Очарованный ужин

   ВТОРОЕ МЕСТО В КОНКУРСЕ "ЭРОС"

ВСЕМ ВЛЮБЛЕННЫМ ПОСВЯЩАЮ
     ЭТУ МИНИАТЮРУ      


          – Ты куда вырядилась, подруга? Сегодня день  Святого Валентина, и мы без тебя не можем его достойно встретить и проводить.
         – Ой, девочки, меня сегодня пригласили на свидание!  Вот и открытка пришла, только от кого – не знаю. Приду  – расскажу. И, пряча от подруг глаза, она убежала на свое «девичье» свидание.
         Ресторанчик был небольшим и новым и, видно, довольно популярным, так как
вся прилегающая парковка была заставлена машинами.  Она робко преодолела три ступени, небольшой коридор-гардеробную   и вступила в зал официальных и других приёмов.
        – У Вас заказ? – подскочил вышколенный официант.
        – Да. Тут сказано на два места.
        Она протянула официанту пригласительную открытку.
        – Я провожу Вас.
        Она, слегка волнуясь, шла за официантом. Зал был уютный, стилизован под молдавскую «каса маре», было много столиков на двоих, в углу небольшая открытая сцена для музыкантов,  перед нею свободное пространство, – вероятно, для желающих потанцевать.
        Она  незаметно вздохнула. Присела на отодвинутый официантом стул и на его немой вопрос тихо ответила:
           – Он задерживается.  Пока два фужера  шампанского и фрукты. Полностью накроете стол позже. Я скажу. 
           – Обслужив эту странную посетительницу, официант умчался к другим  столам. Чувствуя себя вполне раскованно, женщина с легкой улыбкой рассматривала зал, глаза отслеживали пары, занимающие столики, губы  что-то шептали, но так тихо, что самое изощрённое ухо не могло бы разобрать ни слова.
         Чуть скрипнул отодвигаемый стул. А может, ей просто показалось. Нет! Конечно, нет!
        – Добрый вечер, мой хороший – нежно проворковала она. – Я уж подумала, ты не придешь.  Ведь прошло столько лет. Помнишь, однажды ты вообще забыл  прийти  на свидание? Ах, да! Это было давно, в  дни нашей зеленой юности. Сейчас ты себе подобного не позволяешь?! Я рада за тебя.
          Влюблёнными глазами она рассматривала сидящего напротив мужчину: его смуглое лицо, чёрные низкие брови, нависающие над угольно-чёрными глазами. Несколько тонковатые губы не портили общего образа, а как бы убеждали собеседника, что  этот человек умеет настаивать на своём. Маленькая ямочка на подбородке неожиданно смягчала суровое выражение лица. К тщательно выбритым щекам хотелось дотронуться ладошкой. И только тихий вздох выдал невозможность этого.
            С трудом отведя глаза от бесконечно любимого лица, она  с  мягкой улыбкой  тихонько сказала:
          – Давай за встречу  пригубим бокалы, как тогда в Большом театре, помнишь?  Ты тогда купил нам разных вкусностей, и мы впервые попробовали жульен. Ты помнишь? Ну что ты смеешься? Ну да, я так и осталась той чуть деревенской девчонкой. Я ужаснулась стоимости заказа, а ты засмеялся и сказал:
           – Ты не представляешь, как приятно тратить деньги на любимую женщину. А потом мы спустились вниз.  Ты сбежал быстрее меня, чтобы снизу ещё раз посмотреть, как я схожу в своем вечернем наряде по ступеням, и ты назвал меня королевой, а я чуть не расплакалась от переполнявшего меня чувства любви и благодарности за подаренный вечер счастья, счастья быть с тобой.
        – Что? Ты говоришь, я по-прежнему прелестна? Ты льстишь мне, мой  родной. От прелести осталось лишь  желание тебя поддразнивать и смотреть, как грозно ты хмуришься.
        Она чуть дотронулась до бокала собеседника и пригубила шампанское. Мелодичный звон соприкоснувшихся бокалов тонкого богемского стекла совпал с первым аккордом скрипки.
          Она с нежностью смотрела на него. Пытливо,  чуть прищурив странно заблестевшие  глаза,  она смотрела на своего  любимого мужчину. Единственного и навсегда. Вспомнилось первое свидание  и его теплый шёпот:  «Волосы твои, как лён ...  И я всю жизнь буду любить только тебя».
