321

***

Бытовая реплика в сердцах: "три великих народа-бракодела: русские, индусы и китайцы». (Клюнет бедный человек на яркую упаковку, а там не вещь, а бич Божий!)

День с занозой - надо хлопотать, Следующий день опять с занозой - зуб надо рвать. Затем, видимо, два дня свободных, но на третий, похоже, меня такая заноза ждет, что всё равно  ничего сделать не смогу. Сяду и буду скучно унывать - хотя боюсь, что так вся жизнь пройдет, а я ничего не успею, только без зубов останусь…

От неудач лицо мое напряглось, побагровело и даже увеличилось в размерах. Большим сделалось, впечатляющим. «Пойду, покажусь им с таким лицом!»

__

Сегодня А. с матерью. Причем ждал я ее в этот раз около подъезда и, видимо, они меня из окна увидели – мать, когда вышла, стала озираться, меня отыскивая (а я сбоку стоял). Одно хорошо – озиралась она очень весело. Сама А. на меня не смотрела, в настроении была, видимо, переходном…

***

Еле живая душа. "Всё равно неплохо; отношусь к тебе  хорошо..." - ведь вокруг столько мертвецов, существ безжизненных и автоматических… Автоматы жизни и  автоматы смерти…

 Но эти мертвецы еле живую душу в рамки загнали, в стены. Правда, в пределах рамок могут  и поощрить - мол, не кисни, оживись чуток...

И что я могу? Дверь в стене для них балдой своей пробиваю...


***

Мне не хочется писать повесть про то, как она убивала мою веру в любовь. Ей, видимо, казалось, что любить ее для меня большая честь и, даже в одиночку, большая приятность.  Есть и честь, и приятность, но есть и еще кое-что, так что в целом дело обстоит иначе... «Ты поймешь, что большую надежду ты убивала, когда повстречаются тебе  надежды совсем маленькие и мрущие как мухи...»

***

Казалось, что с каждой фразой и с каждым шагом открываются всё новые горизонты, но потом вдруг видишь - кажется?! - что нет, всё неизменно и "одно и то же", и весь миллион шагов можно считать ходьбой на месте.

Сначала мечта о настоящем мече, затем тренировка с мечом игрушечным и, наконец, вот он, в руках моих -  Тяжелый, Острый и Очень Большой… (Я пока  конец его на землю опущу. И игрушки пока тоже выбрасывать не буду. Тем более, что они, может быть, моим детям пригодятся. Как и мечта...)

Напираю грудью на длинный и острый нож, называемый «смертью». Вхожу в то особое состояние, в которой меня этот нож не берет, отступает  и тупится…

Я так хочу жить, что  нагло веду себя со смертью. Яростно говорю ей "черта с два" и она всегда покорно убирается на ***! И жизнь острее, и лирика жизни острее, когда этот нож  поблизости летает. Я убью смерть уже на пороге рая - раньше ее нет ни смысла, ни охоты убивать. Обернусь, сплюну, разотру плевок, махну рукой всем, кто смотрит и скроюсь за совсем маленьким порогом...

(Привык препираться со смертью - а кто-то, заглянув, ужаснулся тому, как свысока я на него посмотрел...)

Я уже сильнее той смерти, что начальствует над стенами, значит, скоро буду ломать их, как каратист кирпичи. Плавные пассы руками, ногами  и - резкий удар. Непонятно чем, кстати,  настолько быстро. (Может и не было удара?!) «На солнечном танке»... А стен много - танцевать мне так среди них, под монотонную экстазную музыку, до скончания дней моих... «Тяжелые стены пошли: танк как яичко, а каратист как спичка. Каньон из стен - я теперь индеец в походе!  Из танка вылез птенец. Ползу, доверившись тропе, что идет вдоль почти отвесных стен...» (Прославлю себя не хуже, чем Брюс Ли и Александр Македонский. В конце концов, какое кому дело?! Я так играюсь, чтоб не поседеть. Хотя  и наглый самохвал, а все-таки я прав! Я с горя наглый самохвал - так на кладбище кричат, не веря, что кто-то услышит и возмутится. Прославлю себя на кладбище и тоже в яму полезу...)

В принципе, можно по-разному хорошие тексты писать. Пишу только так, как пишу, только потому, что, мне кажется,  по-другому и другие смогут  - и уже много раз смогли (мне, например, даже "Тимур и его команда" когда-то нравилась) - а вот так, видимо, пока могу только я. Есть, конечно, и у меня соседи, но не через стенку в 14-ти этажном доме - хуторами живем. (Однообразная, однако, на хуторах жизнь: в полу-коммуналках тех то ли ты кашу варишь, то ли - из тебя; по-своему, любопытное бытие.)