Игра в прятки

«… ловим мысль, а она оказывается другой. И испытываем глубокое, ненужное потрясение. Время от времени мы оказываемся на гребне набегающей волны и кричим друг другу? «Что?», «Как?». Это крики безумцев. Они ничего не выражают. И единственное, что остается истинным после всех наших разговоров и споров, - это накипь. И так будет всегда? Во всем, что является главным? Тайный бой. Мы накапливаем доводы, накапливаем каждый со своей стороны, но на открытый бой не отваживаемся. Потом в какой-то момент решаем, что все решено и без нас. И остаемся каждый при своих доводах, как будто и впрямь они у нас есть…»
(Вержилио Феррейра «Краткая радость»)

1. «На остановке Осень»
Кто тебе сказал, что ты есть? Понятно, что кто-то ходит на работу, учится, ест, смотрит телевизор, читает, спит, но кто тебе сказал, что это все делаешь ты? Сам себе сказал и поверил?
На остановке много людей. Все ждут своей очереди. Все и каждый в отдельности ждут возможности уехать. Кому-то необходимо ехать домой, потому что его ждут. Кого-то не ждут, но он все равно хочет ехать домой. Потому что там еда, покой, сон. Потому что там есть кто-то, кого еще нет. Человек ожидающий приедет домой и станет ожидающим уехать из дома. Вернуться домой, для того чтобы иметь возможность уехать.
Кто-то еще не собирается домой. Он ждет другого. Чего он ждет? Возможности уехать с остановки…
На остановке стоит много людей, образуя очередь. В мире остановки их много. В каждом из них свой мир. Приглядываясь - обнаруживаю среди них свой… Я увидел себя в толпе - тоже жду… Чего?
Время идет и желтые, ржавые листья копошатся в ногах. В горах выпал снег. На остановке холодно и люди мерзнут, согревая друг друга. Мое тело спряталось от холода под свитером, брюками и легкой курткой. Ветровкой. Ноги в ботинках. Холод снаружи меня не особенно тревожит, но вот изнутри. Зачем я еду домой? Потому что там меня кто-то ждет? Потому что там я могу спрятаться, словно тело, в одежду домашних стен, за дверью моей молнии и пуговиц домашней, телесной куртки?
В ногах, гавкая, просит еды дворняга. Уличная собака с хозяином городом.
Я знаю, почему еду домой. Я не собираюсь прятаться или жить для другого человека. Мне нужно покормить мою кошку. Если я не вернусь домой, она погибнет с голода. Я живу голодной жизнью, для того чтобы моя кошка не умерла голодной смертью.
Нужно спешить. Идет время. Куда? Меня это не касается. Пусть себе идет, куда ему заблагорассудится. Я еду домой. Осень срывает с деревьев листья и бросает себе под ноги. Под ноги прохожего и проходящего мимо него времени.
2.
«Ты поцелуешь, я укушу,
Ты укусишь, я ухожу.
Ты не скажешь и я не скажу,
Ты укусишь и я укушу,
Я ведь тебя целовать не прошу…»

