Тайна красного короля

Он буквально ворвался в спортивный мир высших достижений.
В нем чувствовалась порода, в нем чувствовалась природная удача,
 в нем жила какая-то страсть,
которая заставляла многих людей,
встретившихся с ним провожать его взглядом,
 как будто они стали свидетелями явления не от мира сего.
Он мог бы, пожалуй, играть в кино героев-любовников,
потому что был прекрасно сложен, широкий в плечах,
 длинноногий, легкий в движениях,
обладал выразительными чертами лица.
Он спутал карты многих профессионалов 
на чемпионате страны,
когда мощнейшим затяжным рывком за 200 метров до финиша
вырвал победу.
Его никто толком не знал до этого старта.
 Он бежал вместе с другими по синтетической дорожке стадиона.
Толпа бегунов на средние дистанции боролась с секундами дружно,
 упорно, в чем-то даже привычно рутинно.
 Один вираж остался позади, другой.
Монолит вдруг треснул: бегуны начали делиться на группки.
 Это означало, что скорость бега возросла,
многим она оказалась не силам.
 Вперед ушли четверо:
многократный чемпион самых престижных турниров Роман Доризо,
мастер спорта международного класса Игорь Востриков
 из знаменитой легкоатлетической школы небольшого городка,
 в котором по-настоящему творчески работал
провинциальный тренер Виктор Лонской,
 какой-то темнокожий атлет,
которого занесло в эти суровые просторы
 вообще непонятно каким ветром,
 и он, Сергей Шлемов,
 бегун с номером 123 на красной майке. 
Мелькание рук и ног в толпе прекратилось,
 и теперь можно было оценить технику бега каждого.
Роман Доризо поражал своей мощью, характерной больше для бегунов,
 которые специализировались в беге на коротких дистанциях:
мощный торс, рельефные мышцы ног и рук.
Загорелый, в белой спортивной форме,
он уверенно бежал на второй позиции,
 всем своим видом выказывая возможность
прибавить скорость в любой момент.
Первым шел африканец,
 расслабленно и легко вздымая длинные ноги.
 Третьим был Игорь Востриков,
который академичным широким шагом отмерял дистанцию.
И затем бежал он, Сергей Шлемов.
Причем он никак не мог занять правильную позицию:
бежать рядом с лидером ему не удавалось,
опытные бегуны перекрывали  подступы к заветному месту.
Сергей метался, стараясь вклиниться в  группу лидеров,
сбивался с шага, прядал в сторону и,
проходя по второй дорожке очередной вираж,
 набирал лишние, сверхнормативные, метры
к и без того нелегкой обязательной 800-метровой дистанции.
 Он бы совсем, наверное, потерялся в этой сутолоке,
 если бы не его тренер Аркадий Толчков,
который истошно, пугая всех, кто был рядом,
махая рукой, в которой был зажат секундомер,
 вдруг завопил:
- Серега, давай! Серега, финиш!  Давай рывок! Это конец! Давай!
Шлемов дернулся, оглянулся по сторонам.
- Это конец! – ревел его тренер. – Давай!
Сергей засеменил как-то на носках,
укоротив шаг, вонзая шипы спортивной обуви в синтетику дорожки.
Понимающие люди усмехнулись: ну, балет какой-то в исполнении парня.
А дальше случилось то, что не смог уже объяснить никто.
Шлемов рванул: он ускорился и оказался на метра три впереди негра.
Это был не бег, а полет:
он едва касался дорожки,
он парил, частота шагов была изумительной,
 словно и не было позади изнурительных 600 метров.
За дерзким бегуном в красной форме привычно помчался Роман Доризо,
 который имел прекрасную статистику,
свидетельствующую о том, что он обладает самым быстрым финишем
из известных бегунов страны. 
А этот выскочка сейчас сдохнет через пятьдесят метров,
и он его сделает триумфально и красиво.
Из виража на финишную прямую они выходили вместе:
заслуженный мастер спорта Роман Доризо и этот безумный мальчуган.
Шлемов бежал, казалось, с максимальной скоростью уже более ста метров,
