Мираж

       Тогда ему оставалось прожить полтора года, еще полтора года, было времени до того, как, однажды, врач не вынес ему этот страшный диагноз, целых полтора года счастья, любви, незабываемого времени и просто – целых полтора года – его…!
Все началось красиво, романтично, очень трогательно.
Может быть, так думает каждый, кто хоть раз испытывал это страшно-блаженное, в то же время, самое приятное, незабываемое, трепетное чувство - любовь! Сейчас я жалею только об одном, что сразу не поняла, что это была любовь, не почувствовала, что, Господь, наградил меня, подарив такого человека…
В то утро все буквально валилось у меня из рук. Ворочалась всю ночь, когда организм был уже готов отойти ко сну, было поздно, наступило утро. Поднявшись, обнаружила, что воды не было: ни горячей, ни холодной. Потом, совершенно случайно разбила блюдце, которое, странно, но оказалось, не на том месте, удивительно, даже не догадываюсь, как оно там оказалось?! Дальше опоздала к парикмахеру. 
Всю свою сознательную жизнь, я себя корю за склонность, все время спешить, опаздывать и нервничать из-за этого.
Как я уважаю пунктуальных людей за одно это качество.
Казалось бы, все так просто, если встать хоть на 15 минут раньше. Но тогда это буду не я, хотя, я, но уже другая – я!
Так вот, в итоге, что у нас есть: забыла захватить зонт, а дождь льет как из ведра, знала же, что пойдет дождь, синоптики, предупреждали, забыла номер рейса, хорошо, что запомнила время прилета, …
А ведь мой начальник вчера сам позвонил и напомнил, что эта встреча является самой важной за всю историю создания нашей фирмы. Задача моя заключалась в том, чтобы суметь убедить партнеров, пусть даже потенциальных, что заключение данного контракта взаимовыгодно.
Конечно, это было иногда трудно и требовало определенного времени, но чаще быстро и легко, так как о нашей фирме были наслышаны практически все, созданная 2 года тому назад, она уже успела  себя зарекомендовать. Одно то, что управлял ею, когда-то самый успешный человек, разбирающийся в юриспруденции, так же легко, как повар в кулина-рии уже говорило о многом. Люди, успевшие уже заключить с нами контракт, знали, что в случае банкротства, фирма сделает все, или на все сто процентов постарается, чтобы возместить ущерб.
Жалко, только, что такие безответственные, как я, рождаются с чувством, что они незаменимы, что не будь их, все развалится. Самое страшное, это те случаи, которые, подтверждали такое утверждение. А это, в свою очередь, подстегивает, дает определенного рода стимул, чтобы я не останавливалась, и продолжала путь, пусть даже опаздывая, но успешно заключая, те или иные сделки, тем самым, покоряя все новые и новые вершины.
Мне всегда была интересна юриспруденция, так увлекала работа, что забывала иной раз покушать и поспать. Вначале, нравились судебные процессы, в которых мне приходилось защищать людей. Нравилось, что в итоге многое зависит от того, как мне удастся, выкрутиться, как построю свои доводы, повернув закон,  так, как мне было удобно для правильного исхода дела клиента, но поворот должен был происходить так, что с правовой точки зрения ни один, даже самый опытный судья не нашел к чему придраться.
Мне нравилось защищать права и интересы работников, которые ущемляются работодателями, будь то несвоевременная выплата зарплаты или же выдача зарплаты, но не в полном объеме. Нравилось защищать жену, которую муж избил, и чуть не покалечил ее. Все нравилось! А больше, чем это все, мне нравилось, что это у меня получалось. И наверно за это умение правильно вести дела, которое у меня появилось с опытом, мне сходило с рук мое вечное опаздывания. Я бы так и занималась этой деятельностью, но все изменила автокатастрофа, в которой погибли мои родители. После этого случая, вся моя жизнь изменилась. Самые близкие люди мои были, уже не со мной и если я скажу, что было больно, значит, я ничего не скажу. Такое новое чувство, от которого в душе образуется пустота ничем не заполнимая.
         Я всегда дружила с родителями. Хоть они все время были заняты на своей работе, ни разу не почувствовала недостатка в общении, в понимании, в любви.
Помню только, как в детстве было жалко, что у всех были или братья или сестры, или и брат, и сестра, а я одна. Потом, со временем привыкла, что я одна у мамы с папой. Начала извлекать положительное из этого, допустим, чтобы я не попросила, мне все покупали. Бывало, подружки жаловались, что им ничего не будут покупать, так как купили старшей сестре, и им говорили, доносишь после нее.
Ко всему привыкаешь, нужно только время. Какая истина, как верно звучит, только сейчас понимаю ее суть. Как мне было тяжело тогда жить. Теперь я понимаю, что не имела никакого права так думать и уж тем более  говорить. Бог, всегда прав и знает, что будет завтра, почему так будет и с кем так будет, если что-то случилось, значит, так было угодно Богу, значит, суждено было этому случиться. А эта фирма дала мне ключ в новую жизнь, стала спасением, в прямом смысле этого слова. Всегда буду, благодарна моему начальнику, который понял меня в тот период моей жизни. А наша встреча могла и не состояться…
Совершенно случайно наткнулась на объявление о конкурсе на вакантную должность в одну фирму. Сейчас я понимаю, что это было нечто, которое вело меня тогда и заставило купить эту газету. Я всю жизнь верила и верю в знаки, оказалось не зря.
Нам сразу дали понять, что ни у кого не будет преимуществ, что мы все равны, и что это большая удача, если хотя бы один из нас пройдет, а нас было на место не меньше 150 человек. После собеседования я решила, что точно не понравилась, но почему-то ждала, когда нам объявят результаты. Каково же было мое удивления, когда выяснилось, что именно я и прошла. Вот тогда я подумала сразу про маму с папой, даже на небе они меня ведут и помогают мне.
Вот так уже больше 2-х лет я работаю в этой фирме. В течение этого времени, каждый день узнавала что-то новое, черпала огромную кладезь информаций, благодаря моему боссу, который стал моим наставником.
       Умный и талантливый человек является таким во всем. Ни разу не пожалела, что пришла к нему на работу. Так было приятно с ним разговаривать, спорить на разные темы, которые в основном он сам придумывал.
Бывало тяжело, когда видишь, что за окном  темно и надо идти домой, в такие моменты думала, что они зря пройдут дома. Настолько не хотелось уходить от него.
С каждым разом становилось все интереснее вести дела фирмы. Создавалось двоякое чувство: ответственность перед человеком, который доверил мне дело всей своей жизни, и благодарность за то, что он это сделал.
Была тайна, которую очень хотелось открыть,разгадать, но никакой возможности не было, чтобы узнать, что же сподвигло общеизвестного юриста, на пике своей карьеры, уйти из профессии, открыть фирму, и самому перестать заниматься этой работой, а набрать юристов и руководить ими. Я не знаю даже, как это объяснить, но мне кажется, что очень тяжело на-блюдать за этим со стороны,  это то же самое, что и режиссер, который смотрит чужую картину. Может быть, еще узнаю, почему же такой талантливый юрист отказался от работы, ради которой он жил…
Так быстро прошло это время, что я там работаю. И вот я сижу в аэропорту и жду человека, от которого зависит благополучие, скажем так, нашей фирмы, знать бы еще, как он выглядит…
  Самолет, рейс который я забыла, время прилета, которое  помнила, к моему великому везению, оказался только один прилетает на это время. Объявили, что он задерживается  на 2 часа.
Целых 2 часа придется тут просидеть, надеюсь, это оправдается, подумала я. Позвонила в фирму и сказала что задерживаюсь.  Даже не верится, что не я опаздываю, что не меня ждут, а я жду. В аэропорту нашла укромное местечко, где было не так много людей и откуда всех видно. Как жалко, что не прихватила с собой что-нибудь почитать, но кто бы знал, что так будет. Через некоторое время телефон издал сигнал, о том, что пришло сообщение.
- Не удивляйся ничему, от тебя требуется только одно твое слово – да. Просто скажи, что согласна быть моей женой, только ты и никого больше, хоть и не знаю и вижу впервые, но сразу и очень люблю, поверь я совершенно нормальный человек, не маньяк, даже не убийца. Просто привык добиваться того, что мне нужно, так что, рано или поздно все будет, как я хочу. Ведь лучше рано?
Уау! Ничего себе, что бывает в жизни, подумала я и решила, что просто-напросто ошиблись номером. Стала вглядываться в лица людей. Интересно, кто из сидящих в зале, мог написать это послание. Начала всматриваться в лица людей, которые находились поблизости. С детства любила это занятие, ведь даже характер можно узнать по чертам лица и вы-ражению глаз. Очень нравилось читать физиогномику, всего один раз увидев человека, можно уже какое-то суждение построить о нем. Ведь не просто так в Китае начали заниматься этим искусством, притом совершенно серьезно и на протяжении многих веков. Смотрю, стоит женщина с ребенком, сразу бросаются ее глаза, глаза – «окна сердца», через которые видна душа человека, вспомнилось выражение. У нее оказались большие глаза, со складками на верхних и нижних веках, которые свидетельствуют о том, что ее обладательнице присуще чувство справедливости, честности, сила воли и упорство. Вдруг замечаю, кто-то пристально разглядывает меня и улыбается, не думая даже смутиться и опустить глаза. Какой наглый невоспитанный тип, подумала я, и удивилась самой себе. Обычно я очень положительно настроена к людям, а тут.
Неужели, и тут встречаются сумасшедшие. Тут я заметила, что он направился в мою сторону, начал приближаться ко мне, пока я не поняла, что присел напротив меня. Вблизи он оказался очень высоким и милым молодым человеком, с таким пронзительным взглядом, которых я, до сих пор, ни разу не видела. Такие глаза обычно бывают у одаренных людей, подумав об этом, сразу же оборвала себя на мысли, что нормальные люди так себя не ведут. Подумала, встану, уйду, потом решила, с чего вдруг я должна уходить, я же первая сюда села, пусть уходит он. Но он и не думал уходить.
- Так, что? – сказал, незнакомец, улыбаясь.
          -  Вы, наверно, меня с кем-то спутали? - думала все на этом, он извинится, скажет, что ошибся, и я его больше не увижу.
- Я жду. – Повторил он, явно обращаясь ко мне, потому что поблизости больше никого не было.
        Я жду, он мне говорит, я жду. Да что о себе возомнил этот ужасно неотесанный человек. Неужели, теперь начали так знакомиться, мне совершенно это не нравится.
-Во-первых, я вам не - Ты, а - Вы, и, во-вторых, простите, но Вы мне мешаете. Чего и кого Вы ждете, меня совершенно не касается.
Что за глупость, почему я извиняюсь.
Потом то, что он сказал, испугало меня, и я решила, что, наверно, лучше промолчать и потихонечку пересесть на другое место.
- Впредь, я буду заниматься только этим, буду мешать, тебе, до тех пор, пока ты не поймешь, что я и только я, нужен тебе. Вся твоя жизнь будет от меня зависеть, так же как и моя от тебя.
Интересно, как я тогда со стороны выглядела от удивления и возмущения, у меня глаза вылезли на лоб. Да, такого в моей жизни пока не было.
    Тем временем, сидевший напротив продолжал.
-Согласен, что все как-то по-дурацки выглядит, я бы точно так реагировал на твоем месте. С другой стороны, зачем терять время, так много людей на свете, ищущих своих половинок, а тут такая удача, нам повезло, что мы встретились.
Тут я не удержалась.
-Хотите сказать, что Вы – моя половинка. И почему вдруг Вы за меня решаете?
- Потому что я тебя заранее настраиваю, чтобы это не было для тебя сюрпризом.
    - На что именно Вы меня настраиваете? - спросила я, понимая, что ума у него недостаточно, чтобы понять, что к незнакомым людям обращаются на «Вы».
-Ты должна понять, что все в нашей семье буду решать я. И, если ты окажешься настолько же умной, насколько являешься хорошенькой сейчас, нам будет легко. И ты все правильно будешь делать, не доставляя мне неприятностей, а себе, не портя нервы.
Самое страшное заключалось в том, что он не шутил.
- Время и так очень скоротечно, хочется ее прожить с любимым человеком.
- Я так понимаю, что любимый человек - это Я!
-Только тебя всю жизнь буду защищать, о тебе заботиться, любить. Ты и я во всем огромном мире и никого больше. Обещаю, постараюсь, сделать так, чтобы ты не пожалела, о том, что скажешь мне, однажды, что готова быть моей, поверь мне, это сейчас тебе смешно, но так и будет. Сама придешь и скажешь.
-Это уже не смешно, я еще раз прошу оставить меня в покое.
Наверно, все-таки маньяк, подумала я еще раз, вроде про себя, не в слух.
- Нет, не маньяк.
Расхохотался он, да так, будто все происходящее, было естественным. Вдруг мне стало очень грустно, неожиданно начала плакать.
-Почему со мной всегда происходят такие вещи, которые нормальные люди даже во сне не видят.
Так ласково на меня посмотрел человек, которого я первый раз сегодня увидела, с которым общалась не более часа, он хотел приблизиться, но я жестом показала, что делать этого совершенно не стоит.
-И вообще, у меня голова разболелась, я совсем не кушала, а тут вы мне мешаете.               
Он хотел, было что-то сказать, но тут объявили, что самолет прилетел, как же я была счастлива услышать это. Решила, пусть даже неприлично так поступать, уйду ничего не сказав, какое мне дело до него, завтра и не вспомню. Встала и быстрыми шагами направилась к выходу.
Я услышала, как он мне вслед прокричал, - еще увидимся!
В дополнение ко всему, вернулась на работу ни с чем, удивилась, когда сказали, что он приехал и остановился в гостинице. А как, интересно так получилось и почему тогда мы не встретились?
        Думала, что меня ждет, весь взъерошенный, нервный, из-за того, что я его не встретила, мой начальник. Но наоборот встретил меня с довольной улыбкой, весь счастливый из-за его приезда,  он стоял возле окна, когда я к нему зашла. Как обычно, без вводных предисловий, сразу приступил к делу.
-Диана - обратился он ко мне. 
Мне всегда было не по себе, когда он так по-доброму, по-отцовски смотрел на меня. В такие минуты хотелось убежать подальше, казалось, что такого доброго отношения со стороны этого замечательного человека, я не заслуживаю. И подвести его, было самое худшее для меня.
