Путешествие в истину

(Фото автора)      

   Раскрываем снова книгу «Материализм и эмпириокритицизм» Ленина и выписываем из нее всё, что необходимо для освещения поставленного нами вопроса, соблюдая свою методологию. А именно: сначала, для полноты взгляда оппонента, выписываем весь интересующий нас материал, а потом, по мере надобности, по ходу изложения, будем брать из него то, что потребуется в тот или иной момент повествования.
«Вопрос о том, обладает ли человеческое мышление предметной истинностью, — вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, то есть действительность, мощь, посюсторонность своего мышления...» (стр. 115, цитата взята Лениным из Маркса).
«Вчера мы не знали, что в каменноугольном дегте существует ализарин (синтетическое красящее вещество, попросту: краска. — Н. С). Сегодня мы знаем это. Спрашивается, существовал ли вчера ализарин в каменноугольном дегте?» (стр. 113).
«Вопрос о том, принять или отвергнуть понятие материи, есть вопрос о доверии человека к показаниям его органов чувств, вопрос об источнике нашего познания, вопрос, который ставился и обсуждался с самого начала философии, вопрос, который может быть переряжен на тысячи ладов клоунами-профессорами, но который не может устареть, как не может устареть вопрос о том, является ли источником человеческого познания зрение и осязание, слух и обоняние» (стр. 141).
«Человеческое мышление по природе своей способно давать, и дает нам абсолютную истину, которая складывается из суммы относительных истин. Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного положения относительны, будучи то раздвигаемы, то суживаемы дальнейшим ростом знания» (стр. 146).
«Теория Маркса есть объективная истина... Идя по пути Марксовой теории, мы будем приближаться к объективной истине всё больше и больше (никогда не исчерпывая ее)…» (стр. 154).
«Точка зрения жизни, практики должна быть первой и основной точкой зрения теории познания. И она приводит неизбежно к материализму» (стр. 153).
«Ход развития естествознания отбрасывает прочь все системки и ухищрения, выдвигая снова и снова «метафизику» естественноисторического материализма» (стр. 376).
«...Победное шествие естественноисторического материализма» (стр. 381).
Этим «победным шествием естественноисторического материализма» заканчивается книга.
И еще одна цитата, которая очень потребуется нам для нравственного освещения «объективной» научной истины. Критикуя одного из главнейших своих оппонентов — Маха (который говорит: «Совершая какие-нибудь действия, мы столь же мало можем обойтись без представления Я, как мы не можем обойтись без представления тела, протягивая руку за какой-нибудь вещью. Физически мы остаемся эгоистами и материалистами с таким ж постоянством, с каким постоянно видим восхождение солнца»), Ленин пишет: «Эгоизм ту ни к селу, ни к городу, ибо это — категория вовсе не гносеологическая...» (стр. 151).
Ну вот мы дали, по возможности, развернуто-обобщенную характеристику ленинского взгляда на вопрос познания, выписав всё необходимое из его главного философского труда. Теперь посмотрим, насколько этот коренной «естественноисторический» постулат, высказанный с более чем убежденным пророчеством («...неизбежно приведет к материализму») в начале столетия, оказался оправданным в конце него.
Но сначала об ализарине, который обнаружили в каменноугольном дегте и который, как об этом говорит Ленин, является неопровержимым доказательством правоты научного положения о том, что абсолютная истина обнаруживается только на практике, в практике. «Существовал ли вчера ализарин в каменноугольном дегте?» — спрашивает Ленин. Да, конечно. Значит, наши органы чувств (зрение, осязание и т. д.), с помощью которых мы открыли этот краситель, дают правильный ответ и можно доверять их показаниям? Да, конечно. Значит, «источник познания» не вызывает сомнений? Да, конечно. Но — причем тут абсолютная истина? Та истина, та «гносеологическая» сущность, та основа мира, та загадка, которая неотступно стоит перед умом каждого из нас в виде всё закрывших собою вопросов: что есть мир? что есть бытие? что есть Я?.. И пытаться перевести эти неприступнейше-грандиозные вопросы познания нашей таинственной сущности в область практического получения краски из дегтя, — извините, это, как говорится, из другой оперы...
Мы уже сказали, что в материально-чувственном мире, во всех его видах и проявлениях, во всех, даже самых мельчайших деталях строения его, во всей неисчерпаемости мира, которую, кстати, признает и автор разбираемого труда («электрон так же НЕИСЧЕРПАЕМ, как и атом, природа бесконечна...» — стр. 283 того же издания), содержится знание, и это знание безгранично, как безграничен мир. И, ясное дело, в нем, в этом безграничном знании, видовым отражением которого является вещественный мир, вмещается всё и всяческое (в том числе и красящее вещество — ализарин), которое мы — с помощью видовых же устройств (глаза, уха и т. д.), открывая, выявляя это, переносим в свои умы и, разумеется, приспосабливаем для своих практических нужд. Но, повторяем еще раз, а причем тут абсолютная истина, которую якобы выражает собою этот открытый нами краситель? Ведь то, что он открыт нами, что он существует в мире, еще не говорит о том, ЧТО он есть сам в себе, каково его вечное значение, в смысле: существует ли он сам по себе (как утверждают материалисты), или он есть та же «деталь» творения, о котором говорит противоположная, Божественная сторона. Разве наука ответила на этот вопрос? Разве она доказала — со всей неопровержимостью — то, как произошел, как возник мир?
Ну хорошо, девяносто лет назад, когда писалась книга «Материализм и эмпириокритицизм», ее автору казалось, что «победное шествие естественноисторического материализма» неизбежно («учение Маркса всесильно, потому что оно верно» — изречено им же). А сегодня? Насколько сегодня оправдалось положение, что «человеческое мышление способно давать и дает нам абсолютную истину, которая складывается из суммы относительных истин?»
Не будем голословными, посмотрим эти «относительные истины» научного познания на конкретных примерах, взятых из различных документальных источников. Причем, мы берем самые свежие материалы, опубликованные за последние два-три года, и, как говорится, наугад.
Начнем с астрономии. «Космический взрыв «прогремел» совсем рядом с нашей Галактикой, — сообщает газета «Известия» 6 марта 1987 года. — Ждать его пришлось с 1604 года... Но тогда не было даже простейших телескопов, а сегодня в распоряжении ученых сложнейшие астрофизические приборы, в том числе вынесенные за пределы земной атмосферы. Нет сомнения, что в результате проводимых в наши дни наблюдений произойдет «прорыв» в понимании физической эволюции звезд».
Значит, «нет сомнения»?
А вот второе сообщение о том же «событии», сделанное той же газетой неделей позже (14 марта 1987 г.): «Звездная катастрофа разыгралась в соседней галактике Большое Магелланово Облако, находящейся от нас на расстоянии 50 килопарсек... И ученые всего мира сейчас с живейшим интересом наблюдают и анализируют событие, которое в реальности произошло, когда на Земле еще не было гомо сапиенса — человека разумного... Сейчас в научной среде идут жаркие споры, почему было две волны нейтрино, а не одна, как ДОЛЖНО БЫТЬ по теории... Астрономы СТАЛИ СОМНЕВАТЬСЯ в том, что взорвался голубой сверхгигант, как первоначально считали. ЕСТЬ МНЕНИЕ, что взорвался красный сверхгигант...» (Подчеркнуто нами. — Н. С.).
Так какой же «гигант» взорвался?
Пока ученые выясняют этот «фугасный» вопрос, заглянем в другую статью («Известия», 4 мая 1988 г.), цитируем: «Астрофизика! Здесь-то уж достижения поистине фантастические. В последние пятнадцать-двадцать лет за рубежом было выведено на околоземную орбиту немало астрофизических обсерваторий-спутников высокого класса... Фундаментальные открытия, сделанные с их помощью, вызвали настоящий переворот во всей астрофизике: пришлось основательно пересмотреть и переосмыслить всё, что касается физической сущности звезд, галактик, Вселенной...»
