Солнышко

Вилли похож на солнышко, такой же золотой, ясный, сияющий. Когда он смотрит на Кристину, то весь светится и его небесно-голубые  глаза излучают счастье. Кристинка похожа на шаловливый ветерок – она постоянно в движении: порхает, кружится, бегает.

Когда Вилли и Кристина рядом, то они никого больше не замечают, не видят. Они смотрят друг на друга и весь мир вокруг них просто не существует.

Они всегда вместе, неразлучны ни на секунду. Только и слышны их звонкие голоса: Вилли! – зовёт его Кристина.

- Кристина! – кричит Вилли.

Им, всего на всего, по девять лет!

И всё у них легко, естественно и необыкновенно, потому, что все впервые и эта радость, и это - счастье общения. Вилли всё время норовит прикоснуться к Кристине,  то потрогать её пушистые волосы, то провести пальцем по её загорелой спинке. Кристинка тоже, своё чувство выражает по-своему, она норовит его похлопать по плечу, ущипнуть или шлёпнуть ладошкой. Они постоянно у меня на глазах. Я ими любуюсь. Восхищаюсь этим Светом, что они излучают. Ведь они ещё и не подозревают, что этот первый свет самый прекрасный, потому что они на нём не заостряют внимания, они ещё и не понимают, что это такое – счастье восхищаться друг другом.

Мы собрались проехаться в город и к нам в машину сел, рядом с Кристиной, Виллин брат Фридрих. Они о чём-то  щебетали, а я всю дорогу думала о Вили, о том, что он, наверное, сейчас страдает, впервые и по-настоящему. Так и вышло: когда, дети побежали вперед, и Кристина шла рядом с Фридрихом, Вилли оттолкнул её и занял место возле брата, но Кристинка перебежала на другую сторону и стала опять возле Фридриха. Вилли был возмущён, он всё время смотрел на Кристину с таким отчаяньем, а она, вприпрыжку вышагивала, рядом с Фридрихом. Я подумала, что Вилли здесь, конечно, сглупил, следовало бы ему стать с другой стороны от Кристины и всё бы образумилось…

В магазине я обратила внимание, как Вилли примерял себе обновки, крутился возле зеркала в белоснежной футболке и на спине было написано «КАКА». Получая истинное удовольствие от наблюдения за детьми, трудно скрыть улыбку.

Обратно мы ехали уже с младшим Виллиным братишкой, который оживлённо рассказывал Кристинке, что Вилли купил себе футболку,  на которой  написано "Кака", а Кристинка, как истинная будущая женщина, конечно же, как и я, не подозревала, что это имя известного футболиста, поэтому она звонко смеялась.


  Кристинка  впервые проснулась в такую рань и, выйдя на балкон, посмотрела на Вилины окна. Ей, почему-то, не спалось…

Тяжело вздохнув, она ушла в комнату и в это время вышел заспанный Вили на свой балкон, который был, как раз,  напротив нашего. Я с ним поздоровалась:

-  Guten Morgen, Willi!

Кристинка мигом выскочила из комнаты и приветствовала его виноватым голосом:

- Heil, Willi!

Вили ничего ей не ответив, молча отвернулся и ушел …

У Кристины на глаза навернулись слёзы, она их потёрла кулачками и тоже ушла.

Через некоторое время Вили снова вышел на балкон,  вместо солнышка он походил на серую, грустную тучку. Теперь, он прятался, за выступ стены.

Только он скрылся, выглянула Кристина, в надежде его увидеть.

И так продолжалось несколько раз. И они никак не совпадали во времени. Стоило одному скрыться, как выглядывал другой. А я  всё надеялась, что они, наконец-то, одновременно выйдут на балконы. Но этого не происходило.

