Любовь

Он звонит на телефон и долго молчит в трубку, слушая голос. Кажется, там, на линии, совсем недавно было слишком весело : он слышит два голоса – один довольный, а другой сонный, женский.
А потом тихо-тихо говорит, пытаясь как-то справится со своим внутренним волнением:
- Ты такая красавица…
И дает отбой.
И так каждый день. Каждую ночь. Приходить пораньше с работы, чтобы позвонить и послушать ее голос.
А она, конечно же, не узнает.
Еще бы. Столько лет прошло…
А она совсем не изменилась…
По началу он даже думал написать ей письмо. Или просто подойти к ней на улице, поздороваться, спросить, помнит ли она его.
Конечно, не помнит. То есть, может, помнит, конечно, но он так изменился и вообще…
Но подойти к ней сейчас – не получится. Совсем. Она испугается.
Еще бы – у него все лицо изуродовано. Странно, что он выжил вообще, после того случая.
Она просто полюбила другого.
Так случается, понимаешь?
Иногда, так случается.
- Давай попробуем снять бинты. Тебе не стоит так прятать свое лицо, когда мы дома, вместе. Ты же знаешь.
Девушка, которая сейчас с ним, так нежна. Когда бинты падают на пол, он съеживается. Боится случайно увидеть свое лицо в зеркале – потому что тогда у него начинается истерика.
Еще бы. Это как увидеть все твои разрушенные мечты.
Общесто терпеть не может некрасивые вещи.
- Ты какой-то грустный в последнее время.
Он хмыкает. Забавно, как в этом винегрете глаз, рта и носа она еще умудряется уловить его эмоции.
- Все думаешь о той женщине?
- Да,- чуть помедлив, отвечает он.- Честно говоря, так оно и есть…
- Может, тебе стоит поговорить с ней?
- О чем?
- Ну, хотя бы о том, что ты ее любишь до сих пор. Хочешь, я с ней поговорю?
- Нет, даже не думай,- он вздрагивает.- Не надо. Она сейчас такая счастливая. Не надо. И я не люблю ее. Правда. Я даже рад, что все так произошло.
Девушка вздыхает.
- Лжешь. А сам говорил, что терпеть не можешь, когда люди лгут.
- Зачем ты со мной?- вдруг спрашивает мужчина.- Я так уродлив. Когда ты целуешь меня, ты не отворачиваешься, ты не убегаешь и не называешь меня монстром, хотя это так. Почему ты такая?
Она непонимающе смотрит на него.
- Ну, мы же оба инвалиды.
- Прости?
- У нас атрофированное чувство любви. Я люблю тебя и не могу объяснить этого. Ты любишь ту женщину и тоже не можешь перестать любить ее.
- Моя милая, это разные вещи… Знаешь, «атрофированных» как я – полным полно,- он вдруг смеется.- Многие любят так же.
?
- А я люблю именно тебя. Понимаешь? Так что не надо мне тут.
- Ты извращенка.
- Может быть.
- И все-таки, давай спрячем мое лицо.
- Зачем?
- Я собираюсь в ванную. Ну и, желательно, не свалиться там же с разрывом сердца,- он смеется.
- Да ладно тебе,- девушка хихикает в ответ.- Твоя маска, кстати, на столе, так что, если ты так себя любишь… можешь запросто спрятаться.
Мужчина чуть улыбается и устало уходит в ванную.
«Атрофированное» чувство любви. Что ж, бывает.
Только это все равно разные вещи.
И все-таки, пожалуй, очень жаль, что все так получилось…