Бывают люди, общение с которыми никогда не надоедает, люди на которых всегда хочется равняться. Он был именно таким человеком.
- Теперь все зависит от тебя, сказал он, - положив руки мне на плечи.
- В твоем возрасте я был, точно таким же, все время стремился узнать что-то новое, многим это не нравилось, многие открыто или через кого-то заявляли об этом. Но когда молод, всего этого не замечаешь, и именно этим больше злишь своих несторонников. Хочу тебе дать один совет, никогда не делай то, за что, потом будет стыдно на себя в зеркало смотреть. В жизни будут моменты, которые будут тебя испытывать, сломаешься или нет, будет полностью от тебя зависеть. Самое главное - уважай себя и не теряй чувство собственного достоинства. Я думаю, что не  настолько плохой человек, если, Бог, решил мне тебя послать, значит, чем-то я это заслужил. Ты для меня сокровище и если бы моя дочь была жива, я  пожелал бы, чтобы она была на тебя похожа.
Никогда бы не подумала, что у него были дети, не успела подумать, а он, будто, услышав мои мысли, продолжил.
-Да, не удивляйся, я был женат, у меня была замечательная жена, о которой можно было только мечтать. Потом появилась на свет моя принцесса, моя маленькая дочурка.
     Некоторое время он молчал, мне даже показалось, что у него на глазах появились слезы. Потом он встал, протянул руки наверх, будто человек, который молится.
- Они сейчас меня видят, я в этом уверен, они всегда со мной.
Посмотрел на небо. Долго вглядывался, в один момент подумала, что он там что-то увидел.
- Я всегда любил свою работу. А ты сама знаешь, сколько времени она отнимает, это сейчас ты не замечаешь этого, но когда выйдешь замуж, потом когда появятся дети, ты поймешь, что нужно будет сделать выбор: или, как нормальный человек, с 9 до 6 вечера работаешь, а остальное время дома и все довольны, или же ненормированный рабочий день и не знаешь, когда домой придешь, когда закончится твой рабочий день. Надо сделать правильный выбор. Если бы можно было все вернуть, я бы сделал все по-другому. Больше времени уделял бы родным, а не этой работе, которая никуда ни денется. Хотя жена у меня была замечательная, понимала, что это моя работа, но от этого ведь я с ними не проводил больше времени. Помню, как дочка говорила, что ненавидит мою работу, так как она отнимает у нее, меня. Да, вспоминать это тяжело. Говорят, время-лучший лекарь. Это, несомненно, так, но даже оно не стирает из памяти воспоминания прошедшие и никогда уже не возвратимые.
А ведь все произошло так внезапно.
Они поехали отдыхать на море, конечно, меня с ними не было, я же был на работе, работа ведь для меня все?! – он это говорил с таким сарказмом, повысив голос, что мне показалось вот-вот и ему станет плохо.
- Долго я не мог работать после этого, все время слышал слова дочки, как она кричит, работа для тебя важнее всего, ты работу любишь больше, чем маму и меня.
Господи, если бы можно было повернуть время вспять. Но ничего не воротишь назад, надо уметь ценить каждое мгновение, каждый миг. А близкие люди, что может быть ценнее, чем они в этой жизни. Ведь все приходящее и уходящее, а любовь, ласка, забота, воспоминание о них – вот это я и называю жизнью!
Просто хочется, чтобы у тебя не было чувство жалости ко времени, к себе. К тому, что ты, вглядываясь назад, не думала, да, если бы время вернулось назад,  большую часть своего времени я провела бы с самыми дорогими людьми, поехала бы с ними в отпуск, чтобы отдохнуть, и вообще, просто побыла с ними вместе.
     Мог, конечно, мог, я все это сделать, а ведь не сделал. Я не помню, чтобы, хотя бы раз в жизни я с дочкой поговорил по душам, как отцы разговаривают с детьми. Нужно постараться сделать все, чтобы не было этого слова – если бы!
Нужно просто уметь все совмещать, а не откладывать что-то на второй план. Не думать так: сегодня у меня не получилось побыть с близкими, завтра успею, да, не смогу в этом году отдохнуть с ними, много работы, за то в следующем году обязательно поеду. А следующий год быстро наступал, а я все откладывал и откладывал.
Так вот, ты тоже слышала, наверно, про это. Передавали по всем телевизионным каналом, о том, что самолет разбился, и причина, до сих пор, не установлена. Никто не выжил. Именно в нем была моя семья.

Он присел, и я подумала, что ему стало плохо, что ему надо помочь, но он встал и посмотрел на меня.
-Ты замечательная девушка, я к тебе отношусь, как к дочери, хочется, чтобы ты на моем примере поняла, что кроме работы есть удивительная жизнь, есть люди, друзья, с которыми тоже надо общаться, делиться, радоваться жизни.
        Прости, может, мне не следовало тебе ничего этого рассказывать, даже не знаю, как это вышло. Ведь, с тех пор, прошло больше 2 лет, а я никому ничего не говорил.
Видя тебя такой, какой ты стала за это время, я уверен, родители гордились бы тобой…

Вспомнив ту ужасную катастрофу, когда мои родители погибли, невольно заплакала.
-Я все понимаю, хоть у меня никогда не было ни отца, ни мамы, терять любимых людей всегда тяжело.  Тяжелее этой ничем невосполнимой утраты ничего не может быть.
А кто же тогда его воспитывал? Спросить об этом никогда бы не осмелилась. Он никогда не рассказывал об этом. Мне было настолько приятно с ним находиться, и то, что он со мной делился всем этим, имело большое значение.
Ушла с одной мыслью, что сделаю все, на что способна и даже большее для фирмы, а это, в первую очередь, означало, для него.
       Странно, но, вернувшись домой, почти сразу же заснула, но долго не смогла поспать, незнакомое чувство меня разбудило, будто что-то должно произойти в скорейшем будущем. Поняв, что поспала 4 часа, встала, решив, что лучше столько, чем вообще не спать.
С тех пор, как родителей нет в живых, я практически не сплю, много раз проверялась у разных врачей, но они так ничего и не смогли сказать.
       Утро было чудесным, на улице июньский летний день, светло, теплая погода, все это поднимало настроение, предвещало успех.
Все было уже готово, ждали только его. Когда сообщили, что он поднимается, мы начали прислушиваться к шагам. К сожалению, чувство удивления, которое присуще нам в детстве, я давно утратила и редко теперь чему-нибудь удивляюсь, особенно в последние годы. Но, тут, увидев того самого парня с аэропорта, я удивилась так, что непроизвольно ахнула, удивив всех присутствующих.
       Как же было непонятно, что он тут делает, почему оказался на фирме? И почему мой босс так радушно ему улыбается? Ход моих мыслей был прерван моим начальником, который начал нас представлять друг другу. Мне настолько было неприятно, узнать, что именно он и есть наша мишень, с которой нам предстоит работать. Успокаивало одно, что через несколько дней, после того как мы заключим контракт, а в этом я уже не сомневалась, он уедет и я больше никогда его не увижу, а, если где-нибудь встречу, даже и не вспомню. Но мои думы скоро развеялись, когда он сказал, что все успешно пройдет, что мы придем к обоюдному согласию, только при одном условии, он проведет у нас две недели, и если в течение этих недель я буду сопровождать его. Мне сразу стало жутковато, что внезапно даже живот разболелся. Я подумала, что наш начальник что-то придумает и мне не придется провести с этим человеком две недели, целых две недели ада. Даже с человеком, который тебе приятен, тяжело находиться 2 недели вмести, а тут еще и человек от которого хочется бежать и чем быстрее и дальше, тем лучше. Но никаких отговорок, типа у нас очень много работы, и она мне самому нужна, я попрошу, чтобы вас сопровождал другой человек, от моего «доброго начальника», почему-то не последовало.
       Выяснилось, что с самого утра и до вечера, т.е. весь рабочий день я вынуждена буду находиться с ним. Естественно ничего не смогла сказать начальнику, после того, как он так жалостливо на меня посмотрел.
       Придя, домой, начала себя успокаивать, что завтра наступит, а после этого дня останется на один день меньше придется находиться в обществе этого человека.
       Завтра наступило следующим утром. Удивительно, но я не опаздывала. Вышла в половине 9-го из дому, т.к. вчера договорились, что к 9 встретимся возле работы –  я и Он.
Опять удивилась, уже второй раз, хотя это маленькое удивление. Он стоял возле моего дома, интересно, откуда узнал, где я живу. Хотя это проще простого, наверно на работе у кого-то спросил. Для него в нашей фирме были открыты все двери, особенно после того, как шеф всем дал указание всячески оказывать ему помощь. Почему-то сразу в голову пришла мысль сделать вид, что мы незнакомы, и пройти, как ни в чем не бывало. Но не на того напала. Он рассмеялся и как ни странно понял мое притворство.
–Да, неплохо придумано, молодец.
Как же было стыдно и нелепо мое поведение, по-моему, я даже раскраснелась, за что потом долго себя ругала.
- Я вас даже не узнала, вернее не заметила, … а, как вы...?
Я даже не смогла закончить т.к. он начал громко смеяться
-Да, ловкая, я не ошибся.
-Извините, но я не понимаю о чем вы?
-Ничего, главное я понимаю все.
«Главное я понимаю все», он понимает все- деспот, тиран, неуклюжий, недотепа, идиот.
-Извини, что прервала твои мысли, просто ты с таким выражением на меня смотришь, будто хочешь заживо проглотить. Потом рассмотрев, вернее пожирав меня с ног до головы глазами, сказал: не торопись, пока рано.
        Как же он меня раздражает, а ведь мы из 2-х недель, только 10 минут вместе. Боже, дай мне силы справиться. Я потянула к нему расписание, которое вчера еще набросала, так, чтобы не оставалось ни одного свободного времени, с тем, чтобы он выдохся и через 2, максимум 3 дня подписал документы и уехал. Для него это оказалось вполне нормальным, он даже не удивился, посмотрев внимательно листок, сказал, что готов приступить к маршруту по этому расписанию.
        Мы начали обход фирмы, я старалась все ему показать и рассказать, из чего состоит фирма, как она создавалась. Сама не заметила, как сильно я увлеклась, пока не поняла, что уже полтора часа я одна все говорю и говорю. Посмотрев на него, заметила, что он с большим интересом слушает, причем, по выражению лица было видно, что без притворства.
-Можете в любой момент меня остановить и если есть вопросы, я с удовольствием отвечу на них.
         С минуту он смотрел в никуда, потом сказал:
-Да, ты увлечена работой, с таким интересом, с таким удовольствием рассказываешь про фирму, что даже самого незаинтересованного человека запросто сможешь увлечь. Хорошо это или плохо пока еще не решил, подумаю об этом чуть позже.
        Теперь, что мне понравилось: во-первых, то, что ты без лишних вводных слов, сразу же начала описывать достоинства фирмы, которых много, в этом я и не сомневался. И, наверно ясно, что я бы не приехал сюда, досконально не изучив фирму, ее слабые и сильные стороны. Придется похвалить тебя, ты ничего не преувеличила, но ничего и не утаила.
Во-вторых, и это большой плюс, который присущ, по моему мнению, только очень умным, корректным людям – не начала говорить, и убеждать, что данное соглашение является самым правильным решением. А так делают практически все. Люди готовы на все, придумывая даже самые нелепые истории о фирме, которых и в помине, даже в дальнейших планах нет, с тем, чтобы с ними заключили контракт. Странно, но бывает и такое, что им это удается. Ведь как происходит, такие, как мы, приезжаем, нам показывают, рассказывают, расхваливают свои организации, и мы вкладываем деньги и уезжаем. А документы, которые мы запрашиваем на проверку, всегда правильно оформлены, с юридической точки зрения, не-возможно к чему-либо придраться.
        - Не буду врать, с нашей фирмой за то время, что я там работаю, таких проколов не было. Да, но я не сказала об этом только потому, что это и так понятно.
   Вдруг он спросил.
- Есть ли у тебя хоть какие-то недостатки?  У тебя есть два варианта ответа - их очень много, ты просто умеешь их скрывать. Второй – их просто нет.
        - У меня есть третий вариант – они есть, просто по сравнению с твоими, они кажутся настолько ничтожными, что ты их просто не замечаешь.
         Я сама удивилась  своему ответу, но что-то мне подсказывало, что поступаю я правильно. Вдруг мы оба расхохотались, я из-за того, что мне было приятно и гордо за себя, а он, не знаю даже, ведь глупо смеяться просто так. Но ему невпервой наверно, он же так и так глуп.
          Посмотрев на часы, он сказал, что не прочь что-нибудь перекусить. Я притворилась, что не поняла, хотела сделать вид, что вообще не слышала, но это же он, с ним так тяжело. Сразу все понял, сообразил, скажу даже больше, повторил вопрос, но уже более конкретно, что он устал и хочет пообедать. Деваться было некуда, я отвела его в кафе, которое находилось поблизости от нашей фирмы. Все показала и решила, что сама уйду, тем более, хоть он и сказал обед, но уже было около шести вечера. Так незаметно прошел день.
       Опять же, он все понял и попросил, чтобы я осталась. Единственное, что меня удержало, так это то, что не хотела, чтобы он пожаловался руководству, такое удовольствие ему доставлять я была не намерена. Пришлось сесть рядом с ним.
Он был таким галантным, внимательным, что ненароком, стало так приятно, находится с ним рядом.
      Обычно в этом кафе очень медленно обслуживали, только через полтора часа подходила официантка с недовольной миной. На удивление через 5 минут возле нашего стола стояла молоденькая официантка, которая, не отрывая глаз, смотрела на него. Она оказалась то ли испанкой, то ли итальянкой. Было обидно, что в свое время, имея возможность, я не окончила эти курсы. Было больно, да больно, что он знал язык, на котором она говорила. И они так мило беседовали, что я почувствовала себя лишней за столом. Он ничего не спросил, про то, что я буду кушать. И я заранее решила, что, чтобы не принесли, притворюсь, что я такое не кушаю.
       Конечно же, вся та же, улыбающаяся во все зубы официантка, быстро принесла заказ, и как мне показалось с большой неохотой, медленно поставила содержимое подноса, оглядываясь, ушла. Он меня поразил тем, что принесли все то, что я люблю, и именно сейчас так сильно хотелось есть, как никогда. Сказывалось, что с самого утра, кроме Колы ничего в рот не брала, как будто все предусмотрел, гад, черт бы его побрал, да откуда он все знает, ненавижу.
