Для кого цветет сакура?

 
   Каждую весну в далекой Японии происходит маленькое чудо: страна окутывается нежно-розовой дымкой цветущей японской вишни и тысячи жителей страны восходящего солнца, не исключая и самого императора, откладывают свои даже очень важные дела и спешат насладиться дорогим и значительным для каждого японца прекрасным зрелищем.   

   Многовековые традиции и обычаи учат самого рядового жителя островов не только много и добросовестно работать, они учат видеть, чувствовать и понимать красоту окружающего мира, замечать прелесть и великую гармонию в каждой веточке сосны, в молодых побегах зеленого бамбука, в каждом седом камне и цветке хризантемы, в тихом шелесте ветра и веселом звоне хлопотливого ручейка…

   Некоторые из нас другие, для них своих «чудес и красот» просто не может быть - они всегда где-то там, в далеких краях, за морями-океанами. Там, где пирамиды, слоны и таинственно-прекрасный Тадж-Махал; там, где белый песок отдыхает на огромных океанских пляжах, мохнатые пальмы лениво шевелят листьями под ослепительным жарким солнцем, а великолепный и могучий голубой океан дышит веселым прибоем; там, где горячие латиносы танцуют с шоколадными, гибкими как черные пантеры, мулатками… А милой красоты русской средней полосы, воспетой Тургеневым, Буниным, несравненным Есениным, они уже и не видят, не умеют замечать, или слишком привыкли и просто не хотят - все как-то некогда, да и просто лень…

   А между тем… Все выше взлетает в пронзительно-голубом чистом небе веселое солнце, все жарче пригревает настывшие за долгую зиму земные просторы, и вот уже неудержимо рвутся бурные, мощные, шумные и бесшабашно-радостные как первоклассники на переменке ледяные ручьи, искрящиеся солнечными зайчиками, рождающие в душе веселый восторг! По вечерам еще подмораживает и ветерок приносит ни с чем не сравнимые горьковато-пряные запахи просыпающейся земли. А в еще голом, звонком лесу, среди ярко-зеленых осинок, в путанице орешников и ольхи на сухом бугорке распускаются первые невероятно-нежные лилово-голубые подснежники.

   И однажды утром ты замечаешь, что березы, еще вчера черно-голые, стали вдруг прозрачно-зелеными, юными и отчего-то начинаешь понимать, почему именно береза для русского человека не просто дерево, а что-то неизмеримо большее. Может быть, это некий природный отзвук, своеобразное воплощение души русской – малопонятной, противоречивой, но чистой в своей изначальной простоте…

   Сады в свой черед заклубятся бело-розовой дымкой буйного цветения и, устроив цветной разгул на радость деловито суетящимся, мирно гудящим пчелам, начнут растить и наливать соками свой богатый, душистый урожай. Едва улетят невесомой метелью горьковато-теплые ароматы прохладной черемухи, а уж спешат им на смену празднично-светлые кисти лиловой, розовой и белой сирени! Да разве ж это наше цветное чудо хуже какой-то заморской сакуры? Разве белоснежно-кремовые сказочные лилии, украшающие наши милые озера, не прекраснее самого изысканного индийского лотоса?!

   Вслед за свежей, ярко-зеленой весной раскинет цветной и жаркий платок веселое лето с его шумными дождями, нежно-туманными радугами и вольными ветрами, гуляющими в заросших солнечными ромашками полях, над которыми тянет и тянет свою переливчато-хрустальную нить невидимый жаворонок…

   Не успеешь оглянуться, а уже и скучноватая дама по имени Осень катит свою колесницу, нагруженную золотым листопадом, богатым урожаем всех сортов, цветов и оттенков, да долгими серенькими дождями, льющими грустные слезы по ушедшему лету, по его огненным зорям, заливистым трелям волшебников соловьев и скуповатому отсчету ленивой кукушки. Но ведь и скучной осенью выпадают чудные дни, освещенные ласковым, тихим солнышком, когда в прохладном воздухе летают невесомые серебристые паутинки и на опушке шелестящего палой листвой прозрачного леса горит-пламенеет сочно-алыми гроздьями куст калины…

   Сумрачный, мокрый ноябрь непременно закончится первыми морозцами и мы вновь увидим чудо первого снегопада – самого желанного, самого чистого и торжественно-праздничного вестника наступающей зимы. Нашей, русской зимы с ее метелями, с пламенем красно-золотых закатов и стылыми лучистыми звездами, дрожащими в огромном черном небе. И деревья в мохнатой опушке матово-серебристого инея будут казаться на фоне этого ночного неба неведомыми призраками-видениями, а утром под солнечными лучами сначала порозовеют, а потом полыхнут холодными радужными огоньками!

   Едва начнем мы уставать от зимнего однообразия, как наши будни вдруг расцвечиваются праздничными огнями, мишурой, гирляндами, на площадях вырастают огромные, мохнатые елки и вот уже катит, катит из сказочной Лапландии Дед Мороз! В Европе его величают Санта-Клаусом и там он очень даже серьезный дядька, а у нас Дед настоящий, русский –  добрый, веселый и бесшабашный разгильдяй. Наши дома наполняются волшебными запахами хвои, мандаринов – наверное, именно так пахнет в детстве настоящий Праздник - и всем нам, невзирая на возраст, так хочется пусть совсем маленького, но настоящего чуда…

   Вы скажете, что не все так здорово вокруг, что солнца мы месяцами не видим, а вместо искристого снега на улицах малоприятная слякоть, праздники стали не те, жизнь серая и тоскливая, да и вообще все плохо и скучно… Возможно вы в чем-то и правы. А может быть, это мы так изменились, стали серыми, скучными как осенний дождик, разучились радоваться каким-то добрым, простым вещам и окончательно погасили в наших душах светлые огоньки, связывающие нас с таким далеким, таким разным, но обязательно светлым миром детства? Да, смешно и нелепо всю жизнь носить розовые очки, но если мы все вдруг наденем черные – вряд ли жизнь станет краше и веселее…

   Кое-кто из нас так суетится, торопится куда-то, что уже ничего не видит и не замечает вокруг, даже на солнце им взглянуть некогда! Вместо него для них «светят» серо-зеленые и прочих цветов денежные бумажки - уж не от того ли веселое солнышко появляется все реже и реже, а голубое небо упорно прячется за мрачными тучами?

   …На укутанный серебристым инеем мохнатый куст шиповника присел и неспешно-задумчиво охорашивается красногрудый снегирь – крохотный кусочек малиновой летней зари среди холодных, голубоватых снегов, еще одно маленькое чудо долгой русской зимы. Давайте остановимся и полюбуемся на него, ведь наши дела и мелкая суета вполне могут минутку и подождать, а снегирей мы можем больше и не увидеть – не воробей, гость дорогой и редкий… 


Иллюстрация из Интернета. Работа художника Ефима Волкова.