- Эй, ты чего не спишь.
- За тобой наблюдаю. Вот думаю, когда же ты ей позвонишь. И что скажешь. Я ревную, кстати.
- Ревнуешь!- он рассмеялся.- Боже, ревнуешь!
- Чего смеешься?
- Ревновать такого урода? Боже, ты послал мне настоящую извращенку!
- Прекрати,- она хмурится.- И вообще, если серьезно, я просто жду.
- Чего ждешь?- его переполняет какая-то нежная, удушливая теплота, но он знает – это так, просто. Так бывает. Ему нельзя любить кого-то взаимно.
- Пока ты ее разлюбишь.
- Я не люблю ее. Я тебя люблю.
- Врешь ты все. Ты пойми, нет смысла ее любить. Она не такая заботливая и вообще, не такая красивая, как я. Вот.
- Я знаю,- он смеется.- Конечно. Ты права.
- Но я понимаю, что не могу требовать полюбить меня. Ну, знаешь, один мой знакомый, который претендовал на роль «жениха»… тоже требовал, чтобы я его любила. А у меня не получалось. Он очень красивый был. Заботливый. Нежный. Но не получалось. И все тут. А тебя я полюбила. Сама не знаю, почему. И разлюбить не получается. Вот все жду, пока ты меня полюбишь. Как думаешь, детки у нас послушные будут?
- Шутишь? Какие дети? Нет, даже не думай. Дети от меня разбегаться будут.
- Это неправда. Ты красивый. Ты просто сам придумал, что ты некрасивый. А я же вижу. Я все вижу, как оно на самом деле.
- Тогда ты должна знать больше. Ты должна знать, насколько я уродлив.
- Не спорь, я знаю все сама.
- Нет, ты не знаешь,- он ласково поглаживает ее волосы, изредка склоняясь, чтобы вдохнуть их аромат.- Ничего ты не знаешь, милая моя…
- Ну так расскажи мне,- она нежно утыкается в его грудь, прислушиваясь к дыханию.
- Ммм… Знаешь, все, что с человеком происходит… это потому, что заслужил. Сам виноват. Понимаешь?- он просто гладит ее по волосам, смущаясь своего уродства и боясь склониться ниже.- Мы с ней учились в школе. Такая красивая была. Самая красивая в школе, пожалуй. Когда она на меня внимание обратила – я был так удивлен…- он тихонько рассмеялся.- В старших классах мы стали встречаться. Чудное время было…
- Ну все, ревную уже.
- Не ревнуй, глупенькая. Так вот. Потом она стала подрабатывать моделью. Ну, модельный бизнес, все такое… там такая конкуренция, сама знаешь. Она вправду красавицей была. Все парни по ней так сохли. Я еще думал – почему же она меня любит. У меня тогда были большие проблемы в семье… но отец мой был директором того модельного агенства, где она работала. Так что он ее знал и еще все время приговаривал, что не могла она на такого урода, как я, внимание обратить. Ну, это отдельная история… отец колотил часто, вечно я с синяками ходил. Ох, курить захотелось.
- Не кури.
- Горло болеть начинает. Это уже зависимость,- помедлив, он встал с кровати и, отойдя к окну, закурил.- Ммм. На чем я остановился?
- На том, что она моделью была, а тебя папа колотил.
- А, ну да. Вообще, она часто бывала у нас дома. Мама ее часто к нам звала. Однажды решил я к отцу сходить на работу, мать попросила. Захожу к нему в кабинет – а моя милая Л. ему отсасывает.
Он замолчал.
- У меня был шок. Она потом извинялась, сказала, что это он ее заставил и все такое. Сказал, что если спать с ним будет, он ее продвинет по карьерной лестнице. Знаешь, шоу-бизнес – это грязь такая…
- Не отходи от темы. Что дальше-то было?
- А ничего. Ну, то, что с моим лицом – это все ее заботливые ручки. Т.е. случайно, конечно. Серной кислотой в лицо. Это когда я ее к стенке припер и сказал, что она сука лживая. И что с моим отцом трахалась. И что отец у меня – дерьмо тоже. А она его защищать стала. Я тогда конкретно психанул. Ну и получил по морде. Кислотой.
Девушка рассмеялась.
- Смешная история какая.
- Да, крайне. Просто очень больно от того, что все в итоге оказалось ложью. Со мной встречаться она стала только для того, чтобы до отца добраться. Да и вообще. А я верил. И любил ее. И долго потом еще любил. Мать от меня отказалась, потому что я уродлив. Ну, с отцом и так все ясно. Такая вот история. Операцию, говорят, не делают. Знаешь, ты про атрофированную любовь говорила…
- Ага.
- Так вот у меня само чувство, скорее, атрофировалось.
- Но ты же меня любишь?
- Конечно, люблю. Просто понимаешь… чтобы кого-то всей душой любить, нужно к себе начать по-человечески относиться. А я не могу. И думаю вот… отец ведь не виноват совсем был. Ну, да, бизнес такой. А я его бросил. Еще и гадостей ему потом наделал много. И она не виновата была. Никто не виноват был, понимаешь? Просто так получилось. Просто меня никто с самого начала не любил. Вот и все. Она ведь и не говорила, что меня любит. Я сам все придумал. Поэтому и говорю – сам виноват. Виноват, что все придумал. Еще и к стенке ее так припер, прижал больно, вмазать по морде смазливой хотел… Эх. В полицию не обратился, что мол, у меня половина лица отсутствует потому, что в меня плеснули кислотой. Потому что продолжал любить. И не подходил к ней на улице, потому что боялся напугать. А наверное, стоило таки. Она же у нас красавица.Пусть и уродов знает.
- Я тебя люблю.
- Глупая ты.
- Может быть.
- Я все за этой маской прячусь. Так и буду всю жизнь прятаться. Страшный до ужаса.
-Ничего ты не страшный. Прекрати уже.
- Ну хорошо.
- И спи. А завтра мы ей письмо напишем, давай? Спросим, мол, рот еще не порвался мужикам отсасывать?- девушка захихикала.
- Боже, не надо,- мужчина рассмеялся.
- Слушай, а ты так из-за лица комплексуешь. Ты уверен, что операцию не делают?
- Может, и делают. Я не знаю.
- Просто если тебе очень хочется, мы могли бы попробовать. Слушай, а потом ведь можно будет к ней подойти и спросить, мол, не порвался ли рот?!
- Слушай, да ты точно извращенка.
- Ну ведь можно же?
- Дебильная ситуация какая-то, если честно. Но мы можем попробовать.



В ресторане сидит парочка. У мужчины изящное, красивое лицо. Довольно необычная и очень приятная внешность. Его спутница, кажется, ненамного младше него. Она радостно подпрыгивает на месте, когда он что-то говорит и часто улыбается. Изредка она хихикает и протягивает ему телефон.
Он звонит и долго молчит в трубку, слушая голос. Кажется, там, на линии, совсем недавно было слишком весело : он слышит два голоса – один довольный, а другой сонный, женский.
А потом тихо-тихо говорит, пытаясь как-то справится со своим внутренним волнением:
- У тебя рот еще не порвался?..