Освободи меня

Я лежу на кровати и не могу заснуть.
Твой взгляд разбудил меня сегодня рано утром. Раньше обычного. Учитывая, что ночью я долго не могла заснуть от того, что была чем-то необоснованно взволнованна.
Твой взгляд – это, наверное, единственное, что могло разбудить меня так несвойственно мне рано.
Мы столкнулись в лабиринте библиотек. Старинный особняк, или даже дворец, столкнул нас лицом к лицу в одном из своих коридоров.
Наши взгляды – дуэль. Мой взгляд, от которого наяву ты так часто отворачивался, как будто боялся, что я проникну слишком глубоко и попаду туда, куда попадать кому бы то ни было строго настрого опасно, в этом сне принадлежал тебе. В этом сне ты смотрел на меня так, будто тебе известно всё, и даже больше. Ты будто вот-вот хотел подцепить на крючок своего взгляда ту самую маленькую рыбку, которая трепещет где-то внутри меня. И от неистовых колебаний её маленького золотого хвоста расходятся огромные круги по глади большого озера… Это при том, что внешне – во сне – я вела себя предельно осторожно и сама верила в то, что смогу устоять, и вода не посмеет вероломно перелиться через край.
Я лежу на постели и не могу заснуть. Утром в висках стучала одна фраза: «Освободи меня, освободи меня, освободи меня».
Сейчас в голове смешались и, стараясь перепеть друг друга, негармонично, в разлад, и больно отдаваясь басами в висках, поют Сплин и ДДТ.
Я вспоминаю утро, скрючиваюсь на постели и, пытаясь их перекричать, взвываю к тебе: «Дай мне свободу, как я даю её тебе!». Стараюсь не обращать никакого внимания на беззвучные колебания рыбы где-то глубоко внутри меня.
В ответ на крик снова вижу твой пристальный взгляд вглубь меня. Я кажется, даже, теряю сознание, не в силах ему сопротивляться.
Проваливаюсь в стерильно белую, без капли воды, ванну. Мне вспарывают живот. Без капли крови. И из него, один за другим, без счёта и порядка, я собственными руками вынимаю десятки копий уменьшенного до размеров младенца, но во всём остальном похожего на настоящего, взрослого,  тебя . Попадая в мои руки, твои клоны теряют свою материальную оболочку, превращаются в зыбкие очертания белого дыма. И совершенно до последнего клуба испаряются в пространстве.
С последними куда тяжелей! Эти уже – мертвые эмбрионы. Я еле успеваю их вытащить из самых дальних углов своей брюшной полости: они рассыпаются в чёрный угольный порошок прямо у меня в ладонях.
Я их отряхиваю, и остаётся самое сложное. В самом центре моего живота, поднявшийся со дна его огромный скат распластал в разные стороны свои плавники. С трудом  я выдираю за жабры скользкого жалящего ската из своего нутра. Соленые слезы заполняют море образовавшейся пустоты.
Кажется, всё. Я больше не чувствую твоего сверлящего взгляда. Я возвращаюсь обратно в свою постель. Ночная тишина заполняет сознание. Золотая рыбка в моём животе мирно плещется на гребне солёных волн, которые своим ровным колыханием убаюкивают меня.
    Свободной ночи. Спокойного сна.
08.02.11