И в мечетях, и в пагодах, и...

И в мечетях, и в пагодах, и
В ненамоленных синагогах
Роковые бормочут стихи
О владыках-единорогах.

И когда опьяняется мрак,
Исторгаются песней о гадах,
И в церквях, где бесчинствует враг,
Не иконы - акцизы в окладах.

Упади, поклонись топорам,
Их святые - Иван да Малюта.
Открываешь псалтырь их, а там
Нефтяная клокочет валюта.

И безбожьем протравленный быт
Весь гноит по законам гниения.
Безобразный, безжалостный вид
Повсеместного опустошения.

Муравьиным потоком толпа
Надвигается мощно и прямо,
Будто двинулись мертвых гроба
По колдобинам и через ямы.

Ты услышал: хватай и беги?
И бегут, и хватают, и мечутся,
И бесовские водят круги,
Как в сеансе психическом лечатся.

Цель близка для людей и машин,
Перекресток стоит косолапясь,
А дороги легли как один,
А на камне былинная надпись:

"Смерть отыщешь", а надо идти
Не во славу, не ради почета -
Ты пришел, так давай заплати
Головой за прописку у Черта.

Ты еще не шагнул за предел,
Ухватился за камень, а мимо -
Разношерстное скопище тел
В одеялах от Третьего Рима.

Из воздушной обманной сети,
Словно воды прорвали плотину,
Затопили Господни пути,
Чтоб ни Духу Святому, ни Сыну.

Хочешь с ними? Не хочешь - замри,
Скоро камень до сердца достанет.
Вознеслиcь над толпой упыри,
Каждый плетью стегает и правит!

От советской седой старины
До древлянских до самых окраин
До последнего края пьяны
И до сердца их воздух протравлен.

Как стада, за потоком поток,
Гонят злее теперь и свободней,
Словно нужно в назначенный срок
Им добраться до врат Преисподней.

Далеко: за потоком поток,
Одинокие бедные дети...
Только топот запыленных ног,
Да свистят, задыхаются плети.