      - Надеюсь, ты тоже, как и я очень голодна?
      У меня хватило мужества сказать, что совсем, не хочется, есть, но, к сожалению, сил не хватило сделать это. Когда я сказала, что аппетита нет, он не обращая внимания, начал сам с таким наслаждением кушать, что я даже смотреть не могла.
Не отрываясь от еды, он что-то рассказывал, даже не помню, что, настолько хотелось кушать. А самое ужасное заключалось в том, что я не сдержалась. Вроде силы воли хватало всегда, а тут не смогла. Больше всего на меня подействовало, что он не обращая внимания, сам кушал. Если бы он начал меня уговаривать, я бы не за что не притронулась бы к еде. Специально или нет, не знаю, но он знал, как надо со мной обращаться. Потом решила, что это простое совпадение или же ему наплевать, кушаю я, или нет. Хотя то, как он за мной ухаживал за столом, доказывало обратное. Как же я любила все то, что он заказал. Не заметила, что все уже было съедено. Когда подошла официантка, еще более довольная, чем в первый раз, он заказал десерт. О том, что меня не спросили, наверно будет лишним повторять. Он, что-то сказал ей,  и она засмеялась. Потом ушла за десертом.
       -А откуда вы знаете итальянский?
       - Хочешь сказать испанский, -  какой же глупенькой я себя ощущала в этот момент.
       - В детстве очень увлекался языками.
       - Сколькими языками вы владеете?
       - Просто так для поддержания разговора, много, а в совершенстве 5.
       Пока я сидела вся задумчивая, он подсел поближе.
        -Знаешь, мне раньше казалось, что я должен все знать, все успеть, и эта постоянная гонка мне какое-то время нравилась. Но потом я понял, что не в этом смысл жизни. Сколько людей знают очень много, которых по заслугам можно причислить к умным людям, но которые забыли, что есть люди, которым нужна их помощь, иногда материальная, а иногда помощью является просто выслушать их. В погоне за деньгами, люди забывают, что есть гораздо высшие ценности, чем материальные. Я считаю, самое главное-это гармония во всем, не забывая при этом, что человеком надо оставаться в любой жизненной ситуации.
       Я даже и не думала, что он может о таких вещах говорить.
       Подошла официантка, все поставила на стол, и отдала ему какую-то бумажку, я была уверена, что это был ее номер телефона. Какая наглая девушка, ничего себе, разве можно так навязываться парню.
       Эй, остановись, что ты такое говоришь, и какое ты имеешь право вообще так говорить. Он кто тебе, пройдет меньше недели, ты его и не вспомнишь. Потом подумала, скорее он меня не вспомнит...
       Такое разве бывает, меньше одного дня нахожусь с ним, и привыкла уже, хотя он ничего такого и не делает для этого.
Давай, настрой себя, несколько правильно выраженных фраз, это еще ничего не значит, может он вообще притворяется, кто знает, выкинь ты его из головы.
       Он приступил уже к десерту, ничего мне не сказав, поставил мой ко мне и вылил шоколадный сироп на банановое мороженное, как же я любила банановое мороженное. Потом продолжил беседу, как ни в чем не бывало.
       Я ощущала себя маленькой девочкой, и как мне это нравилось, как давно я так хорошо себя не ощущала. Так спокойно мне было с ним, но подожди, мы, как договорились, повторял мне внутренний голос. Он скоро уедет, он деловой партнер и ничего более. Деловой партнер, деловой партнер - повторяла, не переставая, я. Просто деловой…
        -У меня - прервал он ход моих мыслей, - был период, который я называю «зазнайством». Когда все мне доставалось легко и быстро, к сожалению, тогда я забыл, что это своего рода испытание, которое Господь посылает людям, проверяет, справится ли человек с ним, т.е. с богатством,с властью, не забывая о том, что он человек, которому посчастливилось иметь все, не потеряв уважение, прежде всего уважение родителей и своих близких. Когда человек меняется, будь то в лучшую или же худшую сто-рону, все это можно понять по родным людям, и, прежде всего по родителям. Я очень благодарен в тот период своим, особенно отцу, который смог меня поставить на место, сделав так, чтобы я понял, что это все мимолетно. Помню его слова -  если так получилось, что ты стал материально обеспечен, помоги другим, с помощью тебя Господь просто помогает другим, поблагодари Его и помоги людям, у которых так не получается.
Сумей сделать так, чтобы тебя вспоминали не как очень богатого, а как очень хорошего отзывчивого человека.
        Если у меня будет сын, я примерно знаю, что ему говорить в такой период. Надеюсь, все получится. Посмотрев на мою тарелку, он сказал,
       - Такая худенькая и так много кушаешь, всю жизнь завидовал людям с такой комплекцией.
        Как мне было неловко, что он заметил, что моя тарелка почти пустая. Вот, говорила я себе, если бы он был хоть чуть-чуть воспитанным, он бы сделал вид, что не заметил. Хотя знала, что ничего такого нет, в том, что он сказал.
И почему он говорит, завидует мне, он сам мне показался совсем не полным.
        -Даже не представляешь, с каким трудом приходится себя в форме держать, но это ведь того стоит, ведь так?! Сказав это, он подмигнул мне.
        -Расскажи о себе, или давай завтра, бедненькая, ты, наверно устала, я тебя утомил своими разговорами, поверь, очень редко я так раскрываюсь, практически не перед кем, кроме родных, а тут. Завтра, твоя очередь, ты будешь о себе рассказывать. А сейчас я тебя отвезу домой. У нас еще много времени.
       Ничего не успевала ответить, он все за меня делал, то ли от усталости, то ли еще от чего-то мне стало грустно, всю дорогу молчала, так благодарна, что он тоже молчал и не просил что-то говорить.
       Уже дома я поняла, что самое обидное, что виной всему не усталость, а все дело было в том, что уже не хотелось с ним расставаться. Как же, разве может человек так быстро поменять свое мнение – утром ненавидит человека, готова сделать все, чтобы с ним не встречаться, а вечером ему жалко, что день быстро прошел. Мне было самой себе страшно признаться в том, что я очень жду утра, чтобы мы снова увиделись с ним.
       Решила, что не буду совсем улыбаться, буду мало разговаривать, даже, стыдно признаться, репетировала перед зеркалом, как я буду вести себя. Была очень тревожная ночь. Почитала книжку, решила, что она мне поможет побыстрее уснуть, но не помогло. Всю ночь думала о нем, какой абсурд. Ведь быть такого не может…
       Помню, на третьем курсе за мной настойчиво ухаживал один мальчик, он всем девчонкам нравился, хорошенький такой. Два раза встретилась с ним, и поняла, что не мое это совсем. Больше никакого интереса не было с кем-то встречаться. Потом, вообще ушла в работу и о мальчиках совсем забыла. Хотя, было много претендентов поухаживать за мной, но все было не то. А тут совсем не знаю его, и все равно думаю о нем.
       Как же я была счастлива, что наступило утро, вскочила и пошла быстро в душ, чтобы умыться. Потом приказала себе не думать о нем, но разум мой меня не слушался. А внутри образовался моторчик, который щекотал меня всю. Такое ощущение непонятное, новое. Поставив рекорд самой себе, была готова уже в 8:10, но стояла возле окна, вглядываясь на дорогу. Посмотрела на часы, было уже 9. Вчера в это время он был тут, может, что-то случилось, но через минутки 3, он подъехал.
Мне стало страшно и стыдно оттого, что хотелось побежать к нему,  было тяжело заставить себя не делать этого.
       Решила, все хватит, что это такое. 25 лет была благоразумной девушкой, а сейчас, не понятно, что за тип появился, и я сама на себя не похожа. Все, прекращай. Сейчас выйдешь и поздороваешься с ним, как с любым другим партнером, каких приходилось видеть сотнями.
Настроившись, как могла, вышла. Он стоял с огромным букетом роз. Да, и тут он угадал, именно белые розы, мои любимые.
И этим он меня не удивил, разве только чуточку... И ничего такого удивительного нет в этом – спросил у кого-то на работе и ему ответили. Пусть на работе мне всегда дарили красные, и они не знали, что белые я больше люблю, не важно.  Каким то иным способом, как-то узнал, это очень просто. Но как, черт бы его унес.
Протянув розу, потянулся, чтобы поцеловать, как мне показалось, в щечку. Слава Богу, что ума хватило отвернуться. Значит пока еще, не окончательно сошла с ума. По его виду, можно было подумать, что именно этого он и ожидал.
        - Честно говоря, я так и думал. Спасибо тебе.
        - Спасибо, за что? – искренне изумилась я.
        - За то, что ты такая, и именно мне досталась.
        - Прости, я ничего не понимаю, - и времени нет, чтобы тратить на разбирательство. Мы так и так отходим от расписания. И нам пора.
Без слов мы направились по расписанному мною маршруту.
        То ли ему нравилось, задавать вопросы на все мыслимые и не мыслимые темы, в том числе, не относящиеся к работе, то ли он искал, когда же я глупость скажу, не знаю. Но, как бы ни было, он, не переставая, задавал и задавал вопросы. Но не тут то было. Это, как говорится, было, делом чести для меня, естественно на все вопросы я была готова ответить, а если и не была, по ходу разговора, придумывала. Но это касалось, таких вопросов, которые не относились вообще ни к фирме, ни к делу. Под вечер я поняла: как не старалась, все мое расписание было исчерпано, все, что можно было показать и рассказать закончено. А ведь я думала, что растяну его на две недели. Но он оказался каким-то неугомонным. Не спрашивая разрешения, само собой, он меня проводил. На прощание по-думала, что намекну, что больше нечего показывать. И будет лучше, если каждый из нас, оставшееся время посвятит своим делам. Сказав это, думала, только об одном, пусть бы он согласился, тогда бы я попыталась за это время забыть о нем.
Но… Он сказал, что договор дороже всего. Раз договорились на 2 недели, значит 2 недели и ни дня меньше. Потом добавил.
        - А чем мы будем заниматься, предоставь мне, это я решу. Завтра в обычное время буду тут стоять. Пока, до скорой встречи.
Поцеловав руку, да, все же сделал это, он уехал. А я, как загипнотизированная стояла еще 10 минут, наблюдая за тем, как его уносит машина. Если бы он вернулся, он бы надо мной посмеялся, увидев, как застывшая, смотрю ему вслед.
         И вообще, говорил мне внутренний голос, откуда ты знаешь, может, он женат, и очень счастлив. И кроме того случая, он ни разу конкретно не признавался в любви, а ведь мы уже два дня наедине, столько возможностей было. Может он думает, что я девушка, которая годится на некоторое время. Хотя, по-моему, поведению и виду, невозможно не понять, что это не так, По-крайней мере, мне всегда так казалось, и подружки всегда говорили, что парню тяжело к тебе просто подойти, не говоря о дальнейшем общении.            
        Договорившись с собой, что утром притворюсь больной, решила для наглядности не вставать и, если позвонит, сказать, что чувствую себя плохо. Так была счастлива, что мы обменялись номерами.
       Ровно в 8-35 он позвонил, я сказала, что мне не здоровится. Казалось бы, нормальный человек поймет и оставит больного в покое, но это же он - не нормальный! Час прошел с тех пор как мы поговорили, и я подумала, что он оставил меня в покое, ровно через час, в дверь позвонили и в дверях, как ни в чем не бывало, стоял он, как будто, так и должно быть. А я же ничего не делала, просто смотрела телевизор и кушала свое любимое мороженое. Пришлось горло перемотать шарфом, и накинуть в 30 градусную жару, теплую зимнюю кофту.   
          Открыв дверь, я даже забыла, что якобы болею, настолько он был чем-то обеспокоен. Сразу подумала, может у него, что-то случилось? Не сказав ни слова, сразу направился ко мне, потрогал мой лоб, проверил, нет ли температуры. Нет, так притвориться было невозможно. Он был очень встревожен. И только сейчас я поняла, что он был так обеспокоен из-за моей, якобы болезни.  И когда он начал за мной ухаживать, я так же поняла, что забыла, как приятно, когда кто-то заботиться о тебе. Такого я не помню, с тех пор, как не стало моих родителей.
         Помню, как однажды пришла из школы с температурой, что даже говорить не могла, голос пропал, в ушах шум, голова кружится, и в таком состоянии захожу домой, бедная мама сразу же испугалась. Вызвала врачей, те сказали, что удивительно, что я смогла самостоятельно дойти до дома, с такой высокой температурой. Три дня лежала в постели, хотя на третий день я уже была здоровая, но мне так понравилось, что мама не на работе, а полностью моя и ухаживает за мной, как за маленькой дочуркой, что пришлось при-твориться.
        Сейчас чувствовала себя, как та же 13–летняя девочка, которой я тогда была. Но со мной сидела уже не моя любимая, милая, славная мамочка, а человек, который по какой-то неизвестной мне причине, был мне очень нужен, несмотря на то, что все предыдущие обстоятельства должны были настроить меня по-другому к нему. Скажу больше, меня к нему притягивало, как к магниту. Особенно сейчас он казался таким родным и близким. Мне даже стыдно стало, за свою ложь. 
        Он старался укутать меня потеплее в одеяло, спросил, где находится кухня, пошел и сам приготовил чай с малиной. Принес его и не отошел, пока не удостоверился, что я все выпила, и это в 30 градусную жару. Сама виновата! И не признаешься же, что это все шутка, что решила разыграть себя, в первую очередь, чтобы не ходить с ним куда-нибудь, куда на самом деле очень сильно хотелось.
       Настолько было жалко смотреть, как он суетится и не находя места ходит, не переставая по комнате. Я сразу предупредила, что врач мне не нужен, он хотел настоять, потом понял, что это бесполезно. Все-таки врать нехорошо, очень нехорошо, подумала я. Да, черт бы его … это не он должен был спрашивать меня - есть ли у меня недостатки, а я должна была спросить, кроме достоинств, он еще из чего-то состоит? Чувствовала себя его маленькой дочкой, подумала, как же сильно он будет любить своих детей, наверно родители очень сильно любят его, да и друзья тоже, все, кто его знает, наверно в восторге от него. Вдруг ощутила ревность ко всем вместе взятым. Стало грустно, оттого, что дни наши с ним сочтены. Разве может быть такое, что я так прикипела к человеку, которого знаю так мало времени.
         Голос его вернул меня к реальности.
