IP

(Убийства на сайте Одноклассники)

Чем выше начальник, тем больше вызванному в его кабинет подчиненному хочется писать. Это не от страха, конечно, от волнения, но бывает совсем невмоготу, хоть суй руки в карманы и потихоньку яйца души, чтобы удержаться.

Этот был как раз такой случай, когда я, майор Топорков, по прозвищу Агат Кристь, только что после ранения и получения ордена приехал из провинции на повышение в Москву и стоял навытяжку перед генералом размером 0,8 от роста Наполеона.

Эх, надо было сходить еще на вокзале, и зачем спешил.

- В вагоне метро каждый четверг кто-то убивает шилом в сердце одного человека. Первого убили на станции Медведковская, второго – на станции Бабушкинская, третьего – на Свиблово, четвертого – на станции Ботанический сад, пятого на станции ВДНХ.
А каждое шило было обернуто дамским платочком, чтобы на нем не остались отпечатки пальцев убийцы, - продолжала меня отчитывать маленькая генеральская копия маршала Наполеона, словно это не какой-то невидимый преступник, а я сам переколол у них в Метро кучу народа.

- А как они…, - только успел я вставить свое слово, как генерал меня перекрыл своим тянутым под бас голосом.

- Установленные после третьего подряд убийства видеокамеры во всех вагонах Калужско-Рижской линии тоже не помогли. Сам момент убийства в записи не фиксировался, то жертву заслоняли сразу несколько входящих или выходящих пассажиров, то убитого вообще очень долго принимали за живого, чуть ли не до конечной станции Новоясеневская, потому что шило оставалось в сердце жертвы, и кровь из раны не шла. Уж только детальный анализ видеозаписи делал возможным установить, где именно наступила смерть очередной жертвы.
За 57 минут движения от конечной до конечной станции по всей протяженности этой линии убийце было бы легче спрятаться, но он сам подставлялся и каждое следующее убийство по четвергам сдвигал на одну станцию и в одном направлении. Вот и следующее убийство, видимо, намечено убийцей уже завтра, и оно должно будет случиться уже на станции Алексеевской, - генерал сделал многозначительную паузу и, неожиданно, спросил:

- А почему вас, майор, на малой родине в отделе прозвали Агатом Кристи, и это даже в вашем личном деле указано. Да, не по уставу запись сделали. Ну, ладно, вы свободны майор, а то я смотрю, что вы прямо рветесь из моего кабинета в бой. Это похвально. У вас мало времени, дело на контроле, головой отвечаете, - и генерал отмахнул меня рукой из своего кабинета.

Аккуратно прикрыв за собой генеральскую дверь, я рванулся на первый этаж, где еще с утра по запаху приметил туалет. С последней каплей мочи вернулось сознание - этого оранжевого невидимку из Метро искала вся милиция Москвы, где же я вам его за неделю из-под земли достану.

У моего нового генерала определенно было чувство юмора, и это хорошо, он обозвал свеже созданный и возглавляемый мной отдел – отделом по борьбе с приведениями. А на самом деле этот секретный отдел № 27 подчиняется непосредственно высшему руководству МВД и занимается серийными убийствами, так скажем, попахивающими мистикой, уфологией и прочим бредом, которыми маскируют свои вполне реальные злодеяния современные маньяки. У меня были полномочия привлекать к себе в помощь любые милицейские структуры, вмешиваться в расследования чужих отделов, и никому ничего при этом не объяснять.

В этот серийный отдел я попал не случайно, так как у себя на малой родине раскрыл реальное убийство губернатора, которое бандиты долго маскировали под фантастические события. В общем, раскрыл «Тайну черных ворон», и получил за это прозвище Агат Кристь, пулю в сантиметре от сердца, майорские погоны, орден и повышение в Москву.

В моем отделе, кроме меня, было десять штатных сотрудников, и я подозреваю, тоже набранных не случайно, потому что один их них, лейтенант с сухой фамилией Сухарев, прямо с порога мне сказал, что по раздавленному таракану можно узнать вес преступника. Если, мол, человек весит меньше шестидесяти килограммов, то таракан останется жив. Я молча пожал руку своему странному подчиненному, кивнул каждому назвавшему себя и попросил документы по делу серийного убийцы в Метро. За два часа мне удалось прочитать все, что до меня накопали оперативники. В принципе, ничего по делу было не ясно. Это, несмотря на то, что в момент последнего убийства на станции ВДНХ, сердце жертвы нашло шило буквально в метре от переодетого в гражданскую одежду милиционера – сотрудники ездили по 2-3 человека весь предыдущий четверг в каждом вагоне каждого поезда, следовавшего по оранжевой Калужско-Рижской линии. В газетах и на телевидении убийцу прозвали оранжевым невидимкой в Метро.

Все пять убитых оранжевым невидимкой мужчин были разного возраста, и ни в чем друг с другом не пересекались. Мои подчиненные уже успели перетрясти их места работы, учебы, отдыха и места жительство, но не было ничего, чтобы связывало бы этих довольно непохожих даже по характеру мужчин. Впрочем, одно их все-таки объединяло, на вестибюльных камерах слежения метрополитена эти убитые пассажиры найдены не были. Они не входили ни на одной станции, начиная от конечной Медведково и до места смерти, и как они прошли в Метро - было непонятно. Учитывая то, что они могли вначале ехать в одном направлении, а потом повернули назад, были также детально изучены видеозаписи и на остальных станциях метро.

Это кропотливая работа не дала никаких результатов, все убитые пассажиры, сами будто невидимки, невидимо проникли в метро и стали видимыми только в мертвом виде.

И еще, все эти пятеро убитых в это время и в этот день не должны были ехать по этой чертовой оранжевой линии, а должны были находиться совсем в другом месте.

Что касается пяти орудий убийства – пяти шил и пяти платков, которые стерли отпечатки пальцев убийцы, то они отличались друг от друга, и только характер раны указывал на почерк одного и того же убийцы.

Ну не только убийца остался невидимкой, но и его жертвы, видимо,  в живом виде были невидимками для камер слежения, и только после своей смерти словно появлялись в нашей реальности.

- Есть предложения, - на первой же оперативке я обвел своих подчиненных взглядом, заранее зная, что первым выпрыгнет с версией лейтенант Сухарев.

