Опять этот Шульц!

В Германии Шульцев, - как в России Ивановых. Среди моих знакомых с полдюжины истинных Шульцев, а число квази и псевдошульцев давно перевалило за сотню. Я c детства страдаю тяжёлой формой аллергии на шульца и очередной Шульц меня нисколько не «вчепятлил».
«О, Боже, - подумал я, вяло пожимая сильную руку крупного мужчины с внимательными карими глазами, - ещё один! Да когда ж это кончится! Неужели и этот станет рассказывать «за жись», да вздыхать о том, что «там» он был всем, а «тут» стал ничем? Не сослаться ли на расстройство желудка и не исчезнуть ли бесцеремонно в определённом направлении?»
Но данный экземпляр, явив понимание внутренних процессов ближнего своего, вдруг и сам поспешил откланяться.

«Молодчага! - похвалил я мысленно, - Не полностью, знать, зашульцован, надежда есть!»
Дело было в Пенькове под кодовым названием Эрлингхаузен, на семинаре литературного общества российских немцев. Эти люди ценят хорошую шутку и свежий анекдот. Вечером, за одним из столов у камина, я заметил и того самого Шульца. С убийственно серьёзным видом читал он короткие юмористические истории из жизни переселенцев. Яркие молнии взлетали с его очков, проникая в сердца и души. Слушатели хватались за животы, трясли бородами, дрыгали ногами и бессильно оседали на дрова у камина. Одна приятная литературная дама заковыляла к окну и принялась жевать занавеску.

Хм-м..! Я подошёл поближе, вслушался... тут же согнулся в три погибели и присоединился к действиям дамы у окна... Так я стал поклонником таланта Райнгольда Шульца из Гиссена.
Он родился 1 ноября 1949 года в посёлке затон «Красный Водник» Коми АССР, куда его родители, житомирские немцы-колонисты, были вторично сосланы из Карело-Финской АССР.
«...До семи лет был под гласным надзором комендатуры, остальное время прожил под негласным надзором государства», - пишет про себя Райнгольд.

Что ж, это знакомо. Не этот ли гласно-негласный надзор стал основной причиной выезда многих граждан России в Европу, Америку, Австралию и даже в «цветущую» страну Буркина-Фасо?

В детстве очень любил когда мать подавала с парным молоком традиционные немецкие полезные испекаемые «Шульцe-орен», назывемые в простонародье «крепли».

Как и всякий уважающий себя Шульц, Райнгольд стал работать с малолетства. Его отец, обувных дел мастер Асаф Карлович, брал трёхлетнего малыша с собой в сапожную мастерскую, пропускал подмышками непоседы полотенце и прибивал полотенце гвоздём к стене. Ставил перед сыном табуретку, клал на неё банку с гвоздями и давал парню в руки молоток. И вскоре верх табуретки стал отливать железным блеском как панцырь средневекового рыцаря.
Трудовая деятельность так приглянулась юному Шульцу, что он уже с 14-и лет подрабатывал в СМУ-16, складируя кирпичи, а после окончания восьмилетней школы пошёл работать на судоремонтный завод.

«И какой же Шульц не любит быстрой езды?» - спрошу я вас. В армии Райнгольд служил в ВВС, окончил военно-авиационное училище по специальности радиотелеграфист с правом работать начальником коротковолновой радиостанции средней и большой мощности. За отличную учёбу был направлен в Феодосию, в филиал Центра подготовки космонавтов. Одно время был личным радистом у Павла Поповича, «стучал морзянку».
И Шульц не был бы Шульцем, если бы не потрогал луноход ещё до его запуска на Луну. Там, в Феодосии, проводились испытания этой машины.

Отслужив в армии, вернулся домой и устроился на работу в аэропорту Сыктывкара. Сразу пошёл в гору. Ещё бы: до сорока рацпредложений в год, ударник пятилетки и комтруда, многократный победитель в соцсоревновании «Лучший по профессии»!
Но ведь - немец... Начальство, «теплея от стыда», вручало ему премии в коридоре и, торопливо пожав руку, поспешно удалялось...