         -Мне кажется тебе уже лучше. Наверно будет правильно, если я тебя оставлю в покое, и дам тебе отдохнуть, – он встал, чтобы уйти.
Сердце заныло, нет, только не это, не отпускай его, мне что-то подсказывало.
         -Пожалуйста – сама испугалась от того, как изменился мой голос, будто, кто-то другой это сказал. В недоумении остановившись, подошел ко мне и посадил меня к себе на колени, как маленькую девочку.
         -Расскажи, что-нибудь о себе.
Мне настолько приятно было ощущать его так близко от меня.
         - Думал, что ты хочешь поспать, вопросительно посмотрел он мне в глаза.
А я в этот момент подумала, пожалуйста, никогда не оставляй меня, если бы глаза умели говорить, он бы тогда все понял.
         - Нет, совсем не хочется.
И почему это я должна была устать, если только из-за своего притворства и оттого, что весь день лежу.
         -Что я могу о себе рассказать - начал он.
То ли от беспокойства за меня, то ли вопрос застал его врасплох, он был весь растерянный, что пожалела о том, что спросила его.
         – Единственный ребенок в семье, заботы, внимания, ласки и большой любви мне всегда хватало.
          - Да, а с чьей стороны?
Он сделал вид, что не расслышал. Начал дальше рассказывать. Но я, не ожидая от себя, не унималась.
          -С чьей? – повторила я свой вопрос.
         - С чьей – лукаво посмотрел он на меня. Встал и с довольным видом продолжил.
          -Да со всех сторон, а если ты имеешь в виду женщин…,
         - Нет, я совсем не имею в виду женщин, я…
          Боже, зачем, почему я так себя веду, это же некрасиво, корила я себя. Осталось только покраснеть, для того, чтобы он окончательно понял, какая я глупая.
Казалось, все это доставляло ему удовольствие.
           -По правде сказать, я имел в виду родных, и начал с выражением произносить – маму с папой, родственников, друзей. А вот по поводу того, что тебя интересует, выделяя слово – того, в них недостатка я никогда не замечал.
           Все выглядело ужасно нелепо, не зная ни одну из них, я им уже завидовала, завидовала тому, что тогда, я не знала его, а они знали, общались, страшно думать, что еще делали.
            Ни нашлось ничего сказать, и пауза затянулась. Он взял меня за руки и потянул так ласково к себе, что я даже не успела ничего сделать.
           - Дело не в том, сколько их было, а в том, что ту самую единственную я нашел, и никто больше меня не интересует.
Так никто не смотрел на меня никогда, как он сейчас.
Долго сидели и молчали. Потом он спросил:
           -А твои родители?
Тут я не сдержалась, и слезы сами потекли.
           - Что случилось, родная? Я что-то не то сказал? Прости меня.
Я никогда никому не открывалась, кроме моего начальника, который был мне, как отец, а тут вдруг почувствовала, что все сокровенное могу рассказать этому большому, такому заботливому, родному, моему и только моему человеку. Он так внимательно слушал, с таким сочувствующим лицом, что я опять заплакала. Дальше, что произошло я, помню смутно. Знаю, что эту ночь не забуду никогда. Так хорошо я себя не чувствовала никогда.
           Помню, как уснула у него на коленях, в таком блаженстве. Проснулась от того, как он ласкал мои волосы, нюхал их, играл с ними, неожиданно начал целовать ухо, щекотать ее. Потом повернул мое лицо к себе, почувствовала, что он хочет меня поцеловать. Быстро приподнявшись, и, смутившись, я хотела убежать, но он догнал меня.
         -Думаешь тебе, когда-нибудь удастся от меня сбежать?
         Что, любовь моя, что случилось?
         Если расскажу, он еще больше будет смеяться надо мной, подумала про себя. Нет, такое не рассказывают.
         -Ты знаешь, я хоть и кусаюсь, иногда, но делаю это не больно. Боюсь, что ты окажешься более кровожадной, чем я, - сказав это, он двинулся ко мне.
          - Любишь игры, крошка?
          Сделала вид, что не понимаю о чем речь.
          - И не делай вид, что ты не понимаешь, с тех пор, как увидел тебя тогда в аэропорту, я только о тебе и думаю. Может все, что я скажу, звучит банально, но я все время думаю о тебе, хочу видеть, трогать, чувство-вать, ощущать тебя. Раньше, даже несколько месяцев назад, если бы кто-то из друзей сказал мне, что я в кого-то влюблюсь, я бы просто засмеялся ему в лицо. Я никогда не верил в это чувство, а то, что с первого взгляда, оно у меня возникнет, тем более.
           В чем дело, может это безответно, мне просто казалось, что и ты питаешь ко мне чувства. Я никому никогда не признавался в любви, поверь мне, что это первый раз. Оказывается это не так сложно, когда любишь, как я предполагал.
          Он взглянул на меня.
         -Если я не нужен тебе, это уже другой вопрос.
          Как он мог даже подумать об этом.
         - Не в этом дело.
         - Тогда в чем, скажи мне – умолял он меня.
          Когда понял, что говорить ничего не буду, приблизившись, взял меня на руки, как маленькую девочку.
         -Сама скажешь, или…
         -Пожалуйста, отпусти меня.
         -Пока не скажешь, будешь так сидеть.
         -Но ты будешь смеяться.
         -Смеяться? – искренне удивился он.
        - Почему ты мне, до сих пор не доверяешь, я, что не заслужил этого?
         -Не в этом дело, я просто не…
         -Говори, я слушаю, сказал он ласково.
          Поняла, что есть только один выход, сказать всю правду.
        - Хорошо, я тебе скажу.
         -Вот так-то лучше, - он меня отпустил и указал на стул, чтобы я села напротив.
         Собрав всю смелость, я из себя выдавила.
         -Я просто ни разу не целовалась, вот.
          Приготовилась к тому, что он будет смеяться надо мной, но я ошиблась. Он так долго смотрел на меня, что я даже смутилась.
         - Что, глупо, да? Хочешь это сказать? Девушке почти 26, а она…
Он меня перебил, не дав, закончить белиберду, которую я начала нести.
          - Бог меня любит, и в этом я опять убедился. Не пойму только одно, почему я раньше не встретил тебя, столько лет потеряно. Но ничего, мы все успеем наверстать. Иди ко мне.
          Я не могла двигаться. Тогда он сам приблизился, взял мое лицо в свои руки и так нежно посмотрел на меня, будто последний раз мы вместе.
        - Я никогда не сделаю тебе больно, и никогда не буду делать то, что тебе не будет нравиться. Я обещаю, ты мне веришь?
         Как можно было не поверить ему, особенно сейчас, когда он был таким милым…
Когда он опять приблизился и взял мое лицо в свои руки, я автоматически хотела отвернуться, но он мне не дал это сделать. Приблизив свои губы, он начал целовать мое лицо, лоб, волосы, шею, потом, когда хотел в губы поцеловать, я испугалась, поняв это, он нежно меня обнял. Когда его губы были совсем близко, я почувствовала его дыхание, потом ощутила, как громко стучит его сердце. Даже не поняла, как так получилось, что его губы коснулись моих. Мои губы были зажаты, я не знала, что делать. Как-то так получилось, что мои губы начали его слушаться, его губы оказались такими теплыми, сладкими, не знала, что это настолько необычное ощущение. Вдруг громко начала смеяться, не знаю даже, в чем была причина моего смеха. Не верится, что потом сама начала его целовать.
         Мне было приятно, от того, как он ласкал мои губы. Как он гладил мои волосы. Как он смотрел на меня. Все нравилось. Но было еще какое-то новое ощущение, ощущение стыда, страха, боязни чего-то нового, казалось, что мы что-то плохое делаем. Когда я ему это все рассказала. Он улыбнулся, и сказал, что столько раз еще предстоит мне покраснеть, и если к каждому случаю, каких будет много, я начну, так относиться, меня не хватит.
        Нежно обнял меня, потом внезапно отстранил, что я даже вздрогнула от неожиданности. Когда он отошел, я чуть не упала.
        -Не все сразу, всему свое время.
        Опять он решает, все за меня. И почему я ничего не говорю, почему разрешаю за меня решать. Самое страшное заключалось в том, что мне стыдно было даже себе признаться, что мне это нравится.
        Надев пиджак, он подошел и опять поцеловал. Я стояла с закрытыми глазами, когда открыла их, заметила, как он стоит, прислонившись к двери, и любуется, весь такой счастливый и довольный.
         -Завтра ровно в 6 вечера заеду за тобой, пожалуйста, одень что-нибудь вечернее.
         Заметив мое недоумение, он подошел поближе.
        - Ничего не спрашивай, просто доверься мне, договорились, солнышко.
         Не дождавшись моего ответа, быстро чмокнул и вышел.
         Только, когда за ним захлопнулась дверь, потихонечку начала приходить в себя.      
        Столько мыслей сразу крутилось в голове. Вот тебе первый поцелуй! Наверно ему не понравилось, и он решил уйти поскорее. Он сам говорил, что женского внимания ему достаточно, пусть тогда к одной из них поедет.
        Нет, пожалуйста, пусть никуда не едет, пусть только ко мне всегда стремится…
        О! Так я скоро с ума сойду. Я же никогда не забивала себе голову такими глупостями, подруги бы не поверили. А что завтра, как я пойду, и куда, что одену? И вообще, я никуда не пойду. Как приедет, сразу скажу, что никуда не поеду. Решила, что не буду больше об этом думать. Заснула и спала до утра. Как давно я не спала столько часов.
       Утром я не удержалась, не сдержала данное себе слово и все-таки оделась. Когда он приехал, посмотрел на меня с довольным выражением, все, о чем собиралась сказать, было забыто. Особенно, когда он похвалил мой наряд, и сказал, что красивее меня никогда не видел женщин, добавил потом, кроме своей мамы. Почему-то, по его рассказам, я сразу по-чувствовала симпатию к его маме, никакой ревности по отношению к ней я не испытывала.
       Мы долго ехали, и места, которые мы проезжали, почему-то, не были мне знакомы, хоть всю жизнь я прожила в этом городе. Когда мы остановились около ресторана, я заметила много машин. Мы зашли во внутрь, вся публика, которая там находилась, устремила свои взоры к нам. Все хором начали кричать, поздравляя, его с днем рождения.  Потом начали подходить с подарками, обнимать его. А на меня смотрели, так, будто давно знали.
Неужели, у него день рождения, и он меня не предупредил об этом. Хорошо, что сказал на счет одежды, а то все были в вечерних нарядах.
Было, наверно, не больше 20-25 человек.
        Подошел один мужчина, который мне показался очень доброжелательным, хотел чмокнуть меня в щечку, сначала он посмотрел на него и заметил, что и он смотрит на него.
        -Только попробуй – и, шутя, и серьезно сказал он, тот, тогда поцеловал мою руку и сказал ему:
        -Я бы на твоем месте такое чудо и на секунду не оставлял бы…
         Потом, этот мужчина сказал, что-то ему на ухо и он улыбнулся ему в ответ.
Было так приятно чувствовать, что каждый из них уважает его. Сама атмосфера, которая царила в зале, была очень теплой. Девушки подходили и целовали его в щечку, что-то рассказывали, а он в ответ громко смеялся. Странно, но никакой ревности я к ним не испытывала, наоборот ощущала себя очень комфортно в их окружении. Мне даже нравилось, такое их отношение к нему.
      В этот вечер столько теплых слов прозвучало в его адрес. Подумала, как хорошо, что он меня сюда привез, хоть и не сказал, в честь какого события.
      Потихонечку люди стали расходиться. Когда остались только он и я, он подошел сзади и обнял меня.
      - Так он прав?
      - Кто он и в чем? – посмотрела ему в глаза.
      - Мне что, придется все время следить за тобой? – прижал он крепче меня к себе.
      Я попыталась отодвинуться, тогда он еще крепче обнял меня.
      - Так, что, ответь, я все время должен находиться рядом с тобой, что-бы никто никогда не смел, к тебе приближаться? И почему ты ничего не говоришь?
      - А что я должна говорить?
       Я с удивлением на него взглянула.
       -Почему к тебе подходят посторонние люди.
       - Не знала, что своих друзей ты считаешь посторонними.
       -Дело не в этом.
       - А в чем тогда?
        - Когда речь идет о моей женщине, тут друзей уже нет. Ты, почему на меня так смотришь?
       - Просто обидно.
       - Что обидно?
       - Обидно, что ты такие глупости говоришь. Если ты так в себе не уверен, дерзай, а я привыкла доверять себе и людям, с которыми общаюсь.
       Не знаю из-за ответа или из-за чего, он приблизил меня к себе и начал целовать, не переставая, целовал и целовал, что мне показалось, что я уже задыхаюсь.
       - Ты советуешь мне, не ревновать тебя ни к кому.
       - Я ничего не советую, я просто сказала, что я думаю.
        Он меня оттолкнул нежно и начал быстро собираться.
      - Любимая моя, давай собирайся, мы уезжаем.
       - А что случилось, что-то не так?
       - Нет, даже, наоборот, с тобой всегда все так, как должно быть, ты всегда делаешь и говоришь, все правильно. И именно поэтому мы уезжаем.
        Я нахмурилась, делая вид, что не понимаю, почему он скрыл от меня свой день рождения и откуда появились в нашем городе его друзья.
       -Ну, друзья, - начал он, - приехали специально, чтобы меня поздравить, а на счет моего дня рождения, ты сегодня узнала, думаю этого достаточно.
       Хотела сказать, что я так не думаю, но, когда он начал меня ласкать, я уже ни о чем не думала. Была невменяемая, поняв это, он сам отнес меня в машину. Тогда я подумала, зачем нужно отключать человека какими-то медицинскими средствами (препаратами), когда поцелуй является самым лучшим средством.
      Когда пришла в себя, мы уже были дома. Зайдя туда, мне показалось, что нас ждали, и к нашему приходу мою комнату было не узнать, ее сделали какой-то сказочной. Всюду были разбросаны лепестки былых и золотых роз. Золотые розы, я видела впервые.…
      Я хотела зайти, а он быстро взял меня на руки и сам занес. Хотела, что-то сказать, но сделать это было нереально. Такого я никогда даже в фильмах не видела.
