туристское ралли

Часто, приезжая на соревнования или другие массовые мероприятия, мы даже  не задумываемся над тем, сколько труда вложено в их проведение. Сколько людей было задействовано, какие решения принимались, какие, быть может, разыгрывались драмы. Поэтому мне хочется не просто рассказать об очередном школьном слете, но рассказать и о том, как его подготавливают.
Все начинается с выбора места проведения. Еще с весны этого года хотелось найти новое место, так как Школьный лес, Крымского района, одни и те же поляны давно приелись. Школьный, Молодежный, Учительский – все слеты проходят там. И лично я, узнав о намерении Виктора Егоровича выяснить нельзя ли в Сукко провести соревнования, только обрадовалась, с воодушевлением принявшись искать карты района. Еще в ___ годах, до того, как школьные слеты «переехали» в лес поселка Школьный, они проводились в районе Сукко, в Топольной щели. Эту щель и надлежало сперва найти на картах, а затем на месте разобраться, что да как. С первым пунктом справились, транспорт Лидия Петровна выделила, поездку назначили на 11 сентября. Единственное поехать довелось не многим. У кого-то были уроки, кто-то не смог по семейным обстоятельствам, кого-то по оплошности забыли предупредить. В результате нас поехало четверо: Виктор Егорович, Лидия Александровна, Ольга Николаевна и я. До Топольной щели мы так и не добрались, остановившись на симпатичной, довольно большой поляне. Воды по близости не оказалось, от речки Сукко осталось лишь живописное сухое русло. Зато были найдены и место для судейского лагеря, и места для биваков школьников, и намечена трасса соревнований. Тогда же появилась идея туристского ралли. Ольга Николаевна предложила использовать общий старт, при котором все команды одновременно отправлялись бы на этапы. Все, казалось, складывалось как нельзя лучше. Всем нам понравилось новое место и отсутствие воды не казалось катастрофическим недостатком. В конце концов в походах часто берут бутулированную воду. От асфальтированной дороги до поляны было не более двух километров, которые можно было бы преодолеть и при условии недавно прошедших дождей.
Таким образом, после 11-го сентября мы принялись готовиться к проведению слета в Сукко. На эту работу оставалось две недели. И за этот срок нужно было успеть обдумать схему соревнований, этапы, время,