«...Из комсомола вышел по возрасту, в партию не вступил по убеждению...», - пишет о себе Райнгольд и добавляет: «Наш край – сплошная зона, всюду колючая проволока».
Большое количество этого материала приводит к качественым изменениям в сознании и Райнгольд, оставшись убеждённым Шульцем, стал задумываться.
 
«...Ходил на встречу с академиком Сахаровым. Поразила его простота и ясные, правдивые рассуждения о жизни...»

Что ж. Приходит время и каждый задает себе «извечные» вопросы: Кто я? Зачем я? Что после меня? Почему участь всех людей - дураков и умных, богатых и бедных, царей и нищих одна: „das Schicksal setzt den Hobel аn und hobelt alles gleich“? («Судьба берёт рубанок в руки и всех строгает ровно...» - из студенческой немецкой песни.) Обыденная, наполненная под завязку работой, жизнь не давала ответы на вопросы. С другом своего отца стал посещать местную общину верующих. Попал на заметку в «конторе глубокого бурения». Приезжали, «учителя» в погонах, учили жить.

В 1990 году, после десятилетней борьбы с ОвиР, выехал с семьёй в Германию. И столкнулся с искажённой мечтой, с равнодушием чиновников, ответственных за судьбу переселенцев, с совершенно другой жизнью, с невостребованностью своих сил и возможностей.

Старался быть полезным людям, возил гуманитарную помощь в страны СНГ и в Россию, на Волгу, новым братьям по вере. «Занялся бизнесом. Нечистые деньги просились в руки. Отказывался, боялся Бога. Помнил слова матери: „Reine Hand geht durch das ganze Land“. («С чистой рукой пройдёшь по всей стране», немецкая пословица). Однажды Райнгольду стало ясно, что он, всю жизнь считавший себя настоящим Шульцем и человеком, стремящимся к «супер» и «ультра» постепенно скатывается в теневую часть спектра, в «инфра».

И он бросил, ушёл из бизнеса. Появилось свободное время, и желание поделиться с людьми пережитым и передуманным. Стал писать.

Первые литературные опыты Райнгольда были тяжеловаты из-за многословия. Но он быстро освоился в совершенно новой сфере и научился «рисовать» словом. Неожиданные точные сравнения, ёмкие эпитеты и ясный, чистый слог, - вот стиль коротких рассказов Райнгольда Шульца из Гиссена.

Редакторы многих русскоязычных изданий Германии охотно публикуют этого плодовитого автора, переводы его рассказов появились и в немецкоязычной прессе Германии. Несколько рассказов опубликовано в Америке и Австралии, христиане США открыли в Интернете его творческую страничку. Снятые им «Шульц фильмы» показывали по телевидению. Его псевдоним «Папа Шульц» знаком многим.

Не во всех своих произведениях говорит он о Творце напрямую. Да это и не нужно, ибо во всех присутствует ощутимый христианский фон, неистребимый, сразу узнаваемый читателем, «запах доброты», как сказал Валентин Распутин. «По плодам их узнаете их», – помним мы наставление Христа. Сочинения Райнгольда освещены мудростью человека большой и доброй души.

Все мы, а переселенцы в особенности, часто попадаем в комичные и нелепые ситуации, над которыми потом сами же непрочь посмеяться. В анекдотах «папы Шульца» - вся палитра юмориста, от милой детской дурашливости, до горькой самоиронии и сарказма. Одного в них нет: пошлости.


...Прощаюсь с Райнгольдом, жму ему руку: пора идти. Мысленно пропускаю ему подмышки полотенце, которое прибиваю гвоздём к стене у компьютера. Я знаю, что этот истинный Шульц станет делать после моего ухода. Он станет забивать гвозди слов в строки своих рассказов.
«Слова мудрых – как иглы и как вбитые гвозди, и составители их – от единого пастыря». Экклезиаст 12, 11.

На снимке: Папа-Шульц и переводчица Карола.