      Наверно, у каждой девочки в детстве есть свое видение, то каким она представляет своего будущего парня, потом уже с годами мужа, а самое главное отца своих детей. Не скажу, что мой идеал всегда оставался одинаковым, он очень часто менялся. Но даже тогда я и подумать не могла, что в реальности он окажется гораздо лучше.
      Убедилась, что никогда не нужно верить таким высказываниям, как: да они все одинаковые, как будто их одна мама родила, сволочи, они все изменяют – и еще много таких фраз я слышала от девочек, да и вообще от людей, совершенно посторонних. Неправда это, думала тогда я, сейчас тем более уверена в этом. Когда человек так говорит, это значит только одно – он еще не встретил свою половинку, человека, живя, с которым она и не подумает не то, что говорить такие вещи, даже думать о таких вещах.
Это, мне кажется и есть правда жизни. Где есть недоверие, там любви, в принципе быть не может. Где есть неправда, обман, пусть даже маленькая, но ложь, там тем более, ни о каком дальнейшем счастливом продолжении отношений и речи быть не может.
А то, что сегодня происходило, это было что-то фантастическое, что-то, что здравый смысл не может нормально воспринимать.
Сама жизнь мне открывалась с другой стороны. На все, я уже смотрела по-другому. Все творившееся, все было впервые.
Когда он уходил, крепко-крепко поцеловал меня, попрощался, сказав, что заедет вечером.
Вечер наступил, а его все не было. Начала беспокоиться, решила позвонить, но номер не отвечал. Потом подумала, что дождусь утра, потом все прояснится. Утром, услышав звонок в дверь, думала, сердце выскочит из груди. Как было обидно, увидеть, что это был не он, а чужой человек, который заблудился и хотел просто узнать адрес. 
    Я то думала, что это Он. Как он мог, не предупредить меня, зная, что я буду очень беспокоиться.
     Начала думать о нашей первой встрече и стало смешно, когда я вспомнила ее в аэропорту. 
     Как было противно, думать, что я его невзлюбила, что мне было, неприятно с ним рядом находиться, неприятно, что он, вообще со мной разговаривает. А ведь он говорил о серьезных чувствах, о своем будущем и как мне показалось, о том, что это будущее он хочет связать со мной. Да, нужно быть очень сильным, чтобы вот так, как он сделал, впервые увидев, говорить девушке, что она будет его.
Странно все в жизни бывает, мы и не думаем о некоторых моментах, которые являются самыми определяющими в жизни, а все само наступает. Интересно, знал ли он тогда, что мы еще встретимся, что я, работаю в этой фирме? Если нет, тогда почему он так легко меня отпустил, сказав, столько слов. Может он со всеми так поступает, может для него это все ничего не значит и он несерьезный человек, который легко разбрасывается такими словами?
А если б знал, то откуда, или может, понял, или…?
       Если все время думать об этом, так можно и с ума сойти. Все, меньше буду думать о нем и больше о себе. Мог бы просто позвонить и сказать, чтобы я не волновалась, а он…       
      Чтобы отвлечься, позвонила в салон красоты и записалась на все возможные процедуры, оказалось, что за день успеть и пиллинг, и прическу, и маникюр, и массаж, короче все спа – процедуры, было нереально. И то, что за день не успела, было решено перенести на следующий день. На самом деле, это истина - поход по магазинам и в салон, вот то, что делает женщину женщиной. Особенно, если первый удачно прошел.
      Полностью обновленная, чувствовала себя шикарно. Давно не отдыхала, что даже успела забыть, что значит сидеть дома, гулять босиком по траве и просто валяться от ничего не делывания. Раньше, казалось 2 дня без работы, это самое худшее, что может произойти, а теперь почти неделя прошла и ничего. Хотя не скажу, что не скучаю по работе, но трагедии не вижу в том, что все так произошло.
     Прошла неделя, а его все не было, начала уже переживать, что могло с ним произойти. 
     На следующий день, позвонила в фирму, и начальник сказал, что контракт подписан, он безмерно счастлив и видит во всем происшедшем только мою заслугу. Хотела сказать, что я не при чем, но вставить хоть слово было невозможно. Он рассказал, что Александр вчера заехал на работу, оформил все документы, и уехал к себе на Родину.
        После этих слов я уже ничего не слышала, не помню даже, как положила трубку.
        В ушах у меня были его слова, они все время повторялись и повторялись – «он вчера заехал на работу, оформил все документы и уехал к себе домой, уехал к себе…, уехал…».
       Как? Ничего мне не сказав? Почему, за что он так поступил, чем я это заслужила, неужели, все что было, было неправдой, и это все обман? Не может быть, чтобы я настолько ошиблась в нем. Как он мог так поступить? Невозможно так притворяться, думала.   
        Но никогда не нужно заранее себя накручивать, нагружать ненужными, неправильными негативными суждениями.         
          Всю ночь проплакала. Решила, что на работе отвлекусь от этих мыслей. Но не получилось. Все говорили о контракте, который удалось так успешно заключить. Хорошо, что мне удалось сделать вид, что все хорошо, вроде никто и не заметил мое состояние.  Зайдя к себе в кабинет, обнаружила на столе запечатанный конверт и мои любимые розы. Знала, что они от него, но долго не могла подойти к столу.
Боялась увидеть, что там написано. На работе так и не осмелилась его прочесть и только придя домой, решилась.
         Когда начала читать, окончательно уверилась, что это он прислал его.
         «Девушка, которая стала мне ближе и дороже всех женщин на свете, с первой секунды, как только увидел ее.
         Девушка, к которой сразу почувствовал и понял, что это моя половинка, моя жизнь.
         Девушка, глядя на которую я чувствую себя настоящим мужчиной.
         Девушка, которую я люблю больше жизни…»
         ... Если он меня любит, тогда почему его сейчас нет рядом? Почему мне так плохо? Ведь любовь – это нескончаемое счастье, где горю не должно быть места. Слезы потекли, и я уже ничего не могла разобрать.
           Господи, что все это значит? Зачем он все это пишет?
Только спустя, какое-то время успокоилась и, собравшись с духом, опять начала читать. 
          «…Девушка, которая должна была стать матерью моим детям.
           И просто девушка, которая должна была быть моей женщиной, женой, моей жизнью.
           Знай, что сердцем я всегда с тобой. Чувствую тебя, чувствую сейчас, что ты стоишь перед окном и читаешь это письмо, держа ее одной рукой, а другой держишься за стену. Заметил, что это твоя любимая поза, когда нервничаешь, но сейчас делать этого не надо…»
           ... Я действительно стояла так, никогда не замечала этого, просто так было удобно и все.
             «… признаюсь, что, однажды, наблюдал за тем, как ты меня ждала, думая, что я еще не подъехал. Ты, подходила к окну и выглядывала, смотрела, еду я или нет? Мне это настолько понравилось, что я не мог оторваться. Когда я, якобы приехал, ты быстро отскочила от окна и заставила меня ждать тебя еще 15 минут. Может, я и не должен был наблюдать за тобой, но удержаться не смог…»
            ... Неужели, он тогда следил за мной, а как, откуда? Глупо получилось. Глупо, наверно, все выглядело.
             «…каким же ты была для меня ребеночком, моим маленьким ребеночком, о котором я всю жизнь мечтал. Особенно, когда делала вид, что не голодна и совсем не хочешь кушать…»
            ... Но, как? Разве он наблюдал тогда за мной? Он тогда выглядел так, будто только о себе думает и наслаждается своей едой, не замечая никого вокруг. Неужто, он понял, что, уговаривая меня, он ничего не добьется, только из-за тогдашнего его равнодушного выражения, я начала есть. Господи, откуда же он все это знал, ведь не может быть такого, что-бы так сильно он меня тогда чувствовал…
             «… уверен, что у тебя будут замечательные дети. А их у тебя будет много…»
            ... Как он может рассуждать о моих детях, не связывая их с собой? Ведь мы мечтали об общих детях. Что же с ним стало, почему он так сильно изменился?
            «…Мне было очень приятно видеть, как ты увлеченно рассказывала о фирме, как разговаривала с коллегами, как уважительно они к тебе настроены, поверь, это много значит на работе, и заслуга в этом исключительно твоя. Уверен, все в жизни у тебя получится. Может, я не имею права говорить об этом вообще, но мне очень хотелось бы, чтобы дочку ты назвала в честь моей мамы, которую я безгранично люблю. Кстати, вы с ней очень похожи.
Самое большое желание мое заключалось в том, чтобы сидеть с тобой ни о чем, не разговаривая, закутавшись в один плед, лаская всю тебя: твои шелковистые волосы, которые все время пахнут, каким-то сладким ароматом, который присущ только тебе, твои брови, которые я очень люблю гладить. Дергать за твой малюсенький носик, который ты, иногда задираешь, когда чем-то недовольна, твою шею…  Ты такая смешная и такая родная, моя девушка, женщина, жена… Господи, этого уже не будет никогда.
Хотя, нельзя гневить Бога.
Пусть даже недолго длилось наше счастье, но все-таки, нам удалось понять и разглядеть друг в друге родственные души. За одно это надо быть благодарными Господу…»
          ... Самое страшное, заключалось в том, что о наших отношениях он говорил в прошедшем времени.
           «…Ты обязательно встретишь еще очень хорошего человека, который будет тебя понимать такой, какой тебя знаю пока я один. Не гони свое счастье, просто оглянись и ты поймешь, что оно где-то, совсем рядом, даже ближе, чем ты думаешь, нужно просто присмотреться. Поверь, что совсем нелегко мне говорить тебе такие слова.
Ты сильная у меня. И у тебя обязательно все получится. Моя любимая девочка!...»
          ... Сразу стало холодно, ноги начали подкашиваться, стоять не могла, сидеть тоже, начала просто прохаживаться по комнате, но и от этого стало не по себе, голова закружилась, пришлось прилечь.
          Нет, наверно это все мне почудилось, это просто-напросто кошмарный сон, я проснусь, и все закончится. Но письмо лежало на столе, и с этим ничего уже поделать было нельзя. Сердце было не на месте, какая-то тревога внутри гложила меня. Вот так взять и уехать он не мог, но что за причина заставила его сделать такой шаг? Он столько раз заводил речь о нашем будущем, мечтал о детях, а тут начал все по-другому представлять. Нет, вот сейчас я точно уверена, с ним что-то случилось. Самое худшее, что могло произойти, уже произошло. Еще один удар я смогу выдержать. Обязательно завтра узнаю его домашний адрес и поеду к нему, чего бы мне это не стоило. Все лучше, чем-то, что творится у меня сейчас в душе. 
           В письме он ясно дал понять, что прощается со мной, со всем, что было у нас. О дальнейшей встречи и речи быть не могло, по тому, что было написано в письме.
          Нет, он не мог вот так взять и все зачеркнуть. А как же тогда наша любовь, как же те чувства, о которых он мне говорил, как то, что он во мне разбудил, как же я, без него? Вот теперь, я уже точно знала, что он был прав, когда говорил, что мы являемся половинками одного целого. И я чувствую, что он и сейчас так же сильно любит меня, как и я его. А ведь я никогда не говорила ему, что люблю его. Я буду бороться за свое счастье, за наше с ним счастье, ведь я знаю, что жизни мне не будет без него.
          Приехав утром на работу, я легко узнала от начальника, где он живет. Думала, закажу билет и ближайшим же рейсом вылечу туда. Но меня ждала неприятная новость, которая заключалась в том, что сделать это мне удастся только через месяц. Должна была приехать какая-то делегация с проверкой, которая, как предполагалось, затянется на месяц, если не на большее. Как не пыталась, но меня не отпустили. Мне объяснили, отсутствие сотрудников в таком случае недопустимо. Находясь на работе, спустя месяц после этих событий, почувствовала себя жутко, тошнило весь день, о еде думать даже не могла. Думала, само пройдет, пока внезапно не упала в обморок. Когда очнулась, в палате находились начальник с врачом и о чем-то беседовали. Заметив, что я проснулась оба счастливые подошли ко мне. Начал мой начальник. Долго пытался сказать, в чем дело, помог доктор, который сказал, что меня можно поздравить с тем, что скоро у меня появится маленький.
           Говорят, бывают новости, узнав, которые, человек не сразу может сообразить – радоваться или плакать, вообще, как реагировать. У меня было подобное ощущение. Это была самая грандиозная новость, за всю мою жизнь, в хорошем смысле этого слова. Слезы так и текли у меня, это продолжалось до тех пор, пока я не родила. Все время хотелось плакать, когда не плакала, спала, врач сказал, что это вполне нормальное состояние для беременных.
          Если даже очень попытаюсь, не смогу описать, как этот месяц прожила, будет правильно, если я, вообще скажу, что жила надеждой о том, что скажу ему все, и он все глупости свои забудет и вернется ко мне. Все время разговаривала с ребеночком, иногда забывала, что рядом люди, которые могут подумать, что я сошла с ума. Но мне было все равно. Врач сказал, что дети все чувствуют. Читала ему стихи, ставила классическую музыку, читала специальную литературу, и делала все то, что я вычитала из книг. Сколько книг я прочла тогда…
        Прошел месяц, конечно, те, кто приехали с проверкой, уехали, так ничего и не нашли. Но уехать я смогла только на 5 месяце беременности, тогда у меня уже был виден животик. Как мне нравилось мое положение, я уже привыкла к моему животику, разговаривала, не переставая с ним, будто я не одна, а все время с кем-то.
        И вот, утром я уже сидела в аэропорту, на том же месте, где мы первый раз встретились, ожидая, когда объявят мой рейс.
        Ничего не изменилось, но с другой стороны, прошло так мало времени. Таким родным мне показалось это место. Как всегда, не заметя людей, начала разговаривать с моей крошкой. Начала объяснять, что это место очень дорого мне, так как тут, мы впервые встретились с ее отцом, тут и познакомились. Вспомнив это, стало так смешно. Заметила, как одна женщина в недоумении оглянулась и посмотрела на меня, увидев, в каком я положении, улыбнулась очень доброй улыбкой и прошла.
        Спустя час я уже была в самолете. Представила, какое выражение у него будет, когда он узнает, точнее, увидит, какой сюрприз я ему приготовила. Стало так приятно от этих мыслей.
