, что я долго учился… Спортом занимался…До армии я уже закончил техникум и училище.

   И когда уже пришёл из армии, я стал задумываться о поступлении в Семинарию. Так получилось, что однажды увидел, как борется добро со злом.
   На моё решение оказал влияние Отец Миран и его друг, будущий  Епископ – очень добрый человек. Это он мне подсказал: «Давай, подступай в Семинарию»
   Я заручился таким советом и начал готовиться к поступлению.
   Очень удивительно было, когда я пошёл к своему духовнику – священнику архимандриту Йову – святой, он канонизирован теперь – он друг моего отца, друг моего деда – они в одной камере сидели – всю нашу семью он знал…
   И когда я пошёл к нему брать благословение, чтобы поступить в Семинарию, он меня два дня попросил работать у него. Что я охотно и сделал.
   А вот, когда он меня благословлял, он мне говорит:
«Иди с Богом! Ты не поступишь, но ты поступишь»
   Вот и попробуй, пойми…
После этого я пошёл за вторым благословением для поступления. Их требовалось два.
У меня был родственник – священник: Отец Василий.
   Я к нему пришёл, за благословение,чтоб поступать в Семинарию, и прошу:
«Благослови меня, Батюшка!»
А он, конечно, прежде всего, меня спрашивает:
«А правильную ли ты дорогу выбрал? Не будешь потом жалеть, когда пойдёшь по этой дороге…»
   Но так как он мою семью знал, и я его знал… Я ему отвечаю:
- Я эту дорогу выбираю для того, прежде всего, не ради того, чтобы жить хорошо, а ради того, чтобы ИСТИНУзнать. Я учусь жить. Я хочу учиться жить в ИСТИНЕ.
И я получил благословение…
   После этого я и поехал сдавать экзамены, но… не прошёл по конкурсу. Я не поступил…
   Ну, что ж… Обиды никакой не было… Был спокоен.
 Я пошёл пообедать, после чего собирался  приложиться к преподобному Сергию. Затем возвращаться домой.
   И вот, меня встречает ныне покойный митрополит Симон – он тогда у нас был инспектором академии.
- А ты куда, Степан, собрался?
Я ему отвечаю:
- Отец инспектор, я иду приложиться к Преподобному Сергию и домой уезжаю.  – не прошёл по конкурсу.
Он говорит:
- А почему?
- По конкурсу не прошёл. Не знаю…
- Правда?
Я говорю:
- Да. Я теперь приложусь, помолюсь…Благословите меня  - покушаю и поеду домой.
- Иди, иди, иди…
- Я пошёл приложился, помолился… И когда пришёл, чтобы  уходить, чтоб документы уже после обеда взять и уехать, а меня зачитывают на обеде на работу, зачитывают в списке послушников работать на кухне - продукты нести, дежурить…Всякая работа…
А я говорю:
-Иван Васильевич, я по конкурсу не прошёл, я уезжаю домой.
- Иди и работай! – Произнёс Иван Васильевич.
   Вот и получается, что я не поступил, но я поступил…    
   Для меня это было очень удивительно.




Человек, который действует быстро.