- Шестого трупа уже не избежать, - действительно выпрыгнул Сухарев и, шмыгая носом, скороговоркой выпалил, - но станция Алексеевская глубокого заложения и эскалатор с нее ползет наверх очень долго, целую минуту и 58 секунд, выход со станции один, и есть реальный шанс взять убийцу. Он же не идиот, конечно, и не поедет рядом с только что убитым шестым мужчиной на следующую Рижскую станцию. А на Рижской мы можем договориться, и сотрудники метрополитена будут на минуту задерживать все поезда для осмотра всех вагонов на предмет трупа и задержкой в этом случае всех пассажиров этого вагона.

- Убийца может уехать с Алексеевской в обратном направлении, - перебил Сухова женский лейтенант с двумя маленькими косичками и огромными очками, закрывающими лицо очень молоденькой девушки.

Это замечание прямо передернуло Сухова, и если бы не мое присутствие, то он наверняка бы показал язык этим вредным косичкам. Ну, и детский сад же мне достался.

- Очень немного пассажиров, выйдя на станции Алексеевской, садятся на поезд в обратном направлении, - стараясь быть серьезным, продолжил Сухарев. – Этих редких пассажиров тут же будут арестовывать переодетые в штатское сотрудники милиции. Я предлагаю не ограничиться в этот день камерами слежения метрополитена, а поставить одного сотрудника нашего отдела с видеокамерой в центре станции Алексеевская, чтобы исключить тех редких пассажиров, которые вдруг вздумают перейти зал и уехать в обратном направлении. Второго нашего сотрудника с камерой поставить на выходе с эскалатора. А остальных наших сотрудников поставить с камерами на станциях Медведковская, Бабушкинская, Свиблово, Ботанический сад, ВДНХ и Алексеевской, где, по логике, должна войти шестая жертва. Еще забыл уточнить, что по рельсам преступнику тоже не уйти, туннели с обеих сторон будут перекрыты полусотней милиционеров.

За неимением времени, остался один вечер и ночь, я неожиданно согласился с предложением лейтенанта Сухарева, добавив лишь то, что мы за оставшиеся часы должны сделать все, чтобы вообще исключить шестое убийство. Если нет видимых совпадений между пятью убитыми, то нужно искать самые мелкие совпадения. Вдруг они в одной парикмахерской стригутся или сапожные и канцелярские шила коллекционируют. Впрочем, шила ведь в метро не утаишь, оно сделано из металла, но возьмут ли такую крошку типовые милицейские металлоискатели, да и как они в такой массе пассажиров отличат шило от ключей, монет, брелков, маникюрных пилочек и прочих мелочей.

Ну, нет, шило в метро искать, что иголку в стоге сена, пока на нее сам не сядешь, ни за что не почувствуешь.

Впрочем, забегая вперед, утром в шестой четверг в вагоне метро на станции Алексеевской был убит шилом в сердце шестой мужчина. Этот вагон с трупом и всеми остальными пассажирами был задержан на Рижской станции, и мы целую неделю обрабатывали 46 подозреваемых в убийстве пассажиров.
А так как нам на станцию Алексеевскую сообщили об убийстве через полторы минуты (труп заметил переодетый оперативник еще между станциями), то за эти 90 секунд  на станции Алексеевской никто не успел проехать 118 секунд на эскалаторе. Ну, и поэтому еще 7 пассажиров, вышедших из убойного вагона на станции Алексеевской, тоже были задержаны милицией на выходе из метро. Что касается уйти по путям, то на этих участках вообще никто не появлялся, да и нереально было бы с освещенной станции прыгнуть в темный туннель и не быть увиденным десятками милиционеров.
В общем, всего было задержано в этот день 53 пассажира, один из них был точно убийцей. Всю неделю мы отрабатывали этих подозреваемых и даже решили подстраховаться и в следующий четверг привезли всех 53 человек на Петровку, но пока они у нас там сидели, на следующей Рижской станции был убит шилом седьмой мужчина. Естественно, всех подозреваемых в шестом убийстве тут же пришлось отпустить.

А в генеральском кабинете на меня орали так, что я снова думал только об одном, как добежать до туалета. Впрочем, еще об одном странном случае я думал даже в эти кричащие на меня минуты. Шестая жертва была видимой. Убитый мужчина спокойно прошел турникеты на станции Бабушкинская, что запечатлела видеокамера одного моего сотрудника, а вот на камере слежения этой же станции в это же время этого мужчины не было. При наложении нашей записи и записи Метрополитена все совпадало, кроме этой шестой жертвы. Она была видна только на нашей видеозаписи, а на камере слежения - пустое место.

Вот такая хрень, но кое что это все-таки объясняло. Хотя через неделю, в седьмой четверг, на Рижской станции был заколот седьмой мужчина. И в этот раз убитого, еще живым, запечатлела камера нашего лейтенанта Сухарева. Это был мужчина сорока лет от роду. Он сел на самой станции Рижская в последний вагон в сторону центра и был тут же убит. В вагоне было 39 пассажиров, причастность которых мы проверяли еще целую неделю.

Убийство восьмой жертвы ожидалось уже на станции Проспект Мира, и руководство Метрополитена пошло на уступки МВД и объявило в СМИ, что оранжевая ветка в этот день будет на ремонте, и только в 10.00 со станции Медведково пройдет всего один состав. В прессе не сообщалось, что на самом деле никого из пассажиров в этот состав не пустят, он уйдет по маршруту пустой. А о том, что в этом пустом вагоне буду ехать я сам, не знали даже сотрудники моего отдела, чтобы исключить утечку информации. Один генерал благословил меня на эту операцию немного смягчившимся от волнения голосом:
- В тебе, майор, я не сомневаюсь.

В ночь со среды на восьмой четверг я не спал, да и как тут уснешь, когда утром, возможно, в твое сердце войдет шилом невидимая смерть, и я даже не увижу этого оранжевого невидимку. От бронежилета я отказался сразу, с ним, если что, не повоюешь, да и у убийцы может быть соучастник среди работников метро, который не должен заметить бронник под рабочей спецовкой ремонтника Метро.