Как видим, еще одна пересмотро-переосмысленная крупиночка «абсолютной истины», и не чего-нибудь там третьестепенного, а «физической сущности всей Вселенной»! Не тяжеловата ли ноша для космических железок, то бишь «обсерваторий-спутников высокого класса»? Вон сколько их уже напуляли в небо — казалось бы, пора уж понять эволюцию усилий засорения нашего голубого пространства и научно-познавательного нуля!* (* Между прочим — так сказать, попутная «земная» зарисовочка («Известия», 9 декабря 1990 г.). «Соседство с Байконуром, по оценкам местных властей, доставляет джезказганцам огромные неудобства. Мало того что военные практически отторгли для своих целей значительную часть территории области, они еще превратили некогда плодородные земли и пастбища в настоящую свалку металлолома. Отработанными ступенями ракет, а также многочисленными их обломками, загрязняющими почву токсичными веществами, усеяны в общей сложности шесть районов… Миллионные убытки...»)

«...Перед космической астрофизикой, помимо всего прочего, стоит проблема проблем: постичь тайну материи и сущность сверхмощных источников энергии» — продолжает статья. Ну что ж, давайте посмотрим, как решается эта задача: постичь тайну материи и сущность сверхмощных источников энергии.
Перед нами статья, напечатанная в «Калининской правде» 16 октября 1988 г., вопиющая о нижеследующем: «...Новые и сверхновые звезды. Как они рождаются? И почему спустя короткое время гибнут? Или, скажем, квазары... Это удивительные небесные странники, чья величина не превышает размеров средней звезды. Но при этом квазары излучают энергию такой силы, что она может равняться энергии от целых звездных ассоциаций, звездных островов. И эта энергия столь мощная, что она пробивается к нам сквозь расстояние 10 — 15 миллиардов световых лет. Откуда же квазары берут ее?»
Берем еще одну статью («Известия», 7 мая 1989 г.) и читаем. «Принято считать, что квазары — это космические объекты чрезвычайно малых угловых размеров, находящиеся на большой удаленности от Солнечной системы. Однако зарегистрированы случаи, когда квазары излучают в десятки раз больше энергии, чем самые мощные галактики...» Но вот нашелся астроном Петер Бартель и... опрокинул эту точку зрения. «В частности, он утверждает, что ученые почти четверть столетия заблуждались относительно природы квазаров. На самом деле, как показали наблюдения, опыты и расчеты голландского астронома, квазары дают столь мощный пучок излучения по одной простой причине — ось излучения нацелена точно в направлении Земли. В остальном же квазары ничем не отличаются от обычных звезд».
Ну-с, как поживаешь, абсолютная истина?
Интересно, согласятся с этой «осью» первооткрыватели загадочных мощных пожаров, равных «целым ассоциациям звездных островов»?
И еще одна информация на эту же «взрывную» галактическую тему («Известия», 19 апреля 1988 г.): «12 миллиардов световых лет — таково расстояние от Земли до галактики, открытой астрономами Гавайского университета, США... Измерение расстояния по так называемому «красному смещению спектра» произвел известный астроном С. Лилли... Не исключено, что новое достижение астрономов заставит астрофизиков пересмотреть свое представление о сроках возникновения Вселенной. До сих пор они считали, что она возникла с «большого взрыва», произошедшего 15 миллиардов лет назад. Однако существование зрелой галактики с возрастом не менее 12 миллиардов лет ЗАСТАВЛЯЕТ предположить, что «большой взрыв» произошел раньше, чем это считалось до настоящего времени».
Здесь интерес представляет глагол «заставить» (подчеркнутый нами). Ах, как хочется заставить одну группу ученых «пересмотреть свое представление», то есть подчиниться другой группе! Конечно же, никаким другим способом это осуществить невозможно (не пойдешь же на них с мечом в условиях безвоздушного и такого архидалекого расстояния!). Так что выручай, «красное смещение»! А разница (15 минус 12) в три миллиарда лет вынуждает «предположить», что «большой взрыв» произошел раньше... Как видим, этим «большим взрывом», кое-кто не прочь поиграться, как в мячик. А между тем он, этот «взрыв», если верить науке, — отец нашей вселенной, отец всего того, что мы имеем вокруг себя и самих себя. Напомним кратенько его «историю».
В баснословно далекие времена (12 тире 15 миллиардов лет назад) в мире не было ничего — ни солнца, ни звезд и, естественно, ни галактик, состоящих из них. Был только один-разъединственный кусок вещества-материи — маленький шарик-атом, но зато — ох, и плотный же! — невозможно! невыносимо!! непредставимо плотный!!! И вот, под действием гравитации, или чего там, в общем, в силу законов «вечно движущейся материи», этот сверх-сверх... и еще раз сверх-плотный шарик-атом возьми да разорвись... И взрыв был тоже настолько сверх-сверх... и еще раз сверх-сильным, что из него полетели во все стороны куски и кусочки материи, из которых впоследствии образовались звезды (и даже их скопления-галактики!), на одной из которых, в ее окрестностях, появились и мы с вами. И вот уже 12 тире 15 миллиардов лет мы летим и летим куда-то, устремляясь всё дальше и дальше от первоначальной точки обитания нашего сверхплотного отца-атома. Летим и остываем. Остываем и остываем. И говорят, что придет время (опять же, по закону «вечно движущейся материи»!), когда мы, остывши окончательно, остановимся, передохнем малость вдали друг от друга и начнем снова сбегаться в кучу... Но тогда уж линии «красного смещения», которые сейчас показывают процесс разбегания нас с вами и по которым астрономы определяют скорость и расстояния космических беглецов, будут прямо противоположными: красное станет синим. Петров станет Ивановым и т. д.
На днях по телевидению показали далекую галактику, сфотографированную американцами с орбиты Земли. Этакое оранжево-красненькое блюдечко с завитушками! И, конечно же, тут как тут дежурные комментарии, что, де, это открытие поможет «пролить свет на происхождение Вселенной»...* (* А вчера по тому же телевидению показали «черную дыру» — ту, которая, как воронка, засасывает в себя всё, что попадает в сферу ее влияния...
О чем всё это говорит? Да только о том, что как безграничен мир, так безграничны и нем и его составляющие, формы которых  разнообразятся до бесконечности. Да, существуют звездные скопления, двойные звезды, звезды-гиганты, звезды-карлики, пульсары, квазары, эти самые «черные дыры» и «завитушечки», газовые образования, туманности... Последние, как и всякий туман, могут клубиться — сгущаться и рассасываться, видоизменяя свои очертания. Но почему они, эти туманы, должны переходить из одного качественного состояния в другое, то есть, быть не туманом, а превращаться в «отцов-атомов», то бишь в «большие взрывы», из которых в конце концов «рождается» интеллект-разум, — это (да простят нам «законы гравитации»), по-мальчишьи говоря, — тю-тю.)

Говорят, когда знаменитого Лапласа спросили, почему он в своем «Трактате о небесной механике» даже не упоминает имени Творца мира, сей астроном гордо ответил: «Я не нуждался в этой гипотезе».
Не потому ли, не нуждаясь в Этой Гипотезе, наука и по сей день всё уповает на очередное «открытие», которое — ах, как хочется, чтобы оно хоть капельку «пролило свет на происхождение Вселенной»!
Между тем этот свет лучезарно сияет не только в космосе, но и во всем существующем, как свет Разума, или Воплощенного Знания.
Хорошо об этом сказал Епископ Феофан (и хотя мы уже приводили его слова, но поскольку в них вся соль мира, повторим их еще раз): «Мысль Божия о мире и частях его, от века содержащаяся в уме Божием, при переходе во время, или при осуществлении волей Божией бесконечною, была облечена силами и стихиями, через которые она и явилась в действительности».
Это же положение, только другими, своими словами выразил и тончайший зритель тайн вечности Иеросхимонах Сим (со ссылкой на Симеона, Нового Богослова):
«Божие существо неделимо, неразложимо ни на какие пространства и времена, оно являет собою Единое Единственновидное Едино. Поэтому в очах Божиих каждая секунда равна вечности так же, как вечность равна секунде. А поскольку это так, для Бога нет никакой протяженности ни в чем, всё Его существо действует одновременно.
Если у человека за мыслью следует дело, а между ними — обязательный промежуток времени, то у Бога и мысль, и дело совершаются одновременно, так выразиться, ежемгновенно. То есть мысль — она же и дело. Или, что то же, предопределение — оно же и творение».