И где ты пропала? Не пойму. Дома тебя нет, на улице – тоже. Вышел в поле посмотреть – тоже ничего, лишь ветер, срывая с моих уст осколки фраз, уносит их вдаль.
Ты не заболела? Может быть, тебе плохо и ты никого не хочешь видеть? Мне иногда тоже бывает плохо: то насморк подхвачу, то кашель, а все равно остаюсь здесь, рядом. Я ведь от тебя никогда не убегал, даже тогда, когда злился на тебя. Признай, ты ведь тоже не всегда бываешь права.
Я не знаю о чем ты думаешь (и думаешь ли ты вообще), но то, что ты любишь разыгрывать это факт. Также абсолютно очевидно для меня и то, что ты есть. Знать бы еще, где ты прячешься.
Укутался подбородком в воротник пальто. Иду тебя искать. Тропинка узкая, ведет краем поля. Дальше к проселочной дороге, а затем полчаса до шоссе. Поймаю маршрутку и поеду обратно в город. Поздно уже. Ты оставила записку, что ее забрала. Ты забрала у меня все. Даже то, что мне было нужно. Но зачем забрала кошку, мою любовь?
Темнеет. Ползут тучи, собирается дождь, а я зонт не взял.
Пока иду, думаю: как-то несправедливо, вроде нормальный, привлекательный, не глупый парень, почти без вредных привычек и пороков (безвредный), а после тебя клюет все какое-то… Может ты поставила на мне какую-нибудь печать или оставила след? Может, я не так удочку забрасываю? Или крючок не тот? Может наживка не та?
Скорее всего, все не то, то есть сам не знаю, чего конкретно хочу. Беру тонкую леску на ставриду, к ней крючок на катрана и наживку на леща (да простят меня рыбаки за такое сравнение - понятия не имею что оно значит). Вот и выходит, что не клюет ни первое, ни второе, ни третье. Оно им надо?
Думаю, что, наверное, кто-нибудь обидется на меня за сравнение с рыбой (ты наверняка обиделась бы – не потому ли и сравниваю?), оно и понятно. Но ведь рыбы бывают разные и многим можно только позавидовать: красивые, вкусные, ловкие, быстрые, глупых вопросов не задают. Самые красивые рыбки – несъедобные.
Иду и думаю о рыбах. О морских, речных, земных. Больше о земных. Зачем люди ходят на рыбалку?
Дошел до шоссе. Едет, фарами слепит глаза, светит, на лобовом стекле, в углу – номер. Останавливаю, сажусь, еду. Как в аквариуме: столько рыб. Настоящие рыбы – смотрят и молчат.
Рядом со мной сидит девушка в черном, вельветовом пальто. Точеный нос, тонкие, холодные губы. Глаз не видно – прячет их в окне. Тонкие, холеные руки. Шатенка. Возможно ли, что она это ты? Не проверив – не узнать. Девушка, покажите свои глаза. Не верю…
Мой город горит огнями в моем окне. У меня остался ключ от нашей квартиры. Я вхожу и забираю кошку. Тебя нет и вместе с тобой нет еще кого-то. Ухожу. Я возвращаюсь домой. Ты покормила кошку. Мило…
Я думаю и сомневаюсь в этом. Не знаю вставать или продолжать, облокотившись на руку, смотреть, как ты спишь. Пушистая, теплая, мягкая. Я трогаю тебя и чувствую, что меня, как такового, сейчас нет.
Ты лежишь на пледе, под ним мои ноги. Я не уверен в своем желании, оно полярно: встать или продолжать лежать? А ты спишь. Как я буду без тебя? Мой любимый, пушистый, серенький комочек. Кровать останется, тумбочка, гора за окном, а ты нет. И я нет. Я скоро уйду, ты – еще раньше. Почему?
Все, что рождается – умирает. Причинно-следственная связь. Причина – рождение. Следствие – смерть.
Смотрю на кошку и говорю ей: «Я родился, для того чтобы умереть». Она еще какое-то время смотрит на меня. Потом поднимает свою лапку и, отвернувшись, начинает мыться. Чувствует, что я смотрю. Иногда бросает на меня свой кошачий взгляд, но мыться не перестает. Как будто, что-то знает, отчего для нее, такие важные и волнующие меня мысли - чепуха. Чистая кошка.
Свернулась, уткнувшись мордочкой в пушистый хвост. Лежишь, следишь за каждым моим движением, не показывая вида. За окном воет ветер. Под пледом тепло и рядом – тепло. Я люблю тебя моя кошка. Нет, не так. Я люблю тебя кошка. Как я могу называть тебя своей, когда даже сам себе не принадлежу?