штрафы, судейство, протоколы, работу по этапам и многое другое. Мало того обдумать, но и довести до логического завершения в виде конкретного документа. Одно только планирование отнимает много сил. Одно только положение изменялось раз пять. Обсудить, согласовать, разъяснить каждому классному руководителю, каждому судье на этапе, подготовить детей. Нечего и говорить, огромная работа. Труднее всего оказалось довести нужную информацию  до сведения всех заинтересованных лиц. В итоге с этой задачей мы так и не справились полностью. Провести общее собрание никак не удавалось. Все учителя, у всех уроки, обязанности, нехватка времени. Да и в школе туристский слет не единственное мероприятие.
20-го сентября Николай Алексеевич, Эмма Абрамовна и Виктор Егорович ездили в Сукко во второй раз. Главным образом показать новое место Николаю Алексеевичу как лицу, ответственному за безопасность детей. Доехали до Топольной щели, нашли источник, но в итоге и первая и вторая стоянка оказались забракованными. Было решено ехать как обычно на старые добрые проверенные поляны школьного леса. Кажется ничего особенного, но трассу соревнований уже подготовили из расчета на Сукко. Оставалось меньше недели времени. Протоколы, карточки, материал по этапам уже хранился в папке на бумажных носителях и в школьных компьютерах в качестве электронного варианта. Самым проблемным моментом оставалась работа с коллективом. С ближайшими помощниками инструктаж провели, но это лишь капля в море. В конечном итоге, на собрании у директора 23-го числа, всё вылилось в бурные негодования учителей. Действительно, получалось классные руководители не готовы, судьи не готовы, дети и подавно. Но кто виноват? Малый срок, отведенный на подготовку, перегруженные работой учителя, мы, не успевшие всех оповестить и с каждым поговорить? Чья бы ни была вина, но положение следовало исправлять. Начали распечатывать бумаги, объяснять, рассказывать.
Новшества или точнее нововведения этого турслета не исчерпывались туристским ралли, не знакомым ученикам и судьям. Мы предложили собрать некую группу из судей на этапах и отправить эту группу на Газели, со всем снаряжением не 25-го утром, на час раньше приезда детей (как было в прошлый раз), а 24-го вечером. И таким образом с вечера занять место, разбить судейский лагерь, а утром рано начать подготовку полосы для соревнований. Собственно говоря, идея принадлежала мне. Виктор Егорович
с одной стороны одобрял такой ход подготовки, но с другой очень беспокоился за здоровье тех, кто должен был ехать. Известно, ночи в сентябре холодные. Да и трудно найти добровольцев. На одном из совещаний у Лидии Петровны, она и Николай Алексеевич одобрили мою идею и обещали дать транспорт. Однако вскоре и сам транспорт встал под вопросом и участие в экспедиции некоторых ее членов. Пришлось оставить сбор вещей непосредственно до дня возможного выезда с ночевкой, и идти утром рано к Лидии Петровне. В начале разговора она отказала в предварительном выезде. Я, уже успев примириться с неизбежным финалом,  с горечью начала обдумывать как сказать о том соратникам. Но тут, вдруг, к концу разговора появилась надежда. Надежда оставалась призрачной еще более двух часов, по истечении которых я перезвонила Лидии Петровне. И, о чудо, Газель в нашем распоряжении! Нужно лишь обзвонить всех и точно сказать директору сколько человек едет. И началась с моей стороны суматоха. Звонки, выяснения, уточнения, последние приготовления бумаг для этапов. Договорились выехать в 6 вечера. С работы меня отпустили в третьем часу, а вещи не собраны. А нужно и в школе вещи собрать и пообедать не лишнее. В конце концов попросила Диану помочь донести вещи до школы, так как к обычному снаряжению добавились плакат и пакет с едой (решили брать кто что может, без общих закупок). Не без приключений добрались до школы, обосновались, естественно, в школьном музее. Не успели перевести дух, как нас атаковали школьники с просьбой научить вязать узлы для конкурса. В половину шестого избавились от последних страждущих, намереваясь начать перетаскивать нужное снаряжение из подсобки, но актовый зал, через который должен был пройти наш путь, оказался занятым. Конференция закончилась в 10 минут седьмого. Вместе с Виктором Егоровичем взялись переносить вещи из подсобки. К этому времени подошел Юрий, Ирина Николаевна с сыном и Светлана. Все дружно загрузили Газель. Виктор Егорович и Диана планировали поехать с нами и остаться до вечера. Вечером Юрий отвез бы их обратно в Витязево. Однако мы слишком поздно назначили выезд, к тому же задержались, так что ехать им не оставалось смысла.  Пришлось Виктору Егоровичу буквально на пальцах объяснять нам где разбить лагерь, где поставить этапы, благо поляны изучены досконально. Выехали на двух машинах – Газель и машина Василия Николаевича. По дороге заехали к Ивановым за лопатой и топором, я (живу по соседству) сбегала за чайником для костра, подвезли Виктора Егоровича до дома и в путь.