Из приведенных нами свидетельств двух великих Авторитетов Духа ясно, что, поскольку существо Божие (мысль, воля, предопределение, творение) являет собою Единое Единственновидное Едино, постольку нет и никогда не будет положения, при котором это Божественное Едино может нарушиться. И в силу этого же, не было никогда такого времени, когда бы существо Божие было свободным от предопределения и творения. Предопределение, повторим, — оно же и творение: в ту же секунду, в тот же миг. «Да будет свет — и бысть свет!»
Итак, с космическо-астрономическими научными «истинами» мы, хотя и очень коротко, но разобрались. Теперь давайте опустимся на поверхность планеты с именем Земля. Есть ли здесь подобные «откровения» — подобные отцы-атомы? О, сколько угодно!
«Археологи не перестают удивлять нас своими находками (так начинается «новость», опубликования газетой «Известия» 14 апреля 1987 г.)... В знаменитой Месопотамии обнаружено поселение, возраст которого на 1500 лет старше всех иных находок, обнаруженных в бассейне Тигра и Евфрата!» Казалось бы, в районе мира, который, как говорится, пахан и перепахан сотни раз, и — вдруг такое открытие! «Кто сделал это открытие? Где нашли? Что нашли? — как из рога изобилия, сыплет автор статьи вопрос за вопросом. — Сам Форе считает, что ему и его коллегам удалось (!) открыть совершенно новую «месопотамскую культуру». А если бы не «удалось»? Так и считали бы эту «культуру» с возрастной разницей в полторы тысячи лет? «Все ли с ним (с Форе) согласны? Нет, не все. В среде археологов имеются разногласия... Кто же прав? Разумеется, ответ на этот вопрос должны дать более тщательные исследования и новые поиски...» — заключает автор статьи.
А вдруг эти «новые поиски» «откроют» какую-то иную «культуру» с иным «возрастом»? И т. д. и т. п. Так, когда же относительная истина перерастет в абсолютную?
«Собака была приручена раньше» — под таким заголовком та же газета «Известия» (28 июля 1987 г.) преподносит еще одну новинку, еще одну «относительную истину»: «Свыше 70 лет назад... при разработке базальта было обнаружено захоронение… останки которого (мы очень сокращаем цитату. — Н. С.) стали экспонатами Рейнского музея... Ученые установили, что при первом обследовании (находки) были допущены ошибки. Самую большую неожиданность таила (!) нижняя челюсть, которая, согласно первому определению, принадлежала волку...» Оказалось, «что в могилу... был опущен не волк, а домашняя собака». Ну и, конечно же, «это заставляет пересмотреть существующие до сих пор представления...»
Если каждый, вдруг попавшийся мосол (простите, челюсть, «таившая большую неожиданность», которую по ошибке не могли отличить...) будет «заставлять» пересмотреть представления, то плохи дела твои, «объективно-абсолютная» научная истина.
А теперь — о динозаврах. О! Это шикарная, завораживающая тема-тайна, над которой бьются ученые мужи всего мира вот уж сколько десятилетий, пытаясь раскрыть ее, и всё безуспешно. Приведем хотя бы парочку примеров, основанных на документальных данных.
Первый («Известия», 29 сентября 1987 г.): «Многочисленные кости доисторических животных, найденные 26 лет назад на Аляске, принадлежат не мамонтам, как это считалось первоначально, а динозаврам». Спутать собачью челюсть с волчьей — это еще как-то можно понять «исследователей»: слишком близкие друг к другу «виды», но не отличить ящера от слона, извините, это уже, как говорится, ни в какие ворота не лезет! «Считается, — повествует дальше статья, — что динозавры вымерли 66 (какая точность! — Н. С.) миллионов лет назад из-за резкого изменения климатических условий. Согласно одной из теорий, это произошло в результате столкновения Земли с астероидом. Произошел взрыв (и тут «взрыв»! — Н. С.). На долгие недели, а может быть, и месяцы, Землю окутало облако дыма, наступило похолодание. А это привело к гибели животных».
«Однако, — пускается в опровержение с красной строки газетная статья, — находка на Аляске свидетельствует о том, что динозавры могли жить часть года в условиях полной темноты и холода... Поэтому если и был взрыв, то не тьма, не похолодание были главной причиной гибели динозавров, а какое-то другое изменение природных условий, например, исчезновение окружающего атмосферу Земли слоя озона».
Приблизительно через месяц та же газета («Известия», 28 ноября 1987 г.), возвращаясь к этой теме, преподносит нам следующее: «Загадочная судьба динозавров, исчезнувших с лица нашей планеты 65 миллионов лет назад (здесь уже абсолютная точность, указанная в первой статье — 66 миллионов лет — уменьшилась на один миллион! — Н. С.), продолжает волновать воображение исследователей во многих странах». Обратите внимание на слова «продолжает волновать воображение». Продолжает волновать не сердца, не умы, жаждущие познать это необычное явление, произошедшее в нашей общей истории, а только «воображение», то есть мечту. Не из этого ли мечтательного воображения и появляются подобные, с позволения сказать, «научные исследования»?
Но продолжим цитирование статьи: «Выдвижение каждой серьезной гипотезы по этому поводу (а их уже насчитывается не менее восьмидесяти*) привлекает широкое внимание к ее автору. Как свидетельствует английский журнал... геологи Принн и Фегли... убеждены, что причиной гибели древних рептилий явились массовые кислотные дожди, обрушившиеся на поверхность Земли в результате ее контакта с крупной кометой... Столкновение Земли с иным небесным телом, полагают другие специалисты, могло привести к гигантским пожарам и наличию огромного слоя пепла, зависшего над Землей и мешавшего солнечным лучам проникать на земную поверхность. Наступившее вследствие этого похолодание могло стать смертельным для динозавров».
Здорово! Но ведь месяц тому назад, как мы уже видели, та же газета объясняла гибель динозавров совсем другими причинами, говоря (просим прощения за повтор), что «не тьма, не похолодание были главной причиной их гибели, а какое-то другое изменение природных условий, например, исчезновение... слоя озона».
Так что же, все-таки, погубило динозавров — тьма или, наоборот, обилие света — в результате разреженного над их головами озонового слоя? Вопрос к тебе, «абсолютная научная истина»!
Теперь поговорим о «зарождении» жизни на нашей планете, об «эволюции» и о другом, прочем...
Предоставляем слово директору Института общей генетики АН СССР академику АН УССР и ВАСХНИЛ А. А. Созинову: «Мы всё еще плохо понимаем, что же произошло 40 тысяч лет назад, когда представитель одного и высших животных на земле вдруг стал предком человека разумного... Что — или, быть может, кто? — заронило в него искру (!) разума? Почему это случилось как-то вдруг? Отчего потенциальные возможности человеческого мозга ныне всё те же (!), что и во времена Аристотеля и Платона? Загадки, загадки...»
Ох и молодец вы все-таки, Алексей Алексеевич Созинов: на месте академика — и такая откровенность, такая прямота! Другие, занимая ваш пост, наверняка, не стали бы так самобичевать себя, стоя на научных позициях. Разве вы забыли о «победном шествии естественноисторического материализма»?
Да, правильно: загадки, загадки... А почему? Да потому, что духовную сущность познания вы пытаетесь отождествить с «потенциальными возможностями человеческого мозга», а не ума. И — правильно — согласно концепции эволюции, как всё в мире, так и мозг человека, должны развиваться, переходя от низшего к высшему, а он, мозг, застыл на одном месте — «тот же, что во времена Аристотеля и Платона»…
 Значит, трещит эволюция?
«Эволюция человека, — сообщается в другой статье («Известия, 21 ноября 1989 г.), — это главным образом результат воздействия на его организм химических веществ в пищеварительном процессе. Мутация видов и естественный отбор, которым придавал решающее значение Чарльз Дарвин, сыграли лишь (!) второстепенную роль в появлении «гомо сапиенс». С таким утверждением выступили британские ученые Майкл Кроуфорд и Дэвид Марш».
Вот это да! Подняли руку на самое-самое!
Ну как же: сама основа, так сказать, костяк знаменитейшей материалистической теории происхождения и развития жизни на земле — мутации и естественный отбор, — которыми нас потчевали всю нашу сознательную жизнь, и вдруг они оказываются всего лишь «второстепенным» фактором...
