Душа компании

Кирилл. Его мама любила говорить, что он душа компании. Да, его любили. Он иногда смешил всех, но чаще смеялся сам. Хороший сын, старший брат-нянька, умный сосед по парте, гитарист-блондин. Волосатый, потом лысый. Эмо, металлист, тусовщик. Он менялся на глазах. Сначала стрейтэйджер, потом первый начавший пить, курить траву и спайс. Но душой компании он оставался по-прежнему. Даже когда на несколько месяцев приезжал на юг, где круг его общения составляла не блещущая эрудицией блондинка, его мама продолжала считать, что он душа…компании, которой не было. Поэтому она и пыталась найти ее Кириллу. Тормошила соседей, организовывала «случайные» встречи, встревала в разговор и просила, просила общаться с ее сыном. Ведь он умный, классный. Как так его кто-то игнорирует? Такого не может быть, ведь он душа…

Она пыталась говорить с ним по душам, таскала его, семнадцатилетнего детину, по ночным клубам. Подходила там к симпатичным девушкам и просила, просила их познакомиться с ее сыном, пообщаться с ним. Ведь ему так скучно и одиноко. А он. Хотел отвязаться от назойливой мамаши, но не мог, мечтал покурить за углом, но она его доставала везде. Он приехал отдохнуть от людей, шума, суеты в тихий маленький город. Но все будоражила мать. Она лезла не в свое дело и думала, что от этого сыну лучше. Ведь он душа…

Кирилл давно перестал быть душой. Он стыдился своей навязчивой мамы, поэтому прекратил общаться с друзьями, потом вообще замкнулся. Сидел дома, периодически общаясь на языке струн с гитарой. Но в его личное пространство постоянно вырвалась любящая мама. Она контролировала его ежесекундно, оставляя в покое лишь уходя к соседкам, где до сих пор с вызовом утверждала, что ее сын – душа компании.

Кирилл стал маменькиным сыночком, безуспешно пытаясь поначалу пресечь это, а потом сдавшись. Но…теперь он, будучи тридцатилетним холостяком, каждую неделю ужинает с мамой и ее подругами в ресторане, помогает им снять пальто и кивает, когда мама ставит любимую пластинку – ее сын – душа компании.

Но вдруг маме прискучило наставлять на путь истинный Кирилла. Ее осенило, что ее младшему сыну уже восемнадцать, а в этом возрасте Кирилл был целиком и полностью под ее опекой. И младшенький тоже был душой компании. А она как-то упустила этот момент. Ну что, а ведь пора наверстывать упущенное.