часть 1

В этот переулок редко кто заходит. Теперь не заходит. Он стал сер и пуст как сотни безликих переулков города. А когда-то он сиял детскими улыбками и звонкий смех бойким мячом отскакивал от стен. Казалось, здесь днями напролет гостит солнце…
Колокольчик приветственно звякнул неожиданному посетителю.
- Петр Сергеевич?
Седой мужчина семидесяти лет вздрогнул, оторвался от витрины и медленно повернулся. У входа с папкой в руках стоял высокий худощавый мужчина. Тот поправил очки и бегло глянул на собеседника сверху вниз.
- Вы Петр Сергеевич Кузнецов? – повторил громче посетитель и огляделся. – Мне нужен владелец этого магазина Петр Серге…
- Да я это, я. Что ж вы как шарманка сломанная: Петр Сергеевич, Петр Сергеевич? Что вам нужно? – старик в последний раз провел тряпкой по стеклу и неспешно спустился со стремянки.
- Вы получали наше извещение?
В открытую дверь с громким лаем вбежал вислоухий спаниель, чуть не сбив гостя с ног. Он резко затормозил у ног Петра Сергеевича и призывно тявкнул, высунув ярко розовый язык. Тот наклонился и почесал собачонку за ухом.
- Это та серая бумажонка, которой чуть не подавился мой Дюшес?
Мужчина снова поправил очки указательным пальцем, только теперь уже с некоторым раздражением. Он открыл рот, чтобы ответить, но хозяин магазина его перебил:
- Вот скажите, вы были ребенком?
Слегка сбитый с толку собеседник закрыл рот. После недолгого молчания он произнес:
- Ну, был.
- Вот. А о чем вы мечтали?
- Я…ну-у…так, гражданин Кузнецов, я к вам по делу пришел, а вы тут…
- Так и я по делу говорю. Ну, закроете вы мой магазин, ну чего вы этим добьетесь?
- Значит, добровольно вы не откажетесь от этого помещения? Вам бы предоставили отличную путевку в санаторий…
- …под названием престарелый дом? В очередной раз говорю вашей организации: нет. И если вы не хотите ничего покупать, то почтительно прошу вас освободить это, как вы выразились, помещение.
- Ну что ж ваше право. Но не думаете, что этот визит был последним. – Деревянная дверь хлопнула, подняв легкое облачко пыли.
Старик горько усмехнулся и взглянул на часы. Потом потрепал собаку за ухом:
- Ну что, Дюшес? Пора закрываться?
Он неторопливо подошел к входной двери, перевернул табличку и ушел вглубь магазина, где была лестница, ведущая на второй этаж.
- Катенька наверно уже заждалась…

- Алло. Алексей Генадьевич?.. Нет… Да он ни в какую… Какой-то бред про мечты начал нести…Что?.. Говорите сносить?.. Да кому он нужен?.. Да. Хорошо. Обязательно. До свидания. – мужчина с папкой нажал отбой на телефоне и опять поправил очки. – Мечты у него… Старый хрыч…

В комнате был вязкий полумрак. Темно красные шторы были плотно задвинуты, не пуская едва видимые в этих трущобах тонкие закатные лучи солнца. На разобранной кровати лежала давно уже не молодая женщина. Последние признаки былой красоты совсем скрылись под болезнью.
- Они опять приходили?
- Кто?
- Петя, только дурачком не прикидывайся, сам же прекрасно зна... – женщина закашлялась.
- Катя, тебе нельзя волноваться. Ты принимала сегодня лекарства? – Петр Сергеевич бережно приподнял голову своей жены и поднес к ее губам стакан воды с лекарством. Катерина Константиновна с усилием мелкими глотками опустошила стакан, и устало упала на подушки. Длинные серебристые волосы разметались по наволочке, локоны струились на простынь подобно древним, но когда-то бурным рекам.
- Зачем ты сопротивляешься? – тихим голосом вопросила она спутника своего жизни.
Они были вместе уже более тридцати лет. Никто и не думал, что такие разные люди уживутся вместе. Спокойный, рассудительный Петр и бойкая, непоседливая Катерина. Связывало их только одно – дети. Они их любили больше жизни. Катя работала воспитателем, а Петя работающий плотником и на досуге изготовляющий кукол, двадцать лет назад накопил денег и открыл магазин. Магазин игрушек.
Однако по иронии судьбы у самой пары детей не было...