          Тихо вздохнув от нахлынувших воспоминаний, она вернулась в настоящее и с болью прошептала:
          – Тогда объясни мне  почему, почему ты так внезапно и так навсегда ушел?
          Привстав, она смахнула с его плеча невидимую пушинку и,  ласково проведя рукой по  рукаву пиджака, задержала свою ладонь на его пальцах. Они были холодны и чуть дрожали.
       – Волнуется, – с нежностью подумала она. Они молча разглядывали друг друга, отмечая  что-то новое, находя  знакомое, родное.
        Тихо пела-страдала скрипка, рассказывая, как им одиноко врозь и как ещё не скоро они смогут навсегда быть вместе.
       – А ты помнишь? – засмеялась она, чтобы не расплакаться навзрыд. – А ты помнишь, как мы удирали с работы и убегали в лес  пошуршать осенней листвой и деревья играли с нами в прятки?
       – Да, мой родной. Я забыла тебе сказать. Я нашла для себя новое развлечение. Я начала писать. Ты смеёшься? Ты не веришь, а ты  войди на портал «проза.ру»  и найдёшь. Однажды я плакала по тебе и написала маленькую миниатюрку «Плачет осень». То не капли росы, то мои слёзы скатывались  по стебелькам мокрых трав. Это от тоски по тебе, мой единственный.
        У меня появилось много друзей. Мне очень  нравятся несколько читателей. Не хмурься, не надо. Это мои виртуальные  друзья.  Один из них поделился со мной секретом, как они  через пиар-технологию помогли  избрать нашего Президента на второй срок.
         –  Ну да, я согласна, что не очень поумнела со дня нашей последней встречи. Нет! Я знала, что есть такие технологии, что заинтересованные умело ими пользуются. Но что это будет претворяться в жизнь в нашей республике!?  … Я рада, что я тебя рассмешила.
         – Со своими произведениями я участвую в конкурсах. Пока я занимаю  места очень далёкие от призовых, но я не огорчаюсь. Один из читателей даже написал, чтобы я не слишком обращала внимание на посторонние мнения  и продолжала писать, а благодарные читатели найдутся всегда.  Он в чём-то напоминает тебя. Он умеет удивительно слушать. Спокойно и внимательно. И ему не страшно о чём-то сокровенном рассказывать. – Я верю, он умеет хранить тайны. Ты знаешь, у него такой же галстук, как у тебя? С такой же милой полоской.
         – Кто он? – Я не знаю. Где живет и работает? – Я не знаю. Да и разве это так важно?!   Понимаешь, милый, мне очень нужен собеседник. Ты не ревнуй меня.
          – Танцевать? Ты приглашаешь меня на танго? Нет, мы не будем  сегодня танцевать. Это не наше танго. Сегодня танго – битва  двух бесконечно сильных людей за право быть первым, это танец победителей, сильных, страстных, влюблённых только в себя. Это не танец, это борьба двух начал.
         А наше  танго, танго  наших времён –  бесконечно нежное, доверительное. Двое посвящали друг другу танцем  песнь любви, верности, стыдливой страсти.
         – Я вижу, ты сник?  Почему?  Ты, наверное,  устал от моей болтовни? Уже поздно?  Тебе завтра рано вставать?  Ты проводишь меня?
         Положив на край стола плату за заказ и чаевые, она, осторожно обходя танцующих, пошла к выходу. Пары невольно расступались перед этой  женщиной  с застывшим взглядом  и сдержанной улыбкой, что уверенно и мягко прокладывала путь кому-то, следовавшему рядом с нею.    Чувствовалось – их было двое, – … но шла она одна.
          К опустевшему столику подошел официант. Ужин так и не был востребован, но оплачен. Два бокала практически не тронуты. Только из одного чуть пригубили.
          – Странная пара. Я его и не заметил. Ладно, солью в бутылку и продам ещё раз какому-нибудь лоху.
       – Это ты?  Как вечеринка?  Кто он?  Мы заждались,  подружка!
       – Девочки! Это был чудесный, очарованный ужин, полный воспоминаний и любви. Но я давно не танцевала и не пила так много шампанского, устала очень ...   Завтра расскажу…
         И только мокрая подушка знала правду, но молчала, как самая верная из подруг.