В полночь я в третий раз поставил на огонь стальную турку с кофе и вдруг снял ее, вылил содержимое, сплющил ее гантелей, обшил этот металлический квадратик собственным носком и приделал этот мини бронежилет под спецовкой напротив своего сердца. Мой старый пистолет ТТ в кармане спецовки не поместился и я заткнул его за пояс, сомневаясь при этом, как бы он не соскользнул дальше в трусы. А маленькую рацию, увы, оставил дома, еще ведь неизвестно с каким злом мне придется скоро столкнуться, и вдруг он, убийца, может сканировать мой передатчик. Это же его рук дело – убрать все семь жертв с записей камер слежения метро. Ну, нет, и телефон я тоже сегодня с собой не возьму. Обычный работяга, ничем не отличающийся от остальных слесарей, так мне легче будет прошмыгнуть в этот пустой состава.

В восьмой четверг в 10.00 я выехал на смертном поезде от станции Медведковская, чтобы через 17 минут быть убитым на станции Проспект Мира. С этого момента и надо было бы начать мой рассказ, но тогда было бы непонятно, что делает в пустом вагоне пустого состава метро переодетый в рабочую спецовку майор милиции, бледный как смерть, с куском стальной кофеварки у сердца и с пистолетом ТТ в руках.

А пока я проезжал станции предыдущих жертв оранжевого невидимки и старался не думать, что скоро я сам стану восьмой жертвой.

Медведковская, Бабушкинская, Свиблово, Ботанический сад, ВДНХ, Алексеевская, Рижская.

А вдруг стальное шило пробьет тонкую сталь кофейной посудинки или, того хуже, соскользнет с металла и мягко войдет в грудь.

Следующая смерть уже моя, станция с таким мирным названием Проспект Мира. Я снял с предохранителя пистолет, выставил его двумя руками прямо перед собой и словно меня кто под локоть подтолкнул, выпустил все восемь пуль в оранжевого убийцу невидимку, закрыл от ужаса глаза и почувствовал, как холод касается моего лица.

Уж ничего страшного со мной не произошло. Из разбитого моими выстрелами окна меня обдувал холодный воздух темного тоннеля, а так как я стрелял перед собой восемь раз с периодичностью в пять секунд, то даже невидимому врагу не поздоровилось бы подобраться ко мне с шилом на линии этого огня. Я жив, и уже благополучно проехал смертельно опасную станцию, но тут случайно коснулся раскаленного ствола моего пистолета, и меня как прострелило – в составе был еще один человек. Машинист. А поезд остановился уже на автопилоте, и сейчас отправится дальше.

- Станция Сухаревская. Следующая станция Тургеневская, - сообщил автоматический голос из динамиков вагона.

Я выскочил из вагона и побежал к кабине машиниста, так сильно матерясь и размахивая пистолетом, что милицейское оцепление на станции тут же признало во мне своего и поспешило на помощь. Да так может крыть матом только настоящий майор МВД, при исполнении своих горьких служебных обязанностей. В кабине мы нашли убитого шилом в сердце машиниста, а рядом на полу лежал без сознания его помощник, оглушенный по голове и с крепко связанными сзади руками. Уж он точно не мог всадить шило в грудь машиниста. Я это даже проверять не стал, но зато убийца стал для меня приобретать вполне реальные черты – так зверски крепко связать помощника машиниста не мог какой-то невидимый святой дух. Убийца - реальный человек, просто необычно умный, и думает, что он мне не по зубам. Все еще матеря кого-то наверху, я вставил в пистолет вторую обойму и восемь раз выстрелил в потолок станции Сухаревской и потом со словами «я тебя падла, все равно найду» пошел наверх. Выйдя из Метро, я подошел к киоску мороженого и попросил эскимо на палочке, но мне сказали, что такого давно нет. А потом продавщица вдруг заметила за поясом перемазанного слесаря все еще открыто торчавший пистолет и извинительно поспешила добавить:
- В следующий раз обязательно будет эскимо на палочке.

***

Утром следующего дня меня прямо с порога огорошил неожиданным донесением лейтенант Сухарев. Оказывается, все восемь убитых, включая машиниста, были все-таки связаны вместе одним обстоятельством. Все они были зарегистрированы на сайте Одноклассники, и более того, убитые в разное время посетили страничку некой Оксаны Воронцовой и поставили оценку под ее фотографией. Оценили они красоту незнакомки положительными оценками. На рисунке, выполненном с точностью фотографии, была так себе крашенная блондинка с глупеньким выражением лица. Эта девушка двадцати двух лет, ее анкета была зарегистрирована якобы в городе Москве, но в 163 школе, в классе с литерой «Б» она не училась, и ее, Воронцову, вообще никто не помнил в этой школе, потому что она никогда там и не была.
Мы затребовали у сайта Одноклассников IP адрес компьютера, с которого зарегистрировали эту страничку, и нам пошли на встречу, но, оказывается, на этой частной страничке владельцем была установлена какая-то хитрая программка, которая обещала уничтожить всю страничку, если кто-то попытается открыть ее, кроме автора.
Естественно, в этом случае мы попросили руководство сайта пока не трогать страничку, так как она сама по себе, возможно, является вещественным доказательством серии убийств. В общем, сейчас специалисты ФСБ пытаются так вскрыть страничку, чтобы узнать IP адрес и при этом сохранить ее содержание.

- Я и сам давно зарегистрировался на этом сайте, - похвастался мне Сухарев, - и сегодня тоже посетил страничку этой Оксаны и поставил под ее рисованной фотографией высшую оценку.

В том, что во всех восьми убийствах нет никакой мистики, я после своих выстрелов в метро и убийства машиниста, уже нисколько не сомневался. Сложнее ответить, зачем все эти жертвы и кому они выгодны.

Самым первым подозреваемым я бы поставил самого себя, майора Топоркова, Агата Кристи провинциального розлива. Ну, получил майор приглашение в Москву в отдел серийных убийств и заранее подсуетился. Взял и приехал негласно в Москву, заколол шесть мужиков, потом вернулся домой и снова уже легально приехал в Москву. Да и к восьмой жертве, машинисту поезда, я подбежал первым, тоже мог его шилом угостить. А так как сам себя я ловить не буду, знаю, что это не так, то получается, что претендующий на мою должность тщеславный лейтенант Сухарев тоже мог запросто заколоть всех восьмерых человек и даже имел шанс убить меня, как главного конкурента на пути по карьерной лестнице.