Приехали на место мы уже затемно. А на излюбленных полянах нас ждал сюрприз в лице нескольких десятков человек. Музыка, веселье, представление художественной самодеятельности. Одним словом проходил слет и судя по всему молодежный. Я, Ирина Николаевна и ее сын Аркаша отправились в «будку гласности» звонить Виктору Егоровичу. По дороге объяснили ситуацию подъехавшим Василию Николаевичу и Матвею. Взбираться на горку в темноте, потеряв тропинку, стало веселым делом. Насобирав множество «собачек», поминутно рискуя подвернуть ногу или упасть в скрытую  травой яму мы, наконец, добрались до зоны действия сотовой сети. Жаль было сообщать Виктору Егоровичу печальную новость, но ничего не поделаешь. Две недели подготовки к слету стали для этого человека неделями испытаний. Сколько раз он огорчался и расстраивался, и вот сейчас очередная неприятность. Виктор Егорович посоветовал нам найти место для ночевки, а утром уже будем решать, что делать дальше. Спустились на поляны. Молодежный слет сворачивался в воскресенье, а значит место занято и нужно искать новое. Наверно я не ошибусь, предположив свою персону единственной обрадовавшейся этой новости. Как ни крути, а наш школьный слет пройдет на новых полянах, нам самим предстоит искать себе место для ночевки, разбивать лагерь в темноте, и выходит какое ни на есть а приключение. Таким образом мы загрузились обратно по машинам и я предложила подняться по дороге выше, где, насколько я помнила, встречались другие поляны. Далеко мы  не уехали, заметив справа от дороги просеку в густой растительности. Тут же все вышли и с единственным фонарем отправились осматривать территорию. Полянка нарисовалась небольшая, уединенная и хорошо утоптанная. По сторонам от нее, под деревьями, ютились другие, маленькие и с костровищами полянки. По сему видать места туристам знакомые. О величине же всей территории при свете фонаря судить было трудно. Решили исследовать все утром.

Выбрали место, подогнали машины и при свете фар начали разгружать имущество. Кто-то занялся приготовлением ужина, кто-то собирал дрова, кто-то разводил костер. Я принялась за любимое дело – сбор палаток. Первый раз делала это ночью.
Следует с радостью признать какая отличная компания у нас собралась и всего-то в семь человек. Уже совсем скоро, покончив с делами, мы сидели за праздничным столом. Именно праздничным, потому как отмечали день рождения Светланы. Шутили, ели, школу вспоминали, постепенно одевались теплее.
Освещал наш лагерь костер и подвешенный над столом фонарь.  Была и музыка, так что удобства оставались нам не чуждыми. Часа через полтора, замерзнув, мы подсели к костру. Развлекались вязкой узлов, разговорами. Спать ложились все разом, чему опять таки можно было только порадоваться – никакого шума, мешающего заснуть, не в меру громких разговоров и прочего. Я лично, согревшись у костра, прогулялась на сон грядущий, полюбовавшись полной луной, заливающей сиянием центральную поляну получше всяких прожекторов. Прогулка, впрочем, не затянулась – нельзя было вновь замерзать. В палатке меня ждали теплые вещи, приготовленные для ночлега.
Спальников и карематов хватило всем желающим,  я и Ирина Николаевна спали в собственных палатках, Ивановы – в «Газели», Василий Николаевич с братом – в казенной палатке, поставленной поближе к костру. По договоренности, подъем назначили на 7 утра. Первыми встали Ивановы, так как Юрий уже часов в 6 уехал в школу. Светлана осталась греться у костра. Я еще с полчаса валялась в палатке – тепло, хорошо, и вставать мерзнуть не хотелось. Через окошко в потолке виднелось посветлевшее  небо, переплетенное ветвями укрывающего наш лагерь леса. Привычного майского гомона птиц не доносилось, лишь перекликание двух пернатых, выясняющих с утра пораньше сои какие-то важные проблемы. Примерно без двадцати минут семь, я принялась снимать теплые вещи, укладывать их  в сумку, наводить порядок в палатке. Затем присоединилась к Светлане, прибиравшейся в лагере. С рассветом выяснилось, что остановились мы, грубо говоря  на мусорной свалке: повсюду  мелкие бумажки, а недалеко от нас и вовсе яма с отбросами. Очевидно поляна пользовалась успехом у туристов.