3.
Проснулся один. Кошки нигде нет. Холодно говорить – кто это сказал? По миске видно, что кошка не приходила ночевать. 
Сделал себе кофе, сунул ноги в тапки и вышел во двор. Тишина и покой. Меж деревьев зарделся ранний, солнечный свет. Ветки теребят меня за плечи.
Вернулся домой, позвонил тебе. Пожелал «доброго дня» и спросил как дела (не мой это голос – слишком уж нежный, я уже другой). Ты немного расстроена из-за того, что я забрал кошку(солнечный свет исчез, спрятавшись за тучу. Я смотрю на нее и не могу понять, откуда берется гроза). Ты не подумала о том, что кошка могла сбежать? Почему ты решила, что это я ее забрал? Ты говоришь, что сразу это поняла и многозначительно молчишь. Почему ты молчишь? Остолоп, я же оставил ей ее записку, чтобы она не волновалась. Мило…
За окном растут оливковые деревья. В них тает свет. Я по крупицам собираю его в ладонь. Сквозь маленькие щелочки-глазки льется свет нового дня. В бескрайнем море лазурного неба тонут разбросанные кем-то сети-облака. Словно гигантское сито накрыло верхушки гор на границе горизонта, и кто-то просеивает в нем дождь. Я вернул «пропавшую» кошку. Я забрал ее из теплой городской квартиры, чтобы привести сюда, темную, холодную нору одичавшего зверя. Неужели она не вернется?
Моя нора обмазана изнутри грязью,снаружи – заросла мхом. Болотным мхом. Когда это произошло?
Сегодня Суббота – день, когда мы никуда не спешили. До обеда оставались в тепле кровати, нежась в постельных тонах любовных ласк (встал ни свет, ни заря и выкурил до обеда полпачки сигарет, шатаясь по дому и его округе в тапочках и халате с чашкой кофе). Потом вместе готовили обед, слушали музыку, снова… (сделал пару бутербродов и сварил еще кофе. Потом…).
До вечера кошка так и не вернулась. Я весь день потакал своей лени и порокам. Жутко устал, а впереди еще один выходной. Весь день ходил неприкаянный. Доходился до того, что разбил старую фарфоровую вазу, которую нам подарили твои родители. Она сразу не разбилась, пришлось еще пару раз трахнуть ее об стену и звездануть разок о камин. После того как она разлетелась на маленькие кусочки, почувствовал, что стало легче. Аккуратно собрал все кусочки и словно этот раздрай не моих рук дело стал прибираться. Склеить вазу оказалось намного сложнее, чем разбить. До позднего вечера сидел и клеил. Но как ни старался, несколько мелких кусочков так и не заняли свое прежнее место, так и не вернулись к прежней жизни.
Последняя концентрация воли, последняя капля терпения и ваза приобретает свою форму. Хотя такой как прежде она не стала. Как-то сильно состарилась, вся в морщинах. Такое ощущение, что и яркость красок не та. Потускнели. Или это от того, что я теперь смотрю на нее по-другому?
Как бы то ни было, я вернул ей прежнюю форму и поставил на место. Пошел на кухню чего-нибудь поесть – страшно проголодался. Перекусив, беру чашку кофе с собой на балкон и закуриваю (теперь я живу один и курить могу везде, где мне захочется. Даже в гостиной и на кухне, но все равно не курю. Почему? Привык? – нет, мне просто запах не нравится. Говорю это сам себе и чувствую, что пытаюсь солгать. Да…).
С балкона виднеется в углу комнаты стоящая на тумбочке немощная старуха – ваза. Оставляю дым на балконе, иду в комнату. Беру ее и прячу в черный мусорный пакет. Чувствую себя виноватым. Одеваю кроссовки, хватаю пакет и выбегаю из дома. Бегу вдоль дороги к мусорнику. Бегу, что есть силы. Запыхавшись, останавливаюсь и выкидываю пакет. Возвращаюсь назад пешком. Вхожу в дом, закрываю за собой дверь. Сбрасываю с ног кроссовки и поднимаюсь на балкон. Некоторое время стою и не могу восстановить дыхание. Через пару минут чувствую себя вполне хорошо. Пью кофе, курю. Оборачиваюсь и смотрю в угол комнаты. Тумбочка отдыхает – стоит нагая в углу и радует глаз. Старухи больше нет. Стало даже как-то просторнее. Возвращаюсь к горам, веткам и листве. За спиной прячется солнце. Я стою на балконе и курю. Жду, когда придет моя очередь водить…

4.
Словно сквозь сито времени дни просеивают мои слова. Неделю назад говорил - "верю", пару дней назад сомневался, вчера, стоя на балконе, «кто-то» сказал, что ему надоело врать. Я не соглашался с «ним» и спорил. Я вчера боялся не верить. Сегодня «я» не проснулся, «Он» открыл глаза за меня.
У «него» нет кошки, у «него» нет тебя. «Он» не курит и не пьет кофе по утрам, специально для того чтобы "проснуться". «Он» рано встает, делает зарядку и омывается холодной водой. Затем одевает мои кроссовки, шарит по ящикам, словно находится у себя дома, и, наконец, находит старый спортивный костюм и бежит вдоль поля по узкой тропинке, затем сворачивает в лес и через опушку, где мы с тобой когда-то посадили дерево, возвращается домой. Принимает душ и выпивает стакан натурального сока.
Дерево подросло. Оно уже почти с меня ростом. Оно красивое. Иногда я замечаю, что «он» поглядывает на него, когда бежит мимо. Я чувствую, что и «ему» оно нравится, хорошо, что «он» не знает, кто его посадил…