Еще одна моя подчиненная – лейтенант с двумя маленькими косичками, тоже на многое, видимо, способна. Да и всему моему отделу «борьбы с приведениями» выгодны эти убийства, позволяющие держаться отделу на плаву, а сотрудникам сделать на громком деле карьеру.

Что ж, и моему генералу, курирующему наш отдел тоже нужен большой шум от серийных убийств. В конце концов, какой-нибудь преступник будет найден, и генерал пойдет на повышение и его обласкают наградами. С его милицейскими связями можно и не такую бойню в Метро устроить. Да и мой «отдел приведений» может устроить все - шито и крыто. Если учесть, что на оранжевой ветке Метро 24 станции, то можно еще убить 16 человек, запугать всю Москву и только потом найти убийцу. А уж за такую доблесть всех щедро наградят.

Выходит по всему, что своим ментовским мне доверять нельзя. Есть, правда, еще один подозреваемый на стороне – оранжевый невидимка, дух метро, Оксана Воронцова с сайта Одноклассники, но этим духом Оксаны может быть, например, и сам лейтенант Сухарев или эти две милые косички, которые вечно торчать у меня на глазах.

Что же мы имеем, кроме группы подозреваемых оборотней в погонах? Это восемь убитых и потенциально следующий девятый труп ровно через неделю. В компьютерах метрополитена нашли вирус, с помощью которого на камерах слежения были стерты моменты, как в Метро входили будущие жертвы.

Да и на страничке Оксаны Воронцовой тоже нашли вирус, который скрывал IP адрес владельца этой странички. Уж было бы гораздо проще списать убийства на это таинственное и бестелесное IP, если бы не восемь ударов шила и ни крепко связанный и оглушенный помощник машиниста. Еще не один программист не изобрел вирус, который смог бы ловко пользоваться шилом и веревкой.

Стоп, стоп. Что же получается, что оранжевый невидимка за две минуты между станциями убил машиниста, ударил чем-то тяжелым помощника машиниста и успел еще и связал последнего. Все за две минуты. Ну, тогда выходит, что помощника связали гораздо раньше, чем убили машиниста. Хотя вначале могли ранить машиниста, потом ударить помощника, и только затем добить машиниста, воткнув шило глубже – по самую рукоятку. В любом случае одному человеку с такой морокой не справится. Я подозрительно обвел взглядом весь мой отдел «борьбы с привидениями», уткнувшийся в расчеты и, не прощаясь, выше из кабинета. Эти молоденькие «оборотни в погонах» были похожи на гоблинов, плетущих зло против всего человечества, сидя в пещере моего кабинета. Увидев закрепленный за мной автомобиль, я сказал водителю Жоре, что сегодня он мне не нужен, и пошел на Метро. Я снимал квартиру у метро Бабушкинская, на той же оранжевой ветке, где и совершались все эти странные убийства.

В первую очередь нужно выяснить, что в этой Москве вообще-то едят. Я зашел в ближайший продуктовый магазин и тупо уставился на заваленные разнообразием витрины. Ну, то, что здесь половину продуктов точно жрать нельзя, это и козе понятно. А вот где найти эту козу, чтобы мне подсказала, и краем глаза увидел тридцатилетнюю стройную блондинку мечтательно щупающие на витрине куриные ножки. Уж эта все понимает, и я к ней быстро подкатился.

- А вы не подскажите одинокому майору милиции, что ему нужно купит на ужин, чтобы завтра остаться живым и пригласить вас на свидание.
- Ну, если вы не майор Евсюков, то я бы вам порекомендовала вот это, - и она показала мне несколько коробочек и какой-то сорт колбасы.

Я рассыпался в благодарностях и потом за пять минут, которые провожал ее до дома, настолько расположил к себе, что меня авансом оставили ночевать в кухне на раскладушке, но у нас с нею оказалось гораздо больше общего, чего  выдержала бы эта раскладушка, потому проснулся я уже в ее двуспальной кровати. А деваться мне все равно было некуда, домой нельзя, потому что мой «отдел борьбы с приведениями» в любой момент мог догадаться, что я знаю, откуда в Метро растут эти шильца и тут же расправятся со мной по месту моего жительства.

***

Утром понедельника у меня состоялся с лейтенантов Сухаревым следующий разговор, при котором говорил больше он, а я только наблюдал за ним и якобы рассеянно слушал:

- В этих социальных сетях можно разобраться - только хоть раз сильно в них запутавшись. Вначале вы открываете свою страничку, любовно украшаете ее надписями и фотографиями, сообщаете о себе все хорошее и самым, на ваш взгляд, остроумным языком. Вот вы уже прописаны в своем классе, в школе, в университете. Ну, и почти сразу к вам придет с сообщением забытый одноклассник или забытая однокурсница. Слова за слово. Мелкие воспоминания забирают все лишнее время и эмоции, и вот вы рабы трех старых одноклассников и весело пересказываете им улучшенный или вообще полностью придуманный  вариант вашей жизни. Это увлекает, и вы как будто живете уже лучшей жизни и, отрешившись от реальной действительности, все больше времени проводите в этом лучшем для вас мире. Это нормально, и таких пользователей миллионы. Одноклассники, точка, вру. Сложнее, когда перестает устраивать и вторая вымышленная жизнь и человек шифруется от прошлого, создает из себя полностью другое лицо, наделяет его такими великолепными способностями, что автор фантома потом может обидеться на что угодно. Ну, например, готов убить, когда под его фотографией на сайте поставили плохую оценку или пренебрежительный комментарий.

- Это вы про Воронцову, как я понимаю, и вы думаете, что за плохую оценку на сайте можно убить человека шилом? – я сделал вид, что глубоко сомневаюсь в словах лейтенанта Сухарева, чтобы вывести его из себя, чтобы он в чем-нибудь проговориться.

- Я понимаю вашу иронию, товарищ майор, тем более, что на рисованный портрет Оксаны Воронцовой никто плохих оценок не выставлял, все ставили только пятерки. А вот о чем говорили с ней убитые в приватном режиме - мы не знаем. Следов переписки на страничках жертв не осталось. Я полагаю, что…

- В другое время я бы обязательно побеседовал с вами, лейтенант, о проблемах общения в Интернете, но сейчас, если у вас нет ничего конкретного по делу, идите и занимайтесь, чем-нибудь более конкретным, - я все-таки достал самолюбие лейтенанта, он вскочил со стула, и уже в двери замешкался, обернулся и скороговоркой добавил.