От нашего шуршания проснулась Ирина Николаевна, затем Василий Николаевич. Таким образом, в 7 часов утра практически все были на ногах. Я отправилась прогуляться, а заодно окончательно проснуться и найти воду. Недалеко от нас должен был находиться родник. Я вышла на проселочную дорогу, по которой мы поднялись от старых полян. Кстати, молодежный слет, оставшийся в низине,  никак не напоминал о себе. К нам не поднимались ни люди, ни звуки музыки, ничего.  Я уже хотела углубиться в лес, перейдя дорогу, как вдруг услышала явственное журчание воды в невдалеке. И действительно, шагах в 10-15 нарисовалась лужа, образованная ручейком, пересекавшем дорогу наискось. Я отправилась  по течению. Почва резко уходила вниз, ручеек спускался каскадом по многочисленным, вымытым им  же ступенькам. Я спустилась до пологого места, где вода скрывалась под большими листьями лопухов.  Идти дальше не имело смысла, однако и в лагерь возвращаться не хотелось.  Тогда я решила прогуляться и осмотреть окрестности. Через несколько метров дорога раздвоилась,  одна из ветвей ушла налево и вверх.  Я выбрала другую ветвь, и пошла прямо. Вскоре лес  расступился, и я оказалась на большой поляне. Дорога уходила дальше, по правую от нее сторону лежали небольшие, свободные от леса, но заросшие травой пространства, а по левую  раскинулась прекрасная площадь, целый плацдарм для соревнований. Ровные поверхности, чередующиеся со своеобразными котловинами, укромными площадками. В целом, несколько вытянутая территория, с одной стороны ограниченная дорогой, с другой – земляным валом.  Отличное место для ралли.

Но как лучше? Оставить судейский лагерь там, где он есть, а школьный расположить здесь? Все лагеря перенести сюда, или пусть они будут в одном месте, а соревнования в другом? Нужно вернуться к своим, посоветоваться. Я развернулась и отправилась обратно легким бегом. Однако скоро, за поворотом,  натолкнулась  на Василия Николаевича, идущего навстречу.  Оказалось, поляна ему знакома, и он предлагал ралли провести там. Пошли снова осматривать местность. В принципе, от судейского лагеря расстояние небольшое, место хорошее – можно разместить все 12 этапов, в том числе подъем/спуск. Мы поднялись на скалистую гряду, чтобы позвонить Виктору Егоровичу. Вопрос встал относительно разбивки ралли. Или ждать приезда школы и перебираться на другое место, потеряв при этом массу ценного времени, или разбивать этапы на облюбованной нами новой поляне с тем, чтобы закончить работу к приезду школьных автобусов. Трудно понять друг друга, объясняя по звездам район Школьного леса, все поляны, дороги. В общем, решили ставить этапы, а там будь что будет. Вернулись в судейский лагерь, обошли всю местность вокруг центральной поляны, прикидывая, смогут ли разместиться 12 команд, посоветовались с другими членами нашей экспедиции  и сошлись на мнении: разделить этапы соревнований и биваки участников.  Места вокруг судейского лагеря достаточно, есть поляна для спортивных игр и линейки, родник рядом, и дети не будут крутиться вокруг этапов и лезть на обрыв. Сказано - сделано. Набрали воды из родника, вскипятили, сели пить чай.
В 8 часов собрались выдвигаться готовить этапы. Опоздав, конечно, сгрузили необходимый инвентарь в машину Василия Николаевича и, оставив  «на хозяйстве» Светлану  и Ирину Николаевну, уехали на поляну для соревнований. Приехав, первым делом стали готовить «лобное место».  Достаточно широкая и ровная площадка, к тому же удобно расположенная, сама напрашивалась на эту роль. Понадобилось изготовить 4 колышка для веревки. Нашлось неподалеку нечто наподобие длинного шеста. Оставалось лишь вырыть яму, укрепить шест в ней – и готов флагшток для поднятия флага. Но тут выяснилось, что мы умудрились забыть топор и лопату в лагере. Поручив Матвею и Аркаше заниматься «лобным местом», мы с Василием Николаевичем, прихватив папку с бумагами по соревнованиям, отправились смотреть, где конкретно  какой этап ставить. 