   
   Сегодня я в пять утра был уже на ногах.
   Без пятнадцати шесть утра, когда раздался звонок моего мобильника, я был во всеоружии.
- Привет! Я у подъезда. – Слышу голос моего нового друга Георгия.
- Спускаюсь, - отвечаю я. – Ты развернись там пока – напрямую не проедешь. У нас во дворе ремонт.
   Выхожу из квартиры и нажимаю на кнопку лифта.
   Открываю тяжёлую дверь подъезда и зажмуриваюсь от яркого света – солнце уже на работе!
   Провожу взглядом по припаркованным легковушкам… И не вижу Георгия.
   Каково же было моё удивление, когда я увидел, что приветливо улыбаясь, Георгий сидит в белой «Газеле»!
- Удивляешься? Правильно! Не вместился бы наш багаж в легковую машину.
   Это мы с Георгием собираемся ехать в Рязанскую область за гусями.
   Батюшке подарили гусей – теперь их надо забрать.
Выходной день…
В такое раннее время и в будний-то день еще никого нет на дорогах, а уж, сегодня поедем с удовольствием и без толкотни.
 Георгий с удовольствием рассказывает, а мне остаётся только слушать и удивляться.
- Я думал, сегодня поедем на «Волге», - прибавляя газу, начинает неторопливую беседу Георгий. Он легко, профессионально и уверенно держит руль в руках. Машина послушно урчит. Почти неслышно.
- Я думал, когда увидел, что поедем на «Газеле» -  поговорить не удастся: машина шумная. А у этой звук – даже ласковый.
Губы Георгия тронула улыбка.
- Это всё спасибо нашему Батюшке. Позвонил куда надо, вызвал мастеров, и через два дня машина стала разговаривать тихо и уважительно. Батюшка поистине удивительный человек!
   Его любимое музыкальное произведение – Полонез Агинского, в свободную минутку он с удовольствием читает Драйзера.
   А сегодня утром рано пришёл в гараж, чтобы проверить –готова ли машина за гусями. Я в гараж пришёл за машиной – он уже вовсю там хозяйничает. Я поехал, а он в страусятник пошёл, чтобы проверить, достаточно ли воды у африканских страусов.
Я даже вскрикнул в удивлении:
- У вас африканские страусы?!
- Самые настоящие! Четверо! – Смеётся Георгий.
- Откуда они у вас взялись?
- М-м… А их Батюшка спас!
- Как это «спас»?
- Да, он у нас такой! – наш Батюшка… Это знать его нужно… Когда срочно требуется – спасёт… Когда плохо что-то сделаешь – накажет…
Моему удивлению не было предела. Я слегка прищурился:
- Георгий, а ты не преувеличиваешь? Не фантазируешь ненароком?
- Фантазии мои не нужны – Батюшка и так уже оброс легендами: он у нас так и зовётся – «Человек, который всё делает быстро». Я тебе пару рассказов о нем расскажу – суди сам. Люди рассказывают… Сам я, конечно, при этом не присутствовал, но наши старожилы хорошо помнят…
Сейчас… Подожди… Тут тяжёлый поворот! Продолжу, когда поедем дальше.
   Зажёгся зелёный глазок светофора и мы двинулись вперёд.
  -  Когда этот Храм восстанавливать начали, - продолжил Георгий, - здания на территории достраивать, ну, и конечно, за Гимназию решили взяться…
- А там… ну, комедия! в здании Гимназии, уже каким-то образом кришнаиты обосновались.  Раньше это был корпус… давно-давно монахини жили… до революции. А сейчас…Это был корпус института Курчатова для студентов и аспирантов.
   А затем школу открыли на нашей территории…именно в этом корпусе. Открыл ее Отдел образования по Северо-Западному округу. А кураторы у них были кришнаиты…индусы… Из Индии – спонсоры.
   Нам не давали эту школу, а им – дали!
   Батюшка тогда возмущался, что сюда на нашу территорию, кришнаиты приходят. Он постоянно вёл перепалку с ними.
   Люди помнят, кто-то, не помню фамилию, позвонил Батюшке и спросил его  с издёвкой:
- Ты будешь там долго шуметь?
А он отвечает в этом же тоне:
- Шума никакого нет! Если хоть один индус придёт на нашу территорию Храма, то пеняйте не на меня, а на тех, кто придёт сюда, и по волоску повыдёргиваю бороды, они же индусы, а не  православные!
Георгий в запале стукнул кулаком по рулю:
- А ведь мог бы!
Ему  пригрозили тогда по телефону:
- Это мы ещё посмотрим!
- Да, так наш Батюшка и испугался! – Воскликнул Георгий и, прибавив газу, чтобы успеть, повернул под стрелочку налево.
   С горечью Батюшка предупредил:
- Вы способствуете только беде! Потому что – им разрешается, а нам – запрещается. Они приехали с Индии – им можно, а нам, русским – запрещается…
 И со всей силой доступной ему власти добавил:
- С завтрашнего дня закрою  ворота!
   Он вернулся в Храм, и в приказном порядке заставил заварить все ворота, кроме одного входа.
…И  заварили все ворота…
   Пустили всех только в одни ворота.
   И Батюшка предупредил дежурного:
- Если будут индусы приходить – не пускать!
    С тех пор ни одного кришнаита на нашей территории не видели!
 А Гимназия наша, ты сам видел – чистенькая и сияет…
- Смелый, однако, ваш Батюшка! Ничего не скажешь!
- А как же! За это мы его любим и почитаем… За смелость – тоже!

- А ещё у нас случай такой был с Батюшкой…
   
 - Куда это ты подъехал? – С удивлением от манёвров Георгия спросил я.
- Да я давно хотел сюда наведаться, да всё  в этих краях бывать не приходилось последнее время. Ты есть хочешь? Позавтракать-то успел?
Я несколько смутился:
- По правде если – нет, не успел, только кофейку и хлебнул.
На дверях было написано:
«Пончики- блинчики. Круглосуточно»
Сытыми ехать было ещё веселее…
- Продолжаю…
  Когда восстановление уже шло полным ходом, и люди нам понемножечку помогали, тут уже строения новые появились… и всяких разных строительных подробностей было полно… стали у нас их местные жители охотно подворовывать.
   Приходили и всё воровали возле Храма.
   Дежурный потом говорит:
«Своровали, Батюшка…»
- Как своровали? – Спрашивает Батюшка. - Это же вещь церковная…
- Ну, мы пришли – больше нет.
- Как же можно отдавать? Мы так тяжело приобретаем. А вы просто так отдали… Лопату надо или трубу… И что угодно… А этого нет!
Ну, и Батюшка решил сам дежурить ночью.
- Никто не знал?
- Нет… Ну, почему не знали. Наши-то знали. Наверное…
Батюшка всегда говорил:
- Да я не боюсь ни днём, ни ночью … никого.
   Пришёл вечером, прошёлся по всей территории. Никого не было. Явился с обхода часа в три ночи. Дошёл он, откуда всё начиналось - до колокольни. Наверх, на второй этаж поднялся.
…Только решил попить чай, как услышал -  кто-то пытается снаружи окно открыть. Окно было не очень высоко над землёй, но кто есть внутри – было не разглядеть.
   Батюшка погасил свет и комедия началась!
   Он изнутри, надавливал потихоньку на раму окна, помогая ночному гостю открыть окно. А надо сказать, что по тем временам борода у Батюшки была большая, густая, чёрная и такая же чёрная, внушительных размеров, шевелюра.
   Окно, наконец, подалось.
  Лица их встретились.
«Ну, и что?» - Спросил Батюшка, смотря в упор на злоумышленника.
   Батюшка в свете Луны увидел полные ужаса глаза.
Злоумышленник, видно, подумал, что это – покойник…
   Вот таким образом Батюшке приходилось спасать церковное имущество.
   …Не надо наказывать…
    Ударить там…
    Зачем?..
   Человеку достаточно того, что он уже почувствовал.
   Ночью у нас больше никто не ходил по территории и нас не беспокоил.