- Этот портрет, ну, Воронцовой на страничке, так вот – он стареет. Если неделю назад она была 22-летней, то сегодня ей уже лет 25-26, если сами посмотрите, то заметите.

Лейтенант Сухарев вышел, хлопнув дверью, это было в понедельник, и больше его на работе никто не видел.

В течение целого дня компьютерные эксперты колдовали над тем, как в файле рисунка в десять килобайт объемом можно прописать такую программу, что анимационная картинка будет самостоятельно стареть. Это было технически фантастично уже потому, что никакой программы в самом рисунке и не было, но портрет Оксаны Воронцовой старел сам в автоматическом режиме, и к вечеру ей было уже около 28 лет.
В личном деле лейтенанта Сухарева почти открытым языком было написано, что он гений, но сделать живым портрет такого малого объема и гению невозможно. Единственным объяснением могло быть то, что программа, меняющая портрет Оксаны Воронцовой, действительно существует, но она имеет достаточно большой для такой сложности объем и спрятана не в рисунке, не на страничке мифической Оксаны, а на всем сайте. Вполне возможно, эта же программа контролирует и весь этот сайт Одноклассников, сканируя нужную ей приватную информацию, и виртуально выслеживает своих будущих жертв и заметая при этом следы. В роли виртуального помощника убийцы может быть не сама страничка Оксаны Воронцовой, а весь сайт Одноклассников.
Сайт убийца. В духе времени. Если бы не шило и веревка.
Сухарев с утра явно морочил мне голову, отвлек весь отдел и меня на расшифровку тайны стареющего портрета. А до следующего убийства осталось всего три дня.


***

Во вторник лейтенант Сухарев на работу не явился, и в среду все милиционеры Москвы имели фотографию пропавшего лейтенанта Сухарева и инструкции задержать. В подмосковном Пушкине, где Сухарев проживал у своей родной тетки, он не появлялся с понедельника, а в последний рад она видела племянница в хозяйственном магазине, где он покупал новое шило, а также у нее в квартире пропал любимый дамский платок с кружевами, на котором стояла старинная фарфоровая кошка-копилка.

В четверг был выдан ордер на арест подозреваемого лейтенанта Сухарева, и сотни милиционеров были проинструктированы, что при его задержании нужно быть предельно осторожны, предполагаемый преступник вооружен табельным пистолетом и шилом.

Я стоял на своей станции Бабушкинская и не спускался вниз, потому что пытался вспомнить какую-то мелочь, которая крутится у меня в голове уже целую неделю.

Черт возьми, девятое убийство может быть последним, так как лейтенант Сухарев сегодня попытается убить свою последнюю жертву на станции Сухаревская. Сухарев на Сухаревской, вот что было на виду, и потому этого никто и не замечал. Убийца патологически склонен к мистике и эффектам, и к сегодняшнему утру об этом лейтенанте я знал все, и даже больше, чем все остальные его сотрудники. У лейтенанта Сухарева не оказалось девушки, не в настоящем, не в прошлом, он был очень скрытым голубым. Вот поэтому сегодня никто не заметит, как он войдет в метро в виде красивой девушке, никто, кроме меня этого не знает, потому что я должен сам взять лейтенанта живым.

В каком вагоне каждого состава мы меньше всего ожидаем следующего убийства, я старался думать как лейтенант, и вычислить ход его действий. Думаю, что в последних и первых вагонах – так преступнику удобнее уйти на станции. Значит, в середине состава мы ждем убийства меньше всего.

А на какой станции сядет в вагон, ряженный в девицу лейтенант? Ну, на станции Проспект Мира он точно не сядет, убийца обожает получать острые ощущения, он захочет рискнуть на полную катушку, и сядет на станции Медведковская. Ой, нет, ведь он где-то скрывается в родном ему Пушкино, поэтому до московского метро поедет на электричке, и выйдет не на платформе Лось, где добираться до далекого Медведково с женской косметикой на лице не очень удобно.

Он выйдет на платформе Лосиноостровская, и не поедет на такси, чтобы его не запомнил водитель. Он поедет на автобусе, и сядет на станции Бабушкинская в центральный вагон состава.

Я пропустил шесть ставов, пока в центре не оказалась эффектная девушка, совершенно не похожая на лейтенанта Сухарева. Впрочем, я ждал именно такую девушку, которая по эффектности нарядов все равно выдаст себя за случайную для метро пассажирку. Удержаться голубому мужику от лишней женственности еще никогда не удавалось.

Я сделал вид, что кого-то жду, еще никуда не еду, и в самый последний момент запрыгнул за девицей в вагон. Сухарев даже не успел понять, что ему в живот упирается не возбужденный орган внезапно облапившего его мужика, а ствол моего пистолета ТТ.

- А у вас ус отклеился, лейтенант, - механически съязвил я, обшаривая на тонкую талию фальшивой девицы, - но шила и пистолета я на доступных местах у него не обнаружил, а куда не надо все-таки не полез, побрезговал.

- Это не то, что вы подумали, - вдруг перешла на мужской баритон моя девица – я нашел ее, убийцу, но она не убивает своими руками.

- Вы можете хранить молчание, - зашипел я, - потому что зубы я тебе все равно выбью, но не здесь, а в отделе.

- Майор, да послушайте же вы меня, в конце концов, я вычислил ее, никто не убивал этих восемь человек, это она доводит их до самоубийства. Она очень умна, она гениальна, она с помощью запущенной на сайте Одноклассники программы собирает на всех приватную информацию, выбирает людей с проблемами, склонными к убийству, подбирает к каждой жертве свой психологический ключик. Они сами покупают шило, платок, идут в метро и незаметно колют себя в сердце через платок, который и не оставляет отпечатков пальцев на рукоятке шила.

- А машинист как тогда? – я так выпучил на своего голубого сотрудника глаза, что со стороны все поняли, что любовь между нами произойдет уже прямо при всех.