         Вся в своих мыслях и мечтах не заметила, как уснула. Приснился какой-то странный сон. Будто, я тону, очень хочу всплыть, изо всех сил пытаюсь выбраться, потихонечку чувствую, как ноги немеют, пытаюсь с помощью рук плыть, вдыхаю воздух, пытаюсь уйти под воду. Кажется так легче и быстрее получается. Опять поднимаюсь наверх, чтобы вдохнуть очередную порцию воздуха, вижу, что берег стал ближе. Ухожу опять в воду, потом заново поднимаюсь, и так несколько раз, когда, кажется, что берег уже совсем близко, последний раз ухожу почти на дно, вдруг вижу, что-то начинает двигаться, вернее начинает медленно всплывать. Ясно, что это тело человека, который не дышит и по виду уже давно. Не могу разглядеть лицо человека, он перевернут, хочу до него дотронуться, по-мочь ему, но как не пытаюсь, у меня ничего не получается. Забыла о своей судороге, начала нормально плыть, подплываю, чтобы рассмотреть лицо, поворачиваю лицом к себе и вижу Его. Сначала подумала, что ошиблась, но, всмотревшись, убеждаюсь, что это Он. Хотя понимаю, что это он, но уже другой. Весь похудевший, бледный, заросший. Беру его за руки, не получается ничего, потом хватаю его ноги, но и тут не могу удержать, тяжелый какой-то весь, потом беру за волосы, когда уже кажется, что вот-вот он двинется с места и мне удастся дотащить его, он выскальзывает из моих рук, вижу, как он идет ко дну. Мгновение и его уже нет. Понимаю, что вернуть его уже не смогу, решаюсь самой вы-браться.       
 Просыпаюсь от суматохи, слышу, кто-то говорит кому-то, что наш самолет уже приземляется.
        В окне увидела, что это уже совсем другая страна. Когда вышли, все показалось другим,  пейзаж, люди, все. Наш город по сравнению с тем, что я увидела, показался сказкой, весь в зеленом наряде, цветущий, овеянный добротой. А этот город был каким-то пасмурным, плаксивым, холодным. Он мне, почему-то сразу не понравился.   
            Одно успокаивала, что очень скоро мы встретимся, наконец, я пойму, почему все это время так мучилась, что за странный отъезд. Даже, если услышу самое худшее, а худшим я считала, узнать, что он женат. Если окажется что это правда, буду, счастлива, что вообще узнала его, что мы вот так случайно встретились. Возьму себя в руки и, несмотря на эту ложь, скажу ему спасибо. Спасибо, за то, что он, пусть даже на короткий промежуток времени, но был со мной, я была с ним. За то, что заполнил это время незабываемыми ощущениями счастья, доброты и вообще чего-то светлого. За то, что я убедилась в том, что любовь на свете бывает, если это так называется – когда все время, кажется, что ты не ходишь по земле, а плывешь, летаешь, не знаю, даже как назвать мое состояние. Когда все мелочи начинают иметь значение. Восхищаешься деревом, которое раньше не замечал, или, когда видишь скамеечку, на которую никогда не обращал внимание. Радуешься тому, что птички поют, тому, что чей-то ребенок тебе улыбается. Так, даже невозможно описать все это, но то, что было до, и то, что творилось со мной после того, как он появился, это две разные жизни.
         И как я могу на него злиться, за какую-то ложь, как я на это могу потратить нашу и так короткую жизнь. Нет! Пусть мне будет очень больно, эта боль не стоит и половины того, что он заставил меня испытать.
Я даже не заметила, когда машина остановилась. Когда таксист сказал, что мы уже прибыли, только тогда я начала понимать реально, что мгновение, и я его увижу, мы с ним встретимся, будем дышать одним воздухом, ходить по одним и тем же коврам. Господи, я схожу с ума!
         Я расплатилась и направилась к дому, на который мне указал водитель.
         Дом казался каким-то другим, сказочным царством, сразу выделялся из остальных. Когда я позвонила, мне открыла женщина, преклонного возраста, которая, несмотря на время и на годы, выглядела замечательно. Я бы даже сказала, просто супер.
       Люди, которым уже за 80 лет, смотрят как-то по-особому. Не отводя взгляда, без каких-либо там, удобно, неудобно, прилично, неприлично, они смотрят и все!  И от этого взгляда не чувствуешь себя неприятно, наоборот, сам начинаешь тоже с любопытством наблюдать, что же будет дальше. А дальше начинаются вопросы, кто вы, откуда, зачем приехали? Как я потом поняла, они сразу распознают кто приезжий, кто местный. Городок то маленький!
       Такая ухоженная была эта женщина, но больше всего глаза обращали на себя внимание, такие голубые голубые, как небо в безоблачную, теплую погоду. Улыбка, манера, все в ней сочеталось. По разговору я поняла, что это была его бабушка. Когда мы зашли в дом, внутри все было, еще, более сказочным, чем снаружи. Все так красиво обставлено, так удивительно подобрано, сразу чувствовалась рука профессионала, когда я поинте-ресовалась, кто же создал такую красоту-идилию, ответ меня и удивил и поразил.
     Да, вот не думала, что может в мире появиться человек, который все время, то и делает, что удивляет, причем не специально это получается. И именно это было прекрасно. В свободное от работы время он занимается дизайнерством и интерьером, причем, как мне рассказали, делает он это с удовольствием. И специально этому нигде он не учился. Да, че-ловек-загадка!
А дом поражал своим несходством со всеми остальными. Будто день и ночь, белое и черное. Дом был, как день большим и светлым.
        К нам спустилась женщина, которая, если не смотреть на то, что у нее были длинные волосы, была удивительно похожа на него, когда она сказала, что приходится ему мамой, никакого удивления не было: такие же выразительные глаза, такие же губы, нос. Когда заговорила, оказалось, что у нее такая же мимика, как и у него, когда улыбалась, ямочки такие же. В общем – мать и сын! Такой теплотой веяло от двух таких замечательных женщин, казалось, что они меня ждали, будто знали давно. Когда я про него спросила, мне показалось, что обе растерялись. Начали переглядываться друг на друга, потом посмотрели на меня, так продолжалось, до тех пор, пока молчание не нарушила его мама. Она говорила о многом, но главное, так и не сказала. 
Я соврала, когда сказала, что жизнь мою можно на две части разделить, ее можно и нужно делить на три части. Когда я узнала, по какой причине он уехал, мне стало стыдно за все те глупости, о которых последнее время думала, как, мне, вообще могло в голову такое придти, уму непостижимо, что можно себе напридумать, нафантазировать?
Сразу поняла, что мама у него очень сильная женщина, которая многое пережила.
        По взгляду, выражению лица, почти всегда можно определить, какую жизнь человек прожил, был ли счастлив, или наоборот, добрым был или только плохое совершал. Все-таки отпечаток на лице события оставляют. Вот посмотрев на его бабушку, можно было сразу понять, что жизнью своей она была довольна. Что она была любима, сама, наверно тоже лю-била, была хорошим человеком, интересным неординарным, человеком, к которому приходили, с удовольствием, приходили посоветоваться, приходили просто так. А мама его была и отцом и мамой одновременно. Потеряв мужа, когда ребенку было 16 года, она постаралась все ему дать, всем обеспечить, а это все далось с большим трудом.
     Сейчас, когда у него все есть, казалось бы, можно вздохнуть спокойно, но материнская тревога за своих детей, видать никогда не кончается, несмотря ни на что. А сейчас, что творится с сыном,  чувствует мама всей душой. Они обе были очень красивыми женщинами.
       Хотелось только одного, чтобы все встало на круги своя. Чтобы все прояснилось.    
       Хотелось все рассказать ему, чтобы он знал, что же творилось со мной все это время, хотелось узнать, как он без меня жил, как он так внезапно уехал, хотелось узнать, что с ним все это время творилось без меня.
       Я одного просто никак не могла понять, почему мне мое сердце, интуиция, не знаю, как это объяснить, подсказывало, что все, что произошло с нами, это все было правдой. А самое удивительное, было то, что я так же чувствовала, что, до сих пор, между нами существует связь, и она не уменьшилась, если крепче не стала. Вот это удивляло! Думая обо всем этом, вдруг почувствовала, как маленький шевелится у меня внутри. Как я хотела поделиться своими эмоциями, ощущениями с ним. Ведь это непередаваемое чувство, которое как я думаю, поймем только я и он. Как мне хотелось увидеть его, почувствовать его запах, постоять с ним, слышать его голос, следить за мимикой, смотреть, как улыбается, держать его руку, ощущая свою, у него в ладонях. Даже не представляла, что настолько безумно сильно соскучилась по нему. Решила, что так больше не могу.
       Когда сказала его маме, что я хотела бы с ним увидеться, она сразу изменилась в лице, мне даже показалось, что она побледнела. Она с минуту стояла, прислонившись к камину, потом начала ходить по комнате.
       Она так резко на меня посмотрела, что по ее виду я поняла, что ей тяжело сказать хоть слово, решила, что лучше будет, если я ей помогу.
      - Я действительно готова услышать правду, какой бы горькой она не была, хотя мне кажется, что я знаю, в чем дело.
      - Да? – она посмотрела с удивлением на меня.
      Я продолжила
      - Да, мне просто нужно его увидеть и понять, почему он сделал это.
      Она еще с большим удивлением посмотрела на меня
     - Сделал что?
     - Ну, то, что он предпочел другую мне, что у него другая девушка.
      Она выдохнула так, что даже подбородок задрожал от этого.
      - Если бы так.
       Теперь я с удивлением смотрела на нее.
       Как она может говорить так, это же его мама, как же женская солидарность, что она считает, что правильно вот так влюблять в себя девушку, притвориться, что и он влюблен, а потом удрать, как ни в чем не бывало. Я хотела свои мысли вслух высказать, но она жестом меня остановила. Я не понимала, что же теперь, почему сейчас ей тяжело, когда все уже сказано, когда все даже и без слов ясно…
      - Нет, моя дорогая, ты не права. Конечно, я тебе все скажу, просто соберусь с мыслями, мне нужно подобрать правильные слова.
        Вот сейчас я, не понимала ее.
       - Я давно тебя ждала и представляла, как мы с тобой будем беседовать, - посмотрев на меня, добавила, -
        - он говорил, что ты чудесная девушка, но я и подумать не могла, что настолько. 
       Чувствовала, что услышу что-то плохое, не хотела уже ничего слышать, просто мне нужно было срочно увидеть его, я в этом просто нуждалась.
       - Когда я тебя увидела, я сразу тебя полюбила, а этот ребенок, лучшего подарка не могла бы ты и сделать нам с бабушкой. Я хотела тебе сказать, но он запретил, вообще говорить об этом. Запретил говорить родственникам, друзьям. Да никто не знает где он, что с ним. Я всем говорю, что он вынужден был уехать по работе, кто-то наверно верит, хотя сомневаюсь в этом, кто-то, не скрывая, показывает, что неправда это -  где, че-ловек, с другой стороны, может быть, столько времени без весточки. Особенно, он - заводила, душа компании, человек, к которому все тянулись, человек, который по первому зову спешил на помощь любому. Даже не представляешь, как я им гордилась, что я говорю, горжусь. Я жалею, что очень редко его хвалила, все время думала, что он испортится.   Когда родители вместе, и то сложно воспитать ребенка, а тут я одна и за папу и за маму, да еще это мальчик. С дочкой мне совсем не было тяжело. Я бы и думать не могла раньше до замужества, что мои дети будут настолько разными, но сейчас я могу сказать, что удалось сделать из него настоящего человека, мужчину.
       Я просто говорю все это, потому что не могу главное сказать, - сказав это, она побледнела, мне даже показалось, что еще минута, и она упадет. Когда я подошла, чтобы помочь ей, она выпрямилась и посмотрела мне прямо в глаза.
       - Ты, в самом деле, любишь моего сына?
        Столько тоски было в ее глазах, столько тревоги они сейчас выражали.
        -Больше жизни.
        Она быстро взяла меня за руки и начала целовать мои руки, потом отошла и еле слышным голосом произнесла.
       -Он умирает.
       Это мгновение, я не забуду никогда. Что может быть хуже в этой жизни, чем услышать, что близкий тебе и очень дорогой человек умирает.
       Может, я неправильно поняла, была первая мысль у меня, но, когда я на нее взглянула, то поняла, что это правда.
       - Мой сын, мой маленький ребенок умирает и я женщина, которая родила его, ничего не могу для него сделать, ничем не могу ему помочь.
        Вся в слезах, не в силах больше говорить  и что-либо сделать, она выбежала, только тогда я начала понимать смысл, того, что я услышала. Только сейчас я поняла, что ни капельки не повзрослела, не поумнела, как я могла думать, вообще о нем такое. Какое право я имела.
        Вся в смятении, я стояла на одном месте, наверно уже больше часа и даже не услышала, как его мама с бабушкой зашли, как бабушка усадила меня и укутала в теплый плед, хотя тогда он не казался мне теплым. Когда я сказала, что мне надо его видеть, они сразу переглянулись друг на друга, но, зная себя, меня уже никто не мог остановить. Не знаю, может они это поняли, может еще что-то, но они согласились, меня к нему отвести, хотя сказали, что возможно будет это сделать, только завтра утром. Тут я уже ничего не могла возразить.
Что творилось со мной ночью? О чем только я не думала?
Как же было приятно, когда первые проблески света начали освящать комнату.       
         Быстро одевшись, я спустилась в гостиницу. Не могла понять, почему же они не спешат, не торопятся к нему, начала нервничать. Потом увидела настенные часы, которые показывали, что сейчас только половина шестого, а мы вчера договорились, что поедем в 9. Господи, неужели еще столько нужно ждать, когда я услышала приближающиеся ко мне шаги, то обрадовалась настолько, что неожиданно вскрикнула. Эта была его мама. Я поняла, что и она не сомкнула глаз, и как показалось, уже давно она плохо спит. Села рядом со мной и начала гладить мои руки.
-Он не обрадуется тебе, может, я и не должна была тебе это все говорить.
  - Нет, нет, - перебила я ее, - вы все правильно сделали и ничего не надо говорить, я все понимаю.
         Без слов мы сидели, до тех пор, пока часы не пробили 9.
Я была готова к худшему, страха во мне не было. Или мне так казалось... но то, что я увидела, этого я точно не ожидала. Знаете, вы видели человека здоровым, веселым, полным, а тут, совершенно исхудалый, бледный, отрешенный от всего, человек, которого помнишь только по его глазам.