5.
Прошло время. Время всегда проходит.
Голос в вышине моего мира затих. Я не беспокоился – знал, что рано или поздно, но «он» должен умолкнуть. «Он» умолк, и я стою на балконе с чашкой кофе и курю. Сухой, холодный зимний ветер шевелит волосы, пробирается сквозь полы моего пальто и притрагивается ко мне ледяными руками, отчего мурашки выступают на коже. Земля укрыта снегом. Погода, по-зимнему суровая, берет чувства измором. Я замерзаю…
Когда-нибудь мой дом перейдет моим детям, и они смогут прятаться в нем от суровых нападок зимы или иного холода. Сядут поближе к камину и разожгут его. Сядут все вместе и будут смотреть на голодающую природу. Голодающую по теплу, которое она утратила. Вспомнят меня, отца. Но кто будет их мать? Кто станет матерью для этих несбыточных надежд домашнего очага? Кого его угли согреют, сгорев дотла? Кто подарит тепло, что зажжет очаг, где сгорит, растаяв, свеча моей веры? Веры в моих детей…
Я прячусь внутри за балконной дверью. В тепле. Где тает снег на ковре, принесенный моими стопами. Просачиваясь в ткань ковра, становясь ковром. Прячась от недовольного, отвергнутого взгляда зимы и прикосновения морозного воздуха. Все мы играем в прятки. Кому сегодня водить?

6.
Неделя. Прошла уже целая неделя, а наша кошка так и не вернулась. В новостях говорили о замерзшем под городской ратушей человеке. Бедное животное. Пушистое, мягкое…
Завтра свадьба у старых знакомых. Мы с тобой приглашены. Там так и написано. Для верных и любимых Константина и Екатерины. Надо тебе позвонить. Для верных и …
Ты с работы обычно приходила позже меня. Я готовил ужин. И когда ты открывала дверь на пороге тебя уже ждала наша кошка, а с кухни доносилось приятное потрескивание и шипение и обоняние ласкал щекочущий язык запах, от которого слюнки текли. Ты скидывала башмаки, снимала и вешала на плечико пальто, рядом с ним шарф и посмотревшись в зеркало брала на руки нашу кошку. Притрагивалась к ее мордочке щекой. Затем вы вместе входили в кухню и словно воздух наполнялся чем-то сладостным. Теперь кошки нет, и я вместо нее ее жду. А тебя ждать некому. Мягкая, пушистая…

7. «Важно помнить»
У всего есть причины. Это необходимо понимать.
Раньше я прятался там, где мне хотелось. Теперь я прячусь лишь там, где могу. В некоторых из этих мест опасно и страшно. Но прятаться там, где мне хочется стало бессмысленно – меня там ищут.
Человек от рождения ищет защиты. Это чувство перманентно и на протяжении всей своей жизни он прячется то от него, то от себя самого, в общем - от причин. Даже те люди, которые нам кажутся сильными – «герои», играют в прятки. Отличаются от «не героев» они лишь тем,что не прячутся дважды в том месте, где их застукали. Так как они «герои», то прячутся не там где нужно, а там где захотят. Поэтому они прячутся единожды.
Словно перфокарта игры в прятки наша память оставляет на своем теле все наши проколы. Словно перфоратор «игра» пробивает их в нас.
Где кончается жизнь за скрежетом снега под подошвой ботинок, уходящих в лес ног; там, в лесу, нас много. Тысячи и сотни тысяч нас стоят и покачиваются из стороны в сторону. Вдалеке слышен вой. Мы все заблудились. Потерялись. Раскачиваемся, шатаемся, словно раздумываем о том, куда бы пойти. Сомневаемся, словно знаем. Стоим, ждем, никто не зовет на помощь, не кричит: «Ау!» - бессмысленно. Некого звать на помощь. Все потерялись. Маятники часов, отсчитываем время – чужое время? Твои уходящие шаги…
-Я ждал тебя.
-И что?
-Как «Что?»! Ты мне нужна!
-Зачем?
-Как зачем? Я без тебя не могу!
-И что?…
Почти все деревья уже стоят без листьев. Я смотрю «Укол зонтиком» и смеюсь. Сейчас закончится фильм, и деревья сбросят последнюю листву. Кошка не вернется. Человек замерз.
Твои родители очень похожи на разбитую фарфоровую вазу, в мусорнике, в черном мешке. Твоих шагов уже почти не слышно. Следы на снегу засыпает снег. Ты уходишь в лес. Я смотрю тебе вслед, раскачиваясь. Я остаюсь?
-Ты пойдешь со мной в кино?
-Какое?
-Какая разница?..
Нас приглашают на свадьбу. Кажется, я тебе уже звонил по этому поводу. Ты спросила о том, как себя чувствует кошка. Я ответил, что хорошо, она спит. Ты говоришь, что проще будет поехать на одной машине и предлагаешь заехать за мной, так как на моем стареньком «Гольфе» - далеко не уедем. Я соглашаюсь, но ты хочешь видеть кошку, говоришь что соскучилась, по кошке. Вернется ли она?
Я открываю шкаф и нахожу в нем старый костюм. Последний раз я надевал его на нашу свадьбу. Других костюмов нет. Он чистый и выглядит все еще неплохо – немногое осталось с тех пор в таком же достойном состоянии. Ты и я – поношенные тряпки. Пора их сменить.
В это время раздается телефонный звонок. Ты звонишь, для того чтобы сказать, что если я захочу одеть «свадебный костюм», то ты не будешь возражать. Мило. Хотя, какая тебе разница? Неужели с ним все так плохо? Даже хуже чем со мной?..