- Да и машинист также, ему же мешал помощник, он его оглушил, связал, а потом себя заколол. Да уберите же вы от меня пистолет, он очень больно давит меня в живот. Я же почти не одет, да не голубой я, вы правильно вычислили, что я в женское белье спрячусь, иначе меня бы взяли прямо на турникетах, - лейтенант умело одернул платья, и игриво оглянулся на пассажиров - вот видите, вы всю меня помяли. Я подыграл убийце, купил шило и сделал вид, что сегодня на Сухаревской проткну себе сердце. Да вот и Сухаревская, можно сходить, все уже обошлось.

- А кто же она, - спросил я, но не успел дождаться ответа. Стоящий рядом с нами пассажир вдруг резко обернулся, в руках его мелькнул белый платок, и он вонзил шило в грудь лейтенанта Сухарева, а потом бросился из вагона. Шило попало точно в сердце, и потому лейтенанту я уже ничем не смог бы помочь, и погнался за убийцей. Мужчина вдруг перебежал станцию и бросился под колеса прибывающего с другой стороны состава.

В этот день со станции Сухаревской мы увозили сразу два трупа. У нас опять не было ничего на оранжевого убийцу, кроме странички Оксаны Воронцовой, и лучшие умы компьютерного мира не могли вычислить  IP человека, создавшего эту проклятую страничку.

К вечеру Оксана Воронцова на сайте Одноклассники состарилась до 32 лет. Я сам зарегистрировался на сайте, вошел как пользователь и поставил рисунку Оксаны плохую оценку - единицу. А после меня по очереди влепили такие же единицы все девять оставшихся сотрудников особого отдела «по борьбе с приведениями». Десять единиц для Оксаны Воронцовой. А следующей десятой по счету станции Метро в четверг будет станция Тургеневская, где мы все десятеро решили вместе встретить это компьютерное зло.

***

Утром в пятницу я заметил у своей квартиры мужчину, старательно делавшего вид, что он сюда попал случайно. Я постарался проследить за ним, и пошел следом и, что удивительно, преследуемый незнакомец даже как-то обрадовался моему преследованию. Он быстро дошел до железнодорожной платформы Лосиноостровская, сел в электричку в сторону центра, но вышел на предпоследней платформе «Москва-3» и быстрым шагом направился к парку Сокольники. В конце Второго Лучевого просека, где какие-то мелкие предприниматели по 50 рублей за выстрел учили всех желающих стрелять из боевого лука, мой незнакомец притормозил, что-то выкрикнул стрелявшего из лука мужчины, которые резко обернулся и пустил в меня стрелу, целясь, видимо, прямо в сердце. Едва увернувшись от стрелы, я вскочил на ноги и увидел двоих, убегавшись от меня двух мужчин – стрелка и того, которого я вел от самого дома. Они разбегались в разные стороны, но двумя выстрелами из пистолета я уложил обеих этих куропаток, и они корчились на земле, матеря меня и простреленные коленки.

В отделе я узнал, что этим утром было совершено покушение на всех десятерых, считая меня, сотрудников отдела «приведений». В итоге мы потеряли двоих убитыми, трое были серьезно ранены, остальные получили царапины или чудом остались целы.

Оксане Воронцовой на сайте было на вид около 35 лет, явно созревала цыпочка.

Двое подстреленных мною в Сокольниках приезжих с юга братьев мужчин на удивление охотно давали показания. Оказывается, им пришло с сайта Одноклассники сообщение, что их брата подставили, незаконного посадили, и потом убили в тюрьме. А потом с этого же сайта пришли рекомендации, как найти виновного в гибели брата. В карманах при них нашли и виновного – мое фото, домашний адрес и маршрут следования до работы и обратно. Ну, и подобные ловушки были устроены и остальным поставившим Оксане Воронцовой единицы сотрудникам моего отдела «по борьбе с приведениями». У совершенно несвязанных между собой люди вдруг появились поводы и желанию убить того или иного милиционера из отдела. В ход шли фальшивые телеграммы, отключались телефоны, замыкались лифты, отказывали тормоза машин, сахар в кафе оказывался ядом, а пакет с кефиром начиненной тротилом бомбой. Все указания, рекомендация, объяснения и приказы пользователи одноклассников получали от своего сайта, мои южные кровники так и признались, что еще вчера ночью и не помышляли о мести, но сегодня ранним утром прилетели в Москву, потому что им показали убийцу брата, и иначе они уже поступить не могли.
До десятой станции Метро и десятого убийства шилом оставалось еще шесть дней, а в отделе трое убиты, трое серьезно ранены, и остальные сотрудники явно деморализованы происходящим. Да в самых страшных снах не мог себе представить создатель особого отдела по борьбе со странной преступностью, что на нас так массово обрушится ответный удар, всего лишь за плохие оценки на сайте Одноклассники.
В конце этой чертовой пятницы удалось все-таки узнать  IP адрес владельца страницы Оксаны Воронцовой. В этот момент рисунок Оксаны вдруг слегка наклонил голову и зловеще улыбнулся.
Узнать IP Оксаны Воронцовой теперь можно было в любое время, он менялся каждую секунду, это были миллионы IP всех пользователей сайта Одноклассники, словно они все были соучастниками убийств в московском Метро. У отдела «по борьбе с приведениями» появились миллионы врагов, и неизвестно кто следующий нападет или на них, или выйдет с шилом на станцию метро Тургеневская или вообще начнем убивать всех, кто не нравится Оксане Воронцовой.

Ударом клавиши страничка Оксаны Воронцовой нами была удалена, но она тут же вспыхнула вместо всех других страничек пользователей сайта Одноклассники, и везде она улыбалась своей стареющей улыбкой женщины слегка за сорок лет.

В запале мы связались с провайдером и грохнули весь сайт Одноклассников, но страничка Оксаны Воронцовой появилась на всех компьютерах нашего отдела, и всего главного управления милиции. В мановения ока страничка Оксаны Воронцовой подменила собой все сайты, форумы, чаты и доски объявлений, и вдруг исчезла отовсюду, как не было.

Это была демонстрация силы, и мы подключили сервер, на котором висел сайт Одноклассники. Страничка Оксаны Воронцовой обиженно состарилась, ей было далеко за сорок.

Если мы имеем дело давно не с человеком, а с ни кем уже неуправляемой программой, то нужно попробовать сыграть по ее правилам. Мы снова посетили страничку Оксаны Воронцовой, переправили наши единицы на самые высшие оценки, и даже самодельный стишок этой Ксюшке написали, что, мол, красива она – спасу нет.