 а Доризо только начинал ускорение.
Метров тридцать они мчались рядом.
Шлемов летел вперед с искаженным и побледневшим лицом.
Его бы могли многие не узнать, что-то отрешенное,
что-то дикое и трагичное проступило в его чертах.
Его душила кислородная недостаточность,
легкие не могли вобрать столько воздуха,
сколько ему надо было для жизни на предельной скорости.
Это был бег мертвого человека,
с потерей им всех привычных ориентиров.
Но шаг был по-прежнему широк,
по-прежнему высокой оставалась частота движений.
 Это было что-то запредельное. 
И Роман Доризо дрогнул, слегка отстал.
До рекорда страны Сергей Шлемов
в тот раз недотянул буквально несколько десятых долей секунды.
 После финиша он, захлебнувшийся каким-то всепоглощающим чувством,
еще долго не мог понять, что к чему.
Его личный тренер обнимал его, хлопал по плечам,
а Сергей словно мыслями был где-то далеко.
- Рекорд, что ли? –наконец-то спросил он тренера,
 ловя горячий летний воздух открытым ртом и смахивая ладонью пот со лба,
натекающий на широкие черные брови и голубые глаза. 
     - Личный рекорд! Ты – чемпион страны! Серега!
Милый мой ученик! Ты сделал невозможное! – кричал его личный тренер.
К нему подошел Роман Доризо и устало поздравил с успехом,
потянулись другие бегуны, словно хотели прикоснуться к чуду,
может быть, это в будущем и им принесет успех.
 Тогда мало кто мог предположить,
что  Сергей Шлемов пришел всерьез,
что его 200-метровый финишный рывок –
это фирменный стиль чемпиона.
Они, Сергей Шлемов и его личный тренер Аркадий Толчков,
стали открытием того  сезона.
Они шли по чемпионскому графику.
 Шлемов выиграл несколько международных турниров,
стал чемпионом Европы.
Все повторялось: Толчков начинал бесноваться около дорожки -
Шлемов переходил на запредельную финишную скорость.
Специалисты бросились искать что-то новое в их методике подготовки –
 ничего не нашли:
все и так им было известно еще по тренерским учебникам.
К тому же выбранная тактика нынешних триумфаторов
казалась чрезмерно рискованной.
В чем секрет этого сверхбыстрого затяжного финишного броска? –
 не мог понять никто.
На пресс-конференциях наши герои только улыбались
в ответ на вопросы журналистов:
мол, получается у нас пока, и – хорошо.
Хотя, может быть, и сам тренер
не совсем точно мог ответить на расспросы.
Только один раз он разоткровенничался
перед каким-то провинциальным журналистом:
мол, ответ надо искать в судьбе Сергея Шлемова.
Он воспитанник детского дома.
 Мать Сергея умерла, когда мальчику было 12 лет.
 Они жили тогда в селе, неподалеку от районного центра,
в километрах трех.
Матери Сергея стало плохо неожиданно: 
она упала в обморок.
 Мальчик увидел беспомощную мать,
ее пугающую бледность на застывшем лице,
 которое вмиг стало чужим.
- Врача! – кричал отец. – Врача!
Плакала навзрыд младшая сестренка Нинка.
- Надо бы в район, там хорошие врачи, - кричал отец,
чуя недоброе. – Они спасут!
И деревенский мальчик, недавно побывавший
в районной поликлинике на осмотре вместе с родителями
 перед началом учебного года в школе,
побежал туда, откуда должно прийти спасение его мамы.
Он нес весть о том, что его маме требуется помощь.
- Мама, - шептал мальчик, - не умирай.
И бежал из всех сил по проселочной дороге
к районному центру.
Он не знал, что в район уже позвонили,
что оттуда идет машина скорой медицинской помощи.
 Мальчик бежал по проселочной дороге,
одинокий, такой маленький,
 а огромный густой лес уже сыпал и сыпал
оранжевую листву ему под ноги.
В поликлинике он долго не мог ничего сказать,
уцепившись за руку какой-то женщины в белом халате.
Медицинская сестра завела его в кабинет, дала воды.
 И мальчик, начав дышать, прошептал:
- Мама! Спасите маму…
