Автографы

  Наскальные "автографы"  и заявки на "вечную память", вырезанные на деревьях, вроде: "Здесь был Миша" всегда вызывали во мне острую жалость не только к скалам с деревьями — которым всегда, по возможности помогала избавиться от досадных "особых примет" — но и к самим "прославившимся"...
Завидев очередное подобное "творение", всегда почему-то вспоминаю один из  любимейших рассказов Антона Павловича Чехова "Радость".
Его Митя Кулдаров "жил, жив и будет жить вечно", к огромной жалости ...

  За 30 лет  лазанья по горам,  приходилось видеть много всяких следов. Не один подслон, оставленный идущему следом брату-туристу вырастал неожиданно на пути в дождь и ветер. Не один родник, очищенный и выложенный камнями, благоразумно укрепленный ведерком цемента, принесенным в рюкзаке по узенькой крутой тропе, где и горные козлы редкие гости, утолял жажду в знойный день. А уж деревьев, посаженных друзьями — не счесть.

  Идем с мужем по тропе и слышу на каждом шагу :"Видишь, вот эти березки на склоне? Это Митко со Стояном их посадили, в честь своих невест. А вот та сосна, видишь? Ну, которая на отвесном  склоне, под острым углом, так это Васко. Ох, и намучился он с ней, ободрал себе колени и локти до крови, пока туда вскарабкался, поспорил, что вырастет деревце на скале, на самой верхушечке, загадал желание..." 

Исполнилось наверное Васково желание,  потому как выросла сосна — всем соседним соснам, которые под защитой скалы, на поляне — прямо-таки на зависть: ровненькая, пышная, ни одной сухой веточки...

Слава, вечная память.