Для спуска/подъема  подходило  пологое место в дальнем конце площадки. Утром, спускаясь с гребня, мы прошли как раз по той его части, которая плавно спускалась вниз. Здесь легко подниматься даже и без страховки.  Принесли веревку. Ее длины без труда хватало и на спуск, и на подъем. Взяв один конец, я поднялась наверх, пролезла через кусты, пропустив веревку за двумя более крепкими стволами деревьев, и вылезла с другой стороны. Но как закрепить веревку? Каким узлом? Поднялся Василий Николаевич, но мы  и вдвоем ничего не придумали лучше, чем на каждый этап закрепить по отдельной веревке. В этом случае всё понятно – крепить при помощи удавки.  Сложность заключалась лишь в том, как завязать узел большим мотком лишней веревки. С этим справились. Итак, спуск/подъем готовы. Вернулись к машине за табличками с названиями этапов, и за колышками для мышеловки. Матвей с Аркашей заканчивали оборудовать лобное место. В каменистую почву колышки им удалось заколотить с большим трудом. Для устойчивости обложили их камнями. Следующим шагом стало разматывание веревки для ограждения.
А времени до приезда детей оставалось все меньше. Захватив таблички и разобранную мышеловку я и Василий Николаевич пошли расставлять этапы. Вернее, раскладывать таблички с их названиями – забить что-либо в почву представлялось делом тяжелым.  Разметив таким образом этапы, я пошла готовить при помощи Матвея свой личный этап, а Василий Николаевич   возился с табличками. И вот когда я уже заканчивала со своим этапом, показалась делегация: Виктор Егорович, Диана, Лера. Что-то в их появлении мне сразу не понравилось. И не зря. Минуты через две подошел Василий Николаевич, все были в сборе, и Виктор Егорович отдал указ разбирать полосу, сворачивать снаряжение. Оказывается, добравшиеся первыми до судейского лагеря несколько учителей стали громко высказывать свое недовольство,  настаивая на возвращении на «любимые поляны».

Будто поляны только их дожидаются. Дескать, от трассы очень далеко. Вещей много, как все дойдут, и прочее. Нечего и говорить, как мы восприняли эту новость – ведь у нас разве что мышеловка не была установлена. Если сейчас сворачивать полосу, разбирать лагерь, переезжать, затем вновь ставить этапы,  а не факт, что мы найдем место для спуска/подъема, а в этом случае их надо чем-то заменить.  Одним словом, туристское ралли срывается, никаких соревнований не будет. Здесь уже и в нашей компании наметился раскол. Всё трещало по швам. Незаслуженно мы обрушились со своим негодованием на Виктора Егоровича, словно он сам не понимал, что всё разваливается,  и словно его труд тоже  не шел прахом. Что он один мог поделать, когда учителя наотрез отказывались оставаться? Стыдно, конечно. Нам следовало с большим пониманием отнестись к ситуации и не требовать от Виктора Егоровича невозможного. Оборвав все споры, он ушел обратно к судейскому лагерю. Нам оставалось лишь смириться с неизбежностью, и, ругаясь, собирать вещи. Диана  и Лера сворачивали вязку узлов, Матвей – лобное место, я, Василий Николаевич и Аркаша пошли на спуск/подъем, подошедшая Светлана убирала таблички. Светлане и Ирине Николаевне, находившимся в судейском лагере, пришлось принять на себя весь гнев недовольных коллег. Досталось, впрочем, и Юрию, и, естественно, Виктору Егоровичу, безуспешно пытавшемуся примирить всех. 
Прежде чем сматывать веревки, мы вдоволь попрактиковались в спуске и подъеме. Не зря же готовили их! И, углубившись опять в колючие дебри, стали распутывать узлы. Пока мы с Василием Николаевичем смотали спуск, Аркаша успел запутать подъем. Мы и забыли, что он не знает, как вязать удавку. Еще минут 10 разматывали его путаницу. Вышли из кустарника на край возвышенности, начали битировать веревку, как к нам подошел Дамир Марсович.
 - У меня для вас две новости. С какой начать? С плохой, или хорошей?
 - Давай с хорошей, – ответил Василий Николаевич.
 - А я не знаю, какая из них хорошая, – признался, смеясь, Дамир.
В общем, пока все спорили, дети с классными руководителями дошли до судейского лагеря, и поворачивать всю эту огромную массу вспять, гнать другое место не представлялось возможным. Все оставались. Значит, собранные этапы нужно было опять разбивать.