«По мнению ученых, — продолжает лупить «великую» теорию газетная статья, — предок современного человека сумел совершить скачок в своей эволюции из-за доступа к множеству различных жиров, необходимых для «строительства» мозговой ткани. А такие жиры можно было получить в изобилии только в том случае, если прародители современного человека жили на берегу моря, питаясь рыбой и другими морскими продуктами».
Позвольте, позвольте! Но ведь Энгельс, основывающийся на учении Дарвина, говорит, что человек стал человеком только благодаря потреблению мяса. Мяса — а не рыбы, и тем более — не каких-то там «других морских продуктов»! И потом, опять же по Энгельсу, наши «предки» жили на деревьях, а не у «самого синего моря»!
Еще одна статья — на эту же тему («Калининская правда», 1 октября 1987 г.): «...Какой именно механизм превращает хаос в порядок, по каким законам рождаются и растут структуры и системы?.. Каким образом эмбрион, состоящий из совершенно одинаковых клеток с одним и тем же набором хромосом, превращается во взрослое животное, клетки мозга которого ничуть не похожи на клетки мышц? Наконец, как возникла жизнь? Ведь если предположить, что первые прообразы клеток появились в результате случайных соединений неорганических молекул, то для того, чтобы эти случайности успели реализоваться, не хватило бы всего времени существования Вселенной. Значит, в зарождении жизни участвовал не только случай, но и какие-то сложные, целенаправленные процессы».
Превосходно сказано: целенаправленные процессы! А еще точнее: программа, реализующая эти целенаправленные процессы. А если еще точнее: творческая, самобытная, разумная сила, по вечному, предначертанному плану осуществляющая эти процессы — целенаправленные процессы. И уж совсем точно: Разум, вечный Разум, вечная самосуществующая Премудрость, вечно проявляющая свою духовную сущность в виде Воплощенного Знания. Того непостижимого, животворящего, Божественного Знания, которое заставляет задавать вышеозначенные недоуменные вопросы без возможности силами науки когда-либо ответить на них.
«В последние годы, — повествует следующий абзац статьи, — появилась надежда, что ответ на такие вопросы будет найден. Дать его должна...»
Внимание, читатель! Сейчас, осмыслив всё, сказанное выше, статья должна изречь самое главное — то, о чем сказали мы: Бог, Премудрость, Разум, Воплощенное Знание...
Увы! «ответ должна дать... синергетика — теория самоорганизации и развития структур, рождающаяся сегодня на стыке прикладной математики и естественных наук».
Как говорится, хоть стой, хоть падай... Поражает непостижимая, невероятная для разума, для разумного взгляда слепота. Казалось бы, сами вопросы — такие, как: что за механизм? при каких условиях? каким образом? наконец, как возникла жизнь? — и ответы: если возникновение жизни произошло в результате случайности, то... это не могло быть потому-то и потому, и — самое главное — вытекающий из всего приведенного вывод о целенаправленности процесса жизни должны говорить сами за себя. Читаешь всё это, все эти, в общем-то, правильные рассуждения, и ждешь: ну еще слово, ну еще шажок — и вот она, Истина, вот он, Разум, рядом! Увы... «И ушами будут слышать, и очами видеть, но не уразумеют и не обратятся, чтобы Я исцелил их» — говорит Писание.
Вспоминаются также слова епископа Феофана, которые мы уже приводили: «Когда рассудок своим трудом дойдет до конца, то есть до узла сил и стихий, разузнав всё фактическое, он должен взять как бы за руку разум и сказать ему: «Поди, посмотри, что тут такое есть еще».
Нет, не берет, не хочет брать научный рассудок за руку просветленный разум, не признает, не видит, не улавливает его тонкостей, отрицает их — ему давай «синергетику»...
Приведем пример, иллюстрирующий это положение, из несколько иной области. У писателя В. Солоухина, в его книге под названием «Камешки на ладони» есть такие вещи:
«Смотрю на прекрасное женское лицо, как бы излучающее свет. Да, в процессе эволюции из соображений целесообразности могли укоротиться руки, мог выпрямиться позвоночник, из второй пары рук могли образоваться ноги. Но какая целесообразность сделала из обезьяньей морды прекрасное, божественное лицо?!»
«Как загадочна психология людей. Увидев даже шалаш в лесу, они никогда не предположат, что он возник сам собой, благодаря случайному сочетанию кольев, досок, бревен и т. д. Но обязательно предположат, что его кто-то соорудил. То есть почему-то людям легче поверить в маловероятное, чем в более вероятное. Шалаш сам собой возникнуть не мог, а планетарная система, крутящаяся по тончайшим законам математики, — могла?»
«В институтах мозга изучают мозг того или иного человека, рассматривают в микроскоп, определяют химический состав. Это всё равно как если бы попала к нам книга из неведомой цивилизации на совершенно недоступном языке. И вот мы стали бы определять химический состав ее бумаги, типографской краски, кожи на переплете. Но книга осталась бы непрочитанной. И никакие анализы не помогли бы нам понять ее иную, духовную сущность. Мне кажется, это относится не только к мозгу, но и к изучению природы вообще».
«Не положительные и отрицательные заряды, не нейтроны и протоны должны быть предметом искусства, но положительное и отрицательное в душе человека, то, что выражено словами — Добро и Зло».
«Каков механизм памяти? На чем и каким образом была запечатлена в моем мозгу Шурка и хранилась, как в картотеке, и я сам не знал, что она там хранится? Где, как она была там отпечатана в полный рост, в натуральную величину, цельным и ярким образом?»
«...Гармонии нет и быть не может! И все-таки гармония есть. Она состоит в том, что как бы ястреб ни убивал перепелок, а лев антилоп, как бы ни страдали от этого отдельные перепелки и антилопы (и их детеныши), всё же в целом под небом благоденствуют и антилопы, и львы, и ястребы».
«Естественный отбор, которому нас учили в школе, — основа эволюции. Превосходно. Наиболее сильные, здоровые, приспособленные, то есть, попросту говоря, лучшие представители вида выживают, постоянно тем самым улучшая, откристаллизовывая данный вид. Но ведь это же тенденция к консервации вида, а не к его дроблению и изменению! Это движение не к границам вида, на которых он мог бы разжижаться, соприкасаясь с другими видами, взять да и видоизмениться. Очевидно, что откристаллизование есть движение от границ вида к сердцевине. Очевидно, что движение это не центробежное, а центростремительное и, можно сказать, консервативное.
Как же, не вступая в противоречие с логикой, увязать, с одной стороны, естественный отбор, а с другой стороны, стремление природы якобы к дроблению видов, к их бесконечному изменению, то есть именно к эволюции?»
«Для того чтобы на земле возникла и была возможна жизнь, потребовалось множество совпадений, которые современная наука называет случайными. Случайно в атмосфере оказался озоновый барьер, который предохраняет всё живое от космических излучений. Случайно химические элементы соединились в белковую молекулу, случайно ультрафиолет не проникает через верхние слои атмосферы. Сама атмосфера возникла случайно, потому что случайно на земле возник фотосинтез с выделением кислорода. Случайно на земле поддерживается благоприятная для жизни температура, случайно на земле оказалась вода, на основе которой и построена вся жизнь... Если заняться, то можно найти, выписать из ученых книг сотни таких совпадений. Но не слишком ли много случайностей и совпадений, нацеленных в одну точку?»
Мы привели много цитат из книги уважаемого нами писателя потому, что он тонко смотрит на то, о чем говорит, и не менее тонко выражает в словах, ставя, заостряя вопросы именно там, где их надо поставить и заострить. Но... Но на всем протяжении не только этих, приведенных нами цитат, а и всей книги, из которой мы их взяли, а также и других, прочитанных нами его книг (в том числе и стихотворных), к сожалению, мы ни разу не встретили ни малейшего прорыва в область Духа — того Духа, который явлен в Божественном Откровении, которым пронизаны два тысячелетия христианской эры, с богатством святоотеческих творений, и к сокровищам которого прикасается и наше перо. Жаль, очень жаль, что у этого, повторяем еще раз, уважаемого, тонкого писателя, а нет того, чтобы он, дойдя рассудком до предельной грани, перешагнул ее и сказал, обращаясь к разуму: «Поди, посмотри, что тут есть еще?»...
А без этого шага, сделанного через порог любого, даже самого сильного, самого утонченного рассудка, в область действительного, Воплощенного Знания, войти невозможно.