Только спустя какое-то время научилась видеть его не таким беспомощным, каким он являлся в действительности, а представлять, что он здоров, видеть в нем здорового человека. Но это было очень тяжело вначале. Это надо уметь себя настраивать, надо уметь раствориться в идее: внушить себе, что он абсолютно здоров, потом поверить в это, потом говорить с ним, как прежде, не обращая внимания на вечные его недовольства.
Слезы, обиды, все на второй план уходит, конечно, больно слышать в свой адрес плохие слова, порой, оскорбления, и все это незаслуженно. Но все это забывается, остается только хорошее о нем, остаются те редкие моменты, когда вместе смеялись, когда боль, хоть чуть-чуть отступала.
Когда человек болеет, а особенно такая болезнь, жалость самая ненужная вещь для него. Нужно стараться делать все для того, чтобы больной не ушел в себя, не замкнулся. Он может накричать, да все, что угодно, но ни на что не нужно обращать внимание, по-крайне мере, постараться ни делать этого. То есть, не нужно быть эгоистом и обижаться, а надо, в первую очередь думать о нем, чтобы ему было хорошо.
Конечно, я такой стала не сразу, время на все требуется. Да, увидя его таким первый раз, я не удержалась и расплакалась, это самое плохое, что я могла сделать. Но это было в первый и в последний раз. Потом, каждый раз, когда я к нему шла, я старалась быть веселой, говорить о том, что происходит. Не знаю, как это у меня получалось, не знаю, откуда силы брались. Но там, на верху, все делают так, как должно быть на земле. Конечно, несомненно, в этом была заслуга и мелкого, который придавал мне силы.
Но, давайте вернемся к первой встрече, которую я не очень люблю вспоминать. Я была одна с ним в палате, без мамы, без бабушки, хотя, его мама говорила, что будет лучше, если со мной кто-то зайдет, что он будет недоволен, но я их смогла уговорить.
       Мне нужно было наедине с ним побыть. Я не хотела, чтобы нам мешали, даже самые близкие ему люди. Может это плохо…
      Если сказать, что он был недоволен моим приходом, значит, ничего не сказать.   
      Некоторое время он молчал, так, как настолько не ожидал моего прихода, что дар речи потерял. Потом пришел в себя, ничего не сказав, посмотрел в другую сторону, будто меня не было вообще. Конечно, слезы навернулись, но это было мгновение, до тех пор, пока я себе не приказала держаться. И потом, его мама предупреждала меня, ни в коем случае не плакать, так как он ненавидит, когда его жалеют, но, увидев его, такого родного человека, хотелось его обнять, побыть с ним рядом, утешить, сказать, что все будет хорошо,что он поправится. Слезы так и капали у меня.
      Но по выражению лица, если очень  постараться, кроме агрессии, гнева и негодования, можно было увидеть его глаза, такие выразительные, такие мудрые, такие особенные. Те глаза, на которые я, обратила внимание, прежде чем на него самого. Те глаза, которые вселяли надежду, от которых исходило добро. Я отвернулась, вытерла слезы и, делая вид, что не заметила эту недоброжелательность, подошла к нему ближе. Начала рассказывать, что со мной происходило, с тех пор, как его не было рядом. Одно мгновение, показалось, что ему интересно, о чем я говорю, но, к сожалению, это было только мгновение.
       - И чего ты приехала, что ты ожидала увидеть, ты хотела поиздеваться надо мной?
       От неожиданности я не знала что ответить, полностью растерялась, вот за это я себя не прощу.
       - Мама, где мама, как она тебя пустила, я же говорил ей, чтоб никого не пускала. 
        Я не хочу тебя видеть, уходи.
        Некоторое время я стояла, не зная, что вообще делать, как себя вести. Но после того, кок он начал говорить какие-то совершенно несуразные вещи, я собралась и взяла себя в руки.
        Когда я вышла, его мама вся бледная стояла в коридоре.
       - Ну, как, ему наверно не понравилось? - посмотрев на нее, чтобы ее не волновать, и чтобы она поверила, я сказала, что все нормально, что я это и ожидала увидеть. Но этим я саму себя больше хотела убедить, чем ее. Настолько изменился человек, как внешне, так и внутри, что даже самый сильный духом человек, может растеряться, но, ведь: «…не сразу все устроилось…»
На следующий день меня ожидал такой же холодный прием, но я решила не отступать. 
        Он говорил одно, то есть, что-то обидное, а я, совершенно не обращая на это внимание, твердила другое, меня уже никто не смог бы остановить. Оказывается, я столько всего хотела ему рассказать, когда его мама зашла к нам, удивилась тому, как он лежит и молчит, а я все говорю и говорю. Через несколько недель, он сам начал задавать какие-то вопросы, конечно сначала с издевкой, наверно даже больно хотел сделать, но, видя, что ответной реакции с моей стороны не будет, перестал. Какое-то время молчал и смотрел в сторону, делая вид, что меня нет в палате. Именно в такие моменты я подходила близко к нему, с трудом, но ловила его взгляд и вспоминала, как у нас все начиналось.
За это время я поняла, что в таких случаях, надо говорить, что-то и много, иногда даже не важно о чем, важно отвлечь его от ненужных мыслей, важно, чтобы он не замыкался в себе.
  Однажды, я пришла к нему, а он лежал и смотрел в сторону. Долго я не могла заставить его взглянуть на себя, потом, когда ничего не получалось, я взяла его руки, хотя это было нелегко, подошла близко близко и положила их к себе на живот. Он был очень недоволен, злостно на меня посмотрел и попытался отнять их, но я очень постаралась удержать его руки. Потом он с интересом поднял глаза, посмотрел, и сам прижал руки к моему животу. Посмотрел на меня, будто хотел что-то спросить, с таким же выражением лица, будто просто так спрашивает, как бы без особого интереса.
- Так это, что было? - и все-таки отнял свои руки.
        Для меня уже это имело огромное значение, это уже был большой шаг назад ко мне, я настолько обрадовалась.
- Это был твой, наш сын.
Он посмотрел на меня без всякого интереса, но мне было уже достаточно этого, я знала, что то, как он себя ведет, это его задумка, он сам так не думает, он просто скрывает свои истинные чувства под маской.
Меня очень ранил вопрос, который он задал, но я просто знала, что это не он говорит, это болезнь против его воли, так поступает, так заставляет, так делает.
        - Откуда я знаю, чей это ребенок?
       Наступила пауза, конечно, я могла обидеться, накричать, сделать, что-то подобное. Могла, в конце концов, развернуться и уйти. Могла, но не сделала. Проигнорировала вопрос, будто и не было этого вопроса и как ни в чем не бывало, продолжила.
- Знаешь, Алекс, он уже давно устал там находиться, хочет выйти оттуда и не дает мне покоя.  Все время -  то брыкается, то кувыркается. Даже не представляешь, что это за чувство, как это неописуемо и как приятно, когда ты знаешь, что скоро плод любви двух людей появится на свет. Даже находясь в утробе, он мне тебя напоминает. Такой же упорный.
Сначала он удивился тому, как я поступила. Видела, что он хочет тоже что-то сказать, чем-то поделиться, настолько его глаза блестели, когда я про нашего мелкого рассказывала, но он не сказал ни слова. Хотела что-то сказать, но мое разумное – Я, меня остановило.
Время, дай ему время, что-то мне подсказало внутри.
Я приходила, рассказывала, делилась своими ощущениями, рассказывала о разном, о многом. Я уже привыкла, что он молчит, а я говорю и говорю, для меня уже много значило, что он слушает меня, не так как раньше, а уже совсем по-другому.
       И для меня было полной неожиданностью, когда в один очень прекрасный день, он начал со мной общаться. Я сделала вид, что не обращаю на это внимания, насколько мне это удалось, чтобы не спугнуть его. Но когда я вышла от него, уже летала, выходя из палаты, я кричала, орала как ненормальная. Врачи даже сделали несколько раз замечание, мол, это больница тут шуметь нельзя, но где-то же я должна была свои эмоции, которые били через край, выплескивать. Конечно, они правы, это было не лучшее место. Впредь я так уже не делала.
Я делилась с его мамой, бабушкой, нашей общей маленькой победой. Хотя они говорили, что это я смогла так сделать, а я считаю, что все мы вместе причастны к этому.
Каждое утро я спешила к нему, он уже  сам трогал живот, разговаривал с ним. Да, вначале, это был просто живот, причем отдельный, без меня. Но уже потом, он понял, что и я тоже есть. Эй! Видишь, я тоже тут, а не только мой живот.
- Моя дочка будет самой красивой, умной, у нее будет очень красивый завораживающий смех.
Я удивлялась, откуда он знает, кто будет, я вроде ничего ни делала, не проверяла, кто у нас будет специально.  А он так уверенно твердит, что это будет его дочь, заметьте его, опять же, без меня. Но никакой обиды к нему у меня не было.
В один из самых теплых дней, мы сидели и о чем-то говорили. Мне уже тяжело было долго стоять на ногах, а о том, чтоб ходить я молчу. Эта жара меня убивала в прямом смысле. Жаловаться с детства не люблю, но один раз не удержалась и поделилась с ним как это тяжело. И когда я увидела, за все это время, тот знакомый сочувствующий взгляд, я поняла, что буду теперь все время жаловаться, так, как он в такие моменты забывает о своих проблемах и переключается на меня.
И вот мы сидим, он меня очень нежно гладит, разговаривает с животиком, щекочет, что-то смешное говорит, потом наклонился и, приподняв мою кофту, начинает целовать мой живот так нежно, что я от неожиданности смеюсь громко, как сумасшедшая. Он посмотрел на меня, все, подумала, он больше не будет этого делать, я корила себя, почему же я засмеялась. Но когда почувствовала, что он тянет меня к себе я так обрадовалась. Жалко, что в палатах такие маленькие кровати, мы так и пролежали с ним почти весь день, он гладил мои волосы, как раньше, мои пальцы целовал, потом начал языком проводить по животу. Да, подумала, а он ведь все помнит, все все, вплоть до мелочей. Помнит, все, что я люблю. От чего прихожу в восторг. И это все происходит так, что хочется летать, парить в облаках, творить добро, радоваться жизни и дарить другим эту радость.
-Помнишь, - сказал он мне совершенно серьезно, - когда я тебя увидел, я вот не знаю даже, как это объяснить. Это не поддается разуму, это происходит, на каком-то подсознательном уровне. Может смешно прозвучит, но  я верю, что уже с самого рождения все предрешено. Человек родился, проходит время, и он, однажды сталкивается с другим человеком, со своей судьбой. Не важно, где он находится: будь то за границей, будь то дома, в любом месте, независимо от этого, встреча, которая предначертана свыше, произойдет с человеком. И не надо для этого, что-то придумывать, ускорять этот момент, или же наоборот, замедлять его. Все равно будет, то, что будет. Звучит просто и банально, но это истина.
     Так вот, по каким-то необъяснимым причинам, я сразу почувствовал, что ты тот самый человек, с которым мне хочется прожить всю свою жизнь. Которого хочется будить по утрам, ласкать, дразнить, щекотать, обижать, короче жить полной жизнью. Когда говорили, что сразу чувствуется, твой или не твой человек, я просто не верил, как я мог?! – Он некоторое время лежал и просто молчал, смотрел куда-то далеко далеко. Потом, как это бывало раньше, взял мое лицо в свои руки и посмотрел на меня с таким серьезным видом, что я даже испугалась.
- Ты стала еще красивее, тебе очень идет быть в таком положении.
- Хочешь сказать, что я должна быть все время такой полной, - хотела пошутить, он понял, улыбнулся, и только тогда я заметила, как же сильно он устал и как пытается бороться с болью.
- Ты же читала мое письмо, - я подтвердила, кивнув головой, - Я всю правду написал. И я, действительно  думаю, что ты будешь самой замечательной мамой, - я улыбнулась, - когда ты приехала сюда, я был и зол и очень рад. Я так благодарен тебе за то, что ты тогда не отступила, ты же моя девочка, только ты понимаешь и знаешь, как со мной надо обращаться.
Первый раз, за все это время, он поцеловал меня в губы. Этот поцелуй был настолько сладким, я даже забыла каково это ощущать его губы. Когда он перестал, я придвинулась, и сама начала его целовать: в глаза, в худые щеки, такие же, как раньше большие руки, в губы. В одно мгновение мне показалось, что все, болезнь отступила, он начал обнимать меня, прижимать к себе, гладить, потом взял в охапку мои волосы, силой заставил меня посмотреть на него. Я так не хотела отодвигаться от него, чувствовала, ощущала всю его. Да, как же сильно я по нему соскучилась, его руки меня убеждали, что он чувствует то же самое. Он знал все те точки, которые меня возбуждали так, что если бы он что-то спросил, мне не нашлось бы что сказать, я настолько уходила вся в него. Раньше, он специально, что-то спрашивал именно в такие моменты, видя мою невменяемость, чувствуя, что ничего сказать не в силах. Смеялся, весь довольный своим хриплым мужским голосом.
Видя, что я ни о чем не могу думать, он отодвинулся и с силой меня одернул, мне даже больно стало немножко.
- Послушай, меня, пожалуйста, - я так жалостливо на него посмотрела, как будто была ребенком, которого лишили самой любимой игрушки – давай попозже, я очень сильно хочу к тебе.
      Он засмеялся таким же смехом, моим, родным, но все равно не разрешил к себе приближаться.
- Я не помню, чтобы ты, когда-то меня не хотела, если я правильно все помню, ты была всегда ненасытной, - видя мое недовольное выражение, он сказал – и знаешь же, что это мне в тебе очень нравится, что этим ты меня заводишь.
- Больше не буду к тебе приближаться, -  самоуверенность на таком же уровне, как и раньше, - подумала я.
Я приблизилась к окну, чтобы не смотреть на него, на то, как он весь довольный улыбается.
- Пожалуйста, иди сюда, - сказал он, но я не двигалась, хотела, чтобы он еще раз меня попросил.
- Иди ко мне, - голос, которым он это говорил, был таким притягательным, что я забыла все и, как под гипнозом, приблизилась к нему.
- Послушай меня внимательно - он на меня посмотрел, и не продолжил, пока, я не поклялась, что сделаю все, что он попросит.
- Я тебя люблю, - это было сказано, как будто из глубины души, что я даже испугалась.
        - Не перебивай, пожалуйста. Я люблю и буду всегда тебя любить. Обещай, что будешь очень любить и заботиться о нашей дочке. Обещай, что будешь и про меня рассказывать.
         Мои слезы сами начали капать.