 Интересно то, что Вилли, явно, не хотел, чтобы Кристинка его увидела, чтобы она догадалась, как он безнадёжно ждёт её на балконе, он всё время прятался и выглядывал украдкой, в то время, как она, наоборот, ждала его  искренне и открыто, вглядываясь в его окно, ещё не умея лукавить…


Однажды, я прочла одну интересную "вещицу" о маятнике, колебаниях полей и прочей муре, которая исходит от электромагнитных полей человека и, что, чем сильнее чувство, тем больше диапазон колебания этого маятника, именно поэтому мы так несчастны. Стоит чувству успокоиться, как мы совпадаем во времени и пространстве, но тогда мы уже не нужны друг другу. Одним словом – незримый маятник раскачивался и Вилли с Кристиной, никак не совпадали во времени и пространстве.

Солнышко

Вилли похож на солнышко — такой же золотой, ясный, сияющий. Когда он смотрит на Кристину, весь светится, а его небесно-голубые глаза излучают счастье. Кристинка похожа на шаловливый ветерок — постоянно в движении: порхает, кружится, бегает.

Когда Вилли и Кристина рядом, они никого больше не замечают. Весь мир вокруг них просто перестаёт существовать. Они всегда вместе, неразлучны ни на секунду, и слышны только их звонкие голоса:
— Вилли! — зовёт Кристина.
— Кристина! — кричит Вилли.

Им всего по девять лет!

Всё у них легко, естественно и необыкновенно, потому что они впервые испытывают это чувство — радость и счастье общения. Вилли постоянно норовит прикоснуться к Кристине: то потрогать её пушистые волосы, то провести пальцем по загорелой спинке. Кристинка отвечает по-своему: похлопывает его по плечу, ущипывает или шлёпает ладошкой. Я любуюсь ими, восхищаюсь этим светом, который они излучают. Они ещё не понимают, что это и есть счастье — восхищаться друг другом.

Однажды мы собрались проехаться в город. В машину села Кристина, а рядом — брат Вилли, Фридрих. Дети щебетали, а я думала о Вилли: он, наверное, впервые по-настоящему страдает. И так оно и оказалось: когда Кристина шла рядом с Фридрихом, Вилли оттолкнул её и занял место рядом с братом. Но Кристинка снова перебежала на другую сторону. Вилли смотрел на неё с отчаяньем, а она шла вприпрыжку, всё так же открыта и радостна. Я подумала, что Вилли сглупил — стоило стать с другой стороны, и всё бы образумилось…

В магазине я заметила, как Вилли примерял обновки: крутился возле зеркала в белоснежной футболке с надписью «KAKA». Я не могла скрыть улыбку, наблюдая за его удовольствием. На обратном пути младший братик Вилли с восторгом рассказывал Кристине о футболке, а она, не понимая, что это имя известного футболиста, смеялась звонким, искренним смехом.

Ранним утром Кристинка проснулась, вышла на балкон и посмотрела на окна Вилли. Ей почему-то не спалось. В это время заспанный Вилли вышел на свой балкон напротив нашего. Я поздоровалась:
— Guten Morgen, Willi!
Кристинка мгновенно выбежала и приветствовала его виноватым голосом:
— Heil, Willi!
Вилли молча отвернулся и ушёл. У Кристины на глаза навернулись слёзы, она потёрла их кулачками и тоже вернулась в комнату.

Через некоторое время Вилли снова выглянул на балкон — вместо солнышка он был как серая, грустная тучка. Он прятался за выступ стены, а Кристинка ждала его искренне, надеясь увидеть. Так продолжалось несколько раз: кто-то появлялся — другой исчезал. Они никак не совпадали во времени.

Интересно, что Вилли, похоже, не хотел, чтобы Кристинка заметила, как он ждёт её. Он выглядывал украдкой, а она открыто и искренне наблюдала за ним. Ещё не умея лукавить, Кристинка не скрывала своих чувств.

Однажды я прочла одну любопытную заметку о маятнике, колебаниях полей и электромагнитных взаимодействиях человека: чем сильнее чувство, тем шире диапазон колебаний. Именно поэтому мы так часто «несовпадаем» во времени и пространстве. Так и Вилли с Кристиной: их невидимый маятник колебался, и они не могли выйти одновременно на балконы. Но это не уменьшало их радость и искренность.