Это мы всё говорили о вещах, взятых из «копилки», так сказать, научного естествознания, вкладывающего свою лепту «относительных истин» в общий котел истины «объективной». Теперь посмотрим на эти же «истины» с точки зрения нравственно социальной, то есть, какой вклад внесло то же «победное шествие науки» в человеческое общество и в окружающую его природную, экологическую среду.
Вот как об этом рассуждает писатель Ю. Рюриков на странице «Литературной газеты» 28 октября 1987 года: «Над миром нависли сейчас три дамокловых меча, и каждый следующий осознается хуже предыдущего. Эти мечи — атомная смерть, экологическая гибель и нравственное измельчание людей, их эгоизация. Все они рождены не только собственничеством, а и самими основами нынешней цивилизации.
Первая такая основа — промышленно-техническая база человечества, которая губит природу. Каждый год мы изымаем из планеты 100 миллиардов тонн сырья, но из них только 1 — 3 процента идет в вещи, а 97 — 99 процентов — в отходы, в отравление природы. К концу века человек будет добывать в год 300 миллиардов тонн сырья и обрушивать в отходы 290 — 297 миллиардов тонн. По расчетам экологов, уже в первые десятилетия нового века в природе могут начаться необратимые изменения — первые шаги ее агонии...
Индустриальная цивилизация — это цивилизация-хищник, который пожирает себя и планету. Нужна, очевидно, новая цивилизация, на совершенно новых основах — это, по-моему, самая главная идея времени, самая болевая из всех болевых точек. Здесь вопрос жизни и смерти человечества — вопрос всех вопросов, проблема всех проблем».
Как говорится: тпру! Слезай, Иван, приехали...
К сказанному писателем добавим еще «капельку», взятую из газеты «Литературная Россия» за 29 июня 1990 года: «Растущее загрязнение окружающей среды продуктами химии, радиоактивными веществами, радиоактивными полями и так далее (а ведь все эти перечисленные «новации» есть не иное что, а «продукты» всё того же «победного шествия» науки. — Н. С.) ведет к неизбежному уничтожению всего живого, включая самого человека».
И далее: «Советские ученые сделали расчеты, показывающие, что в ближайшие несколько десятилетий при сохранении существующих тенденций антиэкологического развития отечественной экономики наше общество выродится генетически, а затем перестанет существовать вообще».
От каких бы то ни было комментариев на сей раз мы воздержимся — они, как говорится, излишни.
Теперь взглянем на состояние нравственности в научном мире, вернее, на моральные качества ее главных представителей или, как их называют, «корифеев науки».
Перед нами статья «Сумасшествие», напечатанная в «Литературной газете» 28 июня 1989 года. Статья большая — занимает почти всю тринадцатую полосу газеты. Естественно, всю ее мы, даже кратко, изложить не можем, поэтому вычленим отдельные, интересующие нас, фрагменты.
«Учение Павлова, — говорит автор Л. Загальский, — было канонизировано. А поскольку оно основывается на экспериментах с животными, то и психиатрам было велено отныне изучать отклонения в психическом поведении людей на их меньших братьях. Не удивительно, что до сих пор никому не удавалось смоделировать, скажем, такое заболевание, как шизофрения, на собаках или человекообразных обезьянах. Все-таки, слава Богу, высшая нервная деятельность у человека и у животных разная, и пока ни у кого не получилось доказать обратное».
Ценное заключение автора! Такое, что бьет напрямик по всей «рефлекторной» теории великого физиолога, с его первой, второй (и какой там еще?) «сигнальной системой действительности»!
И вот как проявляется эта теория на практике: «Психиатрия, — продолжает статья, — буквально кишела учениками тех, кто уничтожил своих противников не в интеллектуальном споре, а с помощью навешивания политических ярлыков... Ученики оказались достойными своих учителей. А над всем этим муравейником высилась мощная фигура А. В. Снежневского. Это им была придумана потрясающая классификация шизофрений, с помощью которой можно упрятать в психбольницу всякого человека... Психиатры вполне созрели для того, чтобы воплотить в жизнь бесхитростную мысль о том, что в нашем самом передовом, самом гуманном, самом справедливом, самом-самом... обществе не может быть людей, не согласных с мнением начальства. И, значит, имя им не «инакомыслящие», или «диссиденты», а просто «психи». А небезызвестная статья 70 Уголовного кодекса, наказывающая за распространение сведений, заведомо порочащих советский общественный строй, вела прямиком на принудительное лечение в психиатрическую лечебницу закрытого типа».
«Теория Снежневского позволяла любое человеческое поведение трактовать в удобном варианте. Ах, тебе не нравится Указ о борьбе с пьянством? В «психушку»! Вы думаете, что война в Афганистане бессмысленна? Пожалте на учет в психоневралгический диспансер. Экономика тяжело больна? Да вы сами душевнобольной. Норма в нашем обществе подразумевала одобрение всех политических и социальных решений. Часть несогласных (читай — опасных для власти) признавалась ненормальной, а особо активных устраняли из общественной жизни».
Далее автор статьи приводит конкретный пример этих «психокарательных» санкций. С небольшими сокращениями дадим его и мы.
«Мой коллега журналист занимался историей злоключений преподавателя ленинградского морского училища. Бедный человек, он обнаружил ошибку в «Капитале»... И — уж совсем ненормальный! — ...написал научную работу по ошибке Маркса.
Из партии его исключили, с работы сняли. В довершение ко всему поставили психиатрический диагноз. Долгие годы он добивался справедливости, только недавно все преследования прекратились, и он был полностью реабилитирован. Возможно, и не стоило бы об этой истории столь подробно рассказывать, если бы не потрясающий диалог, который состоялся у моего коллеги с военным врачом-психиатром Г. И. Мишиным, принимавшим участие в описываемых событиях.
— Так вы считаете, что товарищ Н. психически нездоров?
— Конечно, он же не согласен с Марксом!
— Но ведь во всем мире миллионы людей не согласны с Марксом. Они тоже сумасшедшие?
И психиатр задумался над своим диагнозом».
Это — о Павлове и его продолжателях. А вот — о Лысенко и его последователях («Литературная газета», 5 октября 1988 г.): «Думаете, главное в лысенковщине — неверные научные представления? Если бы! Они вполне устранимы Главное — стремление любыми путями захватить власть, командные высоты в науке... Липовое соавторство — бедствие нашей науки. Это черт знает какое бедствие!»
Ничего не скажешь, крепко вымолвлено!
Берем другую статью («Известия, 28 августа 1989 г.), читаем: «Совершенно ясно, что научная система, где путь к влиянию, власти, материальному достатку, привилегиям и наградам равнозначен подъему по лестнице формальной профессиональной карьеры, просто обязана порождать соблазн монополизма — ежечасно, ежесекундно! Не хочу обременять читателя подробностями механизма создания научной монополии. Замечу лишь, что мощнейшим инструментом в этом неправедном деле оказывается наша система ученых степеней и званий. Достаточно захватить контроль над каким-нибудь специализированным ученым советом — и тут же начинается расширенное воспроизводство (!) «своих» кандидатов и докторов наук при непременном угнетении «чужих»...»
Берем еще одну статью («Известия», 7 июля 1990 г.): «Многочисленные публичные заявления последнего времени... заставили осознать, что как наша наука, так и высшее образование находятся в отчаянном состоянии... Для многих ученых стремление любой ценой войти в привилегированную верхушку... подчиняет себе чисто профессиональные и даже моральные интересы и ценности... Академия наук СССР (вопреки утверждениям о якобы объединяющей роли) отличается крайним ведомственным эгоизмом (!) и элитарным высокомерием. Чаще всего она либо подчиняет своему диктату другие научные организации, либо просто игнорирует их существование... Ну а понятие личной ответственности многочисленных руководителей отечественной науки из среды академиков, строго говоря, вообще не существует... А уж о каких-либо порицаниях за чисто профессиональные грехи, вроде научной предвзятости, монополизма или примитивного самоуправства, в этой среде не принято и заговаривать».
Ну как тут не вспомнить про эгоизм, который «ни к селу, ни к городу, ибо это категория вовсе не гносеологическая»! Конечно, до гносеологии ли тут, когда вся наука (в том числе и ее главная головушка — Академия наук СССР) увязла по самую глоточку в тине «предвзятости, монополизма и самоуправства»...