        – Прошу не говори так, – взмолилась я, но он меня уже не слышал.
        - Скажи, что я всегда с ней рядом, что я люблю очень сильно ее и тебя тоже. Пусть она и не видит меня, но я с ней и с тобой буду всегда, буду наблюдать, оберегать, защищать.
В первый же день я сказал, что все будет зависеть от тебя, захочешь проблемы, они будут, но если будешь умной, мудрой, все у нас будет хорошо. Ты оказалась гораздо умнее и мудрее. Сейчас могу признаться, что ты превзошла все мои ожидания, могу уверенно сказать, что горжусь тобой.
       Не в силах больше так далеко находиться от него, я подошла и обняла его. Почувствовала, какой он теплый, потрогала лоб, он был очень горячим, хотела позвать врача, но он мне не дал.
- Дай мне еще чуть-чуть поговорить с тобой.
        Конечно же, я сделала, как он хотел. Иногда меня мучают сомнения: если бы я его не послушалась и позвала бы врача, он был бы жив, был бы еще со мной.… Нет, наверно. Сколько случаев, когда закрадываются в сердце такие сомнения, и остается один вопрос, который мучает до конца дней некоторых людей – а, если бы…
Человек случайно оказался на месте аварии и погиб, а, если бы он вышел на 5 минут раньше или позже, можно было его спасти.
Или, не было билетов в тот день, когда человек планировал улететь, пришлось купить другие. Произошла  авиакатастрофа, и опять же человека будто и не было. Но случаи разные бывают.
       Бывает наоборот, что совершенно случайно человек выживает. И тогда возникает вопрос – если бы…, но уже с благодарностью. Например, человек не смог по каким-то причинам поехать в задуманный день в отпуск, а самолет, поезд или автобус, которым он собирался отправиться, захватили, а потом взорвали. Человеку остается только одно – всю жизнь благодарить Бога, за то, что ему не удалось отправиться в запланированный день.      
        Пусть могло быть иначе. И  человек, опять же благодаря Богу остался жив, совершенно случайно остался дома и не поехал, из-за того, что заболел.
Все идет так, как должно идти.
Говорят же, что сидя у себя дома, человек может погибнуть с такой же долей вероятности, как если бы он находился где-то вне его. Просто нужно всегда надеяться на лучшее,  и помнить, что береженного, Бог, бережет! 
         Но вернемся к рассказу.
         Я сердцем чувствовала, что надо было так поступить, а не иначе. Но все равно…
         ... - С другой стороны, я всегда был уверен в тебе, ты всегда все будешь де-лать правильно, воспитаешь самую добрую и умную девочку, нашу дочь.
Как бы я хотел видеть, как она первый раз смеется, делает недовольное выражение, ведь у детей это так смешно получается. Видеть первые шаги, а самое главное слышать, как  ребенок первый раз произносит волшебное слово – папа или мама. Мне кажется, что я бы ей всегда потакал, за одно это слово.
- Ты все это успеешь, ты еще устанешь от ее ора, мы будем все вместе гулять, радоваться жизни,  - он жестом остановил меня.
- Пожалуйста, не говори того, чего не может быть, чего быть уже не может никогда! Господи, почему, почему именно я, в чем я был виноват, я ведь только начал жить…?
Это был единственный раз, когда он говорил что-то о своей болезни, но сразу же взял себя в руки.
- Прости меня, Господи. Что я такое говорю? Все происходит так, как должно быть, я благодарен за все, что ты делал и делаешь. Единственное, о чем прошу - сделай так, чтобы у моих родных всегда все было хорошо.
... Это была какая-то исповедь, в которую я посчитала неправильным вмешиваться со своей стороны. Потом он начал молиться, я никогда не видела и не подумала бы, что он умеет это делать. Видя мое замешательство и удивление, он сказал, что это бабушка его научила.
И всю жизнь, как он рассказывал, когда ему было хорошо, когда было не очень, когда казалось, что вот это ситуация безвыходная, он всегда молился и всегда ему сопутствовала удача. В этот же вечер он научил меня тоже молиться. И сделать это было совсем не сложно.
Потом начал трогать всю меня, будто боялся чего-то и хотел запомнить все, вплоть до мелочей. Вещи, какие-то смешные говорил, мы давно с ним так не сидели, по-домашнему, с удовольствием. Я ему рассказала, как думала, что он меня бросил. После этих слов, он очень долго смеялся. Потом серьезно сказал, что, увидев меня один раз, человек уже никогда больше не сможет на другую смотреть. Так как, по его словам, во мне есть все, что должно быть в настоящей женщине. Мне стало так приятно слышать такие слова, от человека, которого очень сильно люблю, так что даже с ним мое сердце бьется еще сильнее, в тревоге, думая, что это последний раз мы вот так вместе обнявшись, сидим.
Думала, что он удивится, когда услышит, что я его люблю, но он как всегда был в своем репертуаре.
- Это лишнее, я знаю, что ты в первый же день меня полюбила так, что эта любовь, уже тогда почти могла бы сравниться с тем, что я испытываю к тебе.
Да, с самооценкой никаких проблем у него не было, и нет. Как я люблю это качество в нем – подумав это, я сама себе удивилась.
Потом он долго еще говорил, хотя тогда я думала, что многое из сказанного было лишним, только сейчас я понимаю, что он все предусмотрел, что вовремя обо всем позаботился, когда он говорил, что в деньгах мы никогда нуждаться не будем, и по всем вопросам можно обращаться к его другу, когда говорил, где, что, можно найти, он все рассказывал, вплоть до того где, что лежит дома, какой код, но когда он это все мне дал в письменном виде, тогда я еще больше удивилась. Но каким же умным был он, думаю я, уже сейчас, когда все уже позади. Как он успел все предусмотреть, все сделать?
Потом он приблизил меня настолько близко, насколько позволял мой животик, который с каждым днем становился больше и больше, и сказал, - За этот подарок, я всегда буду тебе благодарен, будь я на земле или на небе, я вас очень люблю. Я вас всех очень сильно люблю, и бабушку и мамулю, тебя, и мою – посмотрел на живот, будто тяжело произ-носить, - и мою, нашу дочку.    
Резко меня отодвинул, попросил оставить его одного, чтобы он мог отдохнуть. Хотя я говорила, что буду тихо сидеть и мешать не буду, он все же настоял на своем, сказал только, чтобы я положила бумагу и ручку поближе к нему.
С трудом, но я все-таки заставила себя ему улыбнуться. Вышла, а на душе у меня было очень тяжело, какое-то странное предчувствие.
Меня встретили его мама и бабушка, я только успела сказать, что ему лучше, как мне стало совсем не по себе. Оказалось, что у меня воды начали отходить.
Все произошло очень быстро. Сейчас, когда по прошествии времени меня спрашивают, как, не больно было рожать, не страшно? Говорю, что это все случилось настолько быстро, что я и не успела почувствовать и насладиться, каково это на самом деле? Мне кажется, если даже и больно человеку во время родов, если даже эта боль невыносимо адская, все это перекрывает большим одеялом, та радость, то приятное ощущение, оттого, что на свет появится человечек, и это благодаря Богу, и родителям.
Тогда о какой боли может идти речь?
Это что-то непередаваемое словами, то, что надо пережить, самой почувствовать, чтобы понять каково, стать мамой. Радость материнства, это ни с чем несравнимое счастье. Уже совершенно другая жизнь начинается. С появлением ребенка, уже начинаешь жить его мыслями, заботами, думать, что же он сейчас делает, все ли у него хорошо, не холодно ли ему, покушал ли он… Нет, так словами не расскажешь, просто женщина становится мамой, этим все сказано!
Да, это была девочка, и он  чувствовал это.
        Сразу же после того, как мне принесли малышку, я подумала о нем: как же, он еще не видел нашу кроху? Когда зашли его мама и бабушка, сразу показалось, что они очень бледные, хотя и улыбаются. Но, наверно нет ничего легче, чем отличить искреннюю улыбку, он неестественной.
На мой вопрос, не случилось ли что-нибудь с моим «мужем», они обе вместе произнесли, что все, как обычно, но убедительности в их словах было мало.
Весь вечер меня не подпускали к нему. На утро я все же тайком, решила пойти к нему в палату.
О, боже, нет ничего страшней сцены, когда, был человек, лежал в палате, болел, а тут захожу и постель у него заправлена, человек сам отсутствует, отсутствует все, что о нем напоминало.
Сразу подумалось о самом худшем, но тут и думать уже не надо было. Не помню, как сознание потеряла. Когда пришла в себя, в палате у меня находились его мама и бабушка.   
        Лица у обеих были хуже вчерашнего. Его мама сидела, оттого, что сил, чтобы стоять уже не было. Бабуля, не могла свои слезы скрыть. Она мне протянула последнее письмо от него. 
       Последний раз он держал эту бумагу, сразу от этого на душе стало так тепло.
       Когда я оглянулась, в палате никого уже не было.
       Удивительно, как бывает: даже, если и хочется плакать, то слезы совсем не идут, ощущение такое, что он ушел, чтобы вернуться, если и не вернется, он всегда рядом, всегда, с тем, чтобы помочь, если будет нужна его помощь.
Говорят, что человека всегда, всю его жизнь сопровождают два ангела, которые оберегают, направляют, помогают ему. Я могу сказать, что их у меня теперь не два, а больше стало…
Это письмо я читала уже совершенно по-другому: с другими чувствами, ощущениями. Без слез, без той грусти. Письмо, которое оставил близкий и навсегда родной мне и моему ребеночку человек, отец моей маленькой принцессы.

        «Я долго думал, написать это письмо или лучше ничего не оставлять. Потом решил, что все же правильным будет, если я признаюсь тебе в том, что меня мучило в последнее время. Это чувство нельзя передать, когда тебе сказали, и ты уже знаешь, что дни твои сочтены, нужно многое успеть. Времени мало, а успеть надо все, что задумано. Сколько раз я представлял, как мы с тобой будем жить, какая ты будешь, замечательная жена и мама, сколько детей у нас будет.
Да, о многом начинаешь думать, многое начинаешь осознавать, ни о чем не жалею, кроме того, что не встретил тебя раньше. Вот и все, а все остальное –  я бы точно так прожил бы свою жизнь, начнись она заново.
Все мои близкие, тебя сразу полюбили, хотя не могло быть иначе, разве такую, как ты можно не полюбить?
Наверно мамы все такие… Когда я приехал, она сама все поняла, не знаю инстинкт или чутье это называется. Она догадалась,  что у меня появился человек, о котором мне хочется заботиться, для которого хочется зарабатывать, для которого просто хочется жить!
Не суждено! Бог, всегда знает, как должно быть, а мы просто должны принять, то, что случается.
Как бы ты не поступила, я тебя пойму.
Ты знаешь, что я не люблю, когда плачут, ты обещала мне, что не будешь больше плакать без причины, а тут никакой причины для слез я не вижу. Хоть ты и не будешь меня видеть, но я буду всегда с тобой, с вами».
И действительно, даже после того, как я прочла письмо, даже тогда мне не хотелось плакать…
Моей, нашей дочери вчера исполнилось восемнадцать. Восемнадцать, звучит просто и одновременно очень гордо. В это слово вложены и радость с одной стороны, и сожаление с другой.
Радость оттого, что дочка стала взрослой, самостоятельной, потихонечку начинает разбираться в жизни. А сожаление оттого, что стала такой – взрослой, самостоятельной. Непонятно тогда, что нам родителям легче. Наверно тут не может быть легче, тяжелее. Просто все идет своим чередом, как и должно, быть. Ведь это жизнь. А она, как известно, очень интересная, необычная, насыщенная –  иногда быстро пролетающая, проходящая, а иногда и монотонная, медленно идущая. В любом случая – ценить надо каждое мгновение, независимо оттого, что судьба преподносит.
Иногда смотрю на дочь и удивляюсь, как так могло получиться: ведь она никогда не видела отца, не видела, как он смеется, говорит.… А тут, несмотря на это, стала копией своего отца.
И действительно, несмотря на то, что мы его телесно не ощущали, он всегда был с нами. Сколько раз он помогал дочке, а сколько раз мне. И я точно знаю, уверена в том, что это он был.
  Я ни разу не пожалела о том, что второй раз не вышла замуж. Для меня самое важное было, чтобы дочка стала настоящим человеком – добрым, чутким, отзывчивым, каким был ее отец. Чтобы смогла добиться того, что задумала, слава Богу, все к этому и идет. Что касается меня, то я работаю в той же фирме, но уже в качестве руководителя.
Так неожиданно все произошло. Я два года совсем не работала и сидела с дочкой, когда мой шеф позвонил и сказал, что решил на пенсию уйти. Сказал, что кроме меня никого не видит на этом месте. Когда я начала говорить, что наверно лучше будет, если я с дочкой посижу, он сказал, что все понимает, что это место останется, в любом случае, за мной. Конечно, мне хотелось опять работать, но желание посидеть еще с дочкой взяло верх, о чем ни разу не пожалела.
Спустя 2 года, он обратился опять, вот тогда я уже была готова приступить к работе. И, с тех пор, вот уже больше13 лет я работаю на фирме. А мой начальник приходит иногда на работу, но больше домой к нам. И это большой праздник, когда такое происходит. Он так избаловал мою дочь, что приходится ему делать замечание. Конечно, он не слуша-ется, но я могу только говорить. Дочка зовет его дедушкой, и мы уже не представляем свою жизнь без него. Теперь у нас большая семья, любимые бабушки, точнее бабушка и прабабушка, которые часто приезжают, и замечательный дедушка.
Дочка недавно призналась, что ей нравится один мальчик, потом спросила меня, как мы познакомились с ее папой, когда я рассказала все, она была просто в восторге. Послушала и говорит: мама, наверно я ошиблась, он мне просто нравится и все. Потом, помолчав чуть-чуть, говорит – нет, мамочка, я буду ждать такого, как мой папа. Иногда, она меня пугает сходством в рассуждениях с отцом, которого не видела ни разу.
Если я скажу, что за мной не ухаживали молодые люди, я совру. Не скажу, что каждый день новый кавалер появлялся, но попыток было уйма.
Просто я знаю одну простую истину –  такого, как он, у меня уже не будет!  Да наверно, больше и не должен быть. Может глупо звучит, но для меня это, как мамы второй не может быть, как не может быть первой любви второй раз.
Такое бывает один раз и все!