десантник на одну десятую

Сначала я попал в учебку транспортных войск (потому на фото я в черных погонах), через пару недель меня перенаправили в мотострелковую дивизию (то есть, в пехотную, если по старому), но - в полк ПВО при ней. То есть, я и транспортник, и пехотинец, и пэвэошник.

Но так получилось, что я на 1/10 могу считать себя еще и "десантником". В фонтан на День десантника мне нырять, конечно, не положено, но бутылку пива в честь голубых беретов я выпить могу.

Был такой период в жизни советских солдат - с момента призыва и до принятия присяги - когда они проходили так называемый "курс молодого бойца". Этот период длился ровно два месяца. Только что призванные солдаты жили в отдельной казарме, и придурковатые  сержанты-горлопаны, разной степени отмороженности, учили их заправлять койки, ходить строем и петь бодрящие, позитивные песни, типа: "Не плачь, девчонка, пройдут дожди!" (Мне, кстати, всегда нравилось петь хором в строю - я очень воодушевлялся тогда, и это я без всякой иронии сообщаю).

Но у нас "курс молодого бойца" вели спецназовцы. Так получилось...

Тогда как раз выводили войска из Афганистана. И десантников, которым осталось дослужить совсем немножко, отправили к нам - дрессировать новобранцев. Это были не десантники-парашютисты, а десантники-штурмовики. В Афганистане никто не прыгал с парашютом - парашютисты разбивались бы о скалы. Афганские десантники брали укрепления противника штурмом или устраивали засады караванам.

Нет, поначалу их было направили в родные ВДВ. Но там они, мягко говоря, не прижились. Они были неуправляемыми, потому что признавали командирами только тех офицеров, которые воевали, а на остальных клали с прибором: могли и послать, и даже ударить по голове. Вообще-то за такое положено отдавать под трибунал, но этих ребят не отдали: они же герои войны, все в орденах, то да сё! Последней каплей, переполнившей чашу терпения командования, был штурм гауптвахты, который успешно осуществили бывшие "афганцы". Их товарища посадили на несколько суток на губу, вот они и пошли его освобождать. Ну и освободили... Хоть и без жертв обошлось, но все равно - скандал!

Их перевели из ВДВ в пехоту - и прислали к нам, воспитывать, значит. Они носили общевойсковую форму, но с голубыми погонами и значками ВДВ в петлицах. Так нельзя вообще-то, но на это закрыли глаза - решили, черт с ними, лишь бы не буйствовали и, дослужив оставшееся, разъехались бы без проблем по домам.

Если вы смотрели "9 роту", то, конечно, запомнили сержанта, который гонял молодых солдат в десантной учебке.

Артист Пореченков создал очень сочный образ: именно такими и были наши сержанты, и вели они себя так же, и методы применяли те же. Но я не испытывал к ним негативных чувств, потому что в этих ребятах не было ни самодурства, ни садизма. Они не получали никакого удовольствия, мучая наши тела и души физическими упражнениями и психологическим прессингом. Ну, просто, как их самих учили воевать, так и они нас учили!

Маршировали мы крайне редко, но зато познали за два месяца многие из "десертов" десантной подготовки. Я не буду рассказывать обо всем, это слишков долго. Посмотрите первую часть той же "9 роты", там все очень точно.

Сообщу лишь такой факт: по армейскому уставу положено одеваться по тревоге за 40 секунд. Но у нас была совсем другая норма - 20 секунд. И этот безумный тренинг на "одевание-раздевание" обычно проводился после 10 километрового кросса. И заканчивался он только тогда, когда в 20 секунд не укладывались все поголовно. А нас было - сто человек. Из этой сотни больше половины - неповоротливые увальни или тормоза-ботаники. И вот, когда последний "тормоз" наконец-то не сумеет нечеловеческим усилием воли собрать все свои резервы, которые заложила в него природа, и не уложится с тридцатой или сороковой попытки в 20 секунд, все остальные должны были дергаться с ним за компанию. 

И я, к слову сказать, до сих пор очень быстро одеваюсь