Еще один штришок, еще один вопль из ученых уст («Известия», 4 сентября 1990 г.): «Что же предлагает современная научная система способному молодому ученому? — вопрошает вице-президент Всесоюзного астрономо-геодезического общества Г. Хромов. И отвечает: — Медленное, терпеливое, многолетнее карабканье по карьерной лестнице степеней, званий и должностей, с конечной, буквально заоблачной целью стать, лет через 20, доктором наук при месячном окладе в 400 — 500 рублей. И это — если еще повезет, и если твердо следовать знаменитым мочалинским заповедям в отношениях с окружающими и особенно с вышестоящими коллегами. Большинство, кстати сказать, застревает где-то у середины лестницы, и лишь самые удачливые единицы добираются до неправдоподобного при взгляде «снизу» иерархического величия и привилегий члена академии».
Передохнем малость от такого «карабканья»...
Передохнули?
А теперь, что называется, назаедку всего этого, преподнесем читателю сладость-рассказ об одной истории, связанной с именем... самого Эйнштейна.
«Интервью с автором нашумевшей книги» — такой подзаголовок дает «Литературная газета» 28 февраля 1990 года интересующему нас материалу. Интервьюируемый — член Верховного Совета СССР, профессор Ленинградского политехнического института А. А. Денисов.
Корреспондент: «Анатолий Алексеевич, что побудило вас усомниться в правильности теории относительности?»
Денисов: «Есть изначальный, на мой взгляд, дефект в теории. Тот, который не удается обойти: принцип соответствия. Немного поясню: любая новая теория должна при каких-то условиях совпадать с прежними. Теория относительности не совпадает с ними ни при каких значениях. В области, кинематики, например, она нигде не стыкуется с ньютоновской».
Корреспондент: «Книга «Мифы» — первая ваша попытка обнародовать какое-то несогласие с Эйнштейном? Или были и другие?»
Денисов: «О, далеко не первая. Несколько раз я пытался опубликовать свои статьи, посвященные этой проблеме, в научных журналах. В ответ имею кипу однотипных ответов из разных редакций: «Опубликовать Вашу статью не можем, поскольку ее выводы противоречат теории относительности». Примерно так. Но это же, извините, чушь. Я как раз и пытаюсь доказать ее несостоятельность в ряде областей науки! А всё дело в том, что уже более двадцати лет назад президиум Академии наук СССР принял постановление, в котором предлагалось не рассматривать никакие посягательства на теорию относительности. Ни больше, ни меньше!.. После выхода моей книги началась фантасмагория, сравнимая, я не преувеличиваю, лишь с деяниями средневековой инквизиции. Разве что с поправкой на время: теперь еретиков не сжигают... Как только книга появилась на прилавке, заметьте, всего лишь кооперативных ларьков, тотчас последовали письма... в администрацию моего родного Политехнического института. Требовали моего увольнения, лишения меня докторской степени. Но тут как раз подоспела выборная кампания. Я стал депутатом, а, как вы знаете, уволить народного депутата СССР непросто... В последнее время от меня отстали, но продолжаются разнообразные гонения на кооператив, торгующий моей книгой. Один доктор физико-математических наук... к примеру, регулярно грозится уничтожить кооператив, если он не перестанет продавать мои «Мифы»...»
А что? И уничтожит — ведь надо же отстаивать всё тот же бронированно-звериный тезис «борьбы за существование»...
«В науке сейчас очень плохо, — продолжает гонимый доктор-депутат. — Плохо, пожалуй, как нигде... Мы уже сознаемся, что отстали в области прикладных наук, в области технологии, разработок. Раздаются голоса об отставании и в фундаментальных науках. А это крах».
Теперь коснемся той стороны «победного шествия», которое привело общество и страну к состоянию сегодняшнего дня...
И опять — слово документальным источникам.
Федор Бурлацкий, главный редактор «Литературной газеты» (фрагмент высказывания взят из номера за 27 июня 1990 г.): «Духовное землетрясение... Мы утрачиваем духовную почву под ногами... Люди готовы терпеть нужду, страдать, и даже идти на жертвы, если у них есть надежда и вера. (Но) вера утрачена или утрачивается. Крушение идеалов, духовная бедность...»
Константин Лубенченко, заместитель председателя Комитета Верховного Совета СССР по законодательству («Известия», 8 июля 1990 г.): «У советских людей потеряна вера в государство. Потеряна потому, что государство само (или от его имени) совершило такие преступления, каких не знала история... Граждане не могут уважать государство, в основе которого принуждение. Принуждение ко всему — к труду, к идеологии, к выбору места жительства, к системе воспитания детей и так далее. В результате у общества исчезла мораль, исчезла совесть... Мы захотели быть умнее всех, а попали в тупик, из которого если и есть выход, то воспользоваться им не дают всё те же идеологические догмы... Повсеместно наблюдается циничное отношение к самим основам государственности, к державе, к ее символам, к ее великой истории. Происходит распад общества».
Феликс Кузнецов, народный депутат РСФСР, член-корреспондент АН СССР, директор Института мировой литературы им. М. Горького («Литературная Россия», 23 февраля 1990 г.): «Была совершена ошибка, когда после революции из ультрареволюционных, а на самом деле — нигилистических, побуждений мы не только поторопились отказаться от религии, но и попытались этот отказ навязать народу. Сделали его тотальным и осуществили варварскими средствами. Это вело к уничтожению церквей, уничтожению священников, гонениям на верующих и в конечном итоге — на историю и культуру».
Виктор Конецкий, писатель («Литературная газета», 28 марта 1990 г.): «Двадцатый век опроверг марксизм... Да, существуем мы сегодня в чуть более легком политическом окружении. Но — при безвластии, и плюс к этому внутренняя ненависть. Ненависть извне переместилась внутрь нашей страны. Для меня каждый раз выйти из дома — тяжелейшая травма. После этого я писать уже не могу. Выходя на улицы своего любимого Ленинграда, попадаешь в океан ненависти. Зайдите в магазин, в трамвай, в общественную уборную, если найдете ее, — на фоне этой ненависти друг к другу особенно нелепо звучит слово «товарищ»... Коммунистической утопии больше верить не желаю».
Вот как этот наш «внутренний» разгул ненависти, о котором в общих чертах только что сказал товарищ Конецкий, выглядит на конкретной практике.
Берем несколько фрагментов из статьи специального корреспондента «Известий» Александра Васинского под заглавием «Девушка с ножом», опубликованной в газете 6 и 7 декабря 1990 года.
«...Я видел в Абовянской ВТК (воспитательно-трудовой колонии) подростка, который изнасиловал с дружками свою сестру. Другой исполосовал ножом стоявших на остановке ни о чем не подозревающих людей — ни за что, ни почему. Или вот двое, ей 15 лет, ему 17, он не понравился ее матери. Они... затянули ей петлю на шее, приподняли... Потом труп — дело было зимой — зарыли в огороде... Через год ливень вымыл руку из ямы, преступление обнаружилось...»
«...Две девушки не поделили какие-то вещи, и та, что считала себя правой, уговорила знакомого отвезти провинившуюся перед ней на машине на кладбище, где ее раздели донага (дело было зимой) и привязали к дереву... Лишь вечером случайные прохожие заметили жертву и отвезли с сильнейшими обморожениями в больницу».
«Наташа М. из Херсона повздорила с одноклассницей Оксаной К. и довела ее до гибели. Решив отомстить, завела на крышу и с... жестокостью начала бить по лицу, «предложив одноклассникам, — как сказано в приговоре, — отправлять на Оксану естественные надобности. Ее заставили раздеться полностью и под смех собравшихся демонстрировать различные позы. Не выдержав издевательств, пострадавшая прыгнула вниз с крыши 9-этажного дома...»
«Или вот, — продолжает автор статьи, — читаю приговор в личном деле воспитанницы Мелитопольской ВТК Виктории Ч., получившей 7 лет лишения свободы. Что сделала? Увидела с дружками девчонку из вспомогательной школы-интерната, то есть больную, умственно отсталую, без труда заманила ее в компанию, где от нечего делать пять-шесть человек издевались над несчастной, заставляя ее есть стручки перца, наждачную бумагу, синьку, заставили раздеться и сесть на рассыпанную на полу соль. Потом ее остригли наголо, гасили о плечо сигарету. Потом...» Тут автор статьи делает отточие и, не в силах далее рассказывать о подробностях этого зверства, говорит: «...Хватит, дальше без содрогания читать невозможно».