8.
Что есть? – обсосанное и обглоданное прошлое, недоеденное настоящее, известное, но не понятое будущее. Значит, вся надежда на случай. На определенное обстоятельство места и времени, которое выбьет меня из колеи.
Ночью я проснулся – показалось,что со мной кто-то говорит. Показалось? Я вышел на балкон и стал прислушиваться – ни звука. Абсолютная тишина. Словно ничего и никого нет. Захотелось кричать,чтобы доказать самому себе, что ты есть: «Ночь! Я здесь!». Ночь молчит и смотрит на тебя словно кошка. Твоими глазами на себя.
Судьбы нет – я понял это недавно. Когда? Фатум – это лень, переросшая в раковую опухоль мозга. Что есть? Что осталось? Что будет? Будет то, что есть, вместе с тем, что осталось и, еще «кое-что» или наоборот.
Ветер с дерева неба срывает белые листья. Они укрывают землю, ютятся на камнях, на крыше, на окне. Маленькие, пушистые, белые комочки…
Когда не остается надежды, видеть становится легче. Сегодня утром, выйдя на смотровую площадку снежного замка в долине, далеко внизу сумел отчетливо разглядеть чьи-то мелкие следы. Уверенной тропинкой параллельных точек-следов они вели к моему дому. Лишь к моему дому.
Спустился вниз и отворил входную дверь. На пороге стояла кошка. Наша с тобой кошка. «Моя» кошка, которая с такой же уверенностью, как и я сейчас, могла сказать, что я «ее».
Она стоит на пороге и смотрит, изучает. В дом не заходит. Хочется схватить ее, потискать, но я понимаю, что этого делать нельзя. Она куда-то уходила и лишь недавно вернулась обратно. Она еще не здесь. Я терпеливо жду, держу дверь чтобы она не закрылась. Наконец, когда загрохотало что-то на дороге, ведущей к дому я отвернулся – в этот момент в мой дом вернулась кошка. Я оставил ей еды и вышел посмотреть. Дорога была одна, и мой дом был один на ней. По ней больше никуда не выедешь.
Одев пальто и ботинки я зашагал по чистому белому снегу. Словно на миг застывшее белое море вокруг. Дорога похожа на след уходящего вдаль корабля. За поворотом я обнаруживаю машину с открытым капотом и тебя рядом с ней. Я подхожу. Ты, завидев меня, бежишь мне навстречу. Какая разница, что случилось с машиной? Ты и я возвращаемся домой. На пороге нашего дома нас ждет наша кошка. Какая разница сколько времени прошло? Откуда оно взялось, где оно было, куда оно идет? Какая разница?
Сегодня у наших знакомых свадьба. Я надел свадебный костюм, ты и кошка смотрите на меня. Кошка лежит у тебя на коленях, и ты ее гладишь. Ты сияешь словно весеннее солнышко. Как трудно было переживать без него холода.
Я подхожу к вам и кошка, понюхав костюм, одобряет мой выбор.
Когда приедет аварийная служба неизвестно. По-моему «что-то» с телефоном.
Я иду на кухню готовить обед. Вас так долго «не было», не удивительно, что вы проголодались.
На кухне появляется знакомый запах. Оборачиваюсь, пытаясь понять. Вы входите на кухню и подглядываете за мной.
Солнечные лучи проникли в мой дом, мою нору и вместе с сумраком исчезает грязь и мох.
Мы обедали и ужинали здесь, в нашем доме. С телефоном «что-то»…
Пришла ночь. Забрала наши поношенные тряпки. Доброе утро солнышко…