Взамен

Солнце с неба жарило дьявольскими лучами так, что кровь, минуту назад хлеставшая из раны, в момент превращалась в запёкшийся багряный рисунок. Колькина рана была смертельна. Он безнадежно обмяк, приоткрыв рот и закатив глаза… Друг тащил его тело на себе по песку, обрывкам «спецовок», и наших, и душманских одежд, по фрагментам человеческих тел, по трупам и обломкам техники. Кругом падали свои ребята, всплеском то тут, то там  взлетал вверх песок с языками пламени изнутри – всё кругом было в апофеозе войны. А парень тащил своего раненого друга, и ему было сейчас глубоко наплевать, что творится вокруг. Он думал лишь об одном – как дотянуть до врачей; поздно… Колька был уже мёртв. На полпути до медсанчасти парень встал, скинул тяжеленный «броник» и отшвырнул в сторону автомат; собрался с последними силами и, взвалив тело на плечи, ломаной трусцой побежал оставшийся путь.
Вечер. Колька сидел на большом камне у палатки и тупо смотрел вдаль. Глаза не двигались, в них не было слёз… Глаз как будто вообще не было. Сердце перестало чувствовать… Внутри обитала пустота и ничего больше. Потеря дорогого друга оказалась намного тяжелее, чем мог себе представить этот совсем юный солдат. Сегодня Колька сломался. К нему подходили ребята, но парень им ничего не отвечал. Он так и просидел всю ночь, вспоминая что-то и выкуривая сигарету за сигаретой.
Два Кольки – два неразлучных друга, они встретились здесь, в Афганистане.      
Один – заводной рубаха-парень, другой молчаливый скромняга. Они легко нашли общий язык; всегда стояли горой друг за друг. И вот одного из них не стало. Того, молчаливого Кольки… Там на гражданке, в Серпухове у него осталась мама, любимая девушка, дом и любимое дело.
Коля помнил всё, что рассказывал ему друг. Они часто говорили вечерами о том, что обязательно рванут после приказа домой к Кольке в Серпухов и погуляют там недельки две. Часто в последнее время Колька говорил, или ронял как бы случайно фразы о том, что если с ним что-то случится, другу Кольке обязательно нужно будет поехать к его семье.
Коля, тот, который рубаха-парень, никогда не имел своей семьи, не имел своей крыши над головой – он был детдомовский, так получилось, что после детдома сразу уехал служить в армию, а оттуда в «горячий» Афганистан. Он всегда отчасти завидовал другу, но не со злобой, по-товарищески завидовал и вместе с этим радовался за то, что его другу не выпала такая судьба как у него.
Приказ вышел вскоре. Бойцы отправились домой. Коля решил ехать к семье друга в Серпухов, а больше ему и некуда было ехать… Семья друга накануне узнала о гибели сына, поэтому Колька приехал к семье, в которой было разрушено всё, и самое главное – её будущее… Парень был на похоронах друга, плакал, много пил.
Прошло полгода после тех событий, семья приютила бездомного солдатика, он стал для всех родным как тот, его друг, которого так любили  и ждали… А ещё через год Колька сделал предложение девушке друга и она согласилась… Счастье пришло и на его улицу, но взамен он отдал то, за что по широте души мог, не раздумывая, отказаться от своего счастья – этим был его лучший друг Колька…   

   
Октябрь, 2005 г.