А вот «мировоззрение» одной из таких «героинь»: «...Сначала квартиру обворовали, магазин, потом вымогательство было. Мои родители были в шоке, что я такое совершила, потому, что у меня всё было, но только то, что родители хотели, а не я. Я хотела сапоги за 300 — 400, а они мне — за 160... А папа начнет: а знаешь, в наше время — я... мы скромно одевались... Ну, это было — ваше время, а теперь — наше!.. И вот, идет по улице, ей столько лет, сколько тебе, а она вся в импортном. И такая делаешься озлобленная. Почему, думаешь, она имеет, а я нет? Чем я хуже?.. И у меня мысль — снять, забрать, насильно — и всё!»
«Не выходит из памяти, — продолжает автор разверзать глубины «океана» или, как он выражается, «беспредела» ненависти, — высокая, немного нескладная Таня Ш. Любит читать Ахматову, чувствует поэзию, хорошо говорит, хорошо рассуждает, а села вот за что — хотела поехать на море, денег нет, завернула в полотенце нож и пошла на разбой...»
«Что-то не срабатывает в советском подростке-нарушителе, что-то важное «пропущено» в понимании его. Что? Что?» — словно глас вопиющего в пустыне, несутся по этому «океану», по этому «беспределу» глухо-безответные вопросы.
И автор пытается сам ответить на них.
«Самое страшное, — говорит он,— что многие наши подростки (и не только из колонистов), ребята и девушки 13 — 17 лет воспринимают жизнь как бы голыми мозгами, впрямую, без тех посредников... благих советчиков, защиты свыше и т. д., что можно назвать одним древним словом «воспитание».
«Полмира воспитывает своих детей на Библии. Мы и тут были особистами. Вот почему ПОДсознательный механизм сопротивления злу, дающийся религиозным воспитанием, у многих советских подростков изначально отсутствует, нет в родной стране того воздуха добронравия, которым бы душа подростка надышалась исподволь, постепенно, с детства... (Ах, как это соответствует словам Великого Тайнозрителя, которые мы цитировали, о незаменимости православно-христианского аскетического мышления, о его естественности, всесторонности, точности восприятия всего и всяческого! — Н. С.)... По сути, у наших подростков, — резюмирует автор статьи, — как бы отсутствует этот общечеловеческий пласт начального душестроительства, отсутствует почти как физиологический изъян».
«Оцените смысл слов, — продолжает спецкор, — замечательного писателя Василя Быкова: «Не берусь судить, закономерность это или исторический казус, но факт, что главной эмоциональной силой нашего общества, его своеобразной религией стала ненависть. Большевики очень рано и хорошо поняли всесокрушающее преимущество этого чувства и, захватив власть, устранили прежде всего религию как главное моральное препятствие на пути торжествующей ненависти. Становится всё более очевидным, что исключение из нашей жизни религии — катастрофа, может быть, самая значительная из всех когда-либо постигших страну».
«Ненависть, о которой написал Василь Быков, разъедает нас повсюду, не обязательно в очередях или магазинах» — заключает автор статьи.
Виктор Астафьев, писатель («Литературная газета», 26 сентября 1990 г.): «Мы ведь все упавшие духом сейчас. Часто в депрессии пребываем. Да и как избежишь ее, когда посмотришь вокруг, послушаешь... Я потому и в деревню забрался, в огороде копаюсь. Тянет к одиночеству. И по телевизору я уже тяжело переношу как вождей, так и литераторов, и даже передачи, которые любил раньше, такие, как «Слово», неохотно смотрю. Ни в чем не уверен — ни в завтрашнем дне, ни в себе, ни в книгах своих... Почему сейчас в церковь такое стремление? Религиозность поддерживает спокойствие духа. Церковь — единственное место сегодня, где человека могут выслушать. Там — «сын мой» и «дочь моя», как было, так и осталось, голоса на тебя никто не повысит... А мы в своем коммунистическо-социалистическом бытии придумали президиумы с красной скатертью, с графином... Люди устали от боевых лозунгов, от братопрезрения. Пора новомодных призывов поворачиваться к заповедям Христа — они ведь зовут к миру, братству и добру, вечным и нетленным истинам, вера в которые способна образумить и спасти нас. Всё остальное гибельно».
Георгий Семенов, писатель («Литературная газета», 18 ноября 1987 г.): «Мы вместе с религиозной верой выплеснули веру в Правду как фундамент человеческой психики. Если человек ни во что не верит — что он за человек!»
Расул Гамзатов, поэт («Литературная газета», 18 февраля 1987 г.): «Очень жаль тех лет в поэзии, которые я отдал лозунгам и фразам».
Альберт Плутник, журналист («Известия», 12 октября 1988 г.): «Мы столкнулись сегодня с таким феноменом: многие слыша правду, наотрез отказываются ей верить. Разучились. Нет навыка отличать ее от обмана».
В связи с этим «разучились» приведу случай из личного опыта. К скамейке, на которой я сидел, подошла женщина, раскрыла свою хозяйственную сумку и стала укладывать в нее стопку каких-то книг, которые до этого держала в руке. Я поинтересовался:
— Скажите, пожалуйста, что это за книги, если не секрет?
— Ельцина...
— А где вы их купили?
Женщина замялась, потом, путаясь в словах, объяснила, что «достала» их в своем учреждении.
— Да? А я-то думал — купили в магазине...
— Что вы!
Диалог был исчерпан, и я замолчал. Женщина упаковала книги и хотела было уже уходить, но внезапно обернулась и спросила меня в упор:
— А скажите: всё, что он описывает в своей книге, — это правда? — И воззрилась на меня огненными глазами.
— Думаю, что да. А иначе его мгновенно поймали бы на слове!
— Значит, правда? — переспросила она.
— Я же сказал, что если бы это было не так, то его как автора, пишущего не о чем-то там... а о делах политбюро, мгновенно опровергли те, которых он критикует. Ведь в их руках власть...
Женщина постояла еще немного, видимо, решая вопрос: верить или не верить уже не Ельцину, а мне, и, несколько просветлев, забыв сказать спасибо, быстрыми шажками засеменила к автобусной остановке...
Александр Васинский, художник («Известия», 16 октября 1988 г.): «Философия запретов бывает чрезвычайно опасна, даже если запрещают из «благих намерений». В эту сторону, мол, свобода желательна, а в ту — нет. Но мозг, вернее сказать — ум, стесненный в одном направлении, не обязательно будет свободен и продуктивен в другом, нужном направлении. Категория свободы не знает направленного взрыва. От несвободы взрывается всё вкруговую...»
Всё правильно. И правильно: «мозг, вернее сказать — ум»! А иначе, если сказать, как это следует из дальнейшего течения фразы, «мозг, стесненный... в нежелательном направлении» — была бы чушь, так как мозг, эту инертную биомассу, лежащую в черепной коробке, ни в каком направлении стеснить нельзя. Стесняется, в смысле душится, ум, свобода ума.
Вот, например, следующая статья, называющаяся «Застой духа или механизм деформации массового сознания», написанная доктором философских наук, профессором Ж. Тощенко и напечатанная в газете «Известия» 23 июня 1988 года. Тут не просто стеснение свободы ума, духа, а, как говорит автор, «духовной пришибленности, которая охватила нашу культуру». Статья большая, и мы, как всегда, экономя бумагу и время, возьмем из нее лишь то, что крайне необходимо.