Пошла с Дамиром искать топор, он намеревался ставить мышеловку, и нужно было что-то использовать вместо молотка. Долго не могли найти. Потом разматывала веревку, пока Матвей вновь укреплял колышки для ограждения лобного места. Натянули, закрепили веревку за колышки. Снова этап вязки узлов, расстановка табличек.
Второй раз полосу для соревнований поставили быстрее. А вот и наши учителя-судьи пришли смотреть, где им предстоит работать. Руководила всем Вере Юрьевна, вооружившись громкоговорителем. Я принесла из машины папку с протоколами, и все решили пройти по этапам. Одновременно начались перестановки судей. На каком-то этапе не оказалось ни одного человека, кто-то с кем-то меняется, кто-то не приехал и прочее. Например, Диану с Лерой успели смесить со спуска/подъема на мышеловку, а оттуда на топографию. Пробежавшись по этапам, выяснив кое-какие вопросы, судьи приняли резонное решение позавтракать. Из графика мы нещадно выбивались, Виктор Егорович удивился: какой завтрак, впереди масса работы, но работать на голодный желудок никому не хотелось. Все удалились.  Последними уходили пришедшие первыми.
На полянах для биваков кипела деловитая, шумная жизнедеятельность. Равно, как и в судейском лагере. Чем лучше узнаешь учительский коллектив, тем больше убеждаешься в его невероятном сходстве с ученическим.
Зря мы переживали, смогут ли 12 команд  разместиться на новом месте.  Разместились. Вместе с машинами родителей. И на центральной поляне дети уже гоняли мяч. Людей приехало прилично. Мне же, час от часу,  наш быт нравился все больше. С молодежным слетом никак не пересекались, никаких посторонних  людей, проезжающих машин. Будто мы и вовсе в другом лесу. Раздала судьям протоколы, пока поговорили, команды уже собрались  на поляне, готовые к выходу.

Мы с Ириной Николаевной шли во главе колонны. Начинались соревнования, самый ответственный момент. Я подозревала, да и трудно было не предвидеть   глобальную неразбериху с ралли, и все же случившийся кавардак превзошел все ожидания. Судьи разошлись по этапам, команды стояли на «лобном месте», но ничего не происходило. Все чего-то ждали. Мы с Дианой и Лерой обсуждали, как им лучше проводить конкурс по топографии. Очень скоро выяснилось наличие вместо 12-ти протоколов у каждого судьи, всего 1-го экземпляра,  в результате чего пришлось выкручиваться, и использовать этот единственный экземпляр как матрицу для подсчета штрафных баллов. Ничего страшного. Я запаслась карандашом и стеркой. Чистой бумаги у секретаря хватало. Вроде бы все выяснили, девочки ушли к себе, я к себе на этап. На вязке узлов я работала с Василием Николаевичем. Уже в самом начале, когда распределялись судьи по этапам, нас оставили на узлах. Не зря же мы когда-то учили их, готовясь к учительскому слету. Нам было легче доучить несколько узлов, чем кому-то начинать с нуля. Я сложила всё на большой камень, служивший чем-то вроде стола. Место мы себе нашли отличное, лобная поляна как на ладони, от дороги близко, тенек есть. Я ждала начала торжественной линейки в честь открытия соревнований. Флаг забыли в школе, но это полбеды. Ничего все равно не начиналось. Продолжалась беготня. Шалденко командовала построением, дети кричали, суетились взрослые. Я вспомнила о карточках с названиями узлов, где они? Пришлось брать ключи от машины, идти искать в багажнике папку, в итоге карточки нашла, потом они опять потерялись. Суматоха. Линейку так и не провели. Попытались объяснить правила ралли, никто не знает.  Отправили меня, вручили громкоговоритель. Я, конечно, не гадала о такой роли, едва что-то объяснила, раздала капитанам команд зачетные маршрутные карточки, и начался пробный забег. Команды знакомились с трассой. Хорошо, когда судей двое – можно отлучиться, зная, что тебя страхуют. А  отлучаться мне приходилось по всяким организаторским мелочам. Пробный забег закончился быстро, дети заняли свои места на «лобной» поляне. Конкурс представления команд провели, переиграв, для всех одновременно, учитывая время.  Вообще говоря, ралли заключалось не в быстроте прохождения заданий, а в правильности их выполнения. Заранее отводилось время работы на каждом этапе, учитывались перемещения между этапами, и команда прибегала в строго отведенное для нее время, работа с заданием и убегала. Это всё было расписано в командных карточках.