Мать скончалась вскоре в больнице.
Отец его запил с горя и вскоре тоже ушел в мир иной.
Брат и сестра Шлемовы, Нина и Сергей,
 стали воспитанники детского дома.
Там и нашел его тренер по легкой атлетике Аркадий Толчков.
Теперь  бег для Сергея Шлемова стал профессией.
Он стал бегуном.
Уже начали говорить о его спортивной звезде,
которая вдруг засияла на небосклоне
 самых крупных созвездий прошлого и настоящего.
В честь его побед поднимался флаг страны
и исполнялся государственный гимн.
Никто не мог разгадать тайну бегуна
в традиционной для него красной форме.
Эти чудовищные последние 200 метров:
вираж и финишная прямая.
Среди бегунов на средние дистанции Сергей Шлемов
практически не выделялся ничем.
Стройный, конечно же, но это для бегуна не самое важное:
кто тренируется в беге, тот даже поневоле станет стройным.
 Потому что такие условия жизни бегуна.
И скорость не выше, чем у других,
и техника бега не лучше.
Но последние 200 метров Сергей Шлемов пробегал так,
 что позади оставались гранды мировой легкой атлетике.
 Теперь он превратился в мощного молодого мужчину.
Он не знал поражений.
Тренер кричал:
- Серега, финиш! Это конец!
Последние сотни метров - из отведенных классических 800.
 Красный король начинал свой фантастический бег.
Трибуны заходились в крике, в вое, в плаче,
потому что за ним обычно бежали те,
кто тоже привыкли побеждать.
Соперничество было зримым, потрясающим:
кто кого?
Шаг в шаг, вдох в вдох!
Бегун в красной форме уходил от погони,
он бежал в каком-то другом измерении,
он бежал так, что каждый шаг становился откровением,
он бежал за пределом возможного,
за чертой, отделяющих живых от мертвых. 
 Такой темп не мог выдержать никто.
Его рекорды и чемпионские титулы становились вызовами миру.
 Перед самым ответственным стартом, перед Олимпиадой,
пришла грустная новость о том, что исчезла страна,
 за которую он так успешно несколько лет выступал.
 Страна приказала долго жить:
развалилась на отдельные княжества.
Его запредельный бег не смог спасти страну, уходящую в никуда.
  Флаг страны, поднятый много раз в честь его побед,
и звучащий сотни раз гимн по этому же поводу 
не стали препятствием уничтожения в недавнем прошлом великой страны. 
Когда-то его бег не смог спасти
самого дорогого ему человека, маму,
теперь его бег оказался пустой затеей
в части утверждения идеалов уже несуществующей страны.
 Однако он не мог сойти с дистанции,
потому что был еще полон сил.
На старт Олимпиады он вышел под знаменем какой-то незнакомой,
вновь созданной на месте его страны, Конфедерации.
Это был вроде бы прежний Сергей Шлемов,
 но это был, по сути, уже не он.
- Это конец! – кричал его личный тренер
где-то метров за 200 до финиша. –
Серега!
Но его слова гасли в реве трибун.
Комментаторы на разных языках заходились
в истошных криках на своих рабочих местах.
 По всей планете  светились миллионы
телевизионных экранов и мониторов компьютеров,
 у которых замерли зрители.
Сергей Шлемов начинал затяжной финишный рывок,
чувствуя в сердце непривычную пустоту. 
На выходе из виража он был еще первым.
За 50 метров до финиша его уже достала толпа.
Падая на дорожку, на финишную разметку,
падая под ноги набегающих сзади атлетов,
 он, оскалив ряд белых ровных зубов,
 вывернув голову вбок, словно смертельно раненный зверь,
 краем глаза заметил, как на стадион с неба
 сыпалась цветная радуга его несбывшейся большой надежды…
 

Фото из открытых источников Интернета.


Рецензии
Хорошую историю рассказали.
Спасибо.

Юрий Ник   09.02.2018 10:59     Заявить о нарушении
Благодарю за внимание.
Удачи!

Ян Лех   09.02.2018 12:22   Заявить о нарушении
На это произведение написано 14 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.