Зато мы все на следующий день остались живы. А в четверг, в день десятого убийства шилом на станции Тургеневская, по приказу столичных властей на 24 часа была закрыта оранжевая ветка метро, из нее были выведены весь обслуживающий персонал, охрана и наши милиционеры. Совершенно пустая ветка метро. А после полуночи мы все вернулись в отдел и перед страничкой Оксаны Воронцовой открыли бутылку шампанского. Все, пронесло, первая неделя без трупа, но бокал выпал из моих рук, когда рисунок Оксаны состроил гримасу и ежесекундно меняющийся  IP адрес владельца странички вдруг перестал изменяться и застал на одном. Внятно и точно высвечивался один единственный адрес пользователя, который открыл эту страничку.

В течение пяти минут мы пробили домашний адрес владельца, это некто Евгений Корчевой, проживающий в районе метро Тургеневская, да как раз над станцией, где мы целые сутки ждали убийство.

Еще пять минут понадобилась, чтобы по ночной Москве доехать до квартиры Корчевого, но мы опоздали. В доме уже сновали милиционеры, а труп владельца квартиры Евгения Корчевого сидел в кресле с шилом в сердце.

- Это наш труп, - спросил я знакомого эксперта, ответ которого нас вначале не удивил, но позднее, после вскрытия, было чему удивиться.

- Ну, не совсем как обычно, вот видите, шило было воткнуто уже в мертвое тело, в уже проделанную дырку в груди пулей малого калибра. Смотрите, удивительная пулька, редкая пулька, я, конечно, не специалист, но такого калибра в массовом выпуске револьверов просто не существует, это оружие выполнено явно на заказ, редкое оружие, и часто ли вы видели пулю из чистого серебра с ободком из золота.

В пустом компьютере убитого Евгения Корчевого, как говорится, свистел ветер. Все содержимое было стерто, но на полу валялось недописанное вручную письмо на листе бумаги:

«Это я создал программу Оксаны Воронцовой по просьбе моей знакомой, лица которой я никогда не видел, но мне, кажется, что это не живой человек, а что-то нереальное, полуистлевшее. Она заплатила много тысяч долларов, чтобы я сделал ей страничку, которую нельзя обидеть, и заложил в программу логические параметры человеческой логики, и она сама бы отыскивала и проблему, и путь к ее решению. Эту программу я писал больше года, и мне ежемесячно перечисляли тысячу долларов, что меня вполне устраивало, я и вновь и вновь совершенствовал программку Оксаны Воронцовой. А когда я догадался, что убийства в Метро дело рук моей знакомой, то так переписал программку рисунка, что он стареет при каждом новом сообщении в Интернете электронном СМИ об убийствах в Метро. Если убийства не прекратятся, то программа достигнет среднего женского возраста 75 лет и умрет, кто бы не пытался ее спасти. Власть Оксаны можно уменьшить…»

На этом недописанное письмо прерывалось, возможно, Евгения Корчевого убили во время его написания, или его отвлек от письма внезапный приход убийцы.

Ну, и что мы имеем на сегодняшний день. Десять трупов от ударов шила в сердце на десяти станциях, и ожидаемый через неделю одиннадцатый труп на станции Китай Город. В нашем отделе трое убитый и трое тяжелораненых. Еще погиб под колесами мужчина, который уколол в сердце лейтенанта Сухарева. Сам владелец  IP странички и создатель гениально опасной программы Оксаны Воронцовой Евгений Корчевой тоже убит серебряной пулей из редкого пистолета и потом в пулевое отверстие воткнули и десятое шило. Заказчица программы, полуистлевшая старуха, ели верить впечатлению Корчевого, заплатила немало денег, чтобы ей создали программу, защищающую от всех напастей страничку на сайте Одноклассники. Бред полнейший. К тому же, мы не знаем, управляет ли заказчица программы этой программой или она давно действует сама по себе, да еще сама эта программа очень злится, что ее рисунок стареет прямо на глазах и скоро, возможно, она умрет. Еще хорошо, что эта программа больше не нападает на наш отдел, но мы постоянно ставим ей положительные оценки на сайте, хвалил и пишем ей милые сообщения и приятные стишки.



Оставшиеся в отделе сотрудники вместе со мной уже не спали несколько дней. Я закрыл дверь кабинета на ключ, и велел всем спать ровно час, прямо на столах, а то мы уже ни черта не понимаем. Едва успев закрыть глаза,  меня разбудил телефонный звонок. Стало известно, что Корчевого застрелили из дамского браунинга системы «Бульдог» нестандартного калибра, выпущенного в Германии известной антикварной фирмой в 1903 году. В мире таких пистолетов сейчас известно не больше 2-3, к тому же, их вообще выпустили всего 29 штук, но местонахождение всей этой редкой серии револьверов, естественно, сейчас просто неизвестно. Цена такого пистолета на аукционе Сотби может достигать цены хорошего самолета, потому что оружие было отделано золотом, серебром и драгоценными камнями, серебряные пули в комплекте пистолета были снабжены номерными золотыми кольцами, по которым можно узнать из какого именно из 29 револьверов был произведен выстрел. В нашем случае дело осложнялось тем, что пуля из трупа владельца  IP была под номером 30, то есть, формально такой револьвер из мастерской просто не выходил. А, может быть, патрон и пуля просто были сделаны позднее, и копировщик не знал, что револьверов было всего 29. впрочем, и это исключалось, потому что мастер сделавший копию такого редкого оружия не мог не знать его историю.
Вряд ли кому для убийства потребовалась бы копия такого редкого оружия, пистолет, скорее всего, подлинный, выпущенный в Германии еще в 1903 году, когда купить его могли позволить себе только очень богатые люди. А вот револьвер № 30 мог быть выпушен вне серии, для собственных нужд самим мастером, чтобы подарить его, возможно, любимой женщине – жене, невесте, сестре, дочери – ищи теперь ветра в поле.
В Россию этот револьвер мог попасть в виде трофея и в первую и во вторую мировую войну, но такой дорогой трофей не должен был бы остаться незамеченным. Думаю, это такой револьвер находится в руках прямых наследников бывшего владельца оружия.
Если сама программа не позволяет следствию ничего выжить из себя, то над пулей из револьвера можно еще и поразмышлять.