Жаль, не всем судьям мы успели это втолковать как следует. Когда прозвучал старт, и временем отсчета назначили 13:05 ( по идее, старт  приходился на 12:00), многие так и не поняли, что от них требуется. Некоторые судьи задерживали на своих этапах, некоторые классные руководители, сопровождавшие команды, не разобрались в системе и вносили дополнительный кавардак. Впрочем, накладки всегда неизбежны. На своем этапе мы принимали всех по времени, пока не поняли, что кто-то из наших коллег его не соблюдает. Но нельзя же судить по-разному, как начали, так и продолжать надо. Василий Николаевич всем объяснял, зачем в карточках время написано, так как команды часто прибегали, когда им  заблагорассудится, особенно в первое время. И детям, и классным руководителям, и судьям говорил.

Кстати, рядом с нами стояли Вера Юрьевна (компостер), Лидия Александровна и Светлана Николаевна(растительность), Диана и Лера(топография). Касаемо непосредственно вязки узлов, нашего этапа, я переживала, что за отведенные пять минут мы даже вдвоем не успеем принять 10 человек, проверить завязанные ими узлы, подсчитать штрафные баллы, записать их в командную карточку. А при условии опоздания, время еще сокращалось. Виктор Егорович и я хотели взять еще третьего человека в помощь, но за недостатком людей, третьего не выделили. А команды прибегали не позже, а раньше намеченного срока. Мы справились прекрасно вдвоем. Я занималась только узлами: учила 5 «в» (они участвовали впервые), учила пришедших раньше времени ( они тренировались), раздавала карточки, собирала их, следила за работой команды, проверяла завязанные узлы. Василий  Николаевич занимался всем остальным, я лишь в свободные минуты выходила встречать команды, гостей в лице Виктора Егоровича или корреспондента, принимала некоторое участие в принятии решений.  Следить за временем, заполнять карточки, считать баллы, разбираться со всеми спорными вопросами – ничего этого я не делала. С таким разделением обязанностей работа продвигалась вполне успешно.

Понемногу участники стали разбираться в ситуации. Хотя были и недовольные, и обиженные ( две команды, пропустившие свое время, мы сняли  конкурса), и даже скандал случился. Зато в общем и целом все прошло нормально  и быстро. Мне лично понравилось, а мелкие недоработки, ошибки, несогласованность ... не ошибается тот, кто ничего не делает. Главное в следующий раз учесть оплошности. Разве не интересно с ходу выпутываться из затруднений, преодолевать препятствия? К тому же, в таких ситуациях хорошо становится видно характер человека, кто есть кто.
Итак, соревнования закончились, дети ушли отдыхать в лагерь, судьи быстро свернули каждый свои этапы, Наталья Ивановна и Наталья Владимировна подсчитывали результаты. А мы  бутировали веревки, фотографировались, делились впечатлениями.
Вот и закончилось всё самое интересное. Скоро сводная таблица была составлена, выведены призовые места, народ ушел в лагерь. Мы, загрузив вещи в машину, поехали туда же.