«Мы о многом уже сказали за три года... — начинает автор. — Но есть сфера нашей жизни — духовная, где, возможно, как нигде требуется разобраться в истинности наших знаний (это прямо для нашей книги! — Н. С.) и убеждений, в причинах девальвации духовных ценностей, в сложностях и противоречиях общественного сознания... Глубоко убежден, что самые страшные потери — это духовные. Можно голодать, холодать, быть на грани жизни и смерти, но нельзя жить без идеала, без веры... Как ни горько, но главной причиной, деформировавшей нашу жизнь, была манипуляция общественным сознанием. Именно манипуляция, а не ошибки, заблуждения, которые можно понять и объяснить. Это была сознательная, планомерно осуществляемая политика, которая последовательно и жестко направляла духовное развитие общества по некоей заданной схеме... Из духовной жизни последовательно вытравлялись такие качества, как открытость, искренность, правдивость... Умение подстроиться, вовремя поддакнуть, угодить вкусам вышестоящего и плюнуть на свои убеждения породили довольно мощный и влиятельный слой духовных наставников, которые руководствовались не интересами народа, а своекорыстными соображениями... Вырабатывалось стойкое убеждение: опасно говорить правду — лучше поддержать то, чего от тебя хотят... Так культивировалось мифологическое сознание, когда при помощи пропаганды, средств массовой информации, научных выкладок бюрократическую централизацию выдавали за демократию, провалы — за достижения, роющих котлован — за штурмующих небо...»
А. Бородейко, старший научный сотрудник («Тверская жизнь», 15 сентября 1990 г.): «Перво-наперво разрушители принялись за самое большое и красивое в городе — за собор Воскресения Христова... Как тут не вспомнить неистового «верного ленинца» секретаря ЦК Емельяна Ярославского, «крестного отца» воинствующего атеизма, сказавшего в середине тридцатых годов: «Через пять лет в стране не останется ни одного храма, а еще через несколько лет слово бог исчезнет совсем».
Владимир Крупин, писатель («Литературная Россия», 26 мая 1989 г.): «Недавно я был возле деревенской церкви. В ней совершался обряд отпевания. Я спросил, кто усопший. Старушка охотно объяснила мне: «Коммуниста хороним, батюшка. Пятьдесят лет с нами боролся, бедный, измучился, пусть хоть на том свете отдохнет».
«Воплотившаяся в этих словах новозаветная любовь к своим гонителям, — продолжает писатель, — показывает и силу этой любви, и разницу в подходе к жизни и смерти верующих. В этой борьбе кровь лилась только с одной стороны. И так обильно, что нужны новые святцы, чтобы поминать новых мучеников нашего времени. Гонения Нерона на христиан меркнут перед массовыми казнями священников православия, начиная с 18-го года. Эдикты гонителя христиан императора Диоклитиана звучали куда милосерднее, нежели документы «безбожной пятилетки» 32 — 37 годов...»
А. Кива, доктор исторических наук («Известия», 16 сентября 1990 г.): «Общество глубоко переживает трагедию случившегося. Десятки миллионов людей загублены ради «светлого будущего». Несколько поколений людей прошло через запредельные испытания. Выпотрошены гигантские запасы природных ресурсов. Отравлены реки, озера и города. Отравлена земля...
В принципе я неверующий человек, хотя и крещеный, уважающий христианские корни нашей культуры. Однако мне кажется, что те страшные беды, которые выпали на долю нашего народа, посланы нам какими-то высшими силами как наказание за то, что мы погрешили против рода человеческого, взяли на себя миссию, не свойственную человеку...
Ради того, чтобы завладеть собственностью имущих людей, мы раскрутили тугую пружину насилия, в результате уничтожены миллионы и миллионы людей. Причем часто самых талантливых, предприимчивых, энергичных, социально активных. Но богатыми мы не стали...
Общество перешагнуло рубеж дозволенного, когда поверило в справедливость слов «кто был ничем, тот станет всем», отказалось от общечеловеческих представлений о добре и зле, прониклось убеждением: нравственно всё, что отвечает интересам пролетариата...
А как быстро развивалась Россия до начала первой мировой войны! Такого гармонического развития у страны больше уже никогда не было.
Мы виноваты перед теми, кто заботился о культуре и духовном здоровье общества, но кого мы уничтожили под видом абстрактного гуманизма. Мы разорили церковь, надругались над храмами, предварительно их ограбив, глумились над религиозными чувствами людей, лишали куска хлеба, прятали за решетку тех, кто стойко боролся за свою веру, не хотел ей изменить. И все это теоретически «обосновывали»...
Сейчас мы обращаемся к отцам поруганной нами церкви: помогите нам в возрождении духовности народа».
Людмила Щипахина, поэтесса и общественная деятельница («Известия», 6 ноября 1990 г.): «Мы втянули в свой революционный вихрь миллионное человечество. И сегодня, похоже, бросаем его на произвол судьбы. Лишив символа и надежды. Отняв доверие и поддержку. Можно ли не испытывать при этом ни боли, ни стыда?
Мой гаванский друг, поэт Давид Черисьян, распахивал настежь свою восторженную душу:

«Ты — луч в окне...
Ты — песнь моя...
А в песне звон особенного сплава:
Да здравствует Советская держава!»

Простится ли нам, внушившим эту безраздельную любовь к Отечеству, печатающему «революционный шаг», наше сегодняшнее бегство из строя? Простится ли нам наше нынешнее отчуждение от вчерашней правды? Бесславные наши итоги, омытые кровью неисчислимых жертв?..
Так что же мы сеяли тогда? Разумное, доброе, вечное? Или пустое, легковесное, безответственное? Как сегодня не корить в себе рьяного сеятеля будущих плевел? Не казнить себя и не мучиться? И вместо ожидания всеобщего покаяния не произнести анафему себе самой?
Душа моя болит. В преддверии октябрьской даты я спрашиваю себя: возможно ли вернуть веру в чистоту наших идеалов? В наши померкшие звезды?.. И не иссякли мы сами вместе со своим провалившимся экспериментом?»
Т. Корягина, доктор экономических наук, зав. отделом НИЭИ при Госплане СССР («Литературная газета», 13 декабря 1989 г.): «Думаю, иные будут вспоминать со вздохом и застойные времена: мол, тогда было лучше. Люди-то не знали (и сейчас многие не осознают), что там был тупик. Мужество Горбачева как раз и состоит в осознании этого тупика: нефть кончается, экономика не развивается, земля, воздух отравляются, а движения вперед нет. Наоборот, всё начало уходить под горку, вся страна стала жить по принципу: «После нас — хоть потоп». Но с горки-то легко, а на горку? Поди, вытащи-ка ее теперь...»
О том, на каком дне оказалась наша «экономическая телега», говорят хотя бы такие «фактики» («Известия», 7 ноября 1990 г.): «От дверей магазина... змеится очередь в кондитерский отдел. Что дают? Оказывается, к празднику (73-ей годовщине Октября. — Н. С.) завезли несколько десятков ящиков ванильного зефира, но достанется, конечно, не всем... А в известной на всю столицу «Кулинарии», что напротив гостиницы «Минск», красуется посреди опустевшего прилавка единственный «деликатес» — кость пищевая по 26 копеек за килограмм...»
Это — в столице. А вот что деется на некотором расстоянии, во Львовской области («Известия», 31 октября 1990 г.): «Покупатели взломали двери магазина и бросились к прилавкам, где, по их расчетам, должны были выбросить товар... В другом городе (той же области) средь бела дня приступом был взят обувной магазин. Штурм подсобок завершился массовым грабежом всего того, что попалось на полках…»
Да, действительно, попробуй «вытащи-ка ее теперь»!
Для полного освещения нашего «Путешествия в истину» необходимо взглянуть и на ее литературный аспект, который мы, сделаем отдельной главой и обозначим так:
ГЛАС ВОПИЮЩЕГО В ПУСТЫНЕ.


Рецензии
Для меня многое из текста сложно к восприятию. Возможно из-за не согласия с автором произведения движения пути в это самое путешествие в истину. Истина. Существует ли она вообще? Да и что это такое истина по своей прироре? С уважением к Вашему труду и Вашего размышления об истине.

Надежда Кедрина   01.11.2020 11:06     Заявить о нарушении
Надя, чтобы понять и принять Истину, нужно желание к познанию,
а без этого получается - "куда люди, туда я, вот политика моя".
Всего хорошего Вам!
В.Н.

Николай Стрельников   01.11.2020 13:44   Заявить о нарушении
Валентина Николаевна, у нас у всех разное мышление и восприятие. Ни в одном произведении я не нашла ответ - что же такое Истина да и существует ли она вообще. В своих рецензиях мы лишь выражаем свой, личный взгляд на прочитанные тексты. У меня такой взгляд. Но я ещё не прочла другие произведения Николая Стрельникова. Прочту обязательно.

Надежда Кедрина   01.11.2020 14:58   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 32 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.