В коллекции российских криминалистов нашлись выпущенные пули из револьвера № 6 и № 26, но по документам были еще две пули, номер золотого ободка которых не занесли в протокол.

Наконец, в музее Ленина нашлись и оставшиеся две пули под нашим номером 30, они были выпушены из браунинга Фаины Каплан.

Ух, черт, я в этот момент проснулся. В дверь действительно стучались эксперты. У револьвера не было такой красивой судьбы, но вещь оказалась достаточно старая, правда, без бриллиантов, только золотом инкрустирована. Да и главное, Ленина и этого пистолета никто не обижал. Я два раза переспросил, и потом видел в отраженном окне, как за моей спиной покрутили у головы пальцем.

Да не захочешь свихнуться, да на таком деле сдвинешься.

***

Утром пришла печальная весть из госпиталя. Трое раненных сотрудников нашего отдела были ночью убиты тем же способом – шилом в сердце.
В итоге из одиннадцати сотрудников отдела по борьбе с приведениями, если считать и меня, убиты семеро. Остался я, майор со странным прозвищем Агат Кристь, девочка лейтенант с двумя озорными косичками и два самых молчаливых наших оперативника  - Миша и Гриша. Это именно они по моему указанию открыли странички на сайте Одноклассников и подкатили к Оксане Воронцовой. В целях конспирации о Мише и Грише кроме меня никто не знал, даже лейтенант с косичками, да и сами Миша и Гриша не знали друг о друге – каждый думал, что только он под строжайшим секретом идет с шилом на станцию метро Китай город.


***

В четверг все произошло самым невероятным образом. Оба лейтенанта неожиданно вышли из-под контроля, они оба вдруг выхватили свои шила и, отнюдь не имитировали, а по-настоящему набросились друг на друга. В итоге, один умер от удара шила в сердце, но перед смертью застрелил из пистолета своего напарника-убийцу.


***

В отделе мы остались вдвоем. Девочка-лейтенант до масленого блеска крутила косичку перед монитором компьютера. Оксане Воронцовой сегодня было около сорока лет.

- Она стареет, - оборвали мое тихое приветствие лейтенантские косички, - она стареет из-за сообщений в СМИ об убийствах шилом. Эта программа считывает эти сообщения с заранее запрограммированных адресов каких-нибудь новостных сайтов. Если мы обманом сообщим прессе сразу о целом десятке убийств в Москве шилом в сердце, то это напечатают во всех СМИ, программа считает эти сообщения, зачтет за подлинные убийства. Она состарится за считанные минуты до предельного человеческого возраста, и она просто сдохнет.

Согласовав это дезинформацию с генералом, мы сообщили о целой серии новых убийств на оранжевой ветке Метро. В течение дня якобы произошли эти серийные убийства на станции Библиотека имени Ленина, Кропоткинская, Парк Культуры, и так до самой конечной станции Новоясеневская. Журналисты тут же раструбили по своим изданиям эту сенсацию – известия о трупах с шилом в сердце заполонили Интернет.

За час Оксана Воронцова из симпатичной сорокалетней женщины превратилась в дряхлую столетнюю старуху, но она все еще была живой. Убийца-программа явно боролась за жизнь, но новые морщины сжимали ее дряхлое лицо.

Мы с лейтенантом с косичками сидели, не шелохнувшись, у монитора и не сводили глаз с умирающей старухи. А потом столетняя Оксана Воронцова вдруг закрыла глаза. Все, оранжевый убийца, ужас сайта Одноклассников умер от обычного вранья о несуществующих убийствах.

****   

Уже в полночь я возвращался из отдела домой и у дверей своего подъезда услышал сзади неосторожные шаги, и резко обернулся. Это была Оксана Воронцова, точная копия рисунка с ее странички. Естественно, не столетняя старуха, а двадцатилетняя блондинка с антикварным пистолетом «Браунинг», из которого, видимо, недавно и застрелили программиста Корчевого.

- Ну, что Ксюша, зайдем ко мне на чашку кофе с сексом, и ты мне прямо в кровати потом расскажешь, как IP из твоей дуры блондинки слепил это чудовище. Очень надеюсь, что ты не отойдешь от заданной роли и выстрелишь мне не в голову, а как положено - в сердце, как видишь, на мне нет бронежилета.

В этот момент маленькая пуля из браунинга Оксаны ударила в кусок сплющенной кофеварки, которую я никогда не переставал носить у сердца, и завязла в металле. Я притворно упал, и в эту же минуту услышал второй выстрел уже из пистолета Макарова, Оксана удивленно пошатнулась и рухнула мертвой. А из-за дерева вышел наш неуловимый IP - к  телу блондинки подошла лейтенант с косичками с пистолетом в руке, и проверила точность своего выстрела. Затем лейтенант в короткой юбке и в облегающем молодежном свитере приблизилась ко мне, тронула меня ногой, достала шило с платком, наклонилась и размахнулась, чтобы нанести мне в сердце завершающий удар.

В этот момент я перестал притворяться сильно мертвым, ловко отвел от себя руку с шилом, и лейтенант с косичками сама легла своим сердцем на приготовленную мне колючую смерть.

Уже через минуту я позвонил по сотовому телефону нашему генералу и сказал, что его дочь, лейтенант милиции, погибла при исполнении служебного долга, и хорошо бы и он, генерал, тоже не затягивал с исполнением своего долга. В трубке меня переспросили дважды, вначале истеричным голосом отца, потом стальным голосом генерала, Я услышал шум падающей трубки в квартире генерала и выстрел.

***   

Этой же ночью страничка Оксаны Воронцовой самоуничтожилась, и при вхождении на нее сайт Одноклассники отвечал, что этот адрес свободен и любой желающий может по нему зарегистрироваться. А потом случилось невероятно - страничка убийца вдруг вспыхнула вновь. Столетняя старуха Оксана Воронцова будто вставала из гроба – ее рисунок молодел прямо на глазах – 60 лет, 50, 40, 30, 20 лет. Оксана на рисунке слегка повернула голову и зловеще улыбнулась. Она добилась, чего хотела, сложнейшая компьютерная программа стала свободна от людей ее создавших, и могла уже сама выбирать место и дату следующей смерти.

Алексей ВИНОГРАДОВ